Демон

18+

Ему снова снился кошмар. Он ворочался в огромной с балдахином кровати, будто ему было мало места. На лбу выступили испарины пота. Пальцы судорожно сжимались и хватались за шелковую простынь, будто за спасательный круг.

Он был ребенком. Маленьким, чумазым ребенком, бегавшим босиком по сочной зеленой траве в окрестностях фермы родителей.

У них была не богатая семья. Но и не бедная. Отец выращивал скот, потом продавал его мяснику, а мать занималась швейным делом. Мастерила шляпки, шила платья. Наряды ей заказывали даже знатные господа.

И все было хорошо, пока в их маленький городок не пришла "черная смерть", от которой погибли родители, родители родителей, все соседи и даже маленькая сестренка, недавно родившаяся, никому не причинившая зла.

Семья мальчишки была религиозна. Каждое воскресенье они ходили в церковь, перед каждым приемом пищи благодарили всевышнего за его благосклонность и дары. Но это не спасло их от гибели. И, когда люди в страшных птичьих масках пришли за телами его родителей, когда кидали в огонь еще дышавшую маленькую сестренку, он стоял на коленях в церкви и молился, сложив свои маленькие ручки на груди. По исхудавшим чумазым щечкам текли горячие соленые слезы, оставляя за собой белые дорожки. Он молился, просил вернуть ему хотя бы кого-нибудь из семьи, но никто не отвечал ему.

Он остался совсем один в огромном жестоком мире, обиженный, озлобленный, несчастный ребенок. Ему некуда было идти и нечего было есть. И он умер бы, если не от чумы, то от голода, если бы не один старик, забравший его к себе.
Этот старик стал для него матерью, отцом, наставником и учителем. Он заботился о мальчишке, делил с ним тарелку постного супа, разламывал кусок черствой лепешки пополам, отдавал последний глоток молока. И научил его своему ремеслу. Старик был колдуном. А мальчишка... Мальчишку звали Данталион.

Когда старик умер, Данталиону было уже почти двадцать лет. Силы колдуна были не простые, они были куплены у самого дьявола, в обмен на душу старика. И, когда старик лежал на смертном одре, держа воспитанника за руку, он передал те силы, вместе с проклятьем.

От проклятья нельзя было избавиться, лишь передать его кому-то другому. Но Данталион не стремился заводить с кем-то дружбу, и уж тем более семью, помня, как он остался сиротой в своем безоблачном счастливом детстве. Шрамы от нарывов на его теле напоминали ему об этом каждый проклятый день. И он уже не молился. Он не верил высшим силам, ненавидел их. Он верил умершему старику, который учил его, что помощи ниоткуда ждать нельзя, нужно справляться самому.

А когда пришла инквизиция и стала казнить всех подряд, огонь костра поглотил и его. Он стоял, привязанный к столбу, в разорванной рубахе, сквозь которую были видны полосы рассеченной плеткой кожи, и смеялся. Взгляд его был ледяным, будто замерзшая река в самый студеный зимний день. А, потрескавшиеся от жара огня, губы улыбались. Он знал, что душа его отправится к самому дьяволу в услужение. И потом он придет за ними всеми.

Он горел заживо, но не испытывал боли. Лишь слышал треск костра и чувствовал запах горелой плоти. Проклятие начало действовать. И, когда блеск в его голубых глазах потух и от тела остался лишь обгорелый скелет, он стоял в стороне и наблюдал, как его снимают со столба и кидают в яму с такими же сожженными людьми.
Он уже не был человеком.
Он стал демоном.

***
Данталион резко проснулся и сел в кровати. На лбу его выступили капли холодного пота. Он выпустил из онемевших пальцев скомканную простынь. В комнате было необычно холодно.

Демон ощутил мерзкое чувство страха, заполняющее его изнутри. Он бросил взгляд на камин. Так и есть! Камин вечного адского пламени погас. Лишь тонкая струйка дыма поднималась над почти истлевшими углями.

-Не хорошо, ай как не хорошо! - бормотал он, вставая с кровати и накидывая на себя длинный, расшитый золотом, халат.

Он был демоном, а демоны сны не видят. Они вообще не спят. Но Данталион был исключением. Постоянно имевший дела с людьми, он перенял несколько их привычек, в том числе и сон. Вот только кошмары ему снились в особых случаях, как предзнаменование чего-то очень плохого. Например, последний кошмарный сон, не считая этого, приснился ему около трехсот лет назад.

В то время он пришел к французу, желавшему заключить сделку для получения знаний в области алхимии. Тогда демон обучил его многому, а тот, чтобы не отдавать свою душу, решил обмануть Данталиона и смастерил зеркало в золотой раме с трубящими ангелочками сверху. Рама была исписана енохианскими знаками, а отражающая поверхность была из серебра. Тогда-то демон и застрял в зеркале почти на три века, пока Хранитель Древностей Энкор не освободил его ценой собственной жизни.

