Тайны Кадыкчана

Глава первая Встреча
- На сегодня хватит, - сказал сам себе Серега, слушая последнего на сегодня кандидата на работу, и уже понимая, что парню не повезло.
Не повезло не потому, что у него резюме плохое, или он не умеет, что требуется, нет. Просто он был последний, а HR-менеджер Хромов был уже уставшим. Уставшим Серега правда был уже больше полгода так как именно тогда окончились две недели очередного отпуска, но сегодня он был ещё более уставшим. И опять уточнение, не прямо сейчас, а уже неделю. Его очередь отдыхать вторую половину отпуска наступала с понедельника, а сегодня был вторник. Оставалось ещё меньше недели, дотянуть до конца пятницы. Но организму было уже плевать на работу. Дни тянулись словно года. Хромов уже хотел из военной молодости, когда он даже офицером не был, а тянул срочную простым рядовым, купить кадендарик небольшой и выкалывать иглой каждый прожитый день до отпуска, как они тогда делали за сто дней до дембеля. Те дни тоже тянулись словно резина. Это потом уже был военный институт, и служба офицером, где дни пролетают пулей.
Сергей обвел глазами пустой кабинет HR-менеджеров. Лиза Павловна была в отпуске, а Наташка сегодня отпросилась пораньше, ей нужно было успеть на родительское собрание в школу. Зато у Хромов детей в его тридцать пять не были, как, впрочем, и семьи и он мог сидеть в этом офисе до потери сознания, ну точнее до окончания работы. Дома все равно никто не ждал, кроме телевизора, холодильника и ноутбука с установленными боями роботов онлайн.
За последние годы кабинет стал привычным до слез и боли в сердце. Здесь царил особый порядок, в воздухе витал едва уловимый аромат свежести и бумаги, будто страницы романов оживали сами собой среди пачек резюме и отчетов. Три стола стояли рядом, подобно трем островкам надежды в океане повседневных обязанностей, каждый украшен своими уникальными мелочами, придающими каждому уголку индивидуальность. Кроме стола Сергея. Он в отличие от дам, не заморачиваться на эту тему.
За окнами тихонько шелестели листья деревьев, наполняя пространство зелеными отблесками солнечного света, пробивающегося сквозь полупрозрачные шторы. Свет мягко ложился на рабочие поверхности, создавая ощущение тепла и домашнего уюта, столь необходимого в напряженной атмосфере трудового процесса. И играл бликами на стенах, покрытых небольшими картинками из интернета, должными мотивировать к работе, грамотами прошедших тренингов и дипломами достижений, ставшими частью истории этой комнаты, наполненными живым дыханием тех, кто трудится здесь изо дня в день.
Эта комната хранила следы множества бесед, планов и решений, принесенных сюда людьми разных профессий и взглядов, постепенно превращаясь в живой организм, впитывающий эмоции и мысли каждого посетителя. Именно здесь решались судьбы сотен людей, рождались карьерные перспективы и начинались новые этапы профессиональной жизни.
Это если пофантазировать, а так, три стола с компьютерами, два шкафа с документацией, три стула для посетителей и три каких-то растения на подоконнике в горшках, питомцы Лизы Павловны.
- О, нужно их полить сегодня, чуть не забыл, иначе Лиза Павловна по приезду убьет.
- Дзынь-дзынь сказали часы, - а значит рабочий день кончился.
Закончился ещё один нудный, резиновый день перед отпуском. Серега прямо пожалел, что не купил календарик. Он бы сейчас с таким остервенением бы проколол очередную дырку....
- Хорошо, - посмотрел он на соискателя, оставьте своё резюме и напишите на нём номер телефона, мы перезвони вам в течении недели.
Глаза парня погрузнели. Фраза: мы вам перезвоним, обычно заменяла " Вы нам не подходите ", но по задумке говорившего, не была такой фатальной и оставляла капельку надежды.
Ехать до дома было не близко, около часа, хотя в столице это считалось нормой. Сергей вошёл в переполненное метро, его занесли в вагон и поставили где-то сбоку, благо что около поручня и можно было хотя бы нормально держаться.
— Вот зачем мне этот офис? - понеслось мысли в голове. - Может найти работу поинтереснее, чтоб куда-то ездить, чтоб пейзажи мелькали перед глазами?
Это была стандартный почти ежедневный монолог с самим собой. Когда-то Хромов заболел армией, отучился в военном институте, получил специальность офицера мотострелковых войск, служил в нормальной части, и даже прошёл несколько горячих точек. Небольших правда. И его в принципе все устраивало. Но что-то в этой стране пошло не так и его боевого офицера стали заставлять делать всякую ерунду. Агитировать людей перед выборами, заставлять подчинённых ходить на эти самые выборы всевозможных рангов, потом участвовать в тестирование всего что высшее руководство придумает. От вакцин до оплаты в магазине продовольствия по коду лица. И ведь ничего не сделаешь, против системы не попрешь, потому что сам в ней находишься. Он терпел, правда скрепя зубами, но терпел. Но когда его роту отправили разгонять несанкционированный митинг студентов, простых молодых парней, которые в принципе то по своему максимализму шли за справедливость и равенство, он не выдержал. Приехал сразу после этого и написал рапорт по собственному желанию. И понимая, что в любой государственной компании он будет связан с такими же проблемами, вернулся в родительскую квартиру в столице и устроился работать HR-менеджером, благо военное образование и опыт работы с людьми давали такую возможность. Вот только офис он переносил не более половины года и в отпуск уезжал куда-нибудь в труднодоступные места с рюкзаком. А тут еще недавно, он открыл для себя так называемые "заброшки" и стал по ним кататься по выходным, хотя бы раз в месяц.
- Заброшки! - вспомнил Серёга. - Чуть не забыл.
Ехать ещё было долго, и он открыл телефон и залез в нужный канал. Он так и назывался "Заброшки". Канал специально для таких людей, озабоченных этой темой.
- Всем привет, - написал он, войдя в канал.
- О Хромой пришёл, отлично, - написал Сева, - мы как раз обсуждаем путешествие, ты еще готов лететь?
- А что такое? Есть сомнения? - большой палец правой руки быстро набрал сообщение.
- Короткий и Лето уже слились, - написала Киборг.
- А ч; так?
- У них форсмажор.
- Понятно,
Форсмажор это стандартный бич таких поездок. Больше половины таких вот каналов, чатов, форумов, зацикленных на каких-то рискованных мероприятиях в своём составе, имеют больше половины пассивных диванных фантазеров. Они очень любят теорию, смотреть фоточки, рассуждать в чате, что-то придумывать, планировать путешествия, спорить о вещах нужных в походах. Но как доходит до дела, у них сразу дела, форсмажоры и ещё куча отмазок. Серёга понимал, что такие люди тоже имеет право быть в канале, они как минимум дают массовость, а значит и доход от рекламы владельцу, но пусть тогда хотя бы не мешают, не записываются в группу реальных путешествий. А то вот Короткий с Летом записались и вышли, а теперь перекраивай рацион, раскладку, опять выяснять кто чего берёт и кто возьмет то, что обещали эти двое. Это конечно не так все страшно, но можно было это просто избежать, признавшись сразу, что они теоретики и никуда по-честному не собираются, а не выдавать себя за бывалых и рисковых.
- Я точно лечу, ибо уже отпуск под это подбил.
- Отлично! - написала Киборг. - Кто точно ещё летит, не считая меня и Хромого?
- Я, - тут же написал Сева.
Других пришлось ждать минут тридцать, но это и понятно, кто ехал так же, как Серёга домой с работ, кто-то за рулем и не мог взять сразу телефон, кто-то возможно ещё работал.
- Иду, - пропечатала Псих.
- Буду!!!! - Смайл.
- Куда же я без вас, и вы без меня, - Азазель.
Последний ответил, когда Сергей Хромов, он же Хромой, уже вышел из метро, поэтому продолжил общение он уже дома.
- Ну хорошо, давайте тогда раскладку переписывать на шесть человек и вещи распределять, - написал Сергей, - итак, у меня есть палатка-двушка, если что могу пустить кого-то, и спальник, но он демисезонный, нормал до нуля, я в нем при минус два спал в термике, не весело, но жить можно, могу поделится.
- Лето на дворе, - ответила Псих, - смысл с зимнем ехать?
- Это тут лето теплое, а там не очень, - напечатала Смайл.
- Ага, я смотрел, - подтвердил Сева, - там по ночам примерно десять тепла, так что летние спальники можно брать.
Подбивали снаряжение и переписывали раскладку до самой ночи, но успели. Рабочие дни как ни старались тянуться резиной, но закончились и наступил долгожданный отпуск. Естественно, Серёга давал себе обещание собраться в поход заблаговременно, но каждый день это переносил на завтра и в итоге собирался в день перед отлетом. Благо билеты они все покупали сильно заранее и успели купить билеты с одной пересадкой в Толмачёво, аэропорт Новосибирска. А то по последним данным, сейчас были только или на две пересадки или сама пересадка в районе семнадцати часов. У них планировалось всего три с половиной. Из пятнадцати часов на перелёт. Добираться до аэропорта общественным транспортом он не решился, поэтому взял такси.
- Отдыхать летишь брат? - решил завести разговор таксист.
- Угу, - не стал скрывать ничего Сергей.
- С рюкзаком большим, надолго брат?
- На неделю.
- Куда брат?
- Магаданская область.
- Куда? - аж поперхнулся водитель. - Родители там брат? Или по дела делать?
- Отдыхать.
- Плюнь на это брат, приезжай лучше к нам на юг брат, там море, фрукты, девчонки загорелые!
- Спасибо, у вас на юге уже был и не раз, мне там не интересно.
Таксист сразу заткнулся. А Сергей периодически поглядывал чат группы, где все отписывались что вышли, и где примерно едут. Посты Психа были наполнены отпечатками, так как девушка ехала на своей машине, ибо не представляла перемещение по городу и за его пределы на чем-то другом и писала только на светофорах стоя.
Встретится собирались у стойки регистрации на рейс. Серега по старой ещё армейской привычке приехал в аэропорт за два с половиной часа до вылета. Ну чтоб точно не опоздать. Зайдя в шумный вестибюль и найдя табло вылетов рейсов, Хромов понял, что регистрацию ещё на его рейс не открыли и нужно где-то посидеть полчасика или часок. Кресла в зале ожидания были все заняты, но это Серегу не смутило. А вот цены на кофе в местных киосках и заведениях это благополучно сделали. Цена на кофе тут была равна среднему обеду в приличной столовой. С одной стороны отпускные и зарплата были уже получены и деньги на карте имелись, с другой, стороны, тратить на кофе такие деньги не хотелось, жаба внутренняя квакала и душила. Лучше уж он эти средства на что-то более полезное или приятное потратит. Тем более в Магадане говорят всякие морские деликатесы намного дешевле, чем тут, в столице. Поэтому, найдя свободный клочок пола у стены, Серёга положил на пол свой стодесятилитровый рюкзак и сел на него, облокотившись спиной о стену. За снаряжение внутри рюкзака он не беспокоился, он умел собирать и утрамбовывать рюкзак и потому на нём можно было спокойно сидеть. Чтоб занять себя, Сергей открыл телефон и углубился в чтение справки о месте куда они собирались лететь.
Кадыкчан — заброшенный город-призрак в Магаданской области, расположенный примерно в 680 километрах северо-восточнее Магадана, рядом с Колымским трактом. Город возник в годы Великой Отечественной войны и развивался благодаря добыче угля на шахте «Угольный разрез №7».
Город начал строиться в конце 1930-х годов, однако основное развитие получил после окончания войны, когда была открыта угольная шахта. Уголь добывался методом открытой разработки, а также подземным способом. Население Кадыкчана достигло своего пика в середине 1980-х годов, составив около 12 тысяч жителей.
Кадыкчан считался важным промышленным центром региона. Здесь были построены жилые дома, школы, больницы, магазины и другие объекты инфраструктуры. Однако судьба города резко изменилась в конце двадцатого века.
Основной причиной упадка Кадыкчана стало закрытие угольной шахты. Это произошло после взрыва метана, повлекшего гибель шахтёров. После закрытия предприятия жители начали покидать город, поскольку работа и средства к существованию исчезли. Государственная поддержка прекратилась, инфраструктура пришла в запустение, здания стали разрушаться.
Сегодня Кадыкчан представляет собой город-призрак с разрушенными зданиями, пустующими улицами и ржавыми остатками промышленной техники. Большинство построек находятся в аварийном состоянии, дороги практически не используются, электричество отключено.
Несмотря на отсутствие постоянного населения, Кадыкчан привлекает внимание туристов и исследователей заброшенных мест. Некоторые энтузиасты приезжают сюда, чтобы увидеть своими глазами атмосферу покинутого города, сделать фотографии и изучить историю региона. Однако посещение Кадыкчана связано с определёнными рисками: многие здания опасны для посещения, существует угроза обвала конструкций и прочих несчастных случаев. Поэтому власти официально запретили въезд в город, установив предупреждающие знаки.
После основного текста были ещё интересные факты о городе.
Название «Кадыкчан» имеет эвенкийские корни и означает «Долина смерти» или «Место гибели животных».
Раньше население составляло порядка 12 тыс. человек, но сейчас в городе никто постоянно не проживает.
Многие туристы отмечают мрачную красоту и особую атмосферу опустошённого места, подчеркивая важность сохранения памяти о прошлой эпохе и её наследия.
А еще путешественники рассказывают, что хоть в городе и отсутствует электричество и водоснабжение, но не раз замечали пожары в домах и затопление в квартирах
- Ну что же, посмотрим на тебя Кадыкчан.
Рядом упал ещё один рюкзак. Сергей оторвал глаза от экрана и посмотрел на обладателя рюкзака, плюхнувшегося рядом с ним. Это была девушка, ну или женщина, его примерно возраста, тридцать с копейками. В копейки углубляться не будем, а то там и все сорок насчитать можно. А девушка или женщина в этом возрасте... У нас в стране возраст молодёжи вроде до тридцати пяти продлили, а то и до сорока. А Серёга в принципе называл всех женщин девушками. А чего такого? Даже толстой некрасивой продавщицей за пятьдесят приятно слышать обращение "девушка", она сразу вспоминает свои молодые годы и мнит себя такой, на минуту, но все же. Девушка была своеобразной.
Очень даже симпатичное личико венчали собранные дреды с выбритыми висками ярко-красного цвета. Фигура у девушки была интересная. Даже одежда не могла скрыть её каждодневные походы в фитнес зал. Но было заметно, что она в этом самом зале не просто проводит время и не качает красивую попу, а вкалывает с весами и другим снаряжением на равных с мужиками, а то и больше. Широкие для девушки плечи, крепкие руки, выделяющиеся мышцы под кожей на предплечьях при отвернутых рукавах и это при четвёртом естественном размере груди. И полное отсутствие хоть какой-то косметики. Хромов знал несколько парней, которых такие дамы возбуждали.
- В Кадыкчан? - плюхнулась рядом, на свой рюкзак дама.
- Видимо это у меня на лице написано, - хмыкнул Сергей.
- Не, в экране про него статью увидела мимо проходя, - улыбнулась незнакомка, - я думаю сегодня вряд ли туда две группы собрались разом, на один и тот же рейс.
- Логика железная.
- Даша, - протянула пятерых девушка.
- Серёжа, - отозвался Хромов.
- Киборг, - уточнила Дарья.
- Хромой, - представился никнеймом Сергей.
Они двое сильно отличались от основной толпы в аэропорту. Большинство пассажиров в это время года летело куда-то отдыхать и вестибюль аэропорта так же, как зоны ожидания были наполнены людьми в лёгкой одежде с небольшими чемоданчиками на колесиках. А зачем большие чемоданы? Даже трехзвездочные отели обещали снабдить туристов всем необходимым в номере. И полотенцами, и тапочками, и даже пледами для открытых веранд на вечер, не говоря уже о одноразовых зубных щетках, пастах, мыле и гелях для душа. Так что в чемоданчиках прятались плавки с бикини, пляжные полотенца и тапочки, и пару комплектов лёгкой одежды: выйти вечером в город на променад, да скататься на экскурсию, когда море уже станет надоедать. На их фоне два человека в крепких штанах с множеством карманов, в футболках и тяжёлых ботинках с большими рюкзаками сильно выделялись на их фоне. Видимо оба решили, что проще ехать сразу в трекингах, а лёгкую утрамбовать в рюкзак, так как если наоборот, то это лишний килограммы к грузу, а это лишние деньги и не малые.
Современные авиаперевозчики дерут с пассажиров за все. Открываешь сайт для покупки билета и радуешься ценам. Вроде не дорого, но стоит начать покупать, как оказывается за эту плату ты можешь лететь с паспортом в руках на стуле около туалета. За все остальное придется доплатить. За все! Особенно багаж. Вот какой дурак подумал, что в Магаданскую область можно без багажа лететь? Потом еще удивляются в передачах по телевизору, почему люди не отдыхают в своей стране. Да потому что с нашими ценами это очень дорого летать по стране, а ездить на поезде долго, а в некоторых случаях, как например тот же Магадан - невозможно.
- Зуб даю, это Псих, - произнесла Дарья, чуть громче чем было прилично.
- Где? - посмотрел на неё Сергей.
- Вон при входе.
У входа, пройдя службу безопасности стояла девушка с рюкзаком и оглядываясь по сторонам. Сергей посмотрел на свои потертые штаны, служившие ему ещё на военной службе, на крепкие, туристические брюки Даши и улыбнулся. Псих писала, что она никогда не ходила в поход, даже в ближайший лес на пару дней и это было видно. Новый, недавно купленный рюкзак, к нему вдобавок недавно купленная пенка в таком же ещё чуть ли не блестящем новизной чехле, сверкающий серебряной попник. Про одежду говорить было бессмысленно. Все новое, хрустящее, дорогих брендов. Чтоб купить брюки этой фирмы Серёга нужно было половину зарплаты выложить. Он бы и выложил, но зачем, если есть старые потертые, но добротные ходовые штаны? А видимо Псих закупалась прямо перед походом всем и не жалея денег. В это время Даша что-то быстро набрала в телефоне и дзинькнуло у Сергея новое сообщение в чате. Видимо у Психа тоже оповещение сработало, так как она прочитала что-то в телефоне, закрутила головой, потом остановила взгляд на парочке сидящих на рюкзаках, помахала им рукой и направилась к ним.
- Нужно будет ей рюкзак перебрать, - заметил Сергей, видя уже по походке и дерганью за спиной, что собирала его девушка неправильно.
- Угу, - согласилась Киборг, - и ещё систему подтянуть по фигуре нормально, а то она с ним и пяти километров не пройдет.
- Привет, - поздоровалась девушка, подойдя, - я Псих.
- Даша, Киборг.
- Сергей, он же Хромой.
- Катя, - назвалась Псих обычным гражданским именем.
Она посмотрела на двоих сидящих на рюкзаках людей, потом на свой рюкзак, после чего от крепила от петли маленький, переносной лёгкий стульчик, поставила его, положила рядом рюкзак и села на стул.
- Принцесса, - ухмыльнулся про себя Хромов, - сто процентов там будет пластиковые дорогие миски и приборы, включая кухонный нож и чайную ложечку.
- Ой, я так боялась опоздать, - всплеснул руками Екатерина, - в этом аэропорту пока найдешь место где можно припарковаться надолго машину, пока все оплатишь, ужас какой-то.
- А чего на общественном не поехала? - спросила Даша. - Тут нормально аэроэкспресс ходит.
- На метро, а потом на электричке? - в глазах девушки царил ужас. - Нет уж увольте, мне общения с людьми на работе хватает. Вне работы я предпочитаю индивидуальный транспорт.
- А пробки?
- Ну и пусть будут пробки, - пожала плечами Псих, - я киношку себе ставлю и смотрю какой-нибудь сериальчик в пробке, всё время интереснее проводить, чем в давке человеческой.
- Боюсь спросить, где ты работаешь.
- Я психолог.
- Тогда понятно, почему ты избегаешь общение с людьми вне работы, - улыбнулся Сергей.
- Увы, профессиональная деформация, - развела руки Катя.
- А какой именно психолог? - спросила Даша.
- Я психолог-консультант.
- Так и думала.
- Не помешаю?
Рядом упал обычный рюкзак, в меру потертые, в меру новый, но увешанный разными значками, как новогодняя ёлка.
- В Кадыкчан намылились?
- Дай угадаю..., - посмотрела на подошедшую девушку Киборг.
Серёга посмотрел на значки, на потрепанные походные леггинсы, дешевые, но крепкие трекинги и старый потрепанные, но добротный рюкзак.
- Смайл?
- Как догадалась?
- По значкам на рюкзаке со смайлами.
- Смайл, она же Полина, можно по фамилии, Иванова.
- Киборг, Дарья.
- Псих, Екатерина Сергеева.
- Хромой, он же Сергей.
- Открыта регистрация на рейс Москва - Магадан, аэропорт Сокол, двадцать первая и двадцать вторая стойка, - произнесла диктор в развешанных по аэропорту динамиках.
- Ну, пойдем регистрироваться, - поднялся на ноги Серёга и кивнул на плечи рюкзак, пошел искать нужные стойки.
И три женщины взвалили свои рюкзаки и двинулись за ним. А около стойки их ждал еще один член их группы. В меру пухленькие, с красивой короткой с челкой прической, в очках. Он был чуть моложе своих коллег по путешествию. Если им всем было чуть за тридцать, то парню тридцати еще не было.
- Ребят, - обратился он к подходящим людям с рюкзаками, - вы группа в Кадыкчан?
- Типа того, - кивнул подошедший первым Хромой.
- Я Сева!
- А ты и в жизни правильный? -  улыбнулся Хромой.
— Это почему? - засмущавшись спросил парень.
- Ну договорились у стойки регистрации, а ты тут и ждешь.
- А где еще?
- Совсем не сомневался в ответе, - засмеялся Сергей и пожал протянутую руку.
Сева, он же Всеволод Логинов, был в чате самым воспитанным, интеллигентным и умным парнем. Он не скрывал что имеет высшее образование и учится на втрое. Он всегда основательно подходил ко всем решаемым в чате задачка и именно он нашел всю информацию по Кадыкчану.
- Ой, ты глянь какой парень, - засмеялась Смайл подойдя, - настоящий жених.
- Не дави на парня, а то у него комплексы начнутся, - упрекнула девушку Псих.
- Дарья, - пожала, подойдя, руку парню Киборг.
Сева аж растерялся, он никогда не здоровался с девушкой рукопожатием, тем более с девушкой, у которой ладонь была крепче, чем у него. После чего все назвались обычными именами.
- Друзья мои, - раздались за их спинами, - я рад вас видеть.
Все обернулись на приветствие. Естественно, это был Азазель. И даже не по тому, что его то как раз и не хватало. Просто ни Хромой, ни Сева так никогда не оденутся. Первый в чате вёл себя как умеющий выживать в природе бывший военный, а второй как умный, но сильно стеснительный ботаник. Они, впрочем, такими и являлись в жизни. А вот этот субъект мог носить погоняло Азазель в чате без вопросов. Это в жизни тебе обычно дают погоняло другие, на основании твоего характера, фамилии или чего-то другого, а в чате ты сам себя регистрируешь под любым никнеймом. И если тому же Всеволоду не интересно было преувеличивать свои заслуги, и он назвался так как его зовут окружающие, а из окружающих его обычно так звали бабушка да мама, а Сергей использовал прикипевший с армии позывной, то этот человек очень хотел быть Азазелем, демоном, устрашающим вся и всех. Одет в чёрный войсковой костюм и берцы, не сказать, чтоб дорогие, прилизаннее назад волосы цвета вороненного крыла, скорее всего крашенные, на носу не взирая что он в помещении с искусственным освещением чёрные солнечные очки. И это при не особо развитой фигуре. Парень явно хотел казать круче, чем он был на самом деле. Хромой был уверен, что в наушниках парня явно играет что-то на подобии Театра Трагедий или Лакримосы. Хотя это он застал такие группы, а этот товарищ о них мог и не знать совсем. Рюкзак был чуть похож на Смайловский, вот только тут не было значков с ржущими круглыми жёлтыми мордочка, зато он был весь усеян в нашивка с различным пентаграммами, глазами в круге и треугольнике, инь-янями и другими эзотерическими знаками. Вдобавок к внешнему клапану был приторочен небольшой ловец снов.
- Азазель? - спросил Сергей.
- Он самый, - кивнул парень, расплываясь в улыбке, ему было видимо приятно, что его узнали.
- У нас сегодня принято называться своим гражданским именем, а не ники в чате, мы же в реале собрались.
- Руслан Смолин, - произнёс Азазель, но было видно, что он был предпочёл называться именем демона.
- Окей, раз все собрались, то нам точно стоит идти на регистрацию, а то будем действительно сидеть в хвосте у туалета, - взял на себя роль лидера Хромой и ему никто не стал перечить.
Так как подошли они одной группой, посадили их вместе. Точнее всех, кроме Психа. Катя, как умная и видимо не бедная девочка, зарегистрировала место онлайн у иллюминатора. Их же пятерых рассадили на одной линии, но на уровне крыла, так что Сева, первый раз летевший в самолете не смог насладиться видом взлёта и удаляющейся земли. Если сказать, что полёт был не очень, это ни сказать ничего. Сначала они летели почти семь часов до Новосибирска, и прилетели туда уже поздно. На простых механических часах Хромова, показывало столичное время, двадцать три часа, а часы на телефоне, переложившие быстро время на местное, говорили, что тут три часа ночи. Идти было некуда, по городу гулять ночью тоже не особо хотелось и они сменили кресла в самолете на кресла в зале ожидания. Даша эту кстати обрадовалась, так как весь полёт смотрела бои без правил, записанные заранее, и могла спокойно подзарядиться в зале ожидания, так как народу ночью тут было не много. Они сидели все рядом впятером, но разговаривали крайне мало. Все понимали, что полёт будет долгим и нужно запастись развлекухами. Сева смотрел какие-то научные просветительские ролики, Полина фильм, вроде комедию, а Сергей с Русланом читали. Что делала на своём месте Катя никто не знал.  Книга Сергею понравилась, и он прям ушёл в неё с головой.
Роман погружал в захватывающее путешествие по миру, где прошлое переплетается с будущим, а мистика встречается с наукой. Там была далёкая планета, заселённая потомками земных колонистов, пережившими века изоляции и адаптировавшимися к необычным условиям окружающей среды. Мир поделился на обособленные анклавы: суровые жители севера, свободные лесные общины, технократические города, таинственные подземные империи и сообщества экзотических местных видов, известных как «псевды» и «ироды». Главный герои книги — исследовательская команда, посланная на изучение феномена, потрясшего этот мир: необъяснимый зимний холод, охвативший планету в разгар теплого сезона. Читая книгу, Сергей познакомился с разнообразными культурами и народами, прочитал о непростых отношениях между группами, порой противостоящих друг другу, но вынужденных сотрудничать ради спасения общего будущего. Центральная тема произведения была необходимостью сотрудничества и понимания между сообществами, несмотря на различия традиций, взглядов и подходов к жизни. Видимо, как и у их группы в ближайшее будущее. Тут тоже все были разные и проследовали свои цели. Книга называлась «Буран».
Потом они летели ещё шесть с половиной часов до Магадана и приземлились по столичным часам почти в девять утра, а по местным в семнадцать. После такого перелёта хотелось отоспаться, но все было расписано. Аэропорт Сокол находится в пятидесяти километрах от Магадана и в шестистах от Кадыкчана. Ехать прямо из аэропорта в нужную точку было не выгодным. По этим дорогам они был приехали на место часам к трём ночи, а тут это не очень хорошо. Магаданская область не Подмосковье, тут на медведя или стаю волков можно легко нарваться. Поэтому взяв два такси, одно бы их всех с вещами не взяло, если не минивэн, они доехали в город Магадан и заселились в заблаговременно забронированные номера хостела. Девочки отдельно, мальчики отдельно. На утро опять же по предварительной договоренности за ними заедет машина, чтоб отвезти до самого Кадыкчана. Можно конечно было попробовать воспользоваться аэропортом Сусуман, который в ста километрах от нужной точки, но там очень часто могли отменить рейс, да и машину на эти сто километров было бы тяжелее найти. Так что лучше завтра десять часов от Магадана, чем надеется на лётную погоду и весь отпуск просидеть в городе.
- У меня два предложения, - после того как все скинули вещи и собрались в фае хостела, предложил Сергей, - мы или спим, или идем на быструю руку смотреть Магадан и где-нибудь поесть.
- Я за поесть! - подняла руку Даша.
- Быть в другом городе и не увидеть его — это преступление! - выдала Катя.
- Я согласен! - присоединился Сева, он вообще был первый раз где-то один без родителей и хотел изучать этот мир.
- Я вообще за любой кипиш, кроме голодовки! - расплылась в улыбке Полина.
- Я как все, - не стал много говорить Руслан.
- Хорошо, тогда десять минут на сборы и идем смотреть Магадан, - закрыл прения Сергей, - благо хостел в центре города.
А еще им повезло, что летом тут на севере дни длиннее, чем в средней полосе. И гулять можно смело часов до девяти вечера, пока солнце ещё не зашло за горизонт. Можно конечно и ночью, город не плохо освещён, как минимум его центр, но на это путешественники не претендовали. После такой дороги хотелось спать. Но усилия над собой отдались сторицей. Конечно, они начали осмотр Магадана с монумента "Маска Скорби" gосвещенному трагедии этой земли. На площадке стояли одиннадцать бетонных блоков с названиями колымских лагерей, а дальше можно было увидеть шедевр Эрнста Неизвестного, где на левой лицевой стороне скульптор изобразил мозг как блок памяти у человека. Сама маска подобна лицу человека, но её лоб, нос и брови образуют крест, а из левого глаза течёт слеза в виде людских голов. В пустой правой глазницы висит колокол. На обратной стороне перед не каноническим распятьем плачет женщина, как символ страдания и скорби. Но это внешне, есть еще внутренняя часть, где скульптор воссоздал копию одиночной камеры и выложил артефакты с колымских лагерей. Полина как оказывается работала инструктором по туризму и перед поездкой ознакомилась с историей и культурным наследием Магадана, по профессиональной привычке, а сейчас взяла на себя роль года.
Надо признаться настроение после посещения данного памятника упало, столько боли было в нём. Зато потом поднял настроение памятник Мамонту, созданный из металлолома, расположенный на берегу бухты Нагаева. Скульптура представляла из себя шестиметрового "императорского" мамонта, которые тут водились в прошлом. Самое интересное, что памятник действительно создали из металлического хлама и его шкура напоминала элементы часового механизма, а внутри установили какие-то специальные конструкции, чтоб при каждом дуновении ветерана они издавали звуки похожие на рев зверя.
Там же в Нагаевской бухте была великолепная смотровая площадка. Отсюда открывался великолепный вид на Магадан. На берегу Охотского моря раскинулся город со своими жилыми кварталами и портом, а вокруг темнели суровые сопки. В воздухе носился запахи морской капусты и крики чаек. Надо признаться было красиво, особенно в свете закатного неба.
А дальше они просто погуляли по городу, посмотрели памятник Владимиру Высоцкому, стелу "Магадан", мемориальный комплекс " Узел Памяти". После чего решили где-нибудь поесть, конечно же в заведении с местной кухней и потом пойти спать. Выбор пал на два заведения. Дорогой ресторан Дикий Север в отеле 'Территория" и на бар Аляска. Выбрали второе для экономии денег. Бар виден издалека благодаря своему ярко красному цвету и стоящему недалеко маяку. Внутри было не столь шедеврально как снаружи, но удобно и уютно. А вот меню именно то, что они и желали. Нет, тут не было огромного выбора, но то, что было в наличии, можно назвать исчерпывающим, чтоб познакомиться, с местной морской кухней. Тут был салат с трубачом и трубач в собственном соку. Много разных блюд из местной рыбы. Из корюшки, из сельди и трески, и конечно же из разной красной рыбы. Тут были представлены блюда из кеты, горбуши, нерки и кижуча. Были в меню и чавыча с арктическим гольцом, но стоили они как и красная икона невыносимых для Сергея денег. Но самое главное тут был краб, во всех его проявлениях, и в салатах, и в супах, и сам по себе. И да, это не крабовые палки в магазинах средней полосы, а настоящий охотский краб. В общем заказали все на сколько кому кошелек позволял, и ели почти не разговаривая, наслаждаясь вкусом блюд.
А потом они поехали в хостел спать. Время было уже двадцать два часа по местному времени, а вставать нужно было в восемь утра. Нужно отоспаться перед долгой дорогой. Вот только это все по местному времени. А жители столичного региона ещё к нему не адаптировались, их организмы жили по их расписанию центральной полосы. То есть сейчас для всех путешественников из группы время равнялось двум часам дня, а встать и уехать нужно в двенадцать ночи. Разница между Москвой и Магаданом было в восемь часов. Притом всю ночь они летели в самолете с пересадкой, потом гуляли. Приехав в хостел, помывшись и упав на кровать Хромой понял, что схватил бодрячок и спать не хочет вообще. Он ворочался, крутился, несколько раз выходил в туалет, и все это время пытаясь не будить остальных. Остальные тоже так делали и у каждого создалось впечатление что именно он не спал, а остальные храпели в обе дырочки. Это бывает. Иногда люди спят тревожно, постоянно просыпаясь и засыпая вновь, отсюда они не помнят, что засыпали вообще, им кажется, что они глаз всю ночь не сомкнули. А понять, что спал можно только прокрутив время сна. Если не спать совсем, то время тянется очень долго, а если наоборот, то чувствуешь, что не спал, но время пролетело куда быстрее чем если не спать вообще. В восемь утра по местному времени, а по внутренним часам так в полночь, нужно было собираться, забежать в примеченный вчера ещё продуктовый магазин для закупки провианта на пять дней и к девяти быть готовыми сесть в машину для отправки в нужную им точку.
С продуктовым проблем не было, они даже сверх нормы несколько банок крабового мяса взяли, а-ля на салат, ну не на себе же переть, машина до самого города доведет. И в договоренный час у дверей остановился минивэн Тойота. Старенький уже, видевший виды, но судя работе мотора ещё бодренький.
- Вы что ли в Кадыкчан? - спросил водила, выходя из машины.
- Мы, мы, - хором ответили путешественники.
- Тогда грузитесь, - улыбнулся мужик и открыл багажник, - у меня в салоне восемь мест, и так что если не влезет что-то в багажник, можно будет одно место занять.
- А сколько ехать? - спросила Катя, укладывая рюкзак.
- Это как дорога ляжет и погода, меньше одиннадцати не ездил ни разу, самое большое один раз восемнадцать катили, но  там прямо неделя дождей до этого была, вместо дороги хлябь.
- Восемнадцать, - присвистнул Сева, - а обратно то ночью не страшно будет по вашим дорогам или вы привычный?
- А я сюда в Магадан обратно одним днем не езжу, не выгодно. Я ночую в Сусумане, километров сто не доезжая до вашего Кадыкчана, а утром уже сюда еду, - пояснил водитель, - заодно попутчика поймаю. Автобусы то раз в день ездят, а людям в город завсегда нужно.
- А доедем на вашей машине то если дорогу развезет? - поинтересовалась Дарья.
- Так у меня ж ласточка с полным приводом!
- Да я про возраст, - оскалилась Киборг улыбкой, - судя по всему она в начале века ещё сделана была.
- И что? - округлил глаза водила. — Вот всегда знал, что бабы в машинах не разбираются.
— Это ещё почему?
- Да ты глазёнки то протри, она же праворульная, это же настоящий японец оттуда, не чета тут собранной помойке, эта ласточка уже двести пятьдесят тыщ пробежала и ещё столько пройдет, а не то что там ваших в столицах разных машины китайские, которые через пять лет уже на свалку нужно выбрасывать. Так все! Все поразились? Тогда рассаживайтесь, эту умную только на задний ряд пожалуйста, а то поссоримся, я ее посреди тракта высажу, и поехали.
Честь ехать на переднем сидении выпала Сергею. И он даже туда сел, но посидев чутка, решил переместиться на второй ряд.
- Простите, - оправдывался Хромой, - как-то не привычно сидеть спереди слева и без руля, я боюсь буду пытаться в дороге рулить и на педали жать стараться.
- Хозяин-барин, - пожал плечами водитель.
Они расселись, и дорога понеслась. Уже скоро они выехали из города, ещё немного и они проехали мимо аэропорта Сокол. И вокруг началась тайга и каменистые склоны. Красиво. Когда-то давным-давно, Сергей поехал в поход по Карелии. Это было на летние каникулы в последних классах школы. Он готовился, смотрел картинки с карельскими пейзажами и... И чуть не разочаровался. Поход был пеший и зайдя в лес он не увидел ни чего такого особенного, чего не видел в том же Подмосковье. Деревья как деревья, единственное камни большие периодически попадаются, но не много. Конечно же первое озеро все исправило и показало настоящую красоту Карелии, но все же осадочек небольшой остался. А вот тут пейзаж из окна автомобиля был действительно совершенно другим, чем он привык видеть в родном краю и там, где служил.
Сергей откинул голову на подголовник и расслабленно вытянул ноги, удобно устроившись на пассажирском сиденье. Из-за чуть приоткрытого окна струился свежий, чуть прохладный воздух, наполненный сладким ароматом разогретой смолы и терпкостью хвойных иголок. В салоне витал тонкий запах бензина и резины, смешанный с пряным привкусом дальневосточных трав.
Минивэн двигался медленно, уверенно прокладывая себе путь по дорожному полотну, исчерченному глубокими ямами и заплатанными участками. Сергей неотрывно смотрел в окно, погружаясь в наблюдения за окружающим миром.
Сначала за окном проплывали сопки и долины, сплошь покрытые пышной зеленью летней тайги. Светлые солнечные лучи пробивались сквозь плотную крону деревьев, дробясь на тысячи маленьких огоньков, танцующих на земле, словно звезды на ночном небе. Ветви высоких лиственниц, тополей и берез склонялись над дорогой, словно охраняли дорогу, оберегая тех, кто рисковал отправиться в путь по ней. Далее дорога уходила вверх, цепляясь за подножье первых сопок, окружающих Магадан. Густая зелень уступала место россыпям ярких цветов — нежно-лиловым фиалкам, оранжевым и белым ромашкам, пурпурным клеверу и василькам. Трава под ногами проглядывала сквозь широкие лужицы, оставшиеся после недавних дождей, сверкая серебристыми каплями воды.
Вскоре они въехали в низину, рассечённую широкими ручьями и маленькими речушками, лениво струящимися среди буйной растительности. Белоснежные песчаные берега чередовались с каменистыми отмелями, покрытыми крупными валунами и округлыми булыжниками. Чистая вода негромко плескалась о берег, создавая нежный аккомпанемент общему звуку природы. Небольшие островки каменных насыпей мешали воде течь свободно, формируя бурлящие пороги и стремительные потоки. Местами течение реки замедлялось, создавая большие плёсовые участки, идеально подходящие для рыбалки и отдыха на свежем воздухе.
Сергей провел ладонью по стеклу, снимая потеки конденсата, образовавшегося от разницы температур снаружи и внутри автобуса. Через открытое окно отчетливо слышался щебет лесных птиц, заглушаемый треском колес и рокотом мотора. Солнечные лучи, проникающие сквозь кроны деревьев, слепили глаза, вынуждая путников наклонять головы набок, защищая лица от яркого света.
Дорога пошла резко вверх, вскарабкавшись на высокий перевал, с которого открылся потрясающий вид на необъятные дали магаданского округа. Под яркими лучами солнца расстилались зеленые массивы тайги, переплетавшиеся с голубыми лентами рек и изумрудными коврами болотистых участков. Расширяющиеся долины контрастировали с высокими горными грядами, чьи острые вершины увенчаны снежными шапками, создающими эффектный белый декор. Склоны гор украшали причудливые формы карликовых ив и пушистые подушки мха, перемешанные с цветущими рододендронами и алтайскими гвоздиками. Немногочисленные старенькие постройки заброшенных поселений мелькали за окнами автобуса, словно жалкие свидетельства прошедшего времени, медленно умирающего под воздействием сил природы.
По мере продвижения транспорта ландшафт начал меняться, демонстрируя совершенно иную картину. Широкая равнина неожиданно переросла в каменистую пустыню, испещренную осколками вулканической породы и кристаллическими породами. Сухие ветры сглаживали поверхность земли, делая её похожей на лунный ландшафт. Тут и там попадались небольшие скопления камней, выложенные в замысловатые фигуры и знаки, созданные руками древних народов. Неподвижные скульптуры горных козлов и оленей словно сторожили границу, отделявшую цивилизацию от дикого мира природы.
Когда они подъезжает к самому Кадыкчану начало уже темнеть. Водила оказался прав и дорога заняла примерно тринадцать часов. Они подъехали к цели в районе двадцати двух часов, а темнеть тут начинает летом после девяти вечера, но это по местному времени. По московским часам было шесть утра. Биологические часы у всей группы сбились напрочь. Они все поспали в дороге как могли, на сколько удобно спать сидя на кресле минивэна движущегося по разухабистой щебенке, то поднимавшегося на сопку, то спускающегося с неё, но этого для отдыха все равно оказалось недостаточно. Поэтому выгружались не очень активно.
- Вы приедете за нами через пять дней, я правильно помню наш договор? - спросил, рассчитываясь, Сергей.
- Ну да, или я или кум, но кто-нибудь приедет.
- Хорошо, а как с вами связаться, если нам понадобиться срочная эвакуация?
- А это легко, - понимающие кивнул водила, - тут связи совсем нет, вышка сюда не добивает, а старую разобрали совсем, но если пройти десять километров по дороге обратно, то там уже берет чуть сеть, туда вышка из городка Сусуман добивает, мы его немного объехали.
Хромой обернулся к группе, когда тойота фырча и ревя, двинулась обратно по дороге в сторону Магадана.
- Ну что товарищи, коллеги, друзья, туристы, предлагаю идти в Кадыкчан завтра, а сегодня переночевать тут, а уже по утру начать исследовать окрестности.
- Утром, - пробубнил Руслан, - мне кажется, что сейчас утро, хотя только темнеть начало.
- Совершенно согласна, - согласились Катя, - я, конечно, понимаю, что тут совершенно другой часовой пояс и разница с нашим регионом восемь часов, но не могу привыкнуть, такое ощущение что все поменялось и я сплю днем, а ночью бодрствую.
- Добро пожаловать в клуб самых поздних сов, - засмеялась Полина.
- Мы просто ещё не прошли акклиматизацию, - вставил Всеволод.
- Спасибо кэп, - хохотнула Даша.
- Кэп? - не понял Сева.
- Капитан очевидность.
- Заканчиваем перепалку, - перебил всех Серёга, - и начинаем ставить палатки, а то уже почти совсем темно, а ещё позже будет совсем глаз выкали, тут освещения кроме звёздного неба нет, от электричества город отсоединен и уличные фонари не работают, а ставить палатку совсем тёмной ночью то ещё удовольствие.
Не сговариваясь, путешественники принялись ставить свои палатки. Ставить палатку ночью, конечно, для любого походника дело привычное. Всегда планируешь встать лагерем засветло, но человек предполагает, а случай с природой располагают. Понятно, что все были умные, ученые, а кто не очень, но собирались четко по списку и налобные фонарики взяли все. А то Сергей один раз забыл сменные батарейки и ему пришлось светить себе фонариком в телефоне, но так как работать нужно двумя руками было, то приходилось держать его зубами. То ещё удовольствие. Но подставился же. Сейчас таких проблем не было, люди готовились серьезно, даже те, кто ни разу не был в походе. Поэтому Сергей поставил свою палатку, и принялся помогать Севе, так как Кате уже помогал Руслан. Даша с Полиной в помощи не нуждались, для них палатку растянуть, что чаю попить. Кстати чаю!
После палатки Севы, Хромой пошел обходить округу на тему наличия какого-либо дерева. Места тут были без особых зарослей и много сушняка найти не получилось, но вот промышленного дерева нашлось не мало. К Сергею вскоре присоединились все, удалось найти целую ещё не дряхлую дверь, тумбочку и половину стула. И это, еще не дойдя до самих зданий. Веревочная пила и небольшой, но острый походный топорик, да еще захваченный Азазелем мачете, быстро превратили это в куски дров удобных для костра. И вот уже трещит костёр и на таганке обдуваясь дымом горящего дерева, стоит чайник. И скоро из носика повалил пар, и крышка заходила ходуном. Сергей снял чайник и достал приготовленную пачку чёрного чая.
- Стой! - хлопнула себя по коленках Смайл и метнулась к своей палатке, что та лань, заметившая серого волка. - Я сейчас!
Хромой уже понял для чего она это делает, и с улыбкой смотрел на застывшие лица остальных.
— Вот! - кинула пакетик Сергею девушка. - Сама собирала.
Хромой развязал простой узел на целлофановом пакетике и нюхнул. О, этот запах был великолепен. Сергей вдохнул аромат чая, словно окунулся в ласковые объятия утреннего сада, где свежесть росинок смешивалась с терпкостью смолы молодых ветвей. Этот запах бережно хранил воспоминания о долгих зимних вечерах у камина, наполненных уютом, теплом и тихими разговорами друзей. Легкий дымок копченого дерева переплетался с тонкими нотами цитрусовых, создавая чарующее кружево ароматов, которое мгновенно переносило в далекое путешествие по восточным базарам, полному экзотики и загадочности. Аромат завораживал своей глубиной и многослойностью, раскрываясь постепенно, подобно старинной книге, полной тайн и неожиданных открытий.
Хромов смешал этот пакет с пачкой чёрного чая и заварил в чайнике. А рядом поставил на таганок кан с питьевой водой, которую они закупили в Магадане. Водопровод был тут отключен давно, а местными речками и ручьями рядом с заброшенными шахтами и городком пользоваться не хотелось. Они заблаговременно решили стать лагерем и жить вне городских стен, а коли заброска на машине, так воду можно взять в баклажках, все равно же не носить на своих плечах и в руках. Что же касается кана, то Сергей рассудил здраво, что все пьют чай разной крепости, тем более на ночь. Вот, например ему не заснуть без пары кружек хорошего крепкого чая, а некоторым заварка темнее еле желтого, всю ночь спать не дает.
- Так госпожа туристы, - провозгласил Хромов после того, как кан закипел, - заварка в чайнике, кипяток в кане, смешивать можно в любых пропорциях, кому какие нравятся.
- Ой, ребята, - опомнитесь Катя, - я же с собой пуэра привезла.
- Шу или шен? - поинтересовался Сева.
- Шен, - фыркнула Псих, - я искусственный не пью.
- Богато жить не запретишь, - вздохнул парень.
- Будешь?
- Не, на ночь не хочу, пуэр бодрит, а сейчас часы сбиты, потом всю ночь сидеть у костра звезды разглядывать.
А разглядывать было что. Это в городе звёзд не видно, поэтому люди в лесу любуются звёздным небом видным через верхушки деревьев. Тут же было раздолье для астрономов. Город, но брошенный, освещения нет, небо безоблачное, смотри не хочу. Всеволод автоматически устремил глаза на небосклон. На нём было множество звёзд, будто бисером вышитых на чёрном шёлке летнего неба. Небосвод раскрывался перед людьми, словно гигантская карта вселенной, протягивая руку дружбы каждому путнику, осмелившемуся поднять взгляд вверх. Стрелец сиял яркими красками южной части небосклона, почти касаясь горизонта своими могучими плечами. Близнецы нежно улыбались друг другу, укрывшись под прозрачной дымкой облаков. Возле Луны, тихонько скользящей среди звёзд, кружились крошечные искорки планет, играя роль скромных спутников великого космического балета. Изредка вспархивали серебристые полоски метеоров, заставляя мечтателя задорно улыбнуться и загадать желание.
- А я люблю чаанг, - приговорил Руслан, наливая себе в кружку заварку.
— Это что за зверь такой? - спросила Смайл. - Почему не знаю?
- Специальный тибетский чай, - пояснил Азазель, - он пьется с жиром, маслом, молоком и солью.
- Бррр, - фыркнула Катя, - гадость какая.
— Не гадость! - запротестовал Руслан. — Это специальный тибетский чай для раскрытия чакр и поднятия кундалини! Без него невозможно достичь прозрения.
- Ну прям тибетского чая у нас нет, - усмехнулся Хромой, налив себе почти всю чашку одной заварки, - но молоко, масло и соль могу выдать, для лучшего чаепития и прозрения.
- Нет уж, я такой попью лучше.
- Тогда предлагаю поиграть в снежный ком, если никто прямо сейчас спать ещё не собирается.
- Все по-походному? - не удержавшись, засмеялась Полина.
- Почти, но в урезанном виде, - ответил Сергей.
- Снежный ком? - хором спросили Катя и Всеволод.
- Ага, - стала разъяснять Смайл, — это стандартная игра для коммерческих походов, где в группе много человек, чтоб запомнить кого как зовут. Играют по кругу, первый называет своё имя и прилагательное на первую букву, или животное на эту же букву, вариантов масса, например Карина Красивая или Карина Кошка. Следующий человек называет её имя с добавкой, а потом своё так же, следующий уже имена их обоих и своё, последний должен сказать все имена и эпитеты.
 - О как...
- Но так как мы уже знаем имена и прозвища друг друга, то предлагаю просто назвать себя, и рассказать что-то о себе, чем считаете можно поделится и что хотите, чтоб знали другие здесь.
— Это уже не снежный ком, это уже братина, - высказалась Дарья.
- Братина? - теперь пришло время Хромого переспрашивать.
- Братина — это такая деревне русская чаша, куда наливался хмельной напиток и им братались, все по очереди отпивали из него и рассказывали о себе.
- А чай пойдет?
- Можно и чаем, но зачем.
Киборг быстро сходила до палатки и принесла бутылку вина с винтовой пробкой.
- Красное полусладкое, я думаю все пьют.
- А можно не пить? - спросила Псих. - Не люблю красные вина, тем более полусладкие, сахаром всегда скрашивают неточности виноделов.
- Можно просто пригубить или хотя бы сделать вид.
- Никто не против с алкоголем? - спросил Хромов у группы, впрочем, возражающих не нашлось.
Они нашли чистую глубокую миску и налили туда вино.
- Ну давайте начну я, чтоб обозначить примерно рамки разумного. Я предлагаю назваться полностью, рассказать немного о себе и потом объяснить почему ты именно этим занимаешься и что хочешь от таких походов получить. И так. Я Хромов Сергей, позывной, он же никнейм в чате Хромой, до недавнего времени офицер действующей армии, но последние три года с поправкой бывший. Сейчас работаю HR-менеджером в столичной компании. Если есть вопросы про службу, то отвечу так: да был, участвовал, приходилось, но рассказывать не люблю и не хочу. Сейчас все устраивает, работа нормальна, доход стабильный, но есть свои нюансы. Я всю юность любил походную жизнь и хотел попасть в армию. Я бы сказал, что это моя суть. Мне нравиться жить в палатке, готовить еду на костре, ходить по горам и лесам, я испытывают от этого кайф, и если в армии мне этого всего хватало прямо на работе, то в обычной гражданской жизни ощущается большой дефицит. Я пробовал ходить в коммерческие походы выходного дня, но это все не то. Хочется прям надолго, по полной программе и с трудностями, так сказать с преодолением себя, чтоб на время похода забыть все на свете и перезагрузиться до следующего отпуска.  Можно было бы, конечно, заняться спортивными походами, но с учётом ранений и травм, полученных в армии, я не могу конкурировать со спортсменами, а следовательно, им в команду я не нужен, ибо буду тянуть их назад. Что же касается заброшенных мест, то мне показалось это идеальным вариантом. Тут можно посмотреть то, что другие никогда не увидят и здесь я не буду отстающих единицей. Если что, умею готовить в походах и могу делать, наверное, всю работу, если что-то не знаю - быстро учусь.
- Надо говорить, что мы рады видеть тебя Сергей? - улыбаясь, спросил Азазель.
- Как у анонимных алкоголиков? - переспросил Хромой.
- О, вы уже у них были?
- Не дошёл, но на грани хаживал, - пожал плечами Хромов.
Вот как этим гражданским можно объяснить, что служба в армии для офицера как жизнь в семье. Есть отец, начальник части, который тебя научит, все объяснит, поможет, расскажет, если что и накажет, и даже денег подкинет, в премию, если проблемы этим решить можно. Есть такие же парни как ты, твои братья офицеры, которые и тебе помогут и сами попросят помощи и выпить с ними можно и по девкам пройтись. Есть много сестричек, в мед части, в столовой, которые и напоят, и накормят и даже спать уложат. Есть дети. Это солдаты, срочники, парни которых армия забрала от материнской сиськи и бросила выживать в сугубо мужском коллективе. И теперь ты для них и мать и отец и все другие е родственники. И тебе очень больно, если с кем-то из них что-то случается, потому что ты обязался вернуть их семьям такими как забирал, живыми и здоровыми. И если матери говорят, что дети как пальцы, любой отрежь - больно, то у офицера их от пяти до тридцати человек и больного за каждого. И когда теряешь эту семью, ты теряешь смысл в жизни. Если нет новой работы или какого-то хобби, или семьи которую нужно кормить, ты начинаешь пить. Пить чтоб забыться, залить пустоту, разверзнувшуюся внутри. Так что клуб анонимных алкоголиков это не самое страшное, что с тобой может произойти.
- Ну, отлично, - поняв, что предыдущий оратор закончил, начала Дарья, - если мы идем по солнцевороту, то следующая я.
Сергей быстро передал миску девушке.
- Меня зовут Дарья Гусева, - пригубив жидкость и начала рассказывать про себя Киборг. - Бывшая спортсменка, мастер спорта по пауэрлифтингу, скалолазанию, имею чёрный пояс по карате. Походы люблю с детства, до недавнего времени о таких выходах даже не думала. Но всегда приходит время отдохнуть от рекордов. Если рассказывать более или менее честно, то прозвище Киборг мне дали друзья-спортсмены за большое количество железа и пластика в организме. Что лифтинг, что скалолазание, что карате принесли не мало травм, и если изначально все это по молодости переносилось легко и заживало как на собаке, то чем дальше, тем больше имплантатов, и тем меньше подвижности суставов и позвоночника.
Взгляд девушки уставился в миску, которую она держала перед собой. Дарья вспоминала все свои былые спортивные и около спортивные достижения.
Даша замерла перед тяжелой штангой, взгляд ее был устремлен вперед, тело напряжено, как струна. Сердце стучало быстро, адреналин пульсировал в крови. Последняя попытка на соревнованиях становилась решающей, шанс доказать себе и другим, что предел возможностей еще далеко впереди.  Она глубоко вдохнула, собирая всю свою волю в кулак, медленно наклонилась и крепко ухватила холодный металлический гриф. Подъем начался плавно, но уже на середине пути произошло нечто непредвиденное. Правое плечо резко дернулось, боль вспыхнула острой вспышкой, разрывая ткани и нервы. Девушку охватило чувство беспомощности и отчаяния. Даша пыталась удержать контроль, сжав зубы, но тяжесть грифа стала невыносимой. Рука дрожала, суставы хрустели, усилие оказалось тщетным. Штанга стремительно пошла вниз. Тело сотрясалось от мучительной боли, слезы застилали глаза.
Зал замер, зрители ахнули, врачи бросились к девушке. Даша сидела рядом с грохнувшейся штангой, хватая ртом воздух, пытаясь справиться с болью и паникой, и ревя в три ручья. Осознавала, что мечта стать чемпионкой рухнула в одно мгновение, оставив лишь горечь поражения и физическую муку.
- В горы мне теперь нельзя, - вздохнула она, заканчивая рассказ, - обычные походы для меня слишком пресно, а в таких путешествиях есть что-то таинственное, что-то непонятное, и это притягивает. Если я не могу физически идти на пределе, то хотя бы будет интересно.
Дарья передала миску Смайл.
- Не ждите о меня страшных историй из юности, - улыбнувшись выдала Полина, отпив не маленький глоток, - в обычной жизни я инструктор по туризму в одной из многочисленных походных клубов. Вожу обычных обывателей, захотевших романтики в леса, катаю на велосипедах и байдарках. Ничего интересного. Сегодня коммерческому туризму не хватает настоящего адреналина, зато личное дело каждого туриста — выкладывать деньги за каждую мелочь. Что касается моих походов, то там тоже ничего особо интересного не происходит. Всё стандартно: встреча групп, состоящих порой из людей, приезжающих вовсе без снаряжения — даже элементарных вещей вроде спальников, пенок или палаток, а некоторые заявляются вообще неподготовленными: женщины вдруг отправляются в путешествие, надев элегантные платья, высокие шпильки и прихватив косметичку.
Однажды стою я на платформе, ожидая группу, которую надо сопроводить на сплав по реке. Чтобы меня заметили издалека, надеваю яркую инструкторскую футболку. Тут внезапно рядом появляются две девушки. Они одеты совершенно непривычно для пешего туризма: короткие яркие юбочки, прозрачные топики, изящные босоножки на высоких каблуках, аккуратно уложены волосы, макияж безупречен. Одна держит маленькую сумочку, вторая тянет за собой небольшой пластмассовый чемоданчик на колёсиках. Такие маленькие аккуратненькие чемоданы часто берут пассажиры самолётов, предпочитающие ручную кладь, лишь бы избежать оплаты багажа. Они улыбаются и весело здороваются со мной. Сначала я подумала, что они спросят дорогу, однако оказалось, что это наши новые участницы сплава на ближайшие дни. Эти две молодые городские девушеки оказались теми самыми героинями нашего приключения — без должной подготовки, экипировки и опыта отправились покорять реку. Их вид и настроение настолько контрастировали с окружающей обстановкой, что хотелось немедленно предупредить их обо всех трудностях и опасностях предстоящих испытаний.
Потом трансфер до стапеля на хороших микроавтобусах. Один раз пазик заказали, народу было много в два минивэна не влезли. Так потом такие отзывы получили, что зареклись такое делать. И кресла неудобные, и кондиционера нет, и трясет не шуточно, в общем страшно ехать. И это люди в поход ехали. Дальше все еще интереснее, ладно они бы не умели, так они и не хотят. Они же деньги платят. И ладно бы нормальные платили, а то хотят заплатить с галкин нос, а получить как в пятизвёздочном отеле - все включено. Просит помочь палатку поставить, начинаешь помогать, так они это дело бросают и смотрят как ты это сама делаешь. Не, бывают и не мало адекватных людей, помогают. Но много и таких, считающих, что инструктор должен сам за ним все делать, а их задача грести и получать удовольствие. И вот пока одни качают байдарки, готовят еду, такие играют в захваченный из дома бадминтон. Да и ладно бы они гребли, так через каждые пять, а то и три километра приходится делать остановки, что отдохнуть сильно уставшим туристам.
— Вот поэтому, - подытожила Полина, - я и хожу в обычные не коммерческие походы типа этого, чтоб напомнить себе, что есть еще некоммерческие походы и люди умеющие делать сами все. Так сказать, просто отдохнуть в нормальном походе хочется. А в таких ещё и романтика заброшенок есть и даже какая-то тайна.
Смайл передала миску Севе.
- Я? Это пить надо? - глаза у парня расширились.
- Можно только пригубить, а то и просто губы помочить, - улыбнулся Хромой.
Всеволод глотку вина, и покраснел. Тут же Дарья бросила в него флагу.
- Запей!
- Э? - выпучил глаза парень.
- Запей, там изотоник апельсиновый.
- Если честно мне и нечего рассказывать, - пожал плечами Всеволод, опустив глаза к земле, - студент, учусь в университете, получаю второе высшее, но правда сразу после первого, вот в общем-то и все. Никаких разрядов не имею, в походе большом первый раз, далеко от дома первый раз.
- А что толкнуло пойти в такой поход по заброшенным территориям? - спросила Смайл. - Что вообще толкнуло зайти в чат по заброшенным территориям?
- Мне нравились фото заброшенных мест, - пожал плечами Сева, - а чат, это, наверное, одно из немногочисленных мест, где я могу быть самим собой.
- Их так мало?
- Их очень не много, - ответил парень и поднял глаза, - понимаете, у меня отличная биография, но это только биография.
— Это как?
- Я расскажу, только не перебивайте пожалуйста, - он ещё раз отхлебнул из миски, видать одного глотка, для распечатывания внутренних барьеров не хватило.
- У меня отличная биография, - продолжил Сева, — вот только сделана она не мной. Я всегда слушал её, лучшую и главную женщину всей своей жизни, мою маму. Когда-то я верил, что передо мной лежит целая жизнь, полная возможностей и желаний, которые теперь зависели лишь от меня.
«Учёба должна приносить пользу!» — повторяла мать ежедневно, словно заклинание. Её аргументы были просты и понятны каждому здравомыслящему человеку. Сева видел, как мать каждый вечер читала объявления о вакансиях, подсчитывая потенциальные зарплаты и стабильность профессий. Факультет психологии, куда хотел поступить парень, казался ей пустым увлечением. Она предпочитала видеть сына экономистом или программистом. Тем, чьё будущее гарантировано устойчивостью, высокими зарплатами и нужностью в современном обществе.
— Зачем тебе психология? Это же сплошная романтика, мечты о добре и понимании. А мир жесток, сынок, очень жесток, — говорила она, покачиваясь в кресле-качалке и глядя на Всеволода тяжёлым взглядом.
Работа в банке или крупной корпорации представлялась ей идеальным решением. Там зарплата стабильна, карьера чётко выстроена, перспективы ясны. Сева слушал её рассказы о коллегах и знакомых, чьи дети пошли таким путём и теперь обеспечены жильём и автомобилями.
— Почему бы тебе не выбрать профессию программиста? Они сейчас нужны везде, востребованы и уважаемы обществом, — убеждала она снова и снова.
Но сердце юноши рвалось совсем в другое направление. Психология была для него возможностью познать внутренний мир человека, раскрыть тайны сознания и эмоций. Эта наука позволяла увидеть человеческую сущность глубже и понять истинные мотивы поступков. Но мать видела лишь риски нестабильной карьеры и неопределённости будущего. И в итоге он все-таки пошел на программиста.
Ещё больше трудностей возникало с выбором девушки. Мать настаивала на том, что избранница должна быть достойной, подходящей для семьи и брака. По её мнению, девушка обязана обладать хорошими манерами, уметь вести хозяйство и быть терпеливой и понимающей спутницей жизни. Красота и привлекательность интересовали её меньше всего. Для неё важнее было, чтобы будущий партнёр сына соответствовал представлениям о семейной гармонии и стабильности.
— Ты ещё молод, чтобы выбирать девушку сердцем. Сначала подумай головой, оцени перспективы, финансовую сторону вопроса, устойчивость отношений, — наставляла она.
Именно поэтому, у него ещё не было девушки.
- Этот чат, форум по заброшкам и это путешествие, - закончил Всеволод, - для меня ни что иное как, попытка пойти не туда, куда меня ведёт мама и хоть не надолго вырваться из под её опеки.
- И правильно, что не пошел в психологи, - взяла из рук у парня миску Псих, - я вот пошла, и теперь как раз сбегаю сюда от своей работы.
Она отглотнула из миски.
- А вино, кстати, приличное, нагрелся и спорта не чувствуется, прикольно, даже второй слой есть и послевкусие., - оценила она.
- Дерьма не держим, - усмехнулась Киборг.
- И так, я Псих, в миру Екатерина Сергеева, - громко объявила девушка, - по профессии психолог-консультант. Когда-то давно я, как и Сева, мечтала о работе психологом, хотела помогать людям разобраться в себе, справляться с трудностями... Но теперь, после многих лет работы, понимаю, как непросто это на самом деле.
Каждый день встречаешься с самыми разными человеческими драмами: расставания, потери близких, страхи, депрессия, детские травмы... У каждого своя боль, и каждое слово — это маленькая деталь огромной мозаики, которую надо аккуратно собрать. Иногда кажется, что эмоции буквально физически тебя касаются, поглощают, как будто вся эта тяжесть остается в душе надолго. Однажды выйдя из офиса и сев в машину, я поняла, что теряю себя. Все мои мысли затопили рассказы и эмоции других людей, а самой Кати, попросту не осталось. Это было ужасным открытием.
При этом всегда чувствуешь огромную ответственность. Ты понимаешь, что от твоих слов, рекомендаций зависит судьба другого человека. Можно сделать правильный шаг, который спасёт чью-то жизнь, а можно ошибиться и невольно усугубить ситуацию. Постоянно приходится думать о последствиях, анализировать каждую фразу, держать руку на пульсе собственных реакций и состояний. Ты превращаешься каждый раз в сапёра на минном поле, так как любая погрешность может стоить кому-то очень дорого.
Ещё сложнее осознавать, что иногда твои усилия почти ничего не меняют. Клиент приходит, плачет, делится болью, а потом возвращается снова, снова переживая ту же самую историю. Бывают дни, когда хочется бросить всё и сказать: «Что вообще толку от моей работы?»
А самое обидное, что никто не видит всей глубины твоей заботы. Пациенты редко благодарят искренне, друзья и близкие считают, что ты всегда готова выслушивать чужие проблемы, коллеги воспринимают твои жалобы как проявление слабости. Только ты знаешь, какой ценой достаются успехи, какими усилиями преодолевается усталость и внутренний кризис.
Так что, конечно, я люблю свою профессию, верю в её значимость, вижу смысл в каждом дне, проведённом рядом с теми, кто нуждается в поддержке. Просто... чертовски тяжело бывает. И вот чтобы от этого всего как-то отдыхать, стирать это все в мозгу, я и начала заниматься заброшками. До этого я пыталась просто путешествовать, но это все было не то. Да, первый раз приезжаешь и тебе интересно, но со временем привыкаешь. Да, море по цвету разное, да, песок тоже, да, номер в гостинице другой, но со временем к этому привыкаешь и тебя уже это не радует. А все эти неизвестности и тайны заброшенных мест совершенно другая вселенная для меня и мозг отдыхает, занимаясь ими. От похода хочу полной перезагрузки, чтоб впечатлений хватило до следующего отпуска.
- Видимо остался один я, - взял в руки миску Азазель.
Он сидел в чёрной толстовке с надвинутым на лоб капюшоном, таких же штанах цвета вороного крыла и в тёмных солнцезащитных очках. Все как подобает таинственной личности. Это бывает. По возрасту Руслану было за двадцать, но меньше тридцати. Он был старше Севы, но младше всех остальных.
- Зовут меня Русланом Смолиным, - отглотнув напиток, начал Азазель, - по профессии я культуролог, работаю в музее.
- А в каком? - не удержалась от вопроса Псих.
- Криптозоологический музей "Бестиарий".
- Никогда не была.
- Приходи, ТЦ Европейский, открыты каждый день. Итак, я остановился на том, что работаю в музее. Наш музей посвящён всяким разным тайнам мироздания и это полностью отображает мою внутреннюю сущность. Мне с раннего возраста казалось, что мы видим глазами только поверхность айсберга вокруг. Ну не может Вселенная быть такой серой и блеклой, как тот мир, что окружает нас. Наш мир ярче и богаче красками, чем могут увидеть наши глаза и именно изучению этого я и посвящаю свою жизнь. Я верю, что аномальные зоны ничто иное, как точки прорыва другого мира, или даже миров в наш.
- Так тут не аномалия, а просто заброшенный городишко, - приговорил Хромов, - тут еще тридцать лет назад кипела жизнь, и никто не думал, что придется покинуть эти места.
- Кто знает, - широко улыбнулся Азазель, - ведь никто не может знать, что есть что-то, пока это не проверит.
- Стой, - всплеска руками Киборг, - ты действительно веришь в зелёных человечков?
— Но почему вы отказываетесь хотя бы допустить мысль, что кроме нашего мира есть ещё много неизведанного? – спросил Руслан.
Даша покачала головой.
— Потому что нет ни единого доказательства этому утверждению. Учёные годами изучают Вселенную, и ничего подобного не обнаружили.
— Действительно, наши знания постоянно расширяются благодаря науке. Все наблюдаемые факты подтверждают одну единственно возможную картину мира, - поддержал девушку Хромой.
Руслан вздохнул тяжело.
— Ладно, давайте представим гипотезу. Допустим, вы правы. Тогда почему человечество испытывает постоянные трудности с объяснениями некоторых феноменов?
— Это естественно. Всегда найдутся неразгаданные загадки. Вот, например, учёные долго не могли понять природу шаровых молний. Но теперь понятно, что это явление физики, а вовсе не аномалия, - влез в разговор Сева.
— Верно сказано, иногда наше восприятие искажается стрессом, усталостью или эмоциями, и то, что кажется необычным, вполне объяснимо обычными причинами, - пожала плечами Катя, - поверьте мне, я как психолог это знаю.
— Мне сложно согласиться с вами. – покачал головой Азазель. - Если представить вселенную огромной библиотекой, то наши научные познания подобны маленькой полочке книг, а остальное пространство остаётся неизвестным.
— Романтика твоего восприятия понятна, Руслан, - фыркнула Даша, - но жизнь куда прозаичней, и лучше уж искать ответы там, где реально они помогают развиваться обществу.
— Хорошо, - кивнул Руслан, - предположим, ваша позиция верна, но как быть с теми людьми, которые утверждают, что сталкивались с необычными феноменами лично?
— О, это ко мне, - снова ответила Псих, - Психология легко объясняет подобные случаи. Человек склонен интерпретировать происходящее согласно своим ожиданиям и убеждениям. Мозг способен рисовать картины, которые кажутся реальностью, но не являются таковой.
Руслан улыбнулся грустно.
— Вы убедительно говорите, впрочем, как все обыватели. Однако, возможно, однажды появится доказательство того, что мои взгляды правильны. Просто наука пока не достигла нужного уровня развития, чтоб это понять.
Даша рассмеялась коротко.
— Если такое случится, я сама первой признаюсь в ошибочности своих взглядов. Пока же доверяю проверенным источникам и здравому смыслу.
Хромов закрыл глаза ненадолго.
— Важно оставаться открытыми новым знаниям, но сохранять критическое мышление. Иначе каждый второй окажется жертвой собственных заблуждений.
Руслан задумался, уставившись в огонь.
— Думаю, разногласия между нами останутся навсегда. Главное — уважать мнение другого, несмотря на различия в восприятии мира.
Полина слегка коснулась руки Руслана.
— Не воспринимай все это серьезно, верь и живи как тебе хочется, это самое главное.
- Умеешь ты Смайл успокоить и сгладить углы.
- Поэтому и Смаил, - улыбнулась Полина.
Сергей встал, потянулся и забрав миску у Руслана в один присест вылил в себя остатки.
— Время спать дорогие путешественники. Завтра новый день и нас ждут новые приключения, а к ним лучше подходить выспавшимися.
Утро спустилось на городок неожиданно, словно посторонний наблюдатель, прокравшийся сквозь чащобу тайги. Первые солнечные лучи осторожно коснулись старых окон домов, почти неразличимых среди мрачных брошенных зданий с пустыми проемами, рассыпавшихся повсюду, подобно следам потерянных жизней давно покинувших жителей.
Воздух был пропитан влажностью и утренним холодком, точно дыхание северного края дотянулось и сюда, в сердце маленького города-призрака. Единственными звуками, нарушающими тишину, были далекий стук дятла и шелест ветра, игриво перебирающего ветки кустов. Казалось, сама природа попыталась оживить это угасающее место, оставив воспоминание о днях, когда улицы кипели людскими голосами, а дома наполнялись детским смехом.
Небосвод постепенно светлел, обещая наступивший день, столь похожий на предыдущий, ибо здесь жизнь покинула своё привычное течение навечно. Город погрузился в бесконечный сон, ожидая мгновения, когда окончательно сотрутся любые признаки прежнего существования. Однако старые постройки ещё стояли, охраняя секреты прошлых времён, притягивая любопытством всех, кто отваживался посмотреть на них.
Это утро оказалось таким же безмолвным и умиротворённым, каким оно бывало много раз раньше, будто само время намеренно приостановилось именно тут, сохранив историю небольшого уголка великой страны, превратившегося в символ ушедшей эпохи и упущенных возможностей.
Сергей встал по будильнику ровно в восемь утра по местному времени.
— Это же полночь по-нашему, - просквозила шальная мысль, но Хромой её сразу отверг, - лучше об этом не думать.
Умывшись быстро водой одной из привезённых с собой  пятилитровок, он взял первую попавшуюся миску и ложку и начал в них стучать..
- Группа подъем! Подъем!
Первой из палатки, как и положено выбралась Смаил. Инструктор по туризму должен сразу же вскакивает, если в лагере творится что-то не то. Это уже наработанный рефлекс.
- Доброе утро, - протираясь не разлепляющиеся веки, произнесла Полина.
- Я бы сказал бодрое, - усмехнувшись, ответил уже пришедший немного в себя Сергей.
Второй выползла из своей одноместной палатки Киборг. Потом Сева и Азазель, ну и самой последней выбралась, стенная Псих.
- Утро, - буркнула она, - сколько сейчас времени? А то ощущение, что только заснула.
- Восемь утра, - ответил Сергей.
- А по-нашему? - поинтересовалась Катя.
- А на по-нашему лучше не думать, - махнул рукой Хромой, - так с ума можно сойти, привыкаем сразу жить по этому времени.
Так как есть никто особо не хотел, а все желали только спать, завтрак прошёл быстро. Попили чаю и все. Сергей, Даша и Полина ухитрились впихнуть в себя по паре бутербродов по старой туристической привычке, остальные отказались.
- Берем с собой только ценные вещи, документы и деньги, то, что боязно оставлять в лагере, - скомандовал Хромов.
- А мы дежурных оставлять не будем? - удивилась Даша.
- А смысл? Ты видишь кого-то желающего тут поживиться нашими вещами?
- А вдруг туристы такие же приедут?
- Так они ради брошенных домов приедут, а не за ради наших пастор и спальников. Я думаю, люди потратившиеся на путешествие так же как и мы, вряд ли экипированы будут хуже нас и захотят шариться по нашему лагерю, в надежде отыскать более продвинутый, технологичный и дорогой спальник. Ты бы стала так делать?
- Но не забывай Хромой, - вмешалась в разговор Смайл, - тут в недалеко городок с местными, вот они как раз могут сюда за поживой легко приехать.
- Ты уверена, что они захотят ради этого сто километров преодолеть? Но да, шанс есть и иименно поэтому все дорогие вещи лучше взять с собой, а спальниками и палатками они вряд ли тронут, слишком уж явно будет для покупателя, как они им достались. И опять же кому они это впаривать будут? Таким же как мы? Так я уже ответ озвучил, а самим местным вряд ли такое нужно.
- А продукты?
- Ты сама сказала, что не далеко отсюда есть городишко, значит там есть магазин.
- Так это сто километров!
- И когда нас это останавливало? День бега туда и обратно машину нанять или два с половиной в обе стороны. Я помню в училище на учениях нас как-то забросили в Хибины на медвежьи озера, там до ближайшего населённого пункта было километров двадцать и то половина по руслу горной, каменной высохшей реки. Так поднимали в части по тревоге, а в пайке сигарет не выдали. Первые дни курящий народ делал самокрутки из чего попало. Пробовали курить все возможные травы и даже лапник, но через день вне дежурства сговорились с таким же курящим командиром отряда и рванули за сигаретами эту двадцатку туда и обратно.
— Это ты к чему Хромой?
— Это я к тому, что желающий ищет пути, а не желающий - отговорки.
- Хорошо, уговорил, - произнесла проходящая мимо после мытья кружки Псих, - если с моими палаткой и спальником что-то случиться, я твои заберу.
- Мои отдаются только с волосатым и чуть храпящим содержимым, - хохотнул Сергей.
- Я подумаю над этим, - в ответ хихикнула Катя.
Группа из шести человек, вооружившись маленькими рюкзаками со всеми ценностями, документами, перекусами и водой, отправилась покарать брошенный городок Кадыкчан.
Глава вторая Прогулка
Исследовать городок решили начиная с основной центральной улицы. Естественно, это была улица Ленина. Какая же ещё? В большинстве маленьких городов нашей необъятной родины со времен имперских времён есть такие улицы, как Октябрьская, Ленина и похожие. И конечно же тут стоял и встречался путников монумент вождя всех пролетариев, Владимира Ильича, но в совсем разбитом виде. Ну, где же ещё должен стоять бюст Ленину, как не на улице Ленина?
Улица встретила их тишиной и запустением, будто сама природа замерла, наблюдая за незваными гостями. Высокое небо простиралось над головой, окрашенное северным светом, а ветер тихо шелестел прошлогодними пожелтевшими листьями старых тополей, стоящих вдоль дороги.
Они прислушивались к звуку собственных шагов, словно боясь нарушить покой этого места, а кроме них тут никого не было.
Первое впечатление было странным: улица казалась знакомой, будто из детских воспоминаний, но одновременно чужой и далекой. Фасады домов были покрыты трещинами и пятнами плесени, окна пустовали, а где ещё оставались куски уцелевших стёкол, то они отражали холодное небо. Лишь редкие плакаты давних времен, когда город ещё жил полной жизнью, истлевшие временем, напоминали о прошлой жизни, которую теперь стерегли лишь тени.
Они остановились возле первого разрушенного здания, скорее всего хозяйственной надобности. Сергей, идущий первым, прикоснулся рукой к шершавым кирпичам стены. Другие осторожно пошли вперед, разглядывая следы ушедшей эпохи. Каждый чувствовал дыхание истории, витавшей в воздухе, словно город хотел рассказать свою историю, поделиться тайнами, скрытыми под слоем пыли и забвения. Но пока никто не решался заговорить, предпочитая внимать молчанию, царившему вокруг.
Так в молчании они прошли ещё около километра. И остановились перед первыми зданиями. Они был ровно таким же, как и все. В наследство от старого мира современным людям досталось однотипные строительство. Когда-то на заре времен, которое не помнят даже современные дедушки и бабушки, люди ютились в городах в деревянных бараках. Вот тогда-то и стало наплевать на какую-то индивидуальность, в угоду штамповки больших объемов. И на тот момент это было выходом. Наштамповать как можно больше однотипных домов и расселить в них народ из бараков и коммуналок. Но сейчас, через много лет это как раз и привело к засилию однотипных кварталов в небольших городках. На пути путешественников встали две вполне себе сохранившиеся пятиэтажки.
- Ну, что, зайдем? - спросила Киборг, глядя на ближайшее здание.
- Я предлагаю сначала пройтись по городу и посмотреть улицы, площадь, так сказать получить первое впечатление, - предложил Хромов, - у нас еще пять дней тут и нет смысла обходить город за один день, а потом сидеть на попе ровно и ждать машину.
- Ну по-честному, - выдала Смайл, - тут и городок то не большой, на день, ну может быть на пару дней, не больше.
- А что ты тогда молчала в чате, когда обсуждали количество дней заброски? - возмутилась Киборг.
- А вы бы поехали, зная, что тут дел пару дней? - спросила Полина. - С учетом, что дорога в одну сторону почти столько занимает, думаю, что нет.
- Согласен, - приговорил Сева.
- Хорошо, - махнул рукой Хромой, - давайте пройдем дальше, может там в центре дома поновее и поцелее будут.
- Пойдемте уже хоть куда-нибудь, - не выдержала Псих, - или вы решили как раз спорами время разбавить, чтоб на все пять дней хватило?
- А Катя права, - вступил в разговор Азазель, - куда бы мы не пошли, нас скорее всего ждет масса неизведанного.
- Да тут давно уже все исхожено, - махнула рукой Даша.
- Но не нами же, - улыбнулся Руслан, - вдруг чудеса ждали именно нас?
- Кто о чем, а голый о бане, - засмеялась Полина.
- Пошли дальше товарищи сталкеры, - приговорил Сергей и направился по улице Ленина к виднеющимся уже административным зданиям.
Улица Ленина, по которой передвигались путешественники, проходящая вдоль ручья с одноимённым названием с городом, вела их. Небольшим изгибом к площади, которая с одной стороны ограничивалась административными зданиями, а с другой большим кварталом разно этажной застройки. Те здания, которые ставились ещё давно, были двух и трёхэтажными, а более современные, возведённые в пик добычи ископаемых стандартными для того времени панельными пятиэтажками.
- О, смотрите, Ленин! - обрадовался, как истинный студент Сева.
- Ага, - но узнать его трудно, - согласилась Смайл.
- Да уж, досталось скульптуре не милосердно, - согласился Хромов.
Центральная площадь Кадыкчана, некогда бывшая сердцем городка, теперь напоминала грустный театр теней, застывший в последнем акте пьесы. Широкая, просторная площадь окружена рядами ветхих строений, ставших пленниками неумолимого времени.
На северной стороне площади возвышалось полуразрушенное административное здание, служившее ранее домом местной администрации и городского совета. Его фасад был украшен остатками советских лозунгов и портретов лидеров прошлого века, тускло мерцающими под воздействием влаги и солнца. Окна выбиты, двери распахнуты настежь, приглашая заглянуть внутрь и увидеть картины угасшей, и даже можно сказатт, умершей бюрократии. Рядом расположился бывший кинотеатр, некогда любимое место отдыха горожан, чьи стены всё ещё сохраняют остатки афиш давно показанных фильмов.
На восточной стороне площади приютилось бывшее кафе-столовая, место встреч друзей и коллег, чья атмосфера была пропитана запахом свежей выпечки и ароматом кофе. Теперь оно представляло собой груду камней и остатков мебели, поглотивших светлое прошлое и оставив лишь мрачную тень настоящего.
Западная сторона площади была занята бывшим детским садиком, утратившим своё первоначальное назначение и превратившимся в подобие музея памяти детства. Стены, окрашенные яркими красками, украшены рисунками малышей, рисунки осыпались, цвета потускнели, но детские мечты и надежды продолжали и сейчас сиять сквозь разбитые окна и поломанные ставни.
Южная сторона принадлежит зданию бывшей школы, чей высокий шпиль устремляется вверх, словно стремясь удержать нити прошлого. Внутри, если смотреть сквозь пустые окна, видно что сохранились остатки парт, учебников и досок, постепенно превращающихся в пыль и развалы бумаги, пропитанную духом науки и знания.
Площадь, увенчанная полуразрушенным памятником Ленину, смотрит вперёд неподвижным взглядом, охраняя и напоминая о мужестве предков, создававших этот городок и отдавших ему всю свою любовь и силы.
- Предлагаю пройтись по заведениям, - подал голос Азазель, - начать, например с администрации.
- Я предлагаю продолжить дальше прогулку, - сказал Сергей, - и пройтись сначала по жилым кварталам, посмотреть, что осталось во дворах, потом подняться в квартиры, и уже потом сюда.
- А где логика? - поинтересовалась Псих.
— Это как раз логично, - вместо Хромого ответила Смайл, - жилые кварталы от нас дальше, чем административный район, и если мы его изучаем сейчас, то завтра придется все равно через него идти в жилые, а там мы сначала изучаем то что дальше, а завтра нам будет меньше идти, только до площади.
- По мне что сюда, что туда, главное хоть куда-то идти, а не стоять на месте, - влезла в разговор Киборг.
Сева благоразумно промолчал.
- Ладно, уболтали, - поднял руки вверх Руслан, - общественные здания от нас не убегут, пойдемте смотреть как боголепно жил тут народ в давнишние годы.
Они двинулись дальше, пересекая улицу Пятидесятилетия Октября и идя по Школьной.
Центральная часть Кадыкчана ныне предстала перед глазами путников опустелым призраком прошлого, погруженным в тихое забытьё и умиротворение. Высокие серые дома, некогда наполненные голосами и смехом, теплом семей и уютом быта, теперь стояли молчаливыми стражами уходящей эпохи, смотрящими вслед прошедшим годам. Улицы, ещё недавно оживленные людскими потоками, наполнившиеся звуком шагов, звоном ключей и веселыми разговорами, ныне затихли и скрылись тонким слоем пыли и пепла времени. Фасады зданий несли следы долгих лет упадка и разрушений, покрошенные трещины и пятна плесени придавали домам облик старинных замков, сохранившихся вопреки разрушительной силе природы. Окна домов смотрели пустыми взглядами, подобно глазам уставших старцев, вспоминающих прошедшие дни и утраченных близких, чьи голоса уже стихли навечно.
Проходя по пустынным улочкам, были слышались собственные шаги и глухое эхо, вторящее каждому движению. Тишина окутывала пространство, нарушаемая лишь случайным порывами ветра, шепотом старых деревьев и звуками далекого леса. Этот город казался местом вне времени, куда путешественники попали случайно, оказавшись свидетелями прощания старого и начала нового пути.
- Ой! - взвизгнула удивлённо Катя. — Это что? Кошка?
Рука её показывала куда-то в район третьего этажа одной из пятиэтажек. И да, там действительно, но на одном из балконов лежала кошка. Рыжая такая, с подпалинами, с лоснившейся чистой шерстью.
- Походу да, кошка, - присмотревшись юным взглядом, подтвердил Всеволод.
- И судя по ухоженности, она явно не дикая, - продолжила Катя.
- Кошки очень чистоплотны по своей природе, - ответил Сева.
- Согласна, - кивнула Псих, - но ты видел уличных кошек в городе? Будь хоть супер чистоплотными, но там сразу видно что котяра дворовый, а эта прямо на домашнюю тянет, слишком уж ухоженная с лоснящейся шерстью.
- Хромой, а тут никто из жителей не остался? - спросила Киборг у Хромова.
- Судя по архивным сведениям оставались пару человек, но в позапрошлом году один помер, второй съехал, - ответил Сергей. - Да и селились они, по-моему, на улице Мира, у реки, водопровод то отключен, а сюда воду тащить напряжно.
- И таскать её на третий этаж.
- Может приблудная из Сусумана? - дала идею Полина.
- Все может быть.
- Мы так и будем кошку обсуждать или пойдем квартиры смотреть? - поинтересовался Азазель.
С парнем все согласились, и они пошли к домам, интуитивно выбирая дом, в котором будут смотреть квартиры. Но перед этим им нужно было пройти дворов с детской площадкой, точнее то, что от нее осталось. А осталось тут совсем не много. Детская площадка во дворе домов стояла, словно молчаливый свидетель исчезнувшего детства. Песочницы были пусты, песок растащили ветер и дожди, оставив шершавое дно. Покосившиеся качели замерли неподвижно, цепляясь взглядом за небо, будто вспоминая беззаботные дни веселья и смеха. Карусель осталась стоять посреди двора, истерзанная временем, ржавчина проросла на её металлических частях, а краска облезла, открывая серый металл, напоминая собой старость и усталость.
Деревянные горки потеряли яркость красок, дерево рассохлось, трещины на поверхности говорили о долгих годах ожидания новых детских голосов. Игрушечные домики развалились, превратившись в обломки стен и крыши, наполовину скрытые зарослями травы и сорняков. Возле площадки стояли скамейки, обитые влажностью и мхом, ожидающие возвращения малышей, которые уже давно покинули эти места.
Двор погрузился в молчание, веяло грустью и печалью покинутого уголка, казалось, будто сама природа пытается стереть следы человеческой жизни, вернувшись сюда хозяйкой. Лишь иногда птицы садились на остатки качелей, оставляя слабый шелест крыльев, напоминая, что даже среди руин природы удаётся находить приют и уют. А еще тут гуляло пару кошек. Может быть это были коты, но под хвосты путешественники им не заглядывали.
- Ну, что какой дом и подъезд выберем? - поинтересовался Хромов, после того как все кто хотел сделают селфи или просто фотографию данного места.
Они стояли во дворе, состоящим из четырёх домов. Ближе к площади стояли два жилых трёхэтажных здания, а с другой стороны вылились две панельные пятиэтажки, стоящие чуть уступом. Выбор был огромен. По три подъезда в пятиэтажных домах и по два в трешках. Всего десять поездов.
- А какая разница какой подъезд?  - подала плечами Дарья.
- Предлагаю пойти в ближайшую пятиэтажку, - высказал Всеволод, - даже могу объяснить почему.
- Ну разъясни, коли такой умный, - хихикнул Руслан.
- Трёхэтажные дома тут стоят с самого основания, построенные ещё зеками, - стал объяснять студент, - и они скорее всего были уже в начале нашего века в не очень хорошем состоянии, а сейчас видимо уже совсем прогнили и есть шанс просто провалиться через гнилые перекрытия с третьего этажа на первый, а пятиэтажки хоть и менее качественно строились, но они намного моложе.
- А парень дело говорит! - согласилась с доводами Катерина.
- Зная историю, не факт, что дома, строившиеся зеками для зеков в те времена были качественными, так что это довод в пользу пятиэтажек, - присоединился к мнению Сергей.
- Но нам в принципе не нужно подниматься на этажи, - подала руками Полина, - нам думаю квартиры и на первом этаже для просмотра хватит.
- С первых этажей уже все давно туристы вынесли, а вот на пятом можно что-нибудь и найти, - ответила Киборг.
- Ну тогда пойдемте в подъезд к кошке, должна же она питаться, может там и мыши есть, - ответила Смайл.
- Фи мыши, - буркнула Псих состроя брезгливую мину.
- Мыши и кошки животные, а они в опасности жить не будут, - пояснила свою идею Полина, - так что там скорее всего с перекрытиями все нормально.
Подъезд дома был, как и все тут в забвении и запустении. Потрескавшиеся стены были покрыты слоями старой краски, на которой остались следы прожитых лет. Тяжелая металлическая дверь, покрытая ржавчиной, встречала гостей подобно стражнику, охранявшему вход в мир прошлых времен, ожесточённо скрипя при любом задействовании. Скрипучие ступеньки издавали звуки, вторившие шорохам далеких шагов тех, кто жил здесь раньше. Пространство пропиталось ароматами вечной влажности и прохладой покинутого места. Каждая деталь несла печать истории: потускневшие перила хранили воспоминания о теплых ладонях людей, возвращающихся домой после трудового дня, открытые двери позволяли взглянуть внутрь опустевших комнат, оставленных хозяевами навсегда. В подъезде господствовала тишина, прерываемая лишь редкими звуками ветра, проникающими сквозь щели старых дверей и пустые окна. Шаги по лестнице создавали впечатление путешествия назад во времени, погружаясь в состояние покоя и меланхолии, ощущая себя свидетелем утраченной эпохи, наполненного тихими голосами ушедшего мира.
- На третий этаж? Там, где кошка сидела? - спросила Киборг, идя впереди всех.
- Давай на третий, - кивнул Сергей.
- А все заметили, что тут нет пыли? - произнесла Катя.
- То есть?
- Подъезде заброшенного дома, априори должна быть пыль, - пояснила Псих, - а тут нет.
- И правда нет, - согласился Всеволод, предварительно проведя ладонью по стене.
- Странно, - влезла Смайл в разговор, - в брошенных и разрушающихся домах должно быть куда больше пыли чем в обычных.
- А вдруг здесь кто-то убирается? - спросила Киборг.
- В брошенном доме? - удивилась Катя.
— Вот, вот оно, - заулыбался Азазель, - тут точно живут потусторонние силы.
- Спешу напомнить мнительным гражданам, - про говорил Хромой, - что еще несколько лет назад в городе официально проживала пара человек. Может быть их дело? Может они тут жили, и убирались? А после их отъезда не успело накопиться?
- Правильно, - согласилась Полина, - видать и кошка их, живёт там уже после ухода хозяев.
- Бедная кошечка, - вздохнула и чуть хлюпнула носиком Катя.
- Заберем кошку с собой? - предложил Сева.
- Зачем? - опешили все.
- Как ты её попрешь домой, самолётом? - спросила Смайл. - Ладно там переноску можно купить в Магадане, хорошо, но чтоб её провести нужен ветпаспорт, который в чужом городе получать тот еще геморрой.
- И что скажет твоя мама на это? - Руслан знал куда бить.
- Мама? - даже на несколько мгновений остановился Всеволод. - У неё аллергия.
— Вот, - понимающе кивнула Полина, - а ты ей кошку из Магаданской области привезешь, или это специальный план заполучить квартиру и избавиться от родни?
- Нет, это не так! - тут же разразился криком Сева.
- Успокойся, - положила руку парню на плечо Катерина, — это Полечка шутит так, да и кошка я думаю тут уже привыкла и обжилась, не выглядит она одичавшей и нуждающейся в помощи.
Они остановились на лестничной клетке третьего этажа.
- Ладно господа путешественники, - проговорил Сергей, - давайте выберем квартиру, которую будем первой осматривать.
- Да давайте как договорились внизу, - предложила Дарья, показывая рукой на дверь, - заодно и кошку проведаем.
И не теряя дальше времени на размышления и споры, первой вошла внутрь, отводит не закрытую входную дверь. Двери тут были ещё старые, ушедшей эпохи, деревянные, открывающиеся вовнутрь. Это сейчас в городах все ставят железные двери со множеством замков, отворяющиеся на лестничную клетку. Это и понятно, людям есть что скрывать и беречь. А в те времена, когда тут бушевала жизнь, людям было особо не чем бахвалится. Жили все почти одинаково, средненько, но могли себе позволить, уходя оставить для ребенка, пришедшего днем из школы ключ под половичком. И точно были уверены, что из соседей никто этим не воспользуется и никто ничего не у крадёт. А что красть то? Такой радиоприёмник, что и всех? Стареньки телевизор и невысокий холодильник? Так это к тому времени у всех было. Так что люди того времени пользовались деревянными дверями, что сильно облегчало жизнь современным сталкерам.
За дверью их ждала весьма ухоженная квартира, если в честь, что в ней никто не жил уже очень давно. Интерьер выглядел словно музеем минувшего времени, сохранённым невзирая на годы забвения. Стены были слегка облезлыми, кое-где проступала старая краска или отходили бумажные обои, создавая своеобразный узор. Но окна оставались чистыми, п самое удивительное остекленными, впуская солнечный свет, который наполнял комнату светом и воздухом, делая её чуть более приветливой. Старинный деревянный гарнитур украшал гостиную: потёртый диван, удобное кресло-качалка, небольшой журнальный столик, и даже кружевная салфетка на нем была, хотя и пожелтевшая от времени.
Кухонные принадлежности тоже казались древними: допотопная газовая плита, ветхий холодильник, полки, уставленные посудой и старыми баночками с припасами.
Ванная была скромной: кафель начал отслаиваться, кран слегка проржавел, однако общий вид оставался вполне приемлемым. Спальню украшали простой деревянный шкаф, кровать с массивным изголовьем и трюмо с тусклым зеркалом.
Пространство было наполнено мелочами, хранившими историю прошлых лет: фотографии в рамках, мелкие сувениры, стопки книг на полках. Запахи воздуха говорили о легком холодке пустоты, разбавленном слабым ароматом древесины.
- Пойду кошку гляну на балконе, - сказал Сева, пока другие осматривались в квартире.
Он подошёл к двери в большой комнате. Ведущей на балкон и потянул за ручку.  Потянул осторожно, так как было подозрение, что она заржавела и морочиться с ней придется долго, но на удивление дверь распахнулась легко и...
И никакого балкона за ней не обнаружилось. Под выставленной левой ногой была пустота. Точнее не пустота, но улица, а до неё не было ничего кроме воздуха. Если все же сделать шаг вперед, то следующим препятствием свободному падению будет асфальт, положенный вокруг дома. Левая рука сжала ручку двери до поселения костянка, правая уперлась в стену, висящий над провалом нога замерла, тело выгнулось и рывком затопило все свои части свисающие над улицей обратно в квартиру.
— Вот тебе и ускорение свободного падения, умноженное на время падения, - выдохнул парень.
- Ты о чем там шепчешь? - поинтересовалась Катя, подходя ближе.
- Там балкона нет, - ответил Всеволод и кивнул в сторону балкона.
- Как нет? А кошка? - не поверила та и распахнула дверь.
Балкон присутствовал. И кошка на нём тоже лежала. Спокойно так лежала, осматривая открывших дверь людей. Может быть, Всеволоду показалось, после отсутствия балкона он не был ни в чем уверен, но кошка очень уж внимательно осматривала их, словно и не кошка вовсе.
- Глючишь? - обернувшись к парню, произнесла Псих.
- Видимо, - потупился Сева.
Они отошли от балкона и даже не стали выяснять, где находится, заинтересовавшись их кошка. Но она быстро нашлась. Животное спокойно лежало на широком подоконнике и обхаживало хвостом себя по бокам.
- Как она тут оказалась? - удивленно спросил стоящую рядом Катю Всеволод. - Дверь на балкон была же заперта и тут даже стекло балконное цело.
- Ну может прыгнула в прогал окна соседней комнаты и перешла сюда по квартире? - чуть подумавши, выдала девушка.
- Тут такие расстояния, что это сложная задача.
- Так она ж местная, значит обычно так делает, тренировка, - пожала плечами Псих, - а самое простое объяснение - ты её сам пустил, когда балкон открывал.
- Не, кошка мимо меня не пробегала, я бы заметил.
- Ты глюкнул, сам говорил, вот она в это время и прошмыгнула.
- Возможно, - вздохнул Сева.
И тут кошку заметили другие члены команды.
- Ой, смотри кися! - обрадовалась Даша и направилась к животному.
- Не подходи к ней, - окрикнула её Полина, - кошки, когда бьют себя по бокам хвостом - нервничают и боятся, и способны в ответ на агрессию.
И правда, кошка, почувствовав намерения людей, моментально встала и изогнув спину и прижав уши, окрысилась и зашипела.
- Не трогайте её, - остановил за руку Киборг Азазель, — это её жилище, она тут хозяйка, а мы гости, да и она одичали уже, ей твои поглаживания ни к чему.
- Хорошо, давайте не будем тиранить животное, - провозгласил громким голосом Сергей, чтоб все обратили на него внимание, - давайте посмотрим другие квартиры на этаже. Если согласны, то фоткаемся и идем дальше.
 Вторая квартира оказалась совершенно не такой, как первая и представляла печальное зрелище: стены были испещрены следами влаги и плесени, местами отставшая штукатурка обнажала кирпичную кладку. Углы покрылись слоями грязи и паутины. Все предметы мебели носили следы многолетнего пренебрежения. Кожаный диван растрескался и расползся, рядом лежало разбитое кресло-качалка. Кружевная салфетка на старом журнальном столе истлела, превратившись в рыхлую массу пыли. Кухня выглядела ещё хуже: ржавые плиты источали неприятный запах, холодильник стоял открытым, издавая зловоние разложившихся брошенных когда-то продуктов. Полки с кухонной утварью и банками стояли пустынные, кроме пары старых банок с остатками высохшей пищи. Спальня походила на захламленный чердак: кровати разобрали, матрасы съела плесень и оставили металлические пружины торчать наружу. Шкаф зиял открытыми дверцами, демонстрируя внутреннюю пустоту и вороха пылевых скоплений. Разбитое зеркало трюмо отразило лишь трещины и царапины.
- Такое ощущение что за той, первой квартирой действительно ещё недавно ухаживали, а за этой вот нет, - осмотревшись выдала Киборг.
- Скорее всего так оно и есть, - подала плечами, соглашаясь Смайл.
- Кто тут может ухаживать за квартирами? - спросил Сергей. - Из Сусумана сто километров ради пыли на окнах ездят? Всего сто километров. Для бешеной собаки сто километров не крюк.
- Кстати насчет собак, - подал голос Азазель, - а вы заметили, что тут нет ни одной собаки?
- А что им тут делать? Их же тут ни кормит никто, - ответила Псих.
- А кошек тогда кто кормит?
- Кошек? Да она тут одна, видимо мышей жрет.
- Одна? - переспросил Руслан. - А это тогда откуда взялась? На побывку из Сусумана пришла?
Все посмотрели куда указывал парень. И действительно, в квартире с ними вместе находилась ещё одна кошка. Если та была рыжеватая, то эта трёхцветная.
- Так тут не одна кошка? - изумилась Катя.
- Походу их тут много, - заметила Дарья.
- А никого не смущает, что под ногами хлюпает? - поинтересовался Руслан.
Все опустили глаза вниз на пол, и обнаружили себя стоящими по щиколотки в воде. Благо походные ботинки у всех были водонепроницаемыми.
- Ни хрена себе, - выдал Хромов, - хороший потопчик, были бы снизу соседи, прибежали бы жаловаться, что мы их топим.
- Хорошо, что нет соседей, - улыбнулась Полина.
- Пойду гляну, может где кран открыт или трубу прорвало, - махнул Серёга и вышел из комнаты в коридор.
Ребята посмотрели ему в спину, но останавливать не стали.
- Какой кран и какие трубы? - выдал риторический вопрос Азазель. - Дом, как и весь город давно уже от водоснабжения и канализации отключен.
Тем временем Хромой завернул в туалет, но там все было нормально, ни трубы, ни стояк не текли и  вошёл на кухню. Небольшую такую кухню, стандартную для старых домов, площадью не больше пяти-шести метров.
Кухня выглядела печально и уныло. Обшарпанные стены покрылись слоем пыли и паутины, местами облупилась краска, обнажая старые кирпичи. Потолок покрылся пятнами сырости и трещинками, свидетельствующими о многолетнем отсутствии ремонта. Пол, некогда выложенный плиткой, теперь частично разрушился, плитки раскрошились и потрескались.
Старенький кухонный гарнитур стоял полуразрушенным: дверцы шкафчиков были сорваны, столешницы покрыты царапинами и следами плесени. Раковина наполовину заполнена грязью и ржавчиной, краны давно не открывали воду, а лишь источали неприятный запах.
Окно кухни, выходящее на серый дворик, было почти полностью заклеено старыми газетами и бумагами, сквозь которые едва пробивался тусклый свет. Крохотные комнатные растения, оставленные жильцами десятилетия назад, высохли и превратились в пыль, лежащую на подоконнике.
Хромов осмотрел все вокруг и собирался уже уходить, как его взгляд приковало к горящей конфорке. Он точно помнил, что она была выключена, когда он вошёл. Но сейчас в её пазах бушевало пламя.
- Газ же вроде отключен, - подумал Сергей.
Не успел он это подумать, как огонь с газовой плиты рванул на ящики, висящие рядом, а оттуда дальше. Пламя распространилось почти мгновенно. Горячие языки пламени дотянулись до деревянных шкафчиков над плитой, покрытых лаком или краской. Шкафчики тут же вспыхнули, пламя жадно поглотило дерево и пластик. Внутри кухонных ящиков находились ветхие полотенца, салфетки, бумага и прочие легко воспламеняемые предметы, которые усилили силу и скорость распространения огня.
Весь верх кухни охватило пламя. Языки огня устремились к потолку, поднялись вдоль стен, создавая плотную завесу дыма и копоти. Температура стремительно выросла, воздух стал горячим и тяжёлым, дышать почти невозможно. Стеллажи и полки с оставшейся посудой тоже загорелись. Металлические конструкции деформировались, краска стала пузырится и отслаивается. Вся комната превратилась в настоящий ад: жарко, темно, везде густой едкий дым. Огонь продолжал распространяться, стараясь выйти из кухни в коридор.
Сергей стоял как вкопанный на пороге кухни смотрел на все это выпученными глазами. Но когда пламя поглотило всю кухню оцепенение спало и Хромой ринулся назад.
- Вон из квартиры! Пожар! - закричал он, вбегая в комнату, где оставил своих спутников, но тут же замер от очередного удивления.
Комната по колено была заполнена водой.
- Вы чего стоите?! - заорал он на других путешественников. - Там пожар, тут наводнение! Все на лестничную клетку.
Остальные решили не спорить с ним и поспешили ретироваться обратно в подъезд. Они остановились на лестничной клетке второго этажа.
- Что там было? - спросила почти не сбившая дыхания от короткого спринта Киборг.
- Пожар, - отдышавшись, произнёс Хромой.
- Странно.
- Что странно?
- А гарью не пахнет, - ответила Дарья.
- Странно, - буркнул Хромой, втянув пару раз сильно и громко воздух.
- Ты точно видел пожар? - спросила Полина.
- Как тебя, - ответил Сергей и направился обратно в злополучную квартиру, - и даже лучше.
- А вы заметили, - проговорила Катя, - мы стояли в воде, но одежда сухая и влажных следов на лестнице нет, а по идее должны быть.
- Согласен, очень странно, - согласился с девушкой Всеволод.
— Вот и началась мистика, - улыбнулся Руслан, - я же говорил, что без потусторонних сил такие города не обходятся.
Между тем Сергей осторожно открыл дверь, вытащил из ножен клинок и вошёл обратно в квартиру. А там не было ни следов на полу от потопа, ни копоти на стенах от пожара. Просто брошенная квартира и все. Только кошка спокойно лежала на маленьком аналоговом телевизоре с кинескопом, вылизывала себе шерсть на интимных местах. Как только Хромов вошёл в комнату, животное прекратило свои действия, уставилась на человека, и начала хлыстать себя по бокам хвостом.
- Не злись, - бросил ей Хромой, - я сейчас уйду, а то странные какие-то дела происходят в этом доме.
Он вышел. На лестнице его встретил десяток напряжённых глаз
- Ни пожара, ни потопа, - развел руки Сергей.
- Глюки? - произнесла риторический вопрос Полина
— Это сам город Кадыкчан показывает нам, что не хочет нас тут видеть, - выдал Руслан.
- Город живой что ли? - удивилась Дарья. - Окстись великий криптозоолог, город строят люди и состоит он из домов, он не может быть единым целым, так как тупо просто не одушевлен.
- Люди, живущие в нём, своей любовью и другими чувствами создают душу городу, - постарался объяснить свою идею Азазель, - и так город становиться одушевленным, а сейчас он показывает нам свой норов.
- А может все же просто глюки на фоне адаптации к местному климату и восьмичасовой разницы? - настаивала скептически настроенная Смайл.
— Вот скажи Псих, - обратился криптозоолог к психологу, - могут быть глюки у разных людей на одну и туже тему на основании разницы в часовых поясах?
- Тебе честно?
- Честнее честного.
- Могут, - чуть задумавшись, произнесла Катя, - ученые до сих пор не знают точно, как работает мозг, но даже малых крупиц знаний нам хватает, чтоб сказать, что для галлюцинаций иногда нужно и меньше, чем смена часовых поясов, тем более с таким резким перепадом времени, как восемь часов, иногда хватает и щелчка пальцев.
- Но массовые?
- А это еще проще, - улыбнулась Псих, - синдром толпы он такой, если все видят глюк, а ты нет, то инстинктивно начинаешь сомневаться в себе и сначала признаешь, что ты не прав, а потом сам начинаешь видеть тоже самое. Сразу отвечаю на незаданный еще, но уже сформулированный вопрос, для этого не нужно много времени, мозг такие операции просчитывает за секунды.
- Так, - встрял в разговор Хромов, - давайте не будем много теоретизировать, а пойдем по пути практики, тут много зданий пустых вокруг, предлагаю переместиться в ближайшее и посмотреть будет ли еще такой эффект.
- Согласен, - кивну до этого молчащий Сева.
Все остальные члены группы согласились и отряд путешественников покинув подъезд колонной двинулись к следующему дому. Только Сева, идущий замыкающим, пройдя метров двести по улицы обернулся. На третьем этаже злополучного дома, на том самом пропадающем балконе, все так же лежала кошка и пристально смотрела на удаляются людей. Их взгляды встретились и уперлись друг в друга. И Всеволод первым отвёл глаза. Немыслимо. Обычно звери не выдерживали прямого взгляда, а тут не выдержал он.
Во второй пятиэтажке ничего сверхъестественного не было. Такие же брошенные квартиры, как и в соседней. Вот только тут не было ни кошек, ни пожаров, ни наводнений, и балконы все на месте были, если такие до сель сами не обрушились.
Посмотрев квартиры и пофотографировав, путешественники вышли на улицу и были несколько обескуражены. На улице властвовать глубокий вечер.
- Тут так рано разве темнеет? - после небольшой паузы произнесла Смайл.
- Да нет, вчера днем же приехали и долго ещё лагерь ставили, потом сидели возле костра, - ответила Киборг.
- Прикольно, - ухмыльнулась Псих, - время уже ужинать, а мы ещё не обедали.
— Это часовая аномалия! - высказал идею Азазель.
— Это как? - поинтересовался Сева.
- Ну, когда в неё входят, то время течёт по-другому, вот у нас оно ускорилось видимо, - пояснил свою теорию Руслан.
— Это антинаучно, - ответил Сева.
- А общие галлюцинации это научно думаешь?
- Вон Катя сказала, что такое может быть.
- А у неё другого выбора нет, потому что она в другое не верит.
- Очень странно, но часы тоже показывают вечернее время, - пожал плечами Хромой, - я думаю мы просто не следили за временем и было так интересно, что мы и не заметили, как наступил вечер.
Это объяснение устроило всех, ну разумеется кроме Азазеля.
- Фонарики у всех есть?
Оказалось, что фонари взяли с собой только Хромой и Смайл, все рассчитывали захватить их после обеда.
- Да не густо, - подвел итоги Сергей.
- Да нормально, два фонаря на шестерых отлично, мы так в своё время по пещерам ходили, - подбодрила Дарья, - с фонарём идет первый, чтоб видеть дорогу и последний, он светит под ноги второму, чтоб всей группе видео было куда ноги ставить.
- Интересное конечное предложение и я бы так не ходил, но другого выбора у нас нет.
- Хромой, как считаешь, стоит возвращаться через Ленина, или проще уже по Школьной и Мира до Октябрьской и к лагерю? Чуть севернее лагеря выйдем. - предложила Смайл, вспомнив карту города.
- А не заблудимся впотьмах то?
- Так мы и, если обратно пойдем можем заблудиться, а тут короче получиться.
- Тогда пойдешь впереди с фонарём, а я сзади, буду контролировать отстающих.
Маленькая компания путешественников вышла из жилого квартала и, петляя между безмолвными бетонными останками советской эпохи, направилась к месту временного проживания. Луна бледно светила высоко в небе, слабо освещая ночной Кадыкчан призрачным светом. Тени домов становились гуще, вытягиваясь длинными пальцами, преграждая дорогу прохожим. Тишина стояла гробовая. Ветер стих, будто испугавшись нарушать покой мертвого города. Путешественники ступали осторожно, направляя слабые лучи фонарей вглубь тьмы, прорезая полосками света хаотичную пустоту заброшенных улиц. Домишки, прежде бывшие жилищами, теперь казались монументами чуждого космоса. Окна пустовали — черные квадратные дыры, впитывающие последний свет луны. Порой под светом фар выступали остатки рекламных вывесок, выцветших лозунгов, нацарапанных граффити, но их блеск погас давно. Идти было тяжело. Асфальт похрустывал под ногами, покрыт сверху пленкой из мелких песчинок и трухи от распадающейся почвы. Иногда встречались ямы и промоины, оставшиеся после дождя, напоминая о хрупкости человеческого присутствия в этих местах.
Наконец, позади остался жилой сектор, и группа приблизилась к окраинам бывшего посёлка. Дорога давно утратила четкость границ, размывшись грунтовыми тропинками и кустарниками. Шаги гулко отзