Хранитель. Глава 10

                Глава десятая
                Тярлево празднует Пасху
      Вихрем пронеслась зима с ее съезжанием с гор на ватрушках, праздником в Павловском дворце, катанием в парке на коньках и строительством снежного дворца, зайцев и снеговиков во дворе. Весна в северных краях, как всегда, вступила в свои права с опозданием, но к концу апреля уже установилась теплая, чуть ли не летняя погода, вовсю зазеленела трава и на деревьях появились первые листочки. Уже чувствовалось приближение белых ночей, по вечерам, после захода солнца небо еще долго светилось розовой полосой на сине-зеленом фоне.
     Пасха в этом году была поздняя, майская. Встречать Светлое Воскресение Христово Эля, Настя, Наташа и Алина готовились заранее. В этот раз девочки хотели справиться самостоятельно, без помощи взрослых с приготовлением куличей и крашением яиц, и родители охотно уступили им эти дела. Готовить куличи воспитанниц воскресной школы учила Варвара Степановна – прихожанка храма, бабушка почтенного возраста, но еще бодрая и деятельная. Под руководством опытного кулинара все девочки выполнили домашнее задание на «отлично». Куличи у всех великолепно поднялись и пропеклись ровно настолько, сколько и было нужно. Каждая девочка постаралась украсить свой кулич как можно более празднично: выкладывали яркими цукатами буквы Х и В, цветы и крестики, посыпали глазурь мелко дробленными орехами, разноцветными сладкими шариками, изюмом и разными другими вкусностями.  Творожные пасхи приготовили мамы.
     К страстной субботе все праздничные угощения были красиво уложены в корзинки, увитые цветами и ленточками, и укрыты ажурными салфетками. Субботним утром Эля, Настя и Наташа собрались нести их в храм на освящение. Девочки вышли со двора, держа в руках свои сказочно красивые корзинки, и направились в сторону храма. На детской площадке возле пятиэтажки на самой высокой башне сидел Коля. Увидев Элю и сестер, он спрыгнул с башни и, указав на корзинки, со знанием дела спросил:
     - Освещать пошли?
     - Ага, - ответила Эля, и с гордостью добавила: - Мы куличи сами пекли!
     - И яйца сами красили! – прибавила Наташа.
     Коля удивился. Покупные куличи – это понятно. Его мама тоже купила три кулича и пошла в храм освятить их. Но чтобы такие малышки сами могли испечь – не верится. Он с сомнением спросил, кивая на куличи:
     - Съедобные хоть получились?
      Эля возмущенно вспыхнула, но, вспомнив, как часто Коля оказывал ей весьма ценные услуги, сменила гнев на милость и сказала:
     - Приходи в гости на Пасху, сам узнаешь.
     - И в храм приходи! – пригласила Настя. – У нас там спектакль будет, смешной.
     - Придешь? – спросила Наташа.
      Коля на секунду задумался. Вообще-то, он в Бога верил. Его даже крестили в детстве, так мама говорила. Но церковь – это какой-то самостоятельный мир со своими правилами, которых он, по правде говоря, совсем не знает, а дураком выглядеть ему не хотелось. Однако, любопытство пересилило опасения, и он отважно пообещал:
     - Приду.
     Девочки пошли дальше. Вот и ворота храма. Алинина машина стоит. А вот и сама Алина с мамой, обе тоже с корзинками, украшенными как в волшебной сказке. Девочки поставили свои сокровища на лавку и стали ждать, когда выйдет батюшка и с молитвой окропит их святой водой.
     - Я хочу на ночную службу с папой и Витей, - поделилась Эля с подругами, - но мама не пускает, говорит, я еще кашляю.
     - Мы тоже только на утреннюю придем, - сказала Наташа.
     Алина с мамой, оказывается, тоже собирались быть на утренней литургии.
     - Вот и хорошо, - обрадовалась Эля. – Будем все вместе. И успеем к спектаклю как следует подготовиться.
     Все ученики воскресной школы участвовали в спектакле, который ставила «Молодежка». «Пасхальную сказку» - так назывался спектакль – планировали показать во дворе храма после литургии, а потом, традиционно, устроить чаепитие с пирогами.
     Эту «Пасхальную сказку» десять лет назад сочинила сестра Элиной мамы тетя Ксюша, когда еще только что вышла замуж за дядю Костю. Кстати, на «Молодежке» они и познакомились. Вся семья дяди Кости: папа, мама, бабушка и брат, недавно ставшие прихожанами этого храма, дружно молились за Костю, чтобы Бог послал ему хорошую невесту, а тут как раз тетя Ксюша позвала его на обед в «Молодежку». Конечно, дядя Костя тетю Ксюшу не за обед полюбил, но все-таки хорошо, когда есть где пообедать. И вот, после свадьбы, когда у них еще не было детей и было свободное время, они этот спектакль и придумали. До этого «Молодежка» уже два раза ставила веселые пьесы, придуманные тетей Ритой. Но когда та вышла замуж и родила дочку, ей стало не до спектаклей, и это дело могло заглохнуть, хотя уже всем так пришлось по душе. Тогда тетя Ксюша героически взяла на себя написание сценария – а по традиции он должен был быть в стихах! – и рисование декораций, а дядя Костя взял на себя все монтажные работы, звуковое сопровождение и всю прочую организацию дела. Десять лет назад этот спектакль вызвал бурю смеха и оваций. Потом «Молодежка» вся повзрослела, многие обзавелись детьми, и им стало некогда заниматься театром, да и просто общаться в трапезной стало некогда. И вот, наконец, батюшки собрали новую «Молодежку». Решено было возродить традицию ставить спектакли на два главных праздника: Рождество Христово и Пасху. Пока не созрели новые поэтические дарования, решили поставить прежде сыгранные пьесы, благо, сохранились их записи. В этот раз роль «непослушных детей» доверили играть воспитанникам воскресной школы, но об этом – позже.
     В Пасхальное утро радостно зазвонили колокола, призывая в храм всех, кто веровал в Светлое Воскресение Христово. Эля, Витя, мама и папа с Галочкой дружной компанией шли в церковь. Витя и папа, как обычно, уже побывали на ночной литургии, но утром снова отправились в храм, принять участие во всеобщей радости.
     Воскресение было, действительно, светлое, солнечное. Казалось, вся природа ликует и поет звонкими птичьими голосами «Христос Воскресе из мертвых! Христос Воскресе!» и сама же отвечает: «Воистину Воскресе!»  Эля летела как на крыльях. Пасхальная радость вполне овладела ею и хотелось любить весь мир: эту дорогу с кустами сирени, которая скоро расцветет, эти сосны и лиственницы, растущие вдоль забора Павловского парка, этот белоснежный храм, с детства знакомый и родной, и всех-всех людей, которых она сегодня встретит.
     - Христо Воскресе! – приветствовала ее Алина, когда Эля вошла в ворота храма.
     - Воистину Воскресе! – отвечала Эля и, по обычаю, трижды поцеловалась с подругой.
     Подбежали Настя и Наташа, радостные, взволнованные. Девочки обменялись приветствиями и поцелуями. Тут Эля с удивлением увидела среди прихожан Льва Александровича. Хранитель фондов дворца галантно поклонился девочкам как старым знакомым. Эле стало весело. Наверное, у него есть, какой-то сюрприз!
     Служба в этот день была праздничная, короткая. Эля даже постояла на ней. Всю службу пел хор. От много раз повторенного
                «Христос Воскресе из мертвых
                Смертию смерть поправ
                И сущим во гробех
                Живот даровав!»
становилось легко и радостно, верилось, что впереди жизнь, полная чудесных подарков. В том, что Иисус Христос Воскрес из мертвых, Эля нисколько не сомневалась, ведь Он – Бог, Ему все возможно. И в то, что однажды Он снова придет на Землю и воскресит всех умерших, верила, потому что Он всесилен. Надо только постараться жить так, чтобы Он не сказал тебе в тот день: «Уйди, Я тебя не знаю». Быть доброй, помогать тем, кому помощь нужна. Ну, еще родителей слушаться. А Витю? Пожалуй, тоже надо, он ведь старший. Трудно, все-таки!
