Четыре родины - четыре детства

Часть первая. Алтайский край
Глава 1. День рождения
До пяти с половиной лет я жила на Алтае. Этот красивейший край находится на юге России. Там высокие горы, бурные реки с ледяной и прозрачной водой. Лето очень тёплое, как и ливневые дожди, трава сочная и кажется ярко-зеленой.
Село, в котором я родилась, называется Солонешное, да вот такое интересное  название. Солонешное получило свое название от речки Солонешки, протекавшей у подножия горы, на которой первые охотники нашли солонцы. Солонцы - это почвы , в которых есть соли. Очень часто люди переспрашивают, как называется село, им кажется, что «солнечное». Они немного правы, потому что я помню только солнечные дни, ведь Алтай - это юг России.
Мои родители встретились, когда мама приехала по распределению на Алтай после окончания техникума. И так случилось, что мой папа ехал на грузовике из районного центра  и предложил подвезти её  в село Солонешное. Они стали встречаться, так образовалась наша семья. Сколько себя помню,  я всегда гордилась своими родителями  и даже хвасталась, что папа- механик, а мама- бухгалтер. В те времена не все ребята могли похвалиться, что родители  образованные.
По рассказам моей мамы, я родилась в жаркий июньский день. Может поэтому из всех детей, а нас в семье  четверо, моё лицо было покрыто веснушками. А ещё я часто объясняла этот факт тем,  что веснушки от бабушки Ксени передались моей маме, а  от мамы только мне. Ведь у остальных детей – Люды, Саши и Лены веснушек не было.
Я всем рассказывала, что меня назвали , как папину мать, мою бабушку  – Валентина. Смутно её помню, но она была невысокой  стройной женщиной, всегда в платке, в юбке и блузке навыпуск. Бабушка была натруженная   пожилая женщина, не многословная, может потому что одна воспитывала троих детей: тётю Шуру, папу Геру, дядю Артёма. Дала им образование, и они выросли уважаемыми людьми.
И ещё одна особенность моего дня рождения, он совпал с днём рождения Александра  Сергеевича  Пушкина. Я иногда пишу стихи, и конечно эту способность я связывала с днём рождения великого поэта.  Вот такая я была выдумщица.               
Глава 2. Самолёт
У меня было два друга – Витя и Юра. Один, как смоль чёрный и смуглый, а другой – рыжий и  розовощекий, с крупными веснушками. Я  всегда играла с ними: в догонялки, строили башни из кубиков, качались на качелях, бегали босиком по лужам после дождя. Я ни сколько не уступала мальчишкам, старалась их догнать и перегнать. Но ведь я девочка и иногда вела себя как модница, толкала в чулки под пятку кубики, и ходила перед мальчишками, будто на каблуках.
А ещё за нашим домом был аэродром. Это второй вид транспорта, которым можно было добраться до нашего горного села: через горные перевалы и речные долины проходила автодорога  или на самолёте над горными каменными вершинами.
Самолёты прилетали не часто, и мы точно знали когда. Прибегали к аэродрому , усаживались на заграждения, сделанные из жердей, чтобы кони и коровы не вышли на взлётную полосу. Мы сидели  и ждали самолёт, его называли «кукурузник». Услышав гул над горами, кричали  громко, как бы зазывая своим пением самолёт:
Самолёт, самолёт, посади меня в полёт,                А в полёте пусто, выросла капуста!
или
Самолёт летит - колёса крутятся.                А сзади чёрт сидит, картошку лопает...
Мы с мальчишками  начинали махать руками и панамками, чтобы помочь пилоту правильно посадить самолёт. Самолёт неуклюже останавливался на полосе, его винт всё ещё крутился. Открывалась дверь,  и выходили пассажиры: старушка с узлами, дяденька в шляпе и с чемоданом, тётенька с козой. Кого только не привозил этот маленький самолёт. Пилот выходил и махал нам рукой, наверное ,благодарил за знаки, которые мы ему подавали при посадке.
