Отсветы Далёких Лет 8. Столичные Волшебники

28 декабря 2388-го года
Альмарак
Рубид
Альдана
Рамидия

 - Борт один - один - ноль - девятка - семь. Прошу полосу.

 - Рамидия - контроль. Сто десять  -  девять семь, мы закрыты,  -  женским голосом ответила рация.

 - Проверьте реестр,  -  настаивал пилот аэра и чуть слышно процедил.  -  Дура.

Голос на заднем плане произнёс:

 - Тома, одиннадцать  -  ноль это военный борт. Принимай его на тройку, ставь на семьдесят вторую.

 - Борт сто десять  -  девяносто семь! Принимайте траекторию...  -  диспетчер сыпала цифрами, как памятный Евгению "Москит".

 - Принял,  -  спокойно отозвался сержант Иванцов.  -  Занимаю двадцать семь, иду на круг.

 - Двадцать семь занимайте, на круг до ноль шесть.

 - Пристегните ремни и держите живот,  -  бросил пилот в салон и машина пошла носом вниз. Мало этого, почти не выправляя полета, аэр свалился в циркуляцию на правое крыло.

Влад закрыл глаза, поскольку желудок его рвался вылететь через горло.

"В жизни больше в аэр не полезу. Режьте  -  не полезу".

У самой земли аэр резко повалился влево и через несколько секунд шасси мягко ударило в бетон. Вой двигателя утих почти до неслышного зудения. Белый флайвинг с имперским соколом на киле, гасил скорость, следуя за бегущим по бетону огоньком.

 - Стоянка семьдесят два. Приятного пребывания в Рамидии, - хрипнула рация.

 - Принял. Спасибо, - отозвался пилот.

 - В заправке нуждаетесь?  -  вмешался мужской голос.

 - Нет, не нуждаюсь.

 - Обратный вылет?

 - По приказу. Гостиница есть?

 - Одноместный нумер  -  рубль сорок сутки,  -  сухо ответил сервис-мастер порта.

 - Грабёж,  -  закатил глаза Евгений и перевёл пилоту на кэшку пять рублей.  -  Подожди нас. Мы, наверное, дня на два.

 - Слушаюсь, ваше высокоблагородие. Мне так и приказано вас дожидаться,  -  кивнул фиолетовым с белой полосой шлемом пилот. Аэр чуть слышно урчал, заруливая на стоянку рядом с огромным лайнером. -  Вот и приехали. Сейчас разблокирую кокпит и опущу вас на землю-матушку. 



 - Женя, хоть повесь, но только не аэр! - простонал Влад.

 - Ладно,  -  Градский засмеялся.  -  Вон такси скучает.

 - Отель "Альянс"!

 - Пять шестьдесят,  -  живо отозвался пожилой дядька цыганского вида.

 - Это откуда такие цены?  -  нахмурился Градский.  -  Самый умный, да? 

 - А оттуда, сударь. Вы что, ещё машины видите?  -  съехидничал водитель.  -  Порт закрыт, сюда никого калачом не заманишь.

 - Сейчас вызову с наруча, и полтину не увидишь.

 - Не выйдет, сударь. Покуда я тут свободный  -  все заняты-с!

 - Два рубли и не копейки более!

Пока князь торговался с хитрованом, Влад осматривался. Прежде ревущий астропорт еле шумел. Не ходили краны на терминале, не гремели колеса на подъездных путях, молчал динамик, объявлявший рейсы. На гигантском паркинге было пусто, только у дальнего терминала виднелся разъездной фургончик "Горячие Обеды", да на выезде к шоссе угадывалась будка блокпоста. Туши огромных космолайнеров и грузовозов спали на стоянках.

 - Из почтению-с, три восемьдесят-с!

 - Три рубли. Или мессую друзьям  -  подвезут, - настаивал Градский.

 - Мессайте, частные авто к порту не допущаются. Указ Его Сиятельства. Три с полтинничком, не жадничайте, - уговаривал таксист.

