Песочные часы

...Кабинка была самая обычная не тесная, но и не просторная, — утилитарная. Привычным жестом он бросил вещи на подоконник — это был не первый раз, ритуал был хорошо знаком ему. Он взял в руки клепсидру — единственный предмет, выбивающийся из канвы обыденного, — почувствовал, как вздулись вены на руках.

Два стеклянных конуса, белый песок внутри — обхвати он её двумя ладонями, и она бы совсем исчезла из виду, — откуда же эта тяжесть? Медленно перевернув её и поставив на подоконник, он лёг на кровать.  Снаружи ветер гнул сосны, но это было снаружи, — здесь же было царство тишины и пустоты.
 
Он мог бы закрыть глаза, он не был обязан смотреть на неё, однако, она притягивала его взгляд, и казалась единственным предметом внутри, имеющим объём. Всё остальное было плоским и незаметным — пастельных тонов голые стены, высокий потолок, разрез окна.

Клепсидра была недалеко, и он мог различить падение отдельных песчинок. Раньше он думал, что столб песка оседает равномерно — теперь он знал, что иногда он обрушивается секторами; вот и сейчас сначала сполз слой на севере, потом на западе.

Лежа так, он часто размышлял, есть ли на свете сила, которая могла бы замедлить, а лучше — повернуть вспять их недолгое падение. Однажды он увидел, что верхний конус ещё не был пуст, но песок перестал падать — и тогда он испугался. Но с ним остался звук его дыхания и сердцебиения, а выглянув в окно, он увидел, что ветер всё так же играет листьями и сосновыми иголками.

И всё же...что если был миг, которого не было и не могло быть?

Он взял её в руки, и, приблизив к лицу, внимательно изучил, однако она выглядела так же, как всегда: прозрачное стекло и белый песок, который почему-то перестал падать.