Доброе утро. Можно войти?

Ускоренные шаги —
по пустым утренним улицам,
где витрины отражают только тебя
и редкие движущиеся тени.
Кофейные машины в кафе уже нагреты,
готовы к первой порции дня,
хотя сам день ещё не уверен,
начался ли он на самом деле.

Короткая серия стуков
в деревянную дверь.
И затем — открывающийся настежь
весь её внутренний мир,
как будто так и должен был открыться.

— Можно войти?

На столе у окна —
скромный, но честный завтрак:
несколько круассанов,
вчерашний хлеб,
апельсиновый джем,
масло,
и кофе,
который ещё не решил,
каким ароматом будет жить сегодня.

Холод утра
переплетается со свежим солнечным светом,
и тени предметов
медленно перемещаются по столу —
как будто что-то выбирают,
но без спешки.

Пауза тянется,
как чайная ложка над чашкой,
которая никак не решается опуститься.

— Ещё что-нибудь?

вопрос после долгой тишины,
сказанный слишком коротко,
чтобы быть нейтральным.

— Ничего