 - Да чёрт с ним с полтинником, Женя!  -  не выдержал Стахов.  -  Поехали, ещё в цирульню надо успеть!
 
 - Вот разумный господин!  -  всплеснул руками таксист и выскочил из машины, как паяц из коробочки,  -  Подумаешь, полтинник. Позвольте багаж. Только у нас говорят  -  куафёрная. Столица, господин хороший, понимать надо.

Хотел Влад сказать на чём вертел эту столицу, да передумал. Вот не хватало, с таксёром ругаться.

Жёлтый угловатый "нордер-гранд" с алой полосой на борту помчался к выезду, словно ракета. На блокпосту их никто не задержал и машина вылетела на необычно пустое шоссе между лесом и широкой рекой Рами.

 - Житья нет с этими перекрытиями,  -  пожаловался водитель.  -  Я сорок лет баранку кручу, самые вкусные рейсы в астропорт были.

 - Вероятно, ловят кого-то,  -  предположил Градский.

 - Ло-о-овят. Пыль они ловят. Кому надо, уж давно сбежал! Всякие важные господа-дворяне взяли да сбежали. А кто не успел, тех ревизия так ободрала, что не знали куды щемиться.

 - В Радостном порт открыт,  -  заметил Стахов.

 - От блин!  -  таксист сбил кепочку на затылок.  -  Везёт им! Скорей бы уж кончали эту ерунду. Одно разорение, господа. Две трети наших вообще не выезжают. Ночью такси не найти.

 - Любезный,  -  произнёс князь.  -  А если вы нам карточку, а мы будем только вашими услугами пользоваться?

 - Опа!  -  обрадовался таксист.  -  Это дело, сударь! Куда изволите?

 - Сначала вы отвезёте моего спутника в магазин "Обофа",  -  Князь показал Владу страшную морду.  -   Потом ему надо будет в бьюти-салон, только в тот, что берётся за полный комплекс хайр-сервиса. Цены значения не имеют. А под конец  -  в обувной. И только пискните мне, ротмистр! В ваших ботинках на приём идти  -  позорище.
 
 - А в Обоф-то мне зачем? - тяжело выдохнул Стахов.

 - Смотри месседж, Владислав. Тебе требуется два орденских знака.

 - Блин, вы что с Игорем - с ума сошли? Так не делается.

 - Угу,  поспорьте со старшим по званию. Взгляни, ничего не шевелится?

Из-за леса показались стеклянные, теряющиеся в облаках, башни.

 - Рамидия... Эх, век бы её не видеть.

 - Терпи, юнкер, бригадиром будешь. К отелю подвезите на боковой вход, там удобнее. Когда откатаете маршрут с этим неслухом, повезёте нас обоих в "Змей".

 - Опс! Не бывало ни шиша, да вдруг сразу три гроша!  -  водитель повернул руль и такси под жёлтый мигающий сигнал вкатило на мост за совершенно пустым перекрестком.



 - Просим, господин офицер, просим вас! Вот сюда, пожалуйста.  -  пропел администратор, указывая на кресло.  -  Лили, прими плащик, голуба моя. Олег Тихонович, к клиенту!

Куафёрня "Метрополитэн Элит", куда таксист Яков Андреевич привёз Владислава, располагалась в подножии коммерческой башни "Трезубец" и по своему виду напоминала клинику. Хром, стекло, зеркала, лопухи бестеневых ламп и огромные, оснащённые невиданными приспособлениями, кресла. Пахло одеколонами и мылом,  отдушкой и чуть-чуть дезинфекцией, холодным металлом и травами. Два молодых человека сидели, откинувшись назад, пока ловкие куафёры колдовали над ними  -  одному массировали голову под синеватой пеной, другому начёсывали модный пробор.

