А вот и я! Глава 18. Ночь на грани

Баку,
27 декабря 2024 - настоящее

Закончилась последняя игра уходящего года, победители были торжественно объявлены, а заслуженные призы нашли своих обладателей. Сразу после церемонии награждения, волна оживления прокатилась по залу, и все участники, полные впечатлений, начали покидать уютное помещение. За порогом кафе их встретила декабрьская ночь, залитая светом праздничной иллюминации. Улица перед заведением бурлила, наполненная смехом и оживленными разговорами, а лица недавних игроков светились радостью. Одно за другим к бордюру подъезжали такси, и толпа постепенно редела.

Игроки команды “Pre-AI Gen”, довольные своей очередной победой, не спешили расходиться. Тофиг, с сияющей улыбкой, держал в руке призы в пакетах - сертификат в рамке и две бутылки вина. Зейн, с хитрым прищуром, договаривался с ним о том, кто из них в этот раз берет призовые напитки с собой. Саадат стояла рядом и торопилась что-то договорить подругам Джамиле и Зибе. Сания чуть в стороне с широкой улыбкой смотрела в темное небо, ежась от прохладного декабрьского воздуха и выдыхая струйки пара в морозный воздух. Наконец наступил момент прощания, и Джамиля с лёгкой грустью сказала:
- Вот и всё! Мы увидимся только в следующем году! Девочки, давайте я вас всех обниму.
Зейн резво пошутил:
- А мальчиков обнимать не будешь?
На что Джамиля быстро парировала:
- Ну, Зейн, после такой победы я готова обнять хоть весь мир! А тебя - в первую очередь! Иди сюда, иди мой герой!
Тут опять начались шутки и радостные объятия всех со всеми. Когда Зейн повернулся, чтобы обнять Санию, он лишь едва коснулся кончиками пальцев её спины и тут же отстранился, не дав ей возможности ответить на объятие. Сания, которая ожидала более теплого и искреннего жеста, слегка удивилась, но виду не подала. Друзья стали один за другим вызывать такси. Увидев, что Сания тоже потянулась к телефону, Зейн, перехватив её взгляд, сказал с мягкой улыбкой:
- Я тебя подвезу, не вызывай такси.
Проводив друзей, Зейн и Сания остались одни. Зейн легко сошел с тротуара, чтобы перейти улицу, и, обернувшись, протянул Сании руку:
- Нам придется немного пройти по улице, я припарковал машину чуть дальше.
Они шли по пустынной ночной улице мимо кафе и ресторанов, в окнах которых были видны новогодние ёлки. Отовсюду звучала музыка и были слышны веселые голоса. Зейн открыл дверцу машины для Сании и с легкой, искренней укоризной в голосе, произнес:
- Никогда не вызывай такси, когда я рядом. Я с удовольствием довезу тебя до дома, где бы мы ни были.
Сания, устраиваясь в мягком кресле, пробормотала скорее себе, чем ему:
- И в правду, машину ты водишь лучше, чем...
- Чем что? - переспросил Зейн, его брови слегка приподнялись в недоумении. Не получив ответ и не веря услышанному, он спросил ещё раз:
- Сания, что “чем что” ...? - в голосе проскользнула нотка лёгкого возмущения.
Сания стушевалась, понимая, что ляпнула что-то лишнее:
- Ничего. Я сказала, что ты хорошо водишь машину.
Ее ответ не успокоил Зейна, и он ещё раз спросил. На этот раз в его бархатном голосе послышались металлические нотки.
- Сания, договаривай. Я вожу машину лучше, чем что?
Поняв, что отступать некуда, Сания выскользнула из машины и глядя Зейну в глаза ответила:
- Лучше, чем... обнимаешь.
- Что? Ты это серьезно?
- Да. Мне нравятся другие обнимашки.
Зейн растерянно стоял и не знал, что сказать. Впервые с момента начала их общения сложилась ситуация, которая могла перерасти в обиду. А Зейн этого не хотел. Единственное, что ему пришло на ум, это сказать:
- Покажи, какие обнимашки тебе нравятся.
После короткой паузы Сания плавно двинулась к Зейну, подойдя вплотную. Она обвила его шею своими руками и прижалась к нему всем телом. Уткнувшись лицом и губами ему в шею, она наконец услышала аромат его парфюма, который на самом деле оказался очень изысканным. Ощутив тепло его тела, она тихо прошептала:
- Обними меня, пожалуйста... Крепко обними.