     После Причастия все пошли крестным ходом вокруг храма, с хоругвями, иконами и хлебом-артосом. Радость переполняла людей, все улыбались. Дети перебегали с места на место, когда батюшка Александр-младший кропил святой водой на четыре стороны, стараясь получить освящения по максимуму. Под конец батюшка вытряхнул из чаши всю оставшуюся святую воду, устроив целый ливень, что привело детей в полный восторг, а взрослых – кого как.
     Когда крестный ход вернулся в храм, батюшка Александр-старший поздравил всех еще раз со Светлым Воскресением Христовым и сказал:
     - Сегодня в нашем храме еще одно радостное событие. Наш храм обрел драгоценные иконы Богородицы и Апостола Иоанна, которые покинули его стены в годы гонений на церковь девяносто лет назад.
     При этих словах взоры прихожан устремились к мозаичным иконам, выставленным на виду в центре храма.
     - Лев Александрович, Вам слово, - обратился батюшка к хранителю фондов дворца.
     Тот вышел на амвон, вкратце рассказал историю обретения мозаик, поблагодарил стоявшего тут же Сергея Ивановича за сотрудничество и закончил свое выступление словами:
     - Оставалось выяснить, каким образом иконы попали в этот храм. Такие дорогие мозаики, со столь мелкими тессерами смальты могли преподнести в дар храму только очень состоятельные люди. Сначала я предположил, что это – подарок царской семьи. Я стал искать в архивах документацию мозаичной мастерской Владимира Фролова, откуда, по всем признакам, вышли эти иконы. С Божьей помощью я нашел то, что искал: заказ от марта 1918 года на две мозаичные иконы, лик Пресвятой Богородицы и лик Апостола Иоанна. Каково же было мое удивление, когда я узнал имя заказчика, – тут Лев Александрович сделал эффектную паузу и торжественно провозгласил:
     - Эти уникальные мозаичные иконы были изготовлены по заказу Василия Николаевича Муравьева, будущего святого старца Серафима Вырицкого!
     Возглас удивления прошел среди прихожан. Серафима Вырицкого в этом храме все хорошо знали и почитали, его большая икона висела в храме на почетном месте.
     Потом батюшка Александр-старший поблагодарил Сергея Ивановича за бесценный дар, принесенный им церкви, на что тот ответил:
     - Думаю, любой верующий человек на моем месте поступил бы так же.
     После этого отец Александр-старший пригласил всех на молодежный спектакль. Во дворе были расставлены скамьи для зрителей, сооружены декорации. «Пасхальная сказка» начиналась беседой батюшки-царя со своей капризной шестнадцатилетней дочерью, которая хотела в пост есть пирожные. Царь сердился:
                Ты хоть вспомни, что я – царь!
                Ну не дочка, а бунтарь.
         В газете царевна прочитала приглашение на пир со всевозможными сладостями и одна отправилась в карете с незнакомыми людьми в лес. За этой аферой стояла коварная Злая Тетка. Она была большая любительница сладостей и таким способом заманивала детей в ловушку. Им приходилось рабски трудиться на ее плантациях сахарной свеклы, из которой Злая Тетка на некоем агрегате готовила себе торты со взбитыми сливками и прочие лакомства. По пути царевну захватил в заложники трехголовый Змей Горыныч
                Чтобы выкуп получить
                И кредит свой оплатить.
      Надо сказать, появление Змея Горыныча всегда взывало неизменную бурю смеха и аплодисментов у публики. Центральную Голову, по традиции, изображал сам батюшка Александр-младший, а две другие – молодые актеры. Ноги батюшки были крепко привязаны к ногам соседей, так что Змей Горыныч неуклюже ковылял на четырех лапах, волоча за собой хвост и крылья. Одна из Голов сразу невзлюбила царевну:
                Как?! На мягкий наш матрасик
                Эту тушу уложить?!