Владислава усадили в чудесное кресло, сейчас же подстроившееся под него, включили слабый подогрев, бестенёвка накрыла смущенного таким вниманием ротмистра волной холодного света.

 - Добрый день, сударь,  -  поклонился Владу мужчина средних лет в зелёном халате.  -  Желаете только подстричься или  хайр-кумплект-с?

Помня наставления Евгения, подкреплённые обещанием посадить на губу за упущенную возможность, Владислав чуть наклонил голову набок и смущённо произнёс:

 - Кумплект, пожалуйста.

 - Прекрасно,  -  кивнул мастер.  -  Лили, покрывало господину кавалеру.

Влад начал понимать, почему Градский настоял на посещении "Обьединенного Офицерского" магазина первым пунктом. Стоило предъявить месседж с приказом командующего второй дивизией, как ему сей же момент продали знаки орденов "Алого Ястреба" и "Белой Линии".  Тут же, чтобы не тратить время, Владислав купил тёплые полусапоги с выпушкой, щёгольский плащ с пелериной и модный твидовый костюм ля-винтаж. Не самые дорогие, но приличные. Старые вещи ротмистр без сожаления сунул в утилизатор. Ведь его костюму было уже четырнадцать лет.

И отношение к нему переменилось самым чудесным образом! Швейцар, смеривший на входе холодно-презрительным взглядом, вдруг заулыбался и распахнул дверь с лёгким поклоном. Две дамы на улице, болтавшие у подъезда офиса, бросили интересные взгляды.

Вообще-то столица словно вымерла. Яков объяснил это ограничениями и работой ревизоров трёх ведомств  -  Торговой Палаты, Казначейства и Военного Министерства. Коммерсов и чиновников трясли, как грушу, вот и позакрывались конторы. Кто временно, кто  -  навеки.

Мастер осторожно охватил пальцами виски Стахова и уложил его шеей на подушечку.

 - Так, посмотрим. Не в обиду будь сказано, но вас, похоже, стригли разболтаной машинкой.

 - Да, верно, - подтвердил Влад, решив не говорить, что в большинстве случаев применялись овчарные ножницы.

 - Варварство, - поёжился мастер. -  Волосы хрупкие, кожа головы...  -  пальцы бегали по черепу, ощупывая и массируя.  -  ...разрушена. Вы приехали с севера, господин?

 - Да. Как вы догадались?

 - Опыт,  -  мастер посмотрелся в огромное зеркало и Влад увидел его грустные глаза.  -  Даже не знаю, удастся ли хоть немного привести вас в порядок. Валентин Константинович!

Подошёл администратор.

 - Тут мне одному и за полдня не управиться. Северянин, явное Хларау,   -  пояснил шефу мастер и осторожно царапнул макушку Влада костяной расчёской.  -  Взгляните, кожа отслаивается. Вы не обжигались, сударь? Вот здесь,  -  пальцы легко коснулись ниточки шрама.

 - Это следы касательного ранения.

 - Что-с?

 - Хеви-гаусс.

 - Давно?

 - В октябре.

 - Случай тяжкий, но небезнадёжный,  -  резюмировал админ.  -  Начнём с  очищения. Лилия,  гели нумера с двенадцатого по двадцать третий, бритель нумер... четыре или семь, какой остался. Эпители зелёной группы, а там посмотрим!  Сначала надо снять разрушенный слой кожи и взглянуть что там с корнями. Хотя, после северных границ вряд ли что-то обнадёживающее.

Кресло незаметно трансформировалось в банкетку, обувку с ротмистра сняли  -  будет мешать. Ступни легли на удобную мягкую подставку. Влада вытянуло, он полулежал в пухлой мягкой коже.

Сначала Олег Тихонович обмазал стаховскую шевелюру чем-то вроде лимонного мусса, затем начал сильными длинными движениями пальцев втирать субстанцию в голову.  Это оказалось весьма приятно, хотя и необычно. Мусс немного пощипывал, но в целом было неплохо. Мягкое длинное покрывало, надетое через голову,  защищало сорочку от снадобий. Влад полуприкрыл глаза, наслаждаясь новыми ощущениями.

Лили, хрупкая арцахианка с большими глазами в розовом костюмчике стажёра, выдвинула из-под зеркала огромную полку-столик, заставленную низкими деревянными баночками. Она осторожно начала наносить средним и указательным пальцем прозрачный тёплый гель на щеки и подбородок Влада.

 - Смелее,  -  подбодрил девушку мастер.  -  У вас в кресле не кисейная барышня. Нанесите пасту ладонью, а пальцами массируйте. И шею тоже.

 - Лёгкая небритость в моде,  -  робко возразила девушка. Она говорила почти без акцента, что свидетельствовало о том, что Лилия, скорее всего, не чистая арцахианка, а уроженка Рубида.

 - Лилия, когда же вы научитесь видеть картину? - Воскликнул Олег Тихонович. - Без этого невозможно работать! Посмотрите, какие старые и незаживающие царапины от дурной бритвы. Господин бреется начисто, по обычаю прошлых лет. Я угадал-с?  -  почтительно шепнул куафёр на ухо Владу.

 - Угадали, мастер. Я привык бриться чисто и не ношу усов.

 - Прекрасно. Стрижётесь вы, разумеется, ле-гард, коротко. Позвольте пальчики... О, руки тоже надо делать, сударь. Смотри, дочка, вот эти опухоли от постоянной сырости и грубой шерсти, мизинец был сломан и неверно сросся, кожа дряблая, больная,  -  Мастер держал ладонь Влада бережно, словно щеночка.  -  Мозоли в основаниях пальчиков  -  от руля мотоцикла, а вот эта, под подушечкой большого пальца,   от приклада винтовки.  Ногти слоистые, со следами давних ушибов и грубо подрезаны. Закончишь с бритьём, пригласи Ирину Савельевну.

"Так это бритье? Ничего себе. Размазать по морде мазь, потереть и щетины нет. Боже, как же я отстал от жизни".

Сверху подъехал блестящий многорукий робот, Влада попросили прикрыть глаза. Струйка тёплой ароматной воды, направляемая рукой куафёра, била по голове и, чуть присмирённая,  массировала лицо, унося с собой мусс и гель. Странно, но вода за шиворот не лилась. Кресло как будто впитывало её. Шшшуухххх!  -  Ударила волна воздуха.  Стало непривычно холодно и потянуло кожу.

 - Сразу наносите бальзам!  -  воскликнул куафёр.

 - Хорошо, Олег Тихонович,  -  отозвалась Лили и быстро растёрла по лицу клиента мягкий жирный подогретый крем.

Подошёл ещё кто-то, выдвинул из-под краев кресла большие планки с ванночками и аккуратно уложил в них кисти Влада, предварительно закатав рукава рубашки. Короткое журчание и ладони купаются в тёплой воде.

 - Руки надо распарить,  -  произносит строгий женский голос.  -  Так, набор номер десять и пилочки.

Влад про себя отметил, что женщина сказала не "нумер", а "номер"  -  она была с юго-востока.

Олег Тихонович опять втирал ему в голову какое-то пахнущее сеном снадобье, работая на этот раз не пальцами,  а забавным шариком с мягкими  шипами. Шарик вращался на блестящем стерженьке, которым оканчивалось гибкое щупальце робота под потолком.

Влад чуть приоткрыл левый глаз, поскольку ему было неприятно не видеть обстановки вокруг.

"Робот у них похож на тот, что был в госпитале. Может быть, одна и та же модель",  -  лениво подумал он.

Соседнее кресло освободилось. Щёгольски одетый в модный коммерц-сюртук  юный обладатель синей шевелюры с красными полосками по обеим сторонам косого пробора небрежно мазнул перстнем по терминалу, бросил на Стахова взгляд, явно говоривший "Деревенщина", и вышел.