Зейн обнял Санию, и по мере того, как она не отстранялась, скованность в нем ослабевала, и его объятия становились всё крепче. Они стояли, обнявшись, и молчали под приглушённым шумом ночного города. Наконец она подняла лицо и посмотрела Зейну в глаза, в её глазах читалась бесконечная нежность. Он молча смотрел, чувствуя, как её близость отзывается в нем теплом и трепетом, при этом он явственно ощущал каждый удар своего сердца. А она подтянулась на цыпочках к его лицу и прижалась щекой к щеке. Через некоторое время Сания сказала тихим томным голосом:
- Понимаешь, Зейн, мне нравятся такие обнимашки.
- Дорогая, а после такие обнимашек хочется... - Зейн замолчал, его взгляд скользнул по её губам, а Сания, поняв его, продолжила:
- Целовашек? Да, хочется и очень...
Сказала и потянулась к Зейну. Тот коснулся её губ коротким, нежным поцелуем, и когда она не отстранилась, он углубил его, отвечая на её желание, и с каждым разом поцелуи становились всё дольше и страстнее. Когда Зейн оторвался от губ Сании, выравняв дыхание, он глухим шепотом спросил:
- Что теперь?
Лицо Сании пылало от внутреннего жара, и ей не хотелось отпускать его. Её голос сразу же выдал внутренние чувства, став низким и шепчущим:
- Как что? После таких целовашек хочется только одного - кувыркашек...
- Кувы...? Кувыркашки?! Ты где такое слово нашла?
Услышанное вызвало у Зейна неожиданный, но искренний смех. А Сания, как будто не слыша его, сказала:
- Поедем ко мне? Или к тебе?.. Хотя я согласна и на нейтральную территорию.
Зейн посмеялся от души, а потом осыпал лицо Сании поцелуями:
- Саня, какая же ты у меня сладуся! Хорошо, поедем. На нейтральную территорию, как ты и хочешь.

На удивление, дороги в этот декабрьский вечер были свободными и машина, управляемая Зейном, быстро мчалась куда-то далеко за город. Прежде чем тронуться с места он кому-то позвонил и о чем-то договорился. А сейчас молча вёл машину. В салоне звучало ночное радио, и одна лирическая песня сменялась другой. Следить за дорогой Сание не удавалось из-за бурлящих внутри эмоций - смеси волнения и пьянящего ожидания. И видимо поэтому ей показалось, что они едут целую вечность.
- Зейн, когда я сказала про “нейтральную территорию”, я не имела в виду - вывези меня за пределы страны. Поближе ничего не было?
Зейн бросил на нее быстрый, пронзительный взгляд и его губы изогнулись в широкой, дразнящей улыбке. Его низкий бархатный голос, наполненный игривостью, стал звучать ещё более волнующе:
- Поближе? Сания, для того, что мы с тобой хотим, нет ничего достаточно близкого. А какая ты оказывается нетерпеливая! М-м-м... Ты из тех, кто срывает одежду с мужчины, не дожидаясь, когда это сделает он? Ты мне открываешься с новой стороны, дорогая! Я весь в предвкушении!

Сания смотрела на Зейна, и видя его хорошее настроение и блестящие глаза, почувствовала, как волнение разливается по её телу. Она понимала, что играет с огнем, но именно эта игра казалась ей единственным способом сблизиться с ним. На её губах появилась легкая, дразнящая улыбка:
- Зейн, а ты готов к тому, как я могу тебе ещё открыться? - её голос был тихим, но с дерзкой ноткой. - Возможно, я не так предсказуема, как ты думаешь.
Зейн, приняв её вызов, склонил голову, его улыбка стала чуть шире, а взгляд - проницательнее.
- Попробуй открыться. Я готов к твоим сюрпризам, особенно когда они так манят.

Зейн подъехал к красивым воротам, которые тут же распахнул мрачный бородатый мужчина, жестом приглашая въехать во двор. Зейн открыл дверцу машины, и Сания медленно вышла в морозную ночь. Взгляд бородача, тяжелый и оценивающий, скользнул по ней, задерживаясь на мгновение, прежде чем он молча пригласил даму в тёмный дом. Пока Зейн парковал машину под навесом, мужчина жестом указал на лестницу, ведущую на второй этаж. “Как же этот бородач осуждающе на меня посмотрел! Бедная моя репутация, сегодня твои поминки!” – с сарказмом подумала Сания про себя, поднимаясь по темной лестнице, на которой по мере её подъема загорались маленькие диодные лампы, реагирующие на движение. Свет от них был достаточным, чтобы видеть следующие ступеньки, но слабым для полноценного освещения. На втором этаже она обнаружила приоткрытую дверь, ведущую в спальню, где у высокой двуспальной кровати горел один единственный светильник. Сания нервно вдохнула, затем шумно выдохнула, и прошептала себе: “Ну что ж, дорогая, у тебя одна-единственная попытка. Не забывай, ты сегодня - женщина-вамп.”