Кстати, а вы знаете, почему самолёт называли «кукурузник»? Я тоже не понимала почему, ведь мы не видели, чтобы привозили кукурузу.  Уже позже мой папа мне объяснил, что своё название «кукурузник» получил потому что обрабатывал поля с посевами кукурузы от насекомых- вредителей. В те времена на полях выращивали очень много кукурузы, жалко,  что не продавались  в магазинах попкорн ,кукурузные палочки или хлопья. Я бы всех друзей угостила такой вкуснятиной. Такие самолёты  до сих пор летают над горами, ведь большому самолёту там не развернуться и не приземлиться. Вот такой очень  важный,  маленький самолёт.
Глава 3. Бочка
Наверное, мне стоило родиться мальчишкой, потому что я очень любила ходить со своим папой на работу, легко поддерживала  разговоры  со  взрослыми мужчинами, с которыми общался папа. И, конечно же, я дружила с мальчишками и испытывала себя на храбрость.
Со своими друзьями я часто убегала от дома, дальше, чем разрешалось родителями. Так хотелось увидеть других ребят с другой улицы, посмотреть, чем они занимаются, в какие игры играют.
Наша улица , где был наш дом, была очень широкой и ровной, но в конце она поворачивала куда-то влево. Так хотелось сходить  за поворот самостоятельно, без родителей. Я знала, что там за поворотом на берегу реки жила папина сестра тётя Шура. К ней в гости мы ходили по выходным всей семьёй: папа, мама, Люда и  я.
Улица ,на которой стоял её дом,  называлась Болотная, потому что во время весеннего половодья река Ануй разливалась ,и оставляла много талой воды. Так берег превращался в болотное место. Зато летом на этом месте вырастали  красивые ромашковые луга. Мне очень хотелось дойти самостоятельно до этого поворота, доказать мальчишкам, что я уже большая и ничего не боюсь. А ещё проверить себя -  смогу ли я найти дорогу до дома тёти Шуры.У тёти Шуры было два сына - Ваня и Толя , они были старше меня , и не очень то со мной играли.
И вот мы отправились без  разрешения  родителей,  в неблизкий путь для пятилетних детей. Нужно было пройти всю нашу улицу, спуститься под горку  и выйти на улицу, где жила тётя Шура. С друзьями Юрой и Витей мы дошли до поворота  и вдруг  видим -  старшие  мальчишки катят бочку. Видно, эту бочку кто-то выбросил  за ненадобностью  или ребята её взяли без разрешения. В таких больших  бочках люди солили огурцы, квасили капусту, хранили воду. В этой стайке мальчишек были  и мои братья Ваня с Толей. Ваня,  насупив брови, на правах старшего брата,  поинтересовался, что я здесь делаю и знают ли об этом родители. Я смутилась, но  не успела ответить, потому что в этот момент какой- то  мальчишка залез в бочку и её толкнули с горки. Бочка катилась вниз, брякая и подпрыгивая. Следом за бочкой бежали мальчишки, кричали и свистели.  Наконец она докатилась до ромашкового луга и остановилась. Мальчишка вылез из бочки,  смеясь и покачиваясь. Бочку снова закатили на горку. Старшие ребята предложили моим друзьям прокатиться , но они отказались, а  я дала согласие. Точно помню, что страха не было. Братья пытались меня отговорить, они знали, если, что-то со мной случится, то им попадёт. Но я уже залезла в бочку.  Внутри она была просторная и сухая, но в ней сохранился запах квашеной капусты.
И вдруг бочка стала наклоняться, а  вместе с ней и я. Бочка покатилась, вылезти из неё уже не было возможности. Я видела, что кто-то бежит рядом, быстро переступая босыми ногами, слышала крики и свист. Земля крутилась перед глазами. Бочка,  подпрыгнув очередной раз, остановилась, и я увидела ромашки. Подбежали друзья, братья и другие ребята, помогли вылезти из бочки. Ваня сказал: «Ну, ты Валентина Терешкова!».
