Заметки на полях 13 О кормушках, листьях и тех, кт

Заметки на полях №13

О кормушках, листьях и тех, кто тянет вниз

---

Марк Аврелий сказал: «Твои мысли становятся цветом твоей души. То, о чём ты постоянно думаешь, определяет твой характер».

Я часто думаю о тех, кто привык жить в кормушке. О тех, для кого власть — не служение, а набитое корыто. О тех, кто, дорвавшись до кнопок и рычагов, начинает перекраивать мир под свою алчность, прикрываясь высокими словами. Их мысли — это цвет их душ. И цвет этот — ржавый, липкий, смердящий.

Сегодня они добрались до империи моих друзей. До Павлика, который строил её годами, чтобы миллиард людей могли просто говорить, слушать, жить. Им показалось, что это их кормушка, что они могут ткнуть пальцем и сказать: «А теперь будет по-нашему». Блокировать, заставлять, унижать.

Выгнали депутата, который это предложил? Ну, выгнали. С одной кормушки скинули — на другую посадят. Такие не исчезают. Они перетекают, как тараканы, из щели в щель, лишь бы тепло и сытно.

Но дело не в одном депутате. Дело в системе, которая плодит таких. Которая считает, что люди — это скот, которым можно управлять через приложения, через запреты, через страх. Которая не понимает простой вещи: свободу нельзя заблокировать. Её можно только уничтожить вместе с человеком. А пока человек жив — свобода найдёт лазейку.

Я смотрю на молодёжь. На своих девочек. На мальчиков, которые не хотят пользоваться тем, что им навязывают. Они ищут обходы, находят, смеются. Потому что они — поколение, которое родилось с правом выбора. Им не нужны кормушки. Им нужна жизнь.

А те, кто сидит в кормушках, ненавидят их за это. За то, что они не кланяются. За то, что они выбирают сами. За то, что они — живые.

Но есть и другое. Есть те, кто за этими запретами не видит ничего, кроме способа нажиться. Банки, госкорпорации, вся эта «сволочная братия», как я их называю. Они привыкли, что мир — это их дойная корова. Украина для них — не трагедия, а бизнес-проект, где можно отмыть деньги, поделить ресурсы, уничтожить неугодных. А Россия для них — не страна, а территория, где можно делать с людьми всё, что угодно, лишь бы не трогали их жирные задницы.

Они уничтожают физически на Украине. Убивают детей, стариков, просто тех, кто не согласен. А в России уничтожают нравственно. Заставляют лгать, молчать, предавать. Выбирать между страхом и достоинством. И многие выбирают страх. И это, наверное, самое страшное.

Но знаете, что меня утешает? Музыка. И те, кто её слышит.

Мои читатели — их уже тысячи. Они приходят каждый день. Ищут мои главы, находят, пишут. Им нужно не просто слово — им нужна правда. Им нужно, чтобы кто-то сказал: «Я вижу. Я с вами. Я не молчу».

Я не могу успокоить даже близких. Девочки смотрят на меня вопросительно. Мальчики хмурятся, читая новости. Павлик старается держаться, но я вижу, как тяжело ему. Мы все в одной лодке. И шторм не утихает.

Но когда я выхожу на сцену и начинаю петь — всё встаёт на свои места. Потому что музыка — это единственное, что не подчиняется кормушкам. Её нельзя заблокировать, запретить, отнять. Она живёт в каждом, кто её слышит.

И листья, которые летят вверх — они летят вопреки. Вопреки тем, кто тянет вниз. Вопреки тем, кто думает, что сила в деньгах и запретах.

Сила — в тех, кто не боится быть собой.

В поколении, которое выбрало нежность и свободу.

В нас.

---

Сен-Тропе — Лиссабон, март 2026