Отсветы Далёких Лет 10. Дружеский Ужин

- О! Ка-а-акие люди!  -  завопил налысо бритый толстяк, раскинув руки.

Владислав и Евгений остановились на пороге. Круглая зала с куполообразным потолком оказалась не так уж и велика. Большую её часть занимал заставленный блюдами кольцевой стол и несколько стульев вокруг. Как успел заметить Влад, стулья были хоть и с претензией на роскошь, но не переносные, а выдвижные, из пола. Отделка в духе "Змея" - синее с золотом и тонкими серебристыми узорами-завитками.

 - Хватай!

 - Лови!

 - Владичка!  -  на ротмистра налетел Костя Сатаров в кружевной рубахе и немыслимой узости слаксах.  -  Жив, курилка,  -  Костя схватил ошалевшего Стахова за руки и заглянул в лицо, сияя улыбкой.

Тут были далеко не все. В лысом пузатике Влад угадал прежде тощего Юрку Бешеля, темноволосый рослый красавец Серебрянский почти не изменился, Костя отпустил длинные усы и выпрямил густые волосы. Для полного комплекта давних лет не хватало Макса, Рубена, Лёши Бодэ, давно уже погибших Ромы Арчи и Тима Сольникова, Андрона Ишутова, Тиша Наветова и нескладного парня, от которого в памяти сохранилось лишь имя Никодим. По левую руку от Серебрянского смущённо улыбался Сергей Рокотов, одетый в джинсы и широкий трёхцветный клубный пиджак.

 - Привет, Костик,  -  произнёс Влад.  -  Привет, ребята!

 - Приседаун, плизз. Так ведь говорят на севере,  -  виц-император Серебрянский кивком головы  указал на свободные места.

Евгений легко и непринуждённо поклонился всем сразу.

 - Добрый вечер, друзья.

 - Добрый, князь, добрый,  -  Рокотов откинулся на спинку стула.  -  Садитесь, а то у нас уже пересохло.

 - Всего-то десять минут! - оправдывался Женя.

 - Наливайте, Сергей, за встречу! - распорядился Игорь.

Влад окинул взглядом блюда и вынужден был признать, что почти все ему незнакомы. Градский заметил растеряность приятеля.

 - Костик, помоги Ворону, а то он одичал  -  явств не узнаёт.

 - Опа,  -  Юрик крутанул головой.  -  Крепко Ворона прибило да к церковному кресту.

 - Ха! Владик там попов гонял, только пищали! -

 - Не я, а мои офицеры, не выдумывай, Жень, - бросил Влад, чуя себя словно под перекрёстным огнём.

 - Это эпическая история, господа!  -  Евгений поднял бокал с розовым вином,  -  За то, что мы всё-таки встретились!

 - За то, что Владик выжил!  -  подхватил Игорь.

 - За Игорька-угорька, который перехитрил всех и вся!  -  не остался в долгу Влад.  -  И теперь повелитель всего и вся!

 - За кавалера "Белой Линии",  -  поднял бокал Костя.

 - За лучших друзей,  -  спокойно отозвался Бешель.

Выпили сладкого с горчинкой вина. Перевели дух.

 - Костя,  -  шепнул Влад.  -  Мне бы мясного, а я не вижу.

 - Мясо будет на второй перемене. Давай  салатику с раками положу.

 - Ты покажи.

 - Во-о-он тот. Женя, "Морской сюрприз" передай, пожалуйста.

 - Так что за эпическая история?  -  Бешель отодвинулся от стола, и Влад вздрогнул  -  Юра сидел в кресле на колёсах. Ног у него не было.

 - Двигатель рванул на испытаниях,  -  шепнул Владу на ухо Константин.  -  Юрик -  инженер астроверфи в Ассольске.

 - Ох ты ж, блин. На статской службе так угодить, - вздохнул Стахов.

 - Ты ешь, Владик. Отвык, поди.

 - Не схватить бы не ту вилку.

 - Вот салатная, - Костя подтолкнул нужный прибор под пальцы Влада. -  Не боись, я рядом.

 - Видите ли, господа,  -  Женю явно понесло.  -  Я не смогу передать сию историю так сочно, как это мог бы проделать наш дорогой Влад или господин обер-капитан Рокотов, но всё же постараюсь. Тем более, тот язык, на котором говорят северяне, лишь отчасти похож на славский.

 - Вообще-то, князь, мы с вами, помнится, договорились перейти на "ты". А что до соку, кое-где и юго-восточная лагва осталась,  -  заметил Рокотов.  -  Её понять тоже трудно. Она более на основе юго-славянитского.

 - Велик и разнообразен народ славянский,  -  провозгласил Игорь и взялся за бутылку с синей этикеткой.  -  Давайте же теперь выпьем за несбывшееся, да не станем о нем жалеть!

 - Самое глупое дело  -  рыдать над разлитым молоком,  -  заявил Бешель.  -  Его надо вытереть и жить дальше.

 - Молоко бывает и последним,  -  возразил Стахов.  -  Кстати, Жень, не старайся. Там понять самую соль может только тот, кто знает всю предисторию, а она долгая.

 - И всё-таки, Владик, что же вы там учинили над святым отцом? - заинтересовался Серебрянский.

 - Да климатрон Серёжа ему в изотерме подкрутил. И вскипятил хранившееся там пиво.

 - Пиво?! - Игорь аж назад подался в изумлении.

 - Да, вагона полтора пива, которым святой отец торговал прямо в храме.

 - Мерзость какая!  -  поёжился Костя.  -  Пивом в храме! Это не поп, а чёрт знает что!

 - Вот такой поп,  -  пожал плечами Рокотов.  -  Но вообще-то к попу мы с лейтенантом Аташевым и парой ребяток зашли по дороге, а изначальной целью было отобрать ружьё у одного опасного психа.

 - Отобрали?  -  улыбнулся Серебрянский.

 - А то как же, экселенц. Только скорей его от ружбайки удалили. Уж очень сей мерзавец огорчал командира. Тот прямо кушать не мог, как про оную особу услышит.

 - Кстати, Сергей,  -  Градский чуть наклонился вперёд.  -  А что  стало с Мокроусовым? Или всевидящему оку сие неведомо?

 - У кошачьих глаз, Евгений, сейчас другие заботы. Но можете порадовать Иона Васильевича  -  греха на нём нет. Мокрый всего лишь рассудка лишился. Его вытащили из вагона в Рокограде. Рабочий грузового парка полез поправить полог и был укушен за руку.

Стахов злорадно расхохотался:

 - За грехи его да воздалося!

 - Утешься, мой командир! Отлились слёзы страждущих мерзавцу!  -  Рокотов воздел руки к потолку.  -  Великого торгаша свезли в приют для скорбных душой, где он отныне и пребывает.

 - Ларику поселковые наваляли по всем местам и выгнали.

 - Откель звон? - У Рокотова аж ямочки на щеках проявились.

 - Лебедников месснул.

 - О! Как там наш славный лейтенант?

 - Приставует в Елецком, в Камостров молодого пацана прислали. Авдея и Ваську Огарковых повесили.

 - Это мне ведомо. У них там передовой форпост и учебная база были.

 - Басков учили?

 - И пиратов, командир. Бой в ограниченом пространстве, перемещение по лесу и болоту, форсирование водных преград, выживание.

 - Ого!  -  Бешель мотнул головой.  -  Серьёзные враги у тебя, Влад, были.

 - И к стыду своему, сознаюсь: я их в упор не видел,  -  повинился ротмистр Стахов.

- Не расстраивайся, Владик,  -  Игорь выбирал сыры, цепляя каждый ломтик по отдельности особой шпажкой.  -  Они проходили через соседний сектор, где комендант камерами не озаботился и барьера у него не было. Вот они и ходили туда-обратно, как у себя дома. Твоей вины, Владик, в том нет. Наоборот, в трудных условиях ты сделал всё, что мог. Так что носи ордена, ты их честно заработал,  -  Серебрянский подмигнул.

 - Но почему ты дал ордена только мне? У меня есть люди, которые...

 - Подай список на мое имя.

 - Командир в своём репертуаре,  -  заметил Рокотов.  -  За это его крепко  респехтуют. Сам от холода загнётся, а своих оденет и накормит.

 - Игорь, а что в Сорокаречье-то было?  -  задал вопрос Градский, оценивая взглядом горку салата на своей тарелке.

 - Смотри не лопни, Женя. Там не было, а есть. Материковая Баскония и минимум два корсарских порта. Оттуда и поднялся тот крейсер.

 - И как наши?  -  встрепенулся Костя.

 - Продавили второй укрепрайон и зашли во фланг третьему. Басконы через ханьского консула запросили пардону, да только чёрта я  им  чего дам!  -  стукнул ладонью по столу виц-император.  -  Нечего было с альстарами целоваться.

 - И сколько же они там сидели?  -  спросил Влад. - Зря ты отвергаешь мир, Гарик. Прими, не губи наших. Пусть убираются, да и хватит с них.
 
 - Трудно сказать,  -  Серебрянский вздохнул.  -  За пять лет такую инфраструктуру не построить, но и лет сто  -  вряд ли. Не обжились толком. Вернее всего будет лет двадцать или  тридцать.

 - Позорище,  -  уткнулся взглядом в стол Владислав.

 - Влад! Не на твою голову сей позор! Повторяю, твоей вины там ни на йоту. А вот прежний главный контрик явно жвачку жевал. Сбежать не успел, но и толку от него немного. Это не изменник, а лентяй и болван,  -  князь поморщился.  -  Спровадил я его в отставку с повелением сидеть в родном городке безвылазно.

 - Зверь,  -  хохотнул Градский.  -  Кстати о зверях, а что там с этими кошедралами, которые чохры?

 - Да ничего,  -  ответил Сергей вместо князя.  -  Просто чохра. Просто мелкий барон с Ольгии. Для того и рацию мощную держали  -  с хозяином связь иметь.

 - Я думал, он из Отрады.

 - В Отраде у него региональная контора, только и всего. А сам Лапский живёт в одном из пещерных городов Ольгии.

 - А о фон Диккерсе что известно?

 - Вот тут посложнее. Нет никакого фон Диккерса в природе. Кроме того, что вылез невесть откуда в шестьдесят девятом и поступил на службу в Академию. Но все попытки выяснить кем он был раньше натыкаются на глухую стену  -  не было его до шестьдесят девятого года.

 - Труп, между прочим, оставался на поле перед фортом, - заметил Влад.

 - И не дал нам ровно ни черта! - отмахнулся Серёга. -  Он ни в каком обличье до появления в Рамидии не всплывал. Человек из ниоткуда. Такие дела, господа!

 - И почему Рубен поставил его во главе экспедиции тоже неясно?  -  Влад наконец расправился со сложным салатом и откинулся на спинку стула, прислушиваясь к ощущениям в животе.

 - На этот вопрос,  -  Костик отправил в рот кусочек крабьего мяса и облизнулся.  -  Мог бы ответить только Адашьян, а он где-то бегает.

 - В Лигурдии его логово,  -  пожал плечами Градский.  -  Или у мадам Ручинской в Граскаре под юбкой сидит.

 - Нет его ни в Граскаре, ни в Лигурдии, ни в Ново-Камче,  -  зло ответил Игорь.  -  И мои, и Серёгины ребята там всё перевернули.

 - А Ирина где? - спросил Влад.

 - На вилле.  Затворницу изображает.

 - И связи с мужем не имеет?

 - Месседжами через наруч. Так же, кстати, как и управляющие его заводов. Мы отслеживаем трафик. Он активно управляет делами, на мессаги реагирует быстро,  -  Рокотов отпил минералки из высокого стакана.  -  Он точно в Рубиде, но где  -  сам чёрт не разберёт!

 - У знакомых дворян или купцов,  -  Влад положил себе овощной салат, выглядевший более-менее привычно.  -  Рубен не я, не Женя и не ты. Он в палатке под кустом долго не высидит.

 - Да я всех уже перетряхнул!  -  досадливо ответил Рокотов.  - Нет его у знакомых. И у родичей нет! Хоть плачь! Меня вон Игорь Ромыч уже два раза из-за этого носатого отодрал. Всё болит, а толку ноль!

 - Ну-ну, Серёженька,  -  мягко укорил подчиненного князь Серебрянский.  -  Не возводите напраслину. Я ещё нежненько, со смазочкой. Понимаем, тяжко, да вельми мне наш арцахианец надобен. К тому же регулярное уестествление приводит к рождению свежих идей в головах подручных.

Евгений нехорошо хихикнул.

 - Кстати, Амоса не поймали? - спросил Влад. - Вот бы кому я столб засунул комлем вперёд.

 - Амосов застрелился,  -  нахмурился Серебрянский.  -  Уничтожил все носители инфы в доме и застрелился.

 - Курительная тут есть?  -  Юра крутил в руках трубку английской манеры.

 - Да кури прямо тут,  -  махнул рукой виц.  -  У нас разве что Костя праведник, да я. Остальные все прокопченные.

 - Ты бросил, Игорёк?  -  удивился Женя.

 - Да, бросил. На озёрах. Выйдешь, бывало, с утреца на крылечко  -  такая лепота, лёгкий туманец, воздух чистый, тишина. И курить не тянет. Вот и оставил привычку.

 - И ловил ты там рыбу...

 - И души человечьи. Реформы, Женя, не год и не два готовились. Мы тихо сидели, сведения собирали, планы намечали. А тут ты с владовыми откровениями, как снаряд в кучу бутылок. Наследник в ярость пришёл от доклада Стругге. И живо, пока партия премьер-министра не встревожилась, вздернул по тревоге корпус ландштурма, велел мне брать кресло Николы и хватать всех крыс, покуда не смылись.

 - Сложно у вас в столицах, - Заметил Влад. - Партии, кланы. Кстати, а Лёша наш нежный и красивый за какую команду играет?

 - За графа Несселя, премьера, - ответил Костя Саттаров, хлебушком подчищая с тарелки соус.

 - А граф Нессель...

 - На содержании минимум двух корпораций и трёх семей. Что там ему с иных колоний идёт  -  бог весть.

- А почему, кстати, доложили наследнику, а не государю? - удивился Юрик, дымя трубкой.

- Да правит, вообще-то, именно он, - пояснил Рокотов. - Государь от дел отошёл, стар, Альцгеймер мучает.

 - Интересно, когда же тебя сосватали на место вица? - Градский прищурил глаз, глядя на Игоря.

 - Давно, Женя, - Серебрянский выпрямился, прищурил глаз. - Цесаревич Дмитрий любит Рубид. Его отец предпочитал Перу, а вот Дмитрий Николаевич на наш край запал. Меня первый раз подписали сопровождать Его Высочество в поездке инкогнито, когда он был совсем юным. Ему было восемнадцать, а мне - двадцать три. Мы много беседовали, господа. Умён не по годам наш будущий государь. Во время третьего визита, в семьдесят девятом году, Дмитрий Николаевич представил нас с графом Стругге друг другу и предложил мне вступить... как это он сам называл  -  фронду.

 - И ты вступил, - резюмировал Юра.

 - Да. И сразу был вписан в контрразведочное отделение главного штаба войск. Так и началась моя служба. По генеральному плану великого князя должны были снять в девяносто первом. Но тут Женечка мессанул Костику интереснейшие данные, а следом контрразведка нарыла совсем уж любопытные сведения. Я знал, что корпорации наглеют, но что настолько  -  нет. Кстати, известия о контрабанде, коей  занимается Бодэ, сподвигла тормознуть один из их кораблей. А там такое нашли... уй-ёй.  И всё  закрутилось.

 - Кинули мы, значит, гранату в лисью нору,  -  заметил Влад.
 
 - Точно,  -  Рокотов принялся разливать красное вино.  -  Между прочим, командир, лис и больших ящеров привозили альстары.

 - Випон-энимал?

 - В точку! Боевые звери. Рой генерировали тоже они. Направленый пси-генератор.Потому и распадался Рой у Самохи. Это же, примерно, версты три от нашего берега Златы. Псиг бил примерно до Ползухи, а дальше Рой летел на остаточных явлениях. Теми же псигами, думаю, сводили с ума экспедиции. Баски же действовали биотехами, пробовали разных зверушек, меняли или вовсе отзывали малоэффективных. Природно-нашего в Хларау только водяная живность, черви, нупыри, змеи и кривокрылы. Ну и дурь, конечно.

 - Ну, я бы не назвал кубраков, скажем, малоэффективными, - заметил Влад.   Овощной салат успокоил взбунтовавшийся от морепродуктов желудок. Нет, не будем лезть в экзотику, не то скрутит. Ещё не хватало обосраться в обоих смыслах.

 - Прожорливы, невыгодно. Помнишь, сколько кубраку надо было, чтобы он отступил?

 - Фунтов сто пятьдесят мяса.

 - Или одного-двух несчастных человечков. Когда жрал  -  хрен уйдёт, пока не насытится. В состоянии "я кушаю" уязвим. В состоянии "сыт"  -  еле ползёт. Это не лиса с её ракетным метаболизмом.

 - А убить-то не проще, чем лису.

 - Не проще, командир, но ведь убивали. И головы рубить не надо было. А  полип, бегунок, крылошип и ламелька  -  это вообще биоинженерия чистой воды. Пополам с роботехникой высочайшего уровня. Похоже, баски достигли в биотехе таких высот, что даже нипоны глотают пыль. Это, кстати, заметили в войсках. Часть солдат у них явно изменённая.

 - За тех, кто сейчас в бою,  -  Влад поднял бокал красного вина.

 - Да,  -  серьёзно отозвался Рокотов.  -  За наших ребят, что ломят басков.

Выпили, закусили, помолчали.

 - Погоди,  -  поднял брови Женя.  -  Что за "кубрак", господа!? Общество требует пояснений.

 - Кубрак,  -  нехотя сказал Влад.  -  Антропоморфная скотина. Кубическое туловище с огромной зубастой пастью. Две ноги, четыре руки. Голова полукруглая, сидит прямо на плечах  -  шеи нет. Глаза на обе стороны. Нос и уши не выражены. Шкура синяя, мех такой же, иногда с красноватым отливом. Кстати, разумен. Действовали группами по десять-двенадцать рыл, орудовали топорами, ножами и дубинами. Какая-то примитивная раса.

 - Фу, гадость какая,  -  вздрогнул Игорь.  -  Он что, людей ел?

 - Он любое мясо ел. Людей, скотину  -  без разницы. Разделывал ножиком таким маленьким,  - Влад развёл руки на полметра,  -  и лопал сырьём. А слопать мог и пятьсот фунтов. И убивался попаданием только в башку, а она уж очень хороший обзор имела, и  -  сорри, господа,   -  в задницу. Гранатой из "слоника". Они броневые штаны носили, которые только ВОСК и гранаты брали, а в тушку палить  -  без мазы. Пули там тонули. Небезызвестный форт-врач разок вскрыл такой трупик и всё изумлялся  -  сосудов в туловище нет, кишок нет, органов нет  -  одна губчатая структура, которая, верно, за всё и за всех.

 - Господи боже, Владик. Я думал у вас там только зверьё в противниках было!  -  всплеснул  руками Евгений.

 - В основном  -  оно. Но первые года четыре попадалось и это, и ещё много всякого разного. А потом пошло на спад. Самое, конечно, опасное было не зверьё, а зомбики. Серёга их не застал, а мне вот довелось.

 - И что они такое?  -  тихо спросил Костя, заглядывая в осунувшееся лицо старого приятеля.

 - Нарки в последних стадиях, - угрюмо ответил Влад. - Тогда мне и показали "щавелей" и "горцев". Вполне себе вооружённые, некоторые явно учились военному делу. Сил у них было мало, стойкости тоже, здоровьичко ни к чёрту, но три хутора дотла они сожгли.

 - Зачем?  -  спросил Игорь, в упор глядя на ротмистра.

Стахов пожал плечами.

 - Скорей всего, ради устрашения. Не все в Хларау потеряли совесть, не все привечали агентов "Асфарма". Кое-кто гнал их вилами или устраивал канонаду. Мокроус был двенадцатым агентом на моей памяти. Остальных рано или поздно находили мёртвыми или вовсе не находили.

 - За девять лет  -  одиннадцать агентов?

 - Да. Черемной сбежал с моей пулей в ноге, Еремееву наши соседи повесили, Шуваева ротмистр Кононов утопил в нужнике. Двоих селяне убили, трое пропали без вести. Трое предпочли уволиться и уехать. Вот так и жили.

 - Злые вы, господин ротмистр, - качнул головой Игорь Серебрянский.

Влад поднял голову.

 - Да, Ваше Сиятельство Игорь Романович, мы  -  злые, - Твёрдо ответил он. -  Мы не любим дуреваров, мы не любим церковь, мы терпеть не можем пиратов и банкиров. Вынуждено терпим  дановладов. Кстати, у вашего сиятс-тва нет идей как с этой бедой управиться?

 - Крестьянский банк с низкими процентами по ссудам,  -  пожал плечами Игорь.  -  Иного способа я не вижу.

 - А Влад уже петлю крутит под столом,  -  протянул Градский, прищурив глаз.  -  Он давеча собирался "благонравным" животы рвать и храмы жечь.

 - Церкви жечь  -  это перебор,  -  укоризнено покачал головой Юра.  -  Но фанатикам головы порубать не мешает.

 - Беда в том,  -   Женя отложил вилку.   - что Ворон иногда теряет над собой контроль. Дай ему волю, Юрик, и виселицы будут стоять отсюда и до Рокоземи.

 - А может так и надо?

 - В прежнем Рубиде  -  так и надо. В новом  -  нет. Если мы хотим жить в пристойной стране, методы Влада следует оставить для районов боевых действий, - отрезал Игорь.

 - Будете цацкаться  -  в жизни не изведёте,  -  набычился Стахов.

 - А не будем цацкаться  -  новых наплодим, Владислав,  -  спокойно ответил за  Игоря Костя.  -  Тут осторожно надо, как в разведке. По минному полю.

Стахов махнул рукой и уставился в стену, словно говоря "а, делай как знаешь".

 - Кхм,  -  Евгений попытался увести разговор от неприятной темы.  -  Не пора ли приказать вторые блюда?

 - Серёжа, распорядитесь, пожалуйста,  -  произнёс Серебрянский, не сводя глаз со Стахова. Колонель понял, что маневр не удался.  - Владислав, твои методы выжженной земли хороши, когда терять нечего.  Вот если "Благие" встанут стеной или захватят провинцию, я вызову тебя, подопру Женькой, авиакрылом и бригадой тяжёлых САУ, а сам отвернусь и заткну уши. Сейчас виселицы и лужи крови породят ещё больше обиженных на власть. Они  -  прекрасная рассада для фанатиков и просто врагов. Понял?

 - Я понял, что ты боишься вывесить на солнышко парочку попов! - Резко и зло ответил  Влад. - Ой, не мешало бы, Игорёк! Тухлый труп на утренней заре мозги хорошо чистит.

 - А они моего адъютанта, скажем, пристрелят в отместку.

 - Повесишь двадцать.

 - А они поезд под откос или мину в космолайнер. Влад, это не метод.

 - Игорь, а хотя бы десяток активистов тебе известен?

 - Сто семнадцать известны,  -  сказал Рокотов, воротясь со старшим официантом.

Влад откинулся на спинку стула и закурил, не желая говорить при посторонних.  Когда официанты в костюмах под змеиную кожу, торжественно обойдя стол, переменили блюда и пепельницы, ротмистр высказал предложение:

 - Двадцать мелких сошек и родичей тех ста  -  в заложники. За каждое шевеление  -  десять голов долой.

 - А вот это дельно!  -  обрадовался Рокотов.

 - Сергей Максимович,  -  мрачно сказал виц-император  -  вы набрались от Владислава  Георгиевича. Что я предъявлю людям, большая часть которых ни в чём не повинна?

 - Недоношение о преступлении.

 - Это подлость.

 - Известную субстанцию, экселенц, в белых перчатках не убирают.

 - Но и превращаться в неё же не стоит.

 - То есть ты будешь бить по хвостам, пока они бьют по людям! Прекрасно,  -  Влад выпустил в потолок струю кофейно-табачного дыма.  -  А родичи жертв не обидятся, случаем?

 - Влад, - Серебрянский сцепил пальцы в замок и опёрся локтями о стол. - Борьба с преступностью, а терроризм разновидность оной, это всегда выбор. Между приемлемо, плохо и очень плохо. Виселицы, заложники и пылающие храмы  -  это очень плохо. Хотя, я тебя понимаю, поверь.

Стахов решил отступить, пока дело не дошло до ссоры.

 - Игорь, ты хоть соображаешь, за что взялся? Мешок неподъёмный.

 - В одиночку  -  да. Но за тем я  и собрал вас, моих друзей. Вместе мы сможем мешок сдвинуть и  -  может быть  -  хоть частично разгрести горы. Это дело не одного поколения, но начать надо. Мы не увидим рая, господа, но адские врата закроем плотно. Так ведь у ВКФ поётся?

 - Почти так,  -  сказал Бешель.  -  Только я-то тебе чем помогу? Чин невелик.

 - Юрик, не прибедняйся. У тебя астронавтов знакомых  -  море. А мне позарез нужны связи со спейсманами.

 - Ну, приличных людей я тебе представлю. Но ведь тебе нужны малоприличные.

 - Малоприличных предпочитаю видеть в тюрьме или в вакууме без скафа. Нет, Юра, мне надобны именно приличные и опытные. Дабы вовремя отсечь лапы очередному Любомудрову.

 - Что же, есть на примете такие,  -  уверенно кивнул Юрий.  -  Обеспечу.

 - Ну и славно. Влад, кончай дуться! Бери свинку с черносливом, а то так бледным и останешься.

 - Игорь, если не секрет,  -  Стахов последовал совету наместника.  - Ты знал, что Максик погиб?

 - Знаю. И знаешь как он погиб? Его зарезали.

Ротмистр поперхнулся:

 - Мне же лейт мой новый, Камов, сказал  -  на дуэли! Хотя и странно. У драгун дуэли не в ходу.

 - Ого! Вот это поворот!  -  подскочил Рокотов.

 - Игорь, это уже слишком!  -  возмутился Костя.  -  Зачем раскрывать чужие секреты? Ну считал бы Владик, что Максим погиб благородно, а теперь ты ему нервы дёрнул лишний раз.

 - А затем,  -  тоном питона, нацеливающегося на кролика, произнёс Игорь, - Что между нами секретов быть не должно. И недомолвок тоже. Так вот. Никто из Первой Дивизии тебе, Владислав, правды не скажет. Ибо позорно признаваться в том, что офицер попытался изнасиловать новобранца, а тот ему заточку под рёбра всадил. Вот и сочинили дуэль. Владимир Горбенко взял грех на себя. Так ведь должен поступать командир, верно, Влад?

 - Верно. Но какой же ты сукин кот, чёрт возьми! Если знаешь, так у тебя там звонарик.

 - В моих руках  -  записи с камер Бодэвилля, господа, - спокойно сообщил Игорь. - . И попали они ко мне давно. Ты уж прости за откровенность, Влад, но Максим тебя тайно любил и некоторое влечение, как там у Одасова поётся,  "пронёс через года лишений и тревог".  Об этом в дневнике его... ты бы почитал, с ума бы сошёл! Вот и не выдержал, увидев пацана, похожего на тебя молодого. Андро - содомит опытный, у него дружков за эти годы хватало. Он, кстати, остался жить в Хларау, недалеко от форта Ольгерд. Шпионы были при всех вас, ребята. Последние один-два года. Мне надо было убедиться в том, что вы не скурвились, не перешли на сторону врага.

 - Ну ясно...  -  буркнул Влад.  -  Ольгерд. Да. Там такой цветник, что труселя стальные не спасут.  Отстойник Второй Дивизии. Самое место для Андрона. То есть... дневник... ты за нами следишь... Стратег хренов. И оставь старое в покое  -  двенадцать лет прошло, чёрт возьми!

 - Вынужден, Влад. Именно потому, что ноша неподъёмная, враги полны коварства, а записи наверняка есть и у Бодэ. 

 - Камов твой, кстати,  просто выдающийся авантюрист, - Махнул вилкой Сергей. - Шило в одном месте плюс странноватые теории на тему кладов и скайнс-банков "ушедших колонистов". О них мы тебе тоже инфу кинем, пригодится. И не всё, о чём трепятся на форумах, чушь.

 - Игорь,  - Женяь опять попытался увести разговор от неприятной темы  -  Влад тут на днях говорил, что у ландграфов  -  у всех  -  есть свои армии.

 - Пиф-паф!  - Серебрянский изобразил пальцами пистолет и "пальнул" в Градского.   - У самого есть. Разгребём Сорокаречье, начнём разоружать. Не дело иметь под боком частные дружины с вооружением хорошего стрелкового батальона.

 - У Беллергаузенов имеются танки.

 - Семь штук, тридцать девятые. Батарея восемидесятимиллиметровых САУ, прицепные орудия тридцать семь миллиметров  -  шесть штук. У тебя  -  две субмарины класса "Хищник", девятнадцать бронекатеров класса "Катран". И одна САУ "Феникс", трофейная. Я знаю про всех, Женя. Готовь их к передаче и не вздумай шутить.

 - Не я же глава семьи, - заворочался Градский.

 - Упреди деда. Ландштурмисты - парни нервные.

 - Дела,  -  задумчиво протянул Влад, под шумок наслаждаясь вкусным мяском.

 - У тебя, Влад, двенадцать старых зениток "шесть-шесть" и миномёты. Сдавай. Касимовых мы тоже тряханём, не боись. И ограничим продажу оружия.

 - Ты породишь чёрный рынок вооружения,  -  ухмыльнулся Костя.


 - Уж лучше чёрный  -  есть за что брать под арест. А то торгуют всем и вся. Потому пираты у нас и крутятся в портах, что можно закупить всё, что душе угодно, безо всякого беспокойства.

 - И переоснастить корабли,  -  уточнил Бешель.

 - Именно! Мы и так очень резко отпустили вожжи, за что получили на голову сумасшествие в экономике, резкий взлёт контрабанды, "благих" и развратный восток. Ты бы видел Ратниково в первые дни после отмены морально-духовности!

 - Все всех и во все места?  -  улыбнулся Евгений.

 - Очень точное определение, Женя!  -  Рокотов затрясся от смеха.  -  Добавим  -  и во всех местах!

 - Но была и кровь,  -  жёстко отрезал Игорь.  -  Кровь клира, кровь полицейских, кровь простых обывателей. И жгли храмы, да. Спалили отдел моральной полиции со всеми, кто не успел убежать. Разграбили винные склады, несколько лавок и конторских зданий. Разнесли тюрьму и выпустили заключённых. Пришлось вводить войска, чтобы разогнать потерявших стыд и разум людей по домам. Вот именно на юго-востоке, а точнее на консервативном Юланде, и состоялось первое собрание "Союза Благонравия". Вот она кровь, Влад! Кровь рождает кровь. Она и родила.

 - Господа, предлагаю тост за мир среди кумпании нашей,  -  предложил Костя.  -  И давайте договоримся  -  что было, то ушло. Кто кого любил двенадцать годов назад  -  то пеплом занесло. Мы с тобой, Игорь, тоже не ангелы. Помнишь, как ты с фармацией  игрался?

 - А потом долго лечился,  -  Игорь взялся за бутыль.  -  Серж, разливай красное, а я  -  белое. Кому что, господа?

 - Игорь, а как Ромка погиб?  -  спросил Владислав, поставив бокал.

Виц-император поморщился:

 - Тёмное дело, Владик. Отказ автопилота на посадочной глиссаде. Спецы говорили  -  такое раз в сто лет бывает. Шесть секунд и лайнера нет. Такие дела.

 - Странно, что на посадку шли в авторежиме,  -  заметил Юрий.  -  На малых высотах приборы нестабильны. Чей был лайнер?

 - Славрапидовский. "Адмирал Франц".

 - У-у-у, ну тогда понятно. Раз "Адмирал", значит переделаный воентранспорт. "Славрапид", как всегда, наэкономил.

 - Знаешь их?  -  спросил Женя.

 - Как не знать,  -  облизнул губу инженер.  -  Часто чинятся. Корабли у них заезженые, на обслуживании экономят. "Молния" и та свои машины до такого состояния не доводит. Хотя тоже жадноватая компанейка.

 - Кстати, Игорь, вот тебе ещё фактор нестабильности,  -  сказал Влад.  -  Компании экономят на всём, в том числе и на людях. А это не есть хорошо.

 - Не беспокойся, вчера я привёл кодекс законов о труде в полное соответствие с метропольским и вам, господа негоцианты, придётся потрясти мошной.

 - А как насчёт жёсткого досмотра техники, который практикуется на Терре?

 - Подбираем инженеров, будем проводить. Тут ты прав, это не дело, когда в воздухе или на дороге болтается откровенная развалина.

 - В цеху и на поле тоже такого быть не должно. Ох, Игорёша, сколько врагов ты себе наживёшь... Эпик!

 - Но ведь у меня есть друзья!  -  возразил Игорь.  -  И будут ещё сторонники из тех, кто станет жить лучше.

 - Не быстрое это дело  -  жизнь улучшить,  -  вздохнул Костя.  -  Прав Владислав  -  тяжёл мешок, а сбросить некому.


Подали кофе и сласти. Влад уже не рвался попробовать их  -  он объелся вожделённым мясом. Живот ощутимо давил на ремень.

Игорь, наконец, перешёл к главному.

 - Два месяца, ребятки, я вам дам. После  -  готовьтесь отправиться обратно. Сорокаречье становится чуть ли не центром мира для Империи. Мне нужна полная безопасность для рабочих.

 - Сталелитейки?  -  простонал Влад.

 - Они самые. Но главное там не сталь, хотя она тоже не помешает. Учти, в Сороке видели бродяжек, которые раньше появлялись только в Рассухе и Надежде.

 - Женя рассказывал. Хотя я до сих пор не очень понимаю что это за бродяжки такие.

 - Лови файл  -  почитаешь. Как действовать  -  сами решите. Не маленькие.

 - Решим,  -  кивнул Градский.

 - Ага, - съехидничал Влад. - Драгуны -  вперёд! Мы отомстим за вас.

 - Не ёрничай, - Игорь бросил на Влада хмурый взгляд. - Такова твоя доля, Влад. Рубежи, разведка и так далее. Ох, чёрт. Столько проблем! Краумены вдобавок  обнаглели  -  атакуют поезда и фермы в Надежде.

 - А славная Первая Дивизия? - продолжал Стахов всё тем же ехидным тоном.

 - Владик, они не могут быть одновременно везде. Так же, как и Вторая. От тебя в пяти верстах батальоны ходили, а ты не видел.

 - Но на пустошах местность открытая!

 - Не совсем. Там есть и скалы-останцы, и глубокие овраги. На каждой трещине пост не выставишь.

 - Уффф... Камеры, патрули, дроны, дирижабли, - предложил Женя.

 - У дронов и камер там ресурс быстро садится к сожалению. Орбиталы выдают странные картинки. Вот только что краулер был, а за поворотом оврага его нет. Неплохо, а?

 - Пещеры?

 - Какого же они размера, если такая громадина туда заходит?  -  спросил Бешель.  -  Пустоты должны простреливаться эхолотами.

 - Пробовали. Видно, но малые или узкие. Огромных  -  нет. И внизу ничего не находили. Следов на камнях не остаётся. Вот и думай что хочешь. А проблема висит, - вздохнул Серебрянский.

 - Подкинь инфы,  -  Градский наклонил кувшинчик со сливками над чашкой.   
 
 - Подкинем,  -  кивнул Рокотов.  -  Всё, что есть.

 - Серёж, а вот всё-таки  -  кто нас атаковал?

 - Пираты, Рудольфыч. Басков там близко не было. Потому и атака получилась довольно бестолковая.

 - Они, случаем, не доктора освобождать шли?

 - Да, его. Кстати, Елисеевич всё-таки не был Гарри Тризом. Настоящий Гарри хоть и отошёл от активных дел, но иногда выбирается потрепать торговцев на небольшом кораблике. Так что его местонахождение отслеживает флотская разведка.  Елисеич не Гарри, хотя птичка не самая мелкая. Мы его установили. Представь, его на самом деле зовут Игорь Елена Деревянченко. Он альстарец, действительно  -  врач, служил во флоте Элегианской Конфедерации, затем подался на родину и стал флибустьером. Дослужился у них до старшего борт-врача на мониторе "Уорд Террор". Капитаном на нём Бартоломью Тереза Джонс. А потом неожиданно Елисеич отправился к нам. Хотя что он тут забыл  -  неясно до сих пор. Мой парнишка пока работает по Деревянченко, но вряд ли нароет что-то новое.

 - Баски у реки сидели, верно? - уточнил Влад.

 - Да, где-то с две трети батальона. Часть ушла накануне, а часть собиралась домой, да тут Елисеич как-то сумел месснуть хелплизу.  Братцы-пиратцы дисциплиной никогда не отличались, вот и решили купировать проблему своими силами. Баски вынуждены были их прикрыть. Между прочим, еле ноги унесли, когда на них аэромобильная двинулась.

 - Что такое "хелплиза"?  -  спросил Юра.

 - "Хелп, плизз". Сиречь, "помогите, пожалуйста",  -  пояснил Влад.  -  Это от инглиша пошло.  Иногда говорят "мэйдэйнуть".   Кого больше всех жаль, так это Володьку-урядника, конечно.

 - Да, хороший мужик был, - подтвердил Рокотов.  -  Без особой злобы. Грубиян, конечно, но это мелочи. Больше всех там Редькову повезло  -  сразу погиб в машине.

 - А остальные?  -  спросил Костя.

 - Остальных, Костик, опознали только по значкам. Запытали и сожгли заживо.

 - Господи,  -  закрестились Игорь, Костя и Юрик.  -  Прими души мучеников.

 - Игорёк,  -  Градский приподнял палец.  -  А как у тебя отношения с митрополитом?

 - Вооруженный нейтралитет. Сидит отец Георгий тихо, но нож под рясой держит. Национализация церковных предприятий чуть до инфаркта преосвященного не довела.

 - А сменить его нэ?

 - Синод он устраивает, значит менять не будут. Да если и сменят, то на кого? Из той же когорты, привыкшей вести дела по своему усмотрению и лезть в душу всем и каждому. Нормальные батюшки есть, господа, как не быть. Но их крайне мало. С трудом удалось продавить смену ректора Духовной Академии, которая формально напрямую обер-прокурору Синода подчинена.

 - На кого?

 - Отец Александр Шалый. Это фамилия такая у батюшки, с  ударением на "ы".  Вот он настоящий пастырь и очень грамотный человек. Начнём очищение с семинаристов. Но и это дело на года.

 - Надеюсь, за иноверие теперь в каторгу не отправят?  -  спросил Влад.

 - Нет, конечно. Но исламиты и еретики всех мастей Его Величеству всё же не угодны.

 - Влад,  -  Сергей поднял бровь.  -  Ты в ведиты уйти решил?

 - Я ещё пока ничего не решил, Серёга. Одно точно  -  ноги моей в храме Церкви Право-Славянской не будет. И попа хоть сахаром облепи  -  близко не подпущу. Знаем это семя паршивое.

 - Эх, Влад! Резкий ты. Слишком. Они тоже разные. А идея христианская не так уж и дурна.

 - Не знаю как идея, а ЦПС себе сама за шиворот нассала. И долго ещё будет пыжиться, как та жаба на кочке.

 - А ты их сапогом?

 - Угу. А могу и штыком. Чтобы летели и пердели.

 - Зло,  -  сказал Серебрянский.  -  Зло и глупо, Владислав. Ты себя ведёшь, как обиженный ребёнок. В общем так: узнаю, что ты священника ни за что обидел или церковь сжёг  -  повешу. Понял?  -  Князь в упор смотрел на ротмистра.

 - Понял,  -  буркнул Влад и отвернулся.

 - Да никого он не тронет!  -  вступился за друга Градский.  -  Влада иной раз заносит, но голова-то у него светлая. Сюжет ньюсный вчера расстроил, вот и отойти не может.

 - Кстати, стрелков нашли. Два студента и служащий клин-агентства,  -  Рокотов лопал мороженое.  -  Никакого отношения к церкви не имели, кроме веры. Если тебя утешит, командир, гнить на рудниках им вечно.

 - Лучше бы сжечь на площади. В назидание.

 - Нет, Владик,  -  тихо сказал Костя.  -  Публичных казней в гражданском секторе больше не будет. Надо усмирять  души, а не ожесточать их. Ненависть  -  дочь страха. Это маршал Валленштайн сказал, а он умный дядька был, хотя и сволочь.

 - Пора,  -  вздохнул Игорь.  -  К сожалению, пора. Костя, Ольге Михайловне поклон. Женя, придерживай Владика. Юрик, жду от тебя хороших вестей и хороших знакомых.

К лифту двинулись толпой, от предложения уплатить вскладчину Серебрянский наотрез отказался. Сергей шёл рядом с Евгением и Владом, Костя катил коляску Бешеля.

 - Юра,  -  вдруг вспомнил Влад.  -  А с чего ты брякнул Жене будто я умер?

Бешель нервно заёрзал в кресле:

 - Мне один полузнакомый сказал. Уверенно так. Мол, помер барон Стахов в госпитале от ран. Долго страдал, наконец отмучился. Прости, Влад. Ты не представляешь, как мне худо стало. Запоем пил.

 - В каком году это было?

 - Ой, не помню точно. В середине восьмидесятых.

 - Зато я помню,  -  уверенно заявил Градский.  -  В восемьдесят пятом.

 - Странно,  -  задумчиво протянул Стахов.  -  Соль в том, что в восемьдесят пятом я угодил в госпиталь после червя. И действительно чуть не помер от сепсиса. А навещали меня в самый критический момент четверо. Но, получается, такое мог чихнуть только тот, кто свалил с Хларау до весны восемьдесят шестого и не знал, что меня всё-таки вытащили от самого адского котла. М-да. Подумать надо на досуге.

 - А как твоего знакомца звали, Юрик?  -  спросил Евгений.

 - Ой, запамятовал,  -  отмахнулся инженер.  -  Он потом перестал приходить в Ассольск. Помню только, что служил он на грузопассе "Маргаритка".

"Запамятовал. Ну, может быть", - размышлял Владислав. - "А я вот запамятовал и вообще не пойму каким боком ты попал в нашу дружную компашку. Андро приволок Тиш, кажется. Костю и Рому - Лёха. Меня и Макса - Женька. А Юрика? Хрен его знает. Мэйби, Тим Сольников? Ну, не вписывался он ничем! Человек не из Высшего света, не военный, не из старших купцов. Работяга, такой же, как и Андрон. Но тот, хотя бы, понятно зачем был нужен Лёхе, а Юрик вообще гетеро. На вилле он ни разу не был, кстати. Совершенно тёмная лошадь".



У лифта Евгений вспомнил, что забыл вызвать такси. Он поспешно выдернул из внутреннего кармана карточку с забавной мышкой на велике и провел пальцем по серому обрезу. Обрез засветился зелёным, а в колесе велосипеда появилось число "20" и пошёл обратный минутный отсчёт.

Охрана вернула Владу пистолет, ротмистр небрежно сунул его в кобуру. Первым рейсом уехали Костя и Бешель. Игорь, Сергей, Евгений и Влад задержались. Вторым рейсом должен был уехать виц с охраной.

 - Серёж, а ты не пытался отследить с каких вышек принимается сигнал Адашьяна?  -  спросил Градский.

Обер-капитан горько усмехнулся:

 - Последние двое суток от Благодатного до Верхнеозёрска и Речсела. На той неделе  -  светломорские принимали. Мы там чуть не под каждый камушек нос совали. Чёрт его знает где он там шляется.

 - О! Вот тебе идея. Баржа, речной лайнер, яхта. Хотя последнее вряд ли. В толпе легче спрятаться.

 - Дачи вдоль реки,  -  отстраненно заметил Влад.  -  Но скорее всего, он не на воде. Эти города соединяются рэйлом. Салон-вагон или того же сорта автомотрисса.

 - Нет у Адашьяна ни вагона, ни мотриссы, - раздражённо бросил Рокотов.

 - Одолжил у кого-нибудь! Отстаивается на станциях, с разными поездами в рваном графике ездит с места на место. А может и штабкар у него. Вообще не увидишь.

 - А что такое штабкар, Влад?  -  поинтересовался Серебрянский.

 - Попроще, чем салон, но спальник и умывальник там есть. Такие применяли в тридцатые именно для незаметных перемещений. Замаскирован обычно под реф, контейнер или бокскар. Цистерна и листовоз не так удобны. Внутри  -  место для житья, аппаратура связи, простенькая кухонька. Впрочем, всякие варианты встречались.

 - Листовоз  -  это вагон для перевозки свёрнутых в рулон листов стали?  -  неожиданно спросил лысоватый охранник.

 - Да, сударь,  -  отозвался Стахов.  -  Полукруглый.

 - Тогда найдём,  -  лысоватый окинул взглядом своих людей.

Рокотов нахмурился:

 - Михал Михалыч, это дело контрразведки.

 - Вы, ваше благородие, простите уж, второй месяц пыль ловите.

 - Брэк!  -  развёл спорщиков руками Серебрянский, широко улыбаясь.  -  Кто найдёт  -  ста рублями пожалую. Только учтите, он должен болтать языком, а не свешивать его набок.

 - Исполним, Ваше Сиятельство, - подобрался Михаил Михайлович. - Ну-с, пожалуйте, а вы, господа, уж третьим рейсом. Лифт мы вам пошлём.   

 - Отчего это Юрик протезы не ставит?  -  задумчиво спросил Градский.

 - Срослось там что-то неверно,  -  буркнул Серж.  -  Культи у него болят.

 - В мирное время и такая беда.

 - Мальчика тоже во вполне себе мирное время состав переехал,  -  заметил Влад, рассматривая фотокартины с видами изначальной столицы.

 - Мальчика мне нисколько не жаль.

 - Зря ты так, Жень. Всё, что ты видел, исходит от бедности. Думаешь, если он соседу в долг дал, так он богач? Не, нисколько. Просто Мещеряков с "Асфармом" не связывался, вот и был беднее Кольки. Им бы всем земли и сбыт пообширней, не было бы там ни дуреваров, ни гара.

 - Рынок же там есть.

 - Ага. В Черногрязи и в Николаево. Не рыба, не мясо, не два, не полтора те рынки, Женя. Конкуренция большая, переработка слабая. Если бы Цукар поставил консервный завод, ему бы и свекольные поля не понадобились.

 - А это идея,  -  Градский шагнул в пришедший лифт.  -  Поехали.

На стоянке рядком выстроились три необычные приплюснутые машины. Влад приподнял бровь  -  аэромобили! Для Рубида вещь редкая. Рубидеры предпочитали колёсный транспорт, аэрокатера и  -  для связи с орбиталами и тяжёлыми кораблями  -  шаттлы. Частный аэрокатер  -  аэр  -  редкостью не был. Встречались также менее быстрые и недалеко летающие авиэтки, по сути дешёвые самолётики. А вот антигравов на Рубиде почти и не было. Дорого и без хорошо оснащённой мастерской неремонтопригодно. Даже морпехи предпочитали ховеры.

Аэромобиль же и был по сути помесью авто, агэшки и аэра. В воздухе он двигался благодаря встроенной снизу корпуса воздушной турбине, а управлялся торчащим из багажника килём воздушного руля. Сложная конструкция имела два  преимущества  -  мобильность и универсальность. Аэромобиль мог перенести своего владельца даже в те места, где и дорог нет. Правда, аг-блоки позволяли машине подниматься всего лишь на девять-десять метров, так что в горы он забрался бы лишь вдоль склона, повторяя рельеф. И вот тут следовало быть осторожным. Вставший на хвост (скажем, параллельно обрыву или скале) аэромобиль терял подъёмную силу и легко переворачивался.

Серебрянский стоял у открытой дверцы второй машины и о чём-то тихо беседовал с Костей.

Охрана образовала вокруг них полукруг, явно нервничая.

 - Ты ещё долго пробудешь в столице, командир?  -  спросил Рокотов.

 - Завтра днём уеду к себе. Поездом. Хочу инфу твою не торопясь прочесть.

 - Может, лучше аэром?  -  спросил Градский, останавливаясь и оборачиваясь к Владу.

 - Спасибо, Жень. Я хочу по земле.

 - Часов двенадцать потеряешь.

 - Ничего. Давно в купе не катался.

 - Как знаешь, Ворон.

На нижней стоянке стало оживлённее. Постоянно подъезжали и отъезжали мотоциклы, квадрики, самые разные автомобили. По лапам-пандусам текли потоки пёстрого народа. Над клубом в вышине среди медленно падающих снежинок кружил, снижаясь, лёгонький джетплан, чуть посверкивая огоньками маневровых сопел. Планерист в чёрно-серебряном комбезе вытянулся под жёлтыми крыльями на тонкой трубчатой раме, пальцы рук виртуозно играли по незаметной снизу клавиатуре.

Влад следил за планером, испытывая восхищение: самому Стахову такие штуки не покорялись. Нелетучий он был Ворон.

Саттаров шагнул назад, пожал виц-императору руку и направился к роскошному "эскалибуру" вишнёвого цвета, стоявшему с поднятым верхом задом к ним по другую сторону от колонны. Перед головным аэромобилем стоял бело-красный  мотоцикл с хищным обтекателем. На багажнике лежал шлем.

Князь Серебрянский махнул рукой обер-капитану:

 - Серёжа! Заводите свой мотор! Едем!

 - Ну, бывай, Жень,  -  Рокотов протянул руку Градскому.

Влад уже было оторвал взгляд от планериста, когда тот резко бросил машину в пике  и помчался вниз, выбрасывая руку с продолговатым предметом.

Дальше всё произошло на рефлексах:

 - Укро-о-ойсь!!!  -  заорал Влад, плечом сшибая долговязого колонеля на бетон.  -  Сна-а-ай-пе-е-ер!!!

Охранник, не думая, толкнул Игоря в машину и навалился на проём распахнутой  дверцы животом.

Влад перекатился на спину, выдернул из кобуры гаусс и вскинул ствол в небо. Но планерист был не снайпером, а бомбардировщиком. Не обращая внимания на два выстрела Влада и целую очередь автоматов ландштурма, он разжал пальцы на высоте метров двадцати и выровнял машину, одновременно врубая тягу.  Под визг очередей гаусс-автоматов и хлопки трёх-четырёх пистолетов свистящий джет промчался над  перепуганной толпой. Бомба упала за машиной князя и грохот взрыва перекрыл  крики людей.

Вспышка была такая, что Влад почти ослеп. Ударная волна сильно толкнула его в ноги и развернула на пятой точке.

Стахов сел. Вокруг меж машин метались люди. Рядом с ним лежал навзничь давешний усатый из лифта  -  лица у него почти не было  -  вдавило внутрь. Это он перекрыл проём дверцы телом. Вокруг трупа растекалась багровая лужа. Чуть дальше, охая, стоял на коленях и отхаркивался Евгений, недалеко от него навзничь вытянулся стонущий Рокотов. Кто-то невидимый с его места рявкал с террианским растягом:

 - Ме-едик! Са-а-харов, пе-е-ере-е-крыть а-арр-реа-ал! Ра-адист, а-аэры!

Ротмистр встал и медленно, прихрамывая, двинулся в обход машин. Серебрянский  не пострадал  -  он сидел в своем чудо-транспорте, тряся головой. Начальнику охраны накладывали повязку на кисть. Михаил Михайлович от боли согнулся почти пополам, один из подчинённых поддерживал начальника. Ландштурмеры оцепили вип-стоянку двойной цепью. Первая шеренга нацелила автоматы вниз, вторая  -  в небо. Мотоцикл Рокотова опрокинуло и отбросило на несколько шагов. Обтекатель валялся отдельно и сиденье тоже.

Метрах в двух с обратной стороны от колонны аэромобилей в пластилите зияла небольшая воронка.

"Фунтов на пять-шесть бомбовка",  -  машинально отметил ротмистр. Он взглянул дальше и похолодел. Осколки разорвали  вишнёвый "эскалибур" с правого бока, начиная с задних дверей. Именно сзади заботливый Костя и собирался усадить давнего друга Юрия Анатольевича Бешеля, инженер-механика двигательных установок. Дверца отвалилась, и с заднего сиденья свисало нечто невнятно небольшое, что прекрасно уложилось бы в плотный чёрный мешок. Некоторое время Влад тупо смотрел на эти вислые блестящие в свете фонарей ошмётки, а затем медленно опустился на колени и его вырвало прямо на подсвеченный номер одного из автомест верхней стоянки.