                Ты скажи еще, что вечно
                Будет с нами она жить!
      Далее эта Голова вероломно отдает царевну в руки Злой Тетки:
                Ночь проходит. Наш Горыныч
                На скамейке мирно спит.
                Лишь одна Глава со свечкой
                В темноте письмо строчит:
                «Добрый вечор, Злая Тетка!
                У меня к тебе сюрприз.
                Есть у нас одна красотка –
                Настоящий мисс каприз!»
     В плену у Злой Тетки царевна с ужасом узнает, какая участь ее ждет. Перед выходом в поля на прополку свеклы Злая Тетка заставляет выстроенных в ряд несчастных непослушных детей хором повторять:
                «Не будет свеклы – не будет любви!»
                Слова сии, а ну, повтори!
     Дети ходят по кругу в мешках из-под картошки и печально поют:
                Мы с мамами жили в доме родном,
                Но слушаться их не хотели при том.
                Теперь мы все полем, теперь мы все пашем,
                И рады мы даже несваренной каше.
     Однако, царевне повезло, а заодно и всем непослушным детям. По молитвам ее родителей отыскать ее и вернуть во дворец вызвался Иван-дурак. По дороге он встречает Змея Горыныча и выясняет, что Змей на царевну не претендует:
                Василиса не у нас,
                А за ящера дам в глаз.
       После небольшой битвы они мирятся и сообща отправляются на поиски царевны, освобождают ее и всех непослушных детей, а Злую Тетку берут в плен.
     Царь-батюшка, как и обещал, отдает дочь замуж за освободителя. Правда, по началу с этим вопросом выходит заминка: освободителя-то два! Иван заявляет, что без доброй воли царевны на ее руку и сердце не претендует. Змей Горыныч, в свою очередь, тоже от предложенной чести отказывается:
                Да и я, мой царь-отец
                Не готов еще в венец!
     Но царевна признается, что полюбила Ивана и готова во всем его слушаться, как подобает жене, а не быть такой капризной и своевольной, как прежде.
     Злая Тетка обещает исправиться и эффективно выращивать сахарную свеклу на царских плантациях.
     Змей Горыныч тоже соглашается начать новую жизнь и перестать грабить путников. Он раздает все свое ранее награбленное имущество в виде огромной корзины конфет, которые летят в публику к великому восторгу детей-зрителей, а также бывших непослушных детей.
     После спектакля, как обычно в большие праздники, прямо во дворе храма всех угощали пирогами с чаем. Коля, с большим удовольствием посмотревший спектакль, обратился к Эле:
     - А меня возьмут в вашем театре играть?
     - Спроси у Вити, он лучше знает, - предложила Эля.
     Витя играл в спектакле одного из слуг Злой Тетки. Он великодушно разрешил Коле:
     - Приходи на «Молодежку», найдем тебе роль. Тебе ведь есть тринадцать?
     - Ага, - подтвердил Коля. – Недавно исполнилось.
     - Мы к Рождеству будем новый спектакль готовить, - пообещал Витя. Может быть, даже сами сочиним. Или с прошлой «Молодежки» восстановим.
     Тут раздался звон колоколов. Всю Пасху и всю Светлую седмицу прихожанам разрешалось звонить в колокола, что неизменно вызывало живой интерес у детей. Правда, на колокольню, с некоторых пор, чтобы не утруждать ангелов, их пускать перестали. Береженного Бог бережет. Славу Серафима Саровского батюшки им приобрести не давали. Поэтому еще одна звонница была сооружена внизу, перед входом в свечную лавку, и дети с упоением дергали за колокольные веревки.
                Дин-дон, дин-дон.
                Христос Воскресе!
                Воистину Воскресе! –
переговаривались колокола. Над Тярлево, как и над всем миром, в эти дни небо было отверсто, и счастье лилось непрерывным потоком.