Я знала, что Валентина Терешкова - это первая женщина-космонавт. И хотя у меня болели коленки  и кружилась голова, мне было приятно, что меня посчитали космонавтом. Прошло уже много лет, давно нет моих двоюродных братьев Ивана и Анатолия. Живы ли, здоровы ли мои друзья Юра и  Витя, помнят ли они наши игры  и меня? Я- то точно помню всё, всё.

                Глава 4. Мороз                С моей сестрой Людой мы были «не разлей вода», везде вместе. Хоть она и была старше меня на один год и шесть месяцев, мы были  как близнецы. Мы были крепкими, розовощёкими девчонками. Бабушка Ксеня шила нам одинаковые платьица, мама покупала одинаковые сандалии и носочки. И всё же Люда была старшей сестрой,  и я слушалась её, ходила за ней  как «хвостик». Мы всегда были с ней вместе - на улице, в детском  саду, в гостях.
Однажды  меня папка повёз на санках в садик одну, где была Люда , я не знаю. Позже я узнала, что она заболела. Обычно зимой нас обеих закутывали в шали, закрывали носы,  усаживали  на санки, закутывали в одеяло и везли в детский сад. Это когда на улице были сильные морозы. Вот и в тот день был мороз сорок градусов.
Хотя Алтай находится на юге России зимы там очень морозные и снежные. Позже, когда я стала учиться в институте и стала учителем географии, я узнала причину этого явления. Оказывается, холодный воздух в зимнее время заходит в межгорные долины и застаивается. И пока в долины не зайдёт тёплый воздух, стоят сильные морозы. Папа рассказывал, что даже трескалось железо, трещали деревья от таких холодов. И снега много выпадало, это тоже из-за горного рельефа. Воздух, который приносит снег, задерживается за высокие вершины гор, пока не выпадет весь  снег, снегопады не прекращались. Сугробы были такой высоты, что люди не могли выйти из своих домов. Сейчас бы им помогли спасатели МЧС, но раньше не было такой службы, и соседи помогали друг другу сами.
Так вот, меня укутали большой шерстяной шалью, завернули в одеяло и усадили на санки. Хорошо помню то морозное утро. Нос и рот были закрыты шалью, но  я видела, как папка тянет санки за верёвку. Он шёл такой большой, в пальто, валенках, уши у шапки были опущены, хотя он редко их опускал. Санки скользили, папа тянул их быстро. Наверное, ему было очень холодно, ведь его не закутали в шаль.
Эта большая клетчатая шаль была незаменима - в неё мама заворачивала младшего братика Сашеньку, укрывалась,  когда ложилась отдохнуть. Я видела пар от папиного  дыхания, искорки на моих ресницах, редкие фонари на улице и луну. Мы всё шли и шли, а луна не двигалась, она  висела на небе большим белым кругом. Я думала о луне, которой было  холодно и одиноко в тёмно-синем небе. Наверное,  я уснула в тёплом одеяле и проснулась, когда папа передавал меня из рук в руки воспитательнице. Она сказала, что сегодня будем петь песни, ведь скоро Новый год. Папа сказал, что Люда заболела  и поэтому осталась дома.  Через несколько дней меня тоже оставили дома, и мы с Людой болели вместе.
Глава 5. Болезнь ветра
В Алтайском крае часто дуют ветры, особенно зимой. Они  могли  дуть несколько дней подряд, передувая выпавший лёгкий снег  с одного места на другое. И, в конце концов, сугробы становились твёрдыми, по ним можно было ходить, не боясь провалиться. Сугробы надувало такой высоты, что за ними скрывались заборы, сараи и даже дома. Солнце в такие дни было спрятано за тучами, и трудно было определить, сколько времени, то ли утро, то ли полдень, а то и вечер. Тем более, что зимой световой день короткий,  всего с девяти  часов утра и до пяти часов вечера. И опять длинная ночь.