А теперь погас адский камин. Он никогда не гас, по крайней мере сколько помнил себя демоном Данталион. Но он слышал о жутком пророчестве, в котором говорилось, что если в аду погаснет пламя, то быть беде. Это значит, из ада кто-то выбрался. Кто-то страшный и свирепый, неумолимый в своем гневе и расплате над теми, что обрекли его на вечные муки.

Совсем недавно перебиравший адские архивы, Данталион помнил, что ему не попадалось такого манускрипта. А все, что было у него на хранении, он знал на зубок. Спроси его среди ночи в стельку пьяного, он расскажет тебе все по порядку без запинки. Значит, манускрипт с пророчеством нужно искать у людей. А после последнего посещения белого света, ему не очень-то хотелось подниматься туда снова. Люди стали очень хитры, постоянно норовят обмануть и повернуть сделку в выгодную им сторону.

Где-то под его апартаментами зло и надрывно завыли церберы. Данталион тяжело вздохнул. Делать нечего, придется подниматься наверх. Церберы просто так не воют. Знать и правда случилось нечто ужасное. Благо, у демона на земле были некоторые связи. Энкор, Хранитель древностей, и его друг Корнелиус, Хранитель знаний.

Одевшись в свой любимый деловой костюм, Данталион вышел и закрыл тяжелую дверь. Достав из кармана старинную монету, он подбросил ее в воздух. Монета исчезла. Он сделал шаг вперед и оказался у лавки Энкора. Открыв дверь, он зашел и увидел, как Хранитель древностей показывает тощему пареньку картотеку.

- Энкор, старый друг. Ты занят?

Хранитель древностей поднял голову и, увидев Демона, улыбнулся.

- Данталион! Какие люди!

Демон поморщился.
-Люди? Серьезно? Так меня еще никто не называл.

- Не будь таким обидчивым, это просто выражение такое. - Усмехнулся Энкор.- Чем обязан визиту?

- Разговор есть серьезный. Наедине. Можешь своего паренька снарядить куда-нибудь на некоторое время?

Данталион бросил взгляд на парнишку. Длинными волосами и тонкими чертами лица он больше напоминал девицу. Вздернутый нос, густые ресницы, пухлые губы... На парнишке был широкий свитер с закатанными рукавами и штаны, подвязанные ремнем.

- Ученик твой?

- Ученица.- Улыбнулся Энкор.- Это Эльвира. Дочь одного хорошего знакомого, земля ему пухом. Я ее видел только в пеленках. Зашла как-то погреться, я ее и оставил. Решил обучить.

- То я и вижу, одежда не по размеру. Твоя?

- Пока моя, потом закажем у портного что-нибудь соответствующее.

- Эльвира! Поди-ка сюда.- Окликнул девушку Энкор. Та безропотно подошла и встала рядом, теребя край свитера.

- Сходи в магазин, купи что-нибудь к чаю. По дороге зайди на почту, купи свежую газету. Деньги возьми в ящике стола в кабинете.

- Хорошо,- тихонько сказала Эльвира и вышла из комнаты.

Данталион присел рядом с Энкором и зашептал:
- Беда, старый друг. Помощь твоя нужна. И Корнелиуса. Пламя погасло.

Энкор замер и заметно побледнел. Потом вскочил и зашагал по комнате.

- Эльвира! Отбой! Я ухожу, остаешься за старшую!- крикнул он в сторону кабинета . Затем схватил с вешалки видавшие виды пиджак и сумку и повернулся к демону.

- Идем!

Они вышли из лавки. Энкор достал из сумки мешочек с порошком, пробормотал что-то на енохианском, затем насыпал на ладонь порошок и, дунув на него, громко сказал:
- Корнелиус!

В ту же секунду их обволок туман, а когда рассеялся, они стояли у каменного дома с высоким забором и пиками сверху.

Энкор нажал на кнопку звонка на воротах. По ту сторону забора что-то щелкнуло и ворота со скрипом отворились. Энкор с Данталионом зашли во двор. Ворота закрылись, щелкнул замок. На пороге дома стоял мужчина в очках, радостно раскинувший руки.

- Энкор! Сколько лет, сколько зим! Чем обязан?

- Корнелий, беда! Пламя погасло!

Мужчина поправил очки на носу, достал из кармана платок и вытер со лба выступившие капли холодного пота.

- Адское?- осторожно уточнил он.

- Адское.
Энкор повернулся к Данталиону, терпеливо ждущему пока на него обратят внимание.

- Данталион, это Корнелиус. Ну или Корнелий. Как удобно. Корнелий, это Данталион. Тот демон из зеркала, помнишь, я рассказывал...

- Помню, как не помнить. Демон с благородной душой. - сказал Корнелиус с опаской поглядывая на Данталиона. - Заходите. С такими вестями чай и кофе предлагать не буду, сразу налью виски.