Она не спеша обошла комнату, скинув свое пальто и сумку в кресло. Ей бросился в глаза минималистский дизайн помещения, типичный для отелей: строгие линии, отсутствие лишних деталей. Серые шторы были плотно затянуты, создавая полумрак и отрезая внешний мир. Рядом с кроватью стоял небольшой столик и элегантное кресло, а по углам стояли два торшера. Обнаружив ванную комнату, выполненную в холодных сине-серых тонах, она заглянула и туда. “Чисто. Интересно, куда он меня привез? Неужели это какой-то мини отель?” - промелькнула мысль, выдавая легкое волнение. Чтобы успокоиться и полностью войти в образ, она начала мысленно выбирать наиболее выигрышные ракурсы и места в комнате, где её появление будет наиболее эффектным. Но на ум ничего не приходило. Волнение нарастало, а Зейн всё никак не появлялся.

Немного подумав, она скинула ещё и сапоги и пошла мыть руки в ванную комнату. Вытирая руки о сине-серое полотенце, она обратила внимание на одиночный синий банный халат. Полотенца лежали совсем не так, как обычно это бывает в отелях. Она вышла из ванной и наткнулась на Зейна, который пришел с бутылкой просекко и двумя бокалами для игристого вина.
- Освоилась? - спокойно спросил Зейн, с лёгкой улыбкой.
- Вроде. А мы где, если не секрет? - Голос Сании невольно перешёл на шепот. Зейн мгновенно отреагировал на её манеру говорить и таким же шепотом спросил:
- Мы боимся, что нас услышат барабашки?
Сания усмехнулась и сразу её волнение стало улетучиваться. “Все-таки, с ним мне спокойно. Выходит, мне было просто некомфортно быть одной в чужом месте.” - решила она про себя.

Пока Зейн открывал бутылку и разливал напиток по бокалам, Сания рассуждала вслух:
- Розовое итальянское просекко в далёком от Баку мини отеле, - пробормотала она. - Это обычная практика для деревенских мини отелей?
Зейн в ответ многозначительно вскинул брови, хитро улыбнулся и протянул ей бокал с вином.
- Зейн, где я? - спросила Сания, отпивая просекко, в её голос звучало легкое недоумение.
- Не где ты, а с кем ты. - спокойно и тихо ответил он. - Ты со мной, и это самое главное. А мы с тобой не закончили один важный разговор. На чем мы остановились?
Сания, выдержав театральную паузу, хитро сказала:
- На целовашках. - и улыбнулась, чувствуя, как тепло просекко разливается по телу.
- Да, целовашки. Но давай ещё раз пройдемся по... обнимашкам. Ты не против?
Не успела Сания ответить, как Зейн стянул с себя пуловер и рубашку, под которой, как оказалось, не было нижней майки. Обнажив свой мускулистый торс с рельефным рисунком мышц, он продолжал говорить:
- У нас с тобой разные взгляды на обнимашки. Я хочу прояснить этот вопрос. Ты показала мне, какие обнимашки нравятся тебе. Теперь моя очередь показать, что нравится мне.

Сания старалась не разглядывать обнаженное тело перед собой, которое, несмотря на прошедшие годы, все еще хранило знакомые очертания, напоминавшие ей о первой встрече на море. Но теперь перед ней стоял зрелый мужчина в хорошей физической форме, которая и раньше проглядывала через одежду и волновала. Или просекко начало действовать, или атлетический торс влиял на состояние Сании, но у нее началось лёгкое головокружение. А Зейн тем временем подошёл к ней и стал аккуратно снимать с нее одежду, комментируя каждую вещь:
- Мне нравится, как ты подбираешь эти ремни и как сочетаешь их с одеждой. Мне нравится, как ты вообще сочетаешь цвета. Твои брючки и платья... в платьях ты меня особенно волнуешь. Мне нравится видеть эти линии рук, шеи, бюста... Как же я хотел увидеть твою грудь...
Сания очнулась, обнаружив себя полураздетой перед Зейном, а он, посмотрев на её тело, крепко прижал её к себе. Касание обнаженных тел электрическим разрядом ударило по ним обоим, а Зейн тихо нашептал ей на ушко:
- Мне нравятся такие обнимашки, когда каждой клеточкой чувствуешь тело партнера. Не то, что твои обнимашки в пальто, в людном месте и на холоде.
Сания провела руками по его предплечьям, обвила его шею руками и медленно подняла лицо, на котором её глаза сияли вызовом:
- Но мои обнимашки на холоде ведь имели успех, благодаря им мы сейчас здесь и без пальто.
Зейн не отрываясь смотрел ей в глаза, его взгляд был полон восхищения и легкой усмешки, при этом он нежно поглаживал её тело. Он был почти готов согласиться с любым её заявлением, но все же решил внести ясность:
- Нет, моя любимая девочка, не твои обнимашки имели успех. А мое нежелание обнимать тебя после игры. Тебя это задело и вот мы здесь. Хотя должен отметить, я восхищён твоей смелостью и авантюризмом. Снимаю шляпу! Возвращаясь к нашей программе, что у нас следующее? Целовашки?..

Продолжение следует...