Ветер менял направление,  и раскрывалось окошечко на небе, где было спрятано солнце. Лучи несмело освещали дома, сугробы, горы, и, наконец, ветер утихал,  устанавливалась хорошая солнечная погода. Вся ребятня выходила во дворы, на улицу, везде был слышен детский смех.
В нашем доме было три квартиры, и в каждой были дети, и если мы одновременно выходили во двор, все сугробы, которые столько дней мастерил ветер, превращались в руины. Что мы только не делали в этих сугробах - рыли пещеры, лазили на вершины, катались с них на санках и просто на животе.
Ну, про ветер понятно, он дует - и меняется погода. А почему люди болеют ветрянкой? И что такое ветрянка? Наверное, это болезнь ветра.  Это было летом. Стояла очень жаркая погода, и неожиданно для многих родителей дети заболели ветрянкой. Мы с Людой тоже заболели. Трудно было усидеть дома, когда на улице лето, да ещё в затемнённой комнате. Чтобы сделать прохладу в доме и как-то облегчить нашу болезнь, мама закрывала окна покрывалами. Ветрянка - это болезнь, при которой бывает температура, на теле появляются прыщики, и тебе постоянно их мажут зелёнкой. Было интересно считать, сколько новых прыщиков появилось за день.
Мама говорила, что  надо больше пить, и делала нам морсы из клубничного варенья. Вот нам повезло с Людой, когда бы ещё мы съели столько варенья. Позже, когда я сама стала мамой,  узнала, почему ветрянка так называется. Очень просто, ведь она передаётся от человека к человеку по воздуху. Но ведь бывают и безветренные дни?
Глава 6. Ёлка
Моя кровать стояла недалеко от окна, и в сильные морозы они все были закованы узорами из инея. Я всегда была выдумщицей, и в этих узорах я видела красивые ледяные замки, горы, леса, разных зверей. Картинки от инея на стекле менялись от того, что солнце согревало стекло. А ещё от того, что я защуривала то левый, то правый глаз, и изображения менялись,  как в калейдоскопе. Окна в сильные морозы промерзали очень сильно, и  даже на подоконнике были ледышки. Несмотря на запреты мамы, я облизывала этот лёд, он был такой вкусный и приятно охлаждал язык.
Зима, морозы, ёлка и новогодние подарки -  вот самые любимые слова были  для меня  и, думаю , для всех  ребят даже сегодня. Наша мама  каждый год шила нам с Людой новогодние костюмы. В этом ей помогала наша бабушка Ксеня. Они кроили из марли платьица, делали из картофеля крахмал, крахмалили юбочки, обшивали бусинками кокошники. Мы с Людой сидели и наблюдали за этими действиями. С нетерпением ждали, когда же увидим белое платьице. Но терпения не хватало, мы начинали зевать, тереть глаза кулачками,  и нас отправляли спать. Какой восторг был у нас утром, когда проснувшись,  мы видели в своей комнате пышные белые платьица, которые висели на плечиках.
На столе лежали кокошники для меня и Люды. Мы начинали смеяться, визжать от радости. Это не просто платьица - это были костюмы «Снежинок».
И вот праздник новогодней ёлки в детском саду. Кругом веселье, шум, ёлка украшена игрушками, вся блестит, как в сказке. Не знаю, как Люда, но я была хвастушкой, и до того, как мама надела на нас лёгкие, пышные, белые платья, я уже всем сообщила  о марле, крахмале и бусинках. Мы надели белые носочки, и в самую пору вставать в хоровод, но оказалось, что у меня нет сандалий. Мне пришлось водить хороводы, петь песни и читать стихотворение Деду Морозу в одних носочках. Дяденька фотограф сделал снимок, где мы с Людой идем рядышком в красивых нарядах.               
Когда кто-то из ребят уронил игрушку с ёлки, и она разбилась, я боялась, что наступлю на стекло. Люда крепко держала мою руку, но мне так стало обидно почему-то, и я едва не расплакалась. Тогда воспитательница Вера Ивановна наклонилась ко мне, улыбнулась,  взяла меня за руку  и повела в хоровод. Мы пели новогодние  песни под баян, плясали, и я уже совсем забыла про стекло  на полу.
Я не знаю, почему у меня не оказалось сандалий, но раньше у ребят обуви было немного. Это сейчас у вас есть туфли, кроссовки, сланцы, а у нас такой роскоши не было. И очень часто дети летом бегали босиком. Хорошо помню, что после тёплого ливня - выбегала на улицу и бродила по лужам, не боясь, что порежу ногу.
Глава 7. Черёмуха
В алтайских горах, кроме ледников и скал, есть очень красивые леса вперемешку с лугами, а на солнечных склонах гор - заросли черёмухи. Однажды мы всей семьёй: папа, мама, Люда и я пошли за черёмухой, взяв с собой бидончики  для ягод.
Река Ануй очень быстрая, но неглубокая, течение стремительное, да ещё вода очень холодная. Хотите знать, почему вода холодная даже летом? Потому что эта река берёт начало с горных ледников. Дно реки каменистое, перейти через неё не просто. Моста нет, а черёмуха растёт на другом берегу.
Папка взял меня за руку, а мама - Люду , и мы стали заходить в бурлящий поток. Не знаю, как чувствовала себя сестра, но мне казалось, что вот-вот меня река вырвет из отцовских рук и унесёт. Хорошо, что папка был высокий и сильный. Его большая ладонь крепко держала мою ладонь , и я это чувствовала. И вдруг Люда, то ли запнулась, то ли  подскользнулась на камне,  нырнула по самые плечи.  Мама  рывком вытянула  её из воды,  и мы пошли дальше. Люда даже не заплакала, такая была смелая.
 Пройдя реку,  нужно было подниматься по крутому склону, где росла черёмуха. Ягод было так много, что заглянув в середину куста, казалось, что там нет листьев, одни сплошные кисточки ягод. Мы с трудом поднялись к черёмухе, удобно уселись на мощные ветви  и стали собирать ягоды. Ветки черёмухи свисали над рекой.  Вода неслась под нами бурным потоком, но мы спрятались вчетвером в зарослях и забыли  про реку.
Ягоды были такие крупные и сладкие, что большую их часть я толкала  в рот. Ела ягоды до тех пор, пока язык и зубы не покрылись вязким коричневым налётом. Мы с Людой смеялись, показывая друг другу языки. Досмеялись до того, что  у Люды бидончик сорвался с ветки, на которой висел и покатился по склону. Ягоды чёрной дорожкой сыпались на камни и траву. Докатившись до воды,  бидончик остановился, так как упёрся в речной валун. Сколько было слёз по рассыпанным ягодам. Домой вернулись с ягодами и впечатлениями о реке и черёмухе.
 Ягоды черёмухи очень полезные, их используют при расстройстве кишечника. Заболел живот у ребёнка, ему бабушка заварит сушёную черёмуху. Он выпьет и болезнь проходит. А ещё черёмуху мололи в мясорубке, добавляли сахар  и варили варенье. Но когда я была маленькой , не все люди могли себе позволить варить варенье.  Проще всего было черёмуху высушить на солнышке, а зимой размочить, намолоть и напечь  пирожки.  Как только мама или бабушка Ксеня делали  пирожки,   мы вспоминали  наш поход за черёмухой через реку Ануй.               
               
Глава 8. Тёплое лето
Я уже говорила, что Алтай – тёплый край. И в моей памяти остались солнечные и тёплые воспоминания. Да, да солнечные и тёплые, потому что чаще всего мы с сестрой Людой и соседними ребятами бегали босиком.  Родители не боялись, что мы простынем и заболеем, потому что земля была очень тёплой.               
  Летом жители села Солонешного массово отдыхали, скорее всего ,после окончания посевной страды. Все шли в горы, но не на большую высоту, и там, среди лугов веселились. Играла гармонь, пели песни, вкусно ели. А для нас, ребятни, и вовсе раздолье. Люда рассказывала, что там, в межгорных долинах было много цветов, особенно красивым был «рыжик», так называют это растение на Алтае. Люда говорила, что мы просто бежали и бежали, а кругом оранжевые   цветы «рыжики». Я это плохо помню,                может,  потому что младше была.
Вечером за нами приезжали машины, и все залезали в кузов, приседали , держались за борта. Вот и наши родители  тоже сели в кузов машины, я с папой, а Люда с мамой. Помню, что машина качалась из стороны в сторону, то газовала, то притормаживала. Поперек  кузова была натянута цепь, от одного борта к другому. Может мама Люду не удержала, когда  машина дернулась, но сестра ударилась лицом об эту цепь. Помню, что было много крови и  слёз. Может , поэтому я забыла про «рыжики».
А ещё я помню, что ела землю. После дождя я выходила на дорогу, брала такие плиточки земли, как плитки шоколада, они оставались от гусеничного трактора. Трактор тяжёлый давил на  землю, и на  дороге оставались эти плиточки. Понюхав , я откусывала чёрный кусочек и жевала. Земля была тёплая, влажная и очень вкусно пахла.
Ребята,  что постарше, соседи и Люда, знали о моей слабости – есть землю, сразу говорили об этом маме. Она заводила меня домой, промывала рот и брала обещание, что я больше так не буду делать, но проходил очередной летний дождь, и я снова шла к дороге. Бабушка Ксеня говорила, что мне не хватало каких-то минералов, поэтому я и ела землю. В конце концов,  меня положили в больницу на лечение, потому что в земле есть не только полезные минералы, но и различные паразиты.
Я уже бабушка, и,  конечно, больше не ем землю. Но как только я захожу в огород,  чувствую  этот запах, запах земли после дождя.
На Алтае такое тёплое лето и так много дождей, что  просто брось семена -  и они прорастут. Наша  мама  очень любила заниматься огородом. У нас всегда были ягоды клубники, разные овощи и ягодные кустарники. Мы очень радовались первой морковке с длинным тонким хвостиком, первому хрустящему огурчику с пупырышками, первым ароматным клубничкам. Кстати, в этих краях не обязательно строить теплицы, всё успевает поспевать под открытым небом.
А какие крупные подсолнухи с крупными чёрными семечками вырастали, просто восторг! Таким подсолнухом можно было поделиться с шестью-семью ребятами. Вот такой он был большой!
Подсолнухи срывали с толстых стеблей, переворачивали семечками вниз, чтобы воробьи не поклевали,   и складывали сушиться на крышу. Когда подсолнухи подсыхали, семечки шелушили и складывали в тряпичные мешки. Мешочки подвешивали за печку, и от печного тепла они ещё больше подсыхали  и становились очень вкусными. Это сейчас люди жуют ароматные жвачки, а раньше в любой одежде: пальто или фуфайке были насыпаны семечки. Все грызли и грызли.
В нашей семье тоже все любили грызть семечки. Обычно свет отключался рано, и мы сидели за большим обеденным столом в тёплой тёмной кухне при свече или керосинке и грызли семечки. Я всегда удивлялась, как мама и баба Ксеня так быстро грызут семечки. Нам постоянно напоминали, чтобы мы грызли не торопясь, чтобы не подавиться скорлупками.
Мама разводила ягоды клубники. Ягоды  вырастали  очень крупными,  почти с кулачок маленького братика Сашеньки. Мама собирала их вечером  и давала нам поесть, сколько мы хотели. Ягоды были сладкие и тёплые от солнца. А ещё  она варила из них варенье и в зимние дни ставила его к чаю. Клубнички были такие  же крупные, ароматные и в сахарном сиропе казались прозрачными. Как хорошо было съесть «тёплое лето» зимой!

                Глава 9. Крепыш                Я никогда не была худенькой  и не была «малоежкой». Удивляюсь современным семьям,  дети  в которых не едят мясо или рыбу, лук или молоко.  Как можно не есть такие полезные продукты?!
Люда была старше меня на полтора года и соответственно выше ростом. А я была пониже и покрепче телом. Баба Ксеня всегда говорила, что я буду невысокого роста, как она. Но много лет спустя шестеро её внуков , в том числе и я, стали намного выше, а она так и осталась низенькой  бабушкой. Скорее  всего,  я копила силы для роста и к пятнадцати годам я стала самая высокая в классе среди  девочек.
Так вот, что же ели дети в моём детстве. Я уже рассказывала, что еду готовили в русской печи. Русская печь была огромных размеров, и все четыре стороны её обогревали одну из комнат нашей  квартиры: детскую, кухню, зал и спальню родителей. Русская печь, потому и русская, что изобрели её на Руси. В кухне у печки было две топки, куда складывали дрова. Первая топка для того, чтобы была горячая только плита, а вторая для всей печи, чтобы обогреть комнаты. Вечером  папа приносил дрова, топил печь,  а мама ставила в неё чугунки. Еда в чугунках  была ароматной, в ней сохранялись все полезные вещества. Чугунок – это такая чугунная посуда,  которая хорошо прогревалась, сохраняла тепло,  и пища в них долго оставалась горячей до самого вечера.  Это сейчас в домах газовое отопление, газовые и электрические плиты, а раньше пользовались печами. Летом, чтобы не топить печь, ведь дома и так жарко, люди строили небольшие печки прямо во дворе и готовили еду.
Утром мама вынимала  жёлтую пшённую кашу из печи, у каши была румяная корочка. Она накладывала в тарелки кашу и сдабривала сливочным маслом. Каша всё ещё пыхтела , была пышная и горячая. Родители всегда приходили на обед домой. Мама доставала ухватом из русской печи чугунок со щами из квашеной капусты. В щах был большой кусок мяса с прослойкой сальца. Мясо выкладывали на большое блюдо, и папа разрезал его на куски. Выхлебав щи , папка брал такой кусок мяса, крепко посыпал перцем или мазал горчицей, когда он жевал,  у него смешно шевелились кончики ушей. На столе всегда лежал кольцами нарезанный лук. Съев щи, я брала кусок мяса с сальцом и  закусывая хлебом  и луком, ела. Кстати, очень вкусно, в моей семье мы часто едим сало и лук колечками. Тогда я всё повторяла за отцом  и всем говорила, что я «папкина дочь».
Сельские жители держат скот. Вот и у нас тоже была корова. Пастбища летом с сочной травой, коровы приходили вечером домой сытые  и давали много вкусного молока. Как только приходила корова, я бежала домой, брала свою большую эмалированную кружку  и вставала рядом с загоном, где мама доила корову. Струйки молока звонко били в стенки подойника, это мама доила корову. Звуки струек становились тише и тише, это значит, что подойник уже полон молока.
Мама выходила из загона с подойником, в котором с горкой была   белая молочная пена. Мама знала, что я жду молока. Она брала марлю, складывала её в несколько раз, накидывала ей мою кружку и цедила молоко. Я, даже не отходя от загона, начинала пить молоко. Молоко было тёплое, густое и пахло травами. Я пила медленно, тихонько вздыхала и ухала, а в кружке отзывалось эхо   «у-ух». Напившись, я снова бежала за двор к ребятам. Может быть, поэтому я росла крепышом, что не было тогда чупа- чупсов, чипсов, киндер- сюрпризов, а была вкусная и здоровая пища.
Но ведь мы были детьми и тоже любили сладости. Радовались,  когда  дядя Артём папин брат приходил в гости и угощал сладкими петушками на палочке, или тётя Шура папина сестра приносила  карамельки - голышки. Самые счастливые сладкие дни наступали, когда приезжала баба Ксеня и привозила гостинцы, или нам Дед Мороз дарил  новогодние подарки. У нас было целых три подарка: для Люды, меня и Сашеньки. Но так как братик был ещё мал, все конфеты доставались нам.
 Вот это было счастье пробовать конфеты, запоминать их вкус и название, выкладывать конфеты из кулька и снова складывать, угощать друг друга и родителей.  К тому времени , когда заканчивалось сладкое удовольствие,  в металлических коробочках из- под чая  уже лежали аккуратно расправленные фантики. Они лежали там и напоминали о новогодней ёлке  или ещё о каком-то событии.  Если хочешь вспомнить -  просто понюхай фантик!

Глава 10. Игра
Я уже рассказывала, что электрический свет в то время в домах выключали рано, и вечерами люди сидели со свечами или керосиновыми лампами. Не было телевизоров,  и люди обходились без них: вели неспешные беседы, пряли пряжу , грызли семечки, рассказывали смешные и страшные истории, читали книги. Трудно представить, но так и было.
В комнате на столе горит свеча, и только возле неё светло. А дальше тьма. Вот раздолье для игры. И мы с Людой иногда играли в темноте - пугали друг друга и визжали, прятались и искали. Спрячусь в тёмном углу, Люда мимо идёт и не видит, а я как закричу  «у-у-у», она визжит , бежит к маме или бабе Ксене, как бы за спасением. Бабушка вскидывает  руки в стороны, Люда прячется в объятиях,  прижимается к ней, я её догоняю и тоже прижимаюсь к бабе Ксене. Немного успокоившись, всё начинается снова. Теперь прячется Люда, а я её ищу. Папа относился к таким играм спокойно, а мама начинала успокаивать  нас,  приговаривая, что на ночь лучше  так не играть, а то не уснуть. А ещё боялась  , чтобы от шума не проснулся маленький братик Саша. У бабы Ксени было своё мнение. Она говорила, что побегают и крепче спать будут. Кто из них прав?
Прятки - самая любимая игра у всех детей. Мои дети играли, и  мои внуки играют  не только во дворе, но и дома, я разрешаю.               
Однажды я нашла такое место, где Люда никак не могла меня найти. В тёмном коридоре под вешалкой, на которой висела одежда взрослых. Стояли отцовские,  высокие валенки с калошами. Мне было четыре-пять лет,  и я с трудом залезла ногами в большие валенки,  укрылась маминым пальто. Люда проходила несколько раз, но  в тёмном коридоре она не находила меня. В конце концов она пожаловалась бабе Ксене и та пошла искать вместе с ней. Чтобы удержаться в высоких и больших валенках, я крепко держалась за полы маминого пальто. И вдруг петелька на пальто оборвалась,  и я с грохотом упала. От неожиданности  Люда завизжала, но потом все вместе смеялись и помогали мне вылезти из- под пальто  и из валенок. Хорошо я спряталась, но маме пришлось в полутёмной комнате пришивать петельку к пальто.               
А ещё мы любили с Людой играть в домик. Собирали все стулья и табуретки, просили у мамы покрывала , и строили домик. Хоть мы и были девочки, но кто-то из нас играл роль папы. Вы уже догадались, это я, ведь я была «папина дочка». Мы точно как взрослые : уходили на работу, варили в кукольной посуде  еду, водили кукол в детский сад и укладывали их спать. В домик мы           могли играть целыми днями, особенно, если мороз и гулять нельзя. Мама была довольна, что мы заняты игрой, а чтобы мы не замёрзли, на пол расстилала старое ватное одеяло или овчинный тулуп отца. Иногда мы брали к себе братика , он был  как большая кукла, пытались его уложить спать, кормили из кукольной посуды. Мама была довольна , что может заняться домашними делами.                Очень часто слышу от своих внуков, что они скучают и им нечем заняться. В нашем детстве не было планшетов и компьютеров, были любимые книжки и   бабушкины сказки. Мы любили рисовать карандашами или красками, лепили из пластилина принцесс, разных зверей. А ещё мы часто слушали бабушку Ксеню, она интересно рассказывала о своей жизни, о нашей многочисленной родне, о войне, о своих детях. 
Я хорошо понимаю, что в таких вот семейных вечерах происходило наше воспитание, крепли семейные узы и добрые отношения.