 - Не желаете ли "элегии"?  -  осведомился подошедший администратор.  -  Подремлете, будет проще. Вы очень напряжены.

 - Я не употребляю фармации, Валентин Константинович,  -  максимально вежливо ответил Стахов.   -  Поскольку знаю, как её получают, и что она и наркотика - суть одно  и тоже.

 - Тогда расслабьтесь, Ваша Милость,  -  тихо полилась медленная усыпляющая музыка.  -  О, Ваше Степенство Григорий Петрович!  -  бросился  встречать очередного клиента администратор.  -  Прошу вас, прошу. Чего изволите-с?

 - Доброго денёчка, Валя. Бороду подровнять. Голову вымыть,  помассировать и по-славски остричь,  -  отозвался глубокий бас.

 - Пожалуйте-с! Леонид Михайлович! Кресло нумер шесть!

 - Ого,  -  заметил купец.  -  Эк намываете-то парнишку. Актёрчик что ли  пожаловал перед премьерою?

 - Никак нет-с, Григорий Петрович, это, видите ли, господин барон Стахов-Чащенский. Много лет провёл на северных рубежах-с, и вот изволили вернуться в общество.

"Уже прознали", - с раздражением подумал Влад. - "А хотя чего такого? Надо же было прохурить на кэш. Интересно, идентик у них по луку или по грабкам"?

 - О! Стало быть, западных лесов господин,  -  гудел бас.  -  Прыткий малый. Не успел приехать  -  пай выкупил в "Товариществе Сверхскоростных Экспрессов". О, голубчик, бородищу обстриги и голову, как положено. Скоро вернусь к делам, а на вид -  чудище лесное.

 - Слушаюсь,  -  прошелестел чей-то удивительно знакомый голос.

После четвёртого мытья головы  -  горячей водой, массажа посредством забавного костяного валика и пятого "декокта", куафёр взялся за ножницы и, наконец, остриг Влада коротким ёжиком. Урчащий клинер собрал волосы и вытер обмылки, что пролетели мимо слива в пористом полу.

Но на этом дело не кончилось. Мягкий вращающийся шар, направляемый рукой мастера, снова растирал по черепу белый мусс, отдающий морем. Ощущение свежести приятно бодрило.  Затем Олег Тихонович взял деревянную расчёску-лопатку и начал осторожно, но сильно, проминать кожу на владовой голове. На обратном ходу лопатка снимала тонкие полоски отслоившегося кожного покрова. Нажим, скребок, нажим, скребок.  Мастер взял валик-щётку, пустил его на медленное вращение и тщательно прошёлся по всей голове, а затем смыл мусс с теми кусочками, что отвалились без особых усилий.

 - Ну вот, открылась новая кожица, - облегчённо произнёс порядком подзамучившийся Олег Тихонович. -  А то старая мёртвая ей мешала. Остальное сам организм довершит.

Лили тоже не теряла времени даром  -  массировала шею, нижнюю челюсть, скулы, подглазья, брови, область вокруг ушей. У девушки были очень тонкие, ловкие пальцы. Кроме того, в её распоряжении был целый арсенал мазей и хитрая ручная машинка с валиком, менявшем форму в зависимости от положения бегунка на рукоятке.

Коротко стриженная пожилая женщина в синем халате между тем накрыла лотки блестящими крышечками с плотной манжетой для запястья, и кисти Влада оказались в паровой бане. Кожа на руках офицера стала мягкой. Мозоли снимались специальной машинкой. Медленно вращающийся шершавый ролик  снимал слои куда мягче лезвий, сколь тонки бы они не были. Электропилка представляла из себя крохотную насадку на машинку в виде наждачного ролика. Это было малоприятно, но недолго  -  ногти стали ровными и аккуратными. Осушённые струёй тёплого воздуха кисти смазали жирной мазью и промакнули плотной тканью с запахом лаванды.

 - Вам необходимо серьёзное лечение,  -  подытожила строгая дама. Под её глазами и над губами играли плохо сведённые старые наколки в виде молний  -  знак давно сгинувшей восточной тинэйдж-банды.  -  Ногти слоятся, тут требуются медикаментозные, а не косметологические процедуры.

 - Ириночка, не пугайте клиента,  -  мягко укорил маникюршу администратор.  -  Не всё так плохо, сударь, бывает и вовсе сыпятся.

 - Я напишу рекомендации,  -  сказала Ирина Савельевна, водружая ладони Влада на мягкие округлые подушечки.  -  И купите тонкие кожаные перчатки.  -  Она присела на низкую скамеечку, жестом подозвала автотележку с инструментом (шуршание, лёгкий металлический звон, еле слышное гудение мотора) и, придерживая владовские пальцы,  мелкими быстрыми мазками кисточки нанесла на ногти прозрачный лечебный лак, пахнущий апельсином.

Сверху спустил клешню робот,  блестящая трубка с кольцевой кисточкой прошлась по голове и лицу Влада, работая как пылесосик. Куафёр переменил насадку на шарообразную щётку и та жестковато массировала шевелюру ротмистра, сбрасывая последние чешуйки, не захваченные прежним инструментом.
 
Затем за дело взялся сам Валентин Константинович. Он сел сбоку на выдвигающийся из пола табурет и, управляя роботом с помощью жестов  -  напоминало пантомиму  -  опустил на череп Влада четыре стальных щупа.

Маникюрша собрала инструмент и удалилась. Влад заметил, что она раскачивается и прихрамывает, будто у неё вместо одной из ног протез.

По лёгким уколам Стахов догадался  -  робот пропускал через кожу слабые разряды. Зеркало стало экраном. Админ вгляделся в показания приборов, провел холёным пальцем по носу:

 - Столичному обывателю я бы посоветовал морские соли и грязи, сударь. Вам же скажу кратко  -  баня. Основательная горячая баня с веничком и некоторыми травяными настоями. Какими именно  -  сейчас напишу. Как ни старались вывести из вас яд, кое-где он остался. И в первую голову, простите за каламбур-с, под кожей головы. Тэ-э-эк-с, Олег Тихонович, пожалуй... хм... настой кабринии,  -  велел хозяин салона, поднимаясь. - Ноги делаем, сударь? - спросил он у Влада. - У вас на пятках, должно быть, просто чешуя.

- И трещины, - признался Влад.

- Ни слова больше! - взмахнул руками администратор. - Егор Сергеевич! - крикнул он.

Пришёл черёд полужидкого геля, от острого запаха чуть щипало ноздри. Снадобью дали впитаться, запустили ёжик-массажёр, а затем смыли тонкими струями воды и промакнули голову горячим пушистым полотенцем.

 - Отлично, -  сказал Олег Тихонович и Влад почувствовал, как спинка начала складываться, а сиденье опускаться.  - У вас чудные волосы, господин барон. Мягкие, сильные. Вы не облысеете очень долго.  Маленький штришок,  -  Мягкая кисть обмела лицо.  -  Можете открыть глаза, Ваша Милость.

Влад и открыл. И обомлел  -  из зеркала смотрел он сам. Но помолодевший лет на пять. Чудесники из "Элит" сотворили невозможное. Кожа осветлилась, пропали мешки под глазами, складка и царапины на шее.

 - Невероятно!  -  искренне воскликнул ротмистр.  -  Да вы настоящие волшебники.

- Мы используем самые последние достижения науки,  -  с гордостью отозвался куафёр.  -  Лилия, снимите с господина барона покрывало. Ну-с, оставляю вас на милость Егорушки.

Из внутренней двери показался молодой человек, одетый также, как и остальные служащие салона - зеленоватый халат и брюки. Вытянутое лицо и светло-русые волосы неприятно напомнили Владу покойного Макса. Он подумал как бы отказаться, чтобы не приняли за страх или жадность, но помог случай.

