Пост 4 Кулинар Дуна

Как я пекла песочных человечков, или Кулинарная анатомия для начинающих
Знаете, в жизни кулинарного блогера Дуни случаются моменты, когда понимаешь: всё, я достигла дна кулинарного безумия. Это случилось в прошлую субботу, когда я решила испечь песочных человечков. Не просто печенье, а маленьких съедобных человечков, которые смотрят на тебя крошечными глазками-изюминками и словно спрашивают: «Ну и зачем ты нас создала, если собираешься съесть?"

Всё началось с того, что муж, увидев в магазине формочки для печенья в виде человечков, сказал: «Слабо испечь?» А я, как известно, женщина, которую слово «слабо» запускает быстрее, чем красная тряпка — быка. Формочки были куплены, и я отправилась на поиски идеального рецепта.

И тут я вспомнила, что у меня где-то завалялась тетрадка прабабки Агафьи, той самой, что пекла такие пряники, от которых соседи в очередь выстраивались. Нашла. Потрёпанная, в пятнах теста и с засохшей вишенкой между страниц. Рецепт назывался «Песошные человеки» (с буквой «о», видимо, от древнерусской бедности на гласные).
Прабабка писала: «Тесто должно быть таким, чтобы из него можно было слепить хоть ангела, хоть нечисть. Главное — масло хорошее, чтоб не подвело». Дальше шли ингредиенты, записанные в таких единицах измерения, что я едва не поседела: «масла — половину кирпича», «муки — сколько возьмёт», «сахару — горсть с настроением».

Методом кулинарного перевода я выяснила, что:
* Половина кирпича масла — это 200 грамм (советское масло было в брикетах по 400).
* Горсть с настроением — это примерно полстакана, но с любовью.
* «Сколько возьмёт» — пока тесто не перестанет липнуть к рукам, а это, как оказалось, процесс медитативный.
Началось самое интересное. Я взбила масло с сахаром до состояния «пушистости», как сказано в рецепте. У меня получилось «белая каша с масляными брызгами по всей кухне». Кот Маркиз, сидевший на холодильнике, получил порцию сахарной пудры на нос и смотрел на меня с укоризной потомственного аристократа, которого окатили шампанским.

Добавила яйца, ваниль, сметану. Потом начала вводить муку. Тут прабабка Агафья советовала: «Муку не сыпь, а целуй её в тесто, чтоб ласковым вышло». Я честно пыталась целовать, но муж, заглянувший на кухню, застал меня с лицом, перепачканным мукой, и поинтересовался: «Ты там кого хоронишь?»
Когда тесто перестало липнуть к рукам, я завернула его в плёнку и отправила в холодильник на час. «Пусть отдохнёт, наберётся духу», — написала прабабка. Муж сказал, что тоже хочет отдохнуть и набраться духу, но был отправлен дожидаться результатов.

Час пролетел незаметно, я отмыла кухню от слоя муки толщиной с историю древнего мира. Достала упругое, прохладное тесто, пахнущее маслом и чем-то детским, беззаботным.
Раскатывать нужно было толщиной в «мизинец прабабки». Поскольку прабабки под рукой не оказалось, я ориентировалась на свой мизинец — полсантиметра. Формочками вырезала человечков. Первый получился с оторванной ногой, второй из книги Кинга — без головы. Третий вышел настолько кривым, что его можно было назвать «человеком» только с большой натяжкой и хорошим воображением.

К седьмому человечку я вошла во вкус и даже начала с ними разговаривать: «А ты будешь с изюмом или с орешком?» Маркиз, наблюдавший за этим спектаклем, спрыгнул с холодильника и ушел в другую комнату, видимо, стеснялся за меня.
Глазки я делала из изюма. Прабабка писала: «изюм резать пополам, но не плакать»). Пуговки сделала из цукатов, ротики — зубочисткой. Один человечек получился с таким выражением лица, будто его только что оштрафовали за неправильную парковку.
Самое сложное было переложить человечков на противень, не оторвав им конечности. Я действовала с хирургической точностью, затаив дыхание. Муж заглянул и шёпотом спросил:
— Это у тебя реанимация или уже морг? — Был изгнан с кухни поварёшкой.
В духовке человечки провели 12 минут. Я стояла у окошка, как мать у детской кроватки, и смотрела, как они поднимаются, чуть расплываются и приобретают румяный, почти человеческий вид.

Когда я достала противень, на меня смотрела целая армия песочных людей. Некоторые буквально расплылись в улыбке, некоторые расплылись и потолстели, но большинство сохранили боевую форму.
Самый удачный экземпляр получился с таким добрым лицом, что я назвала его «Дедушка Агафон». Самый неудачный напоминал инопланетянина, но муж позже сказал, что у него «душевная асимметрия».
Пока печенье остывало, я глазурью нарисовала волосы, шляпки, кому-то — усы. Один человечек получил монокль из сахарной пудры, другой — галстук-бабочку.
Муж, увидев финальный результат, сделал круглые глаза:
— Ты это... Ты это есть собираешься? У них же лица!
Я откусила голову самому некрасивому человечку.
— Вкусно! — объявила я с набитым ртом.

Маркиз, услышав хруст, вернулся на кухню и потребовал свою долю. Ему достался безымянный инвалид без ноги.
Муж, преодолев моральные терзания, тоже откусил, потом ещё и ещё.
— Знаешь, — сказал он, жуя человечка в шляпе, — у них очень добрый вкус. Как в детстве, когда бабушка пекла.
А я смотрела на оставшихся человечков и понимала: в каждом рецепте, который передаётся из поколения в поколение, есть что-то большее, чем мука и масло. В нём — руки, которые месили тесто до нас. Улыбки, с которыми вырезали формочки. И любовь, которая не выпекается, а просто передаётся дальше.
На следующий день человечки стали ещё вкуснее — пропитались, стали мягче. Мы доедали их с молоком, и муж вдруг сказал:
— Давай таких на Новый год напечём? Только чтобы с разными лицами. И пусть каждый выбирает себе человека по настроению.

Теперь формочки для печенья лежат не на дальней полке, а в легкодоступном месте. Потому что песочные человечки — это не просто печенье. Это маленькая армия уюта, которую можно создать своими руками. И пусть некоторые из них выходят кривоватыми, зато в каждого вложена частичка души. И немного муки — на пол, конечно, куда ж без неё.
Ваша Дуня, главный пекарь песочных людей и просто любительница вкусных историй!

Рецепт прабабки Агафьи в переводе на человеческий язык:
* Масло сливочное — 200 г (полкирпича, как учила бабушка)
* Сахар — полстакана (горсть с хорошим настроением)
* Яйцо — 1 шт.
* Сметана — 2 ст. ложки
* Ванилин — на кончике ножа
* Мука — 2,5–3 стакана (сколько возьмёт)
* Изюм, цукаты, орехи — для украшения

Секрет: тесто любит, когда его не торопят. Дайте ему отдохнуть в холодильнике, и оно отплатит вам нежностью. А при вырезании фигурок напевайте что-нибудь весёлое — тесто слышит ваше настроение!