Справа послышался вскрик и металлический лязг, Влад резко обернулся  -  по уху огромного бородатого мужчины, развалившегося в соседнем кресле, текла струйка крови, на полу валялись раскрытые блестящие ножницы, а к внутренней двери с широко раскрытыми от ужаса глазами отступал до боли знакомый тощий тип с серебряным клыком в полуоткрытом рту.

Администратор остолбенел, Лилия бросилась к купцу с тампончиком и пульверизатором, Олег Тихонович изумлённо смотрел на коллегу.

 - Экая наглость!  -  Стахов отточеным движением выдернул из поясной кобуры гаусс-пистолет "Крон", которым начали вооружать драгунских офицеров взамен древней "Рыси".  -  Кащей, тебе место на помойке, а ты в элиту влез. Запамятовал, что князь наказал?

Кащей прыгнул к двери и кинулся во внутренние помещения, администратор повернулся к Владу в немом вопросе.

 - Вашего Леонида на деле зовут Паша-Кащей,  -  любезно пояснил ротмистр присутствующим, убрав оружие.  -  Такая дрянь, что клейма ставить некуда. Можете, конечно, вызвать полицию, за него премия назначена. Но, полагаю, он сюда уже не вернётся и на нынешнюю квартиру тоже. Хитрая битая жизнью крыса. Весьма удивительно, сударь,  - Чуть раздражительно продолжал он. - Меня вы просветили за полчаса, а служащих не проверяете.  -  Влад сунул ноги в сапожки и потянулся с хрустом суставов.  -  Благодарю вас, мастер. Пятки уж в другой раз сделаю. Будьте любезны - счёт.




 - Сударь, позвольте на пару слов-с.

 - Пожалуйста.

Администратор провёл Влада в свой кабинет и усадил в кресло.

 - Моя ошибка,  -  произнёс он, нервно закуривая длинную сигару.  -  У него были прекрасные рекомендации от Ракова из Конограда. Кью-эр  и ультраметка подлинные, почерк тоже.

 - Графическая печать подделывается легко,  кью-эр не исключение,  -  отозвался Стахов.  -  Я не виню вас и не стану разносить эту историю по свету. Слово офицера, - Добавил он, решив уж не добивать несчастного бьютера.

 - Благодарю вас,  -  администратор действительно смотрел с истинной благодарностью  -  Сколько пробудете в Рамидии?

 - Вечером у меня ужин со старыми друзьями, а утром вылетаю домой.

 - В часть?

 - Нет, именно домой,  -  отрицательно качнул головой Владислав.

 - Понимаю,  -  администратор кисло улыбнулся.  -  Задержитесь, зайдите к нам ещё раз. Для вас счет будет уполовинен-с. Педикюр и обработка ступней вам тоже не помешают. Я же вижу как вы ходите, господин барон. Будет легче.

 - А кто этот господин в шестом кресле?

 - О, это сам господин Морозин Григорий Петрович, купец первой гильдии, коммерции советник. Вот его уговорить молчать будет потруднее, чем вас. Сейчас и так трудно с клиентами.

 - В чём же его коммерция?

 - Как? Разве вы никогда не слышали о "Нивской Зерновой Компании"?

Влад слышал о НЗК краем уха, но изобразил неподдельное удивление:

 - Неужто его  хлебное величество?

 - Точно так-с. Его контора тут, на четвёртом-с. Итак, забронировать вам кресло?

 - Бронируйте,  -  решился Стахов.  -  На утро.

 - Отлично!  -  просиял администратор.  -  Ждем вас к девяти утра.

Влад скользнул наручем по любезно поданому сканеру и только тогда сообразил как ловко поймал его админ муссов и кутикул. Уполовиненый счет потянул на тридцать семь рублей!

"Мама дорогая, волшебники не мелочатся. Иол-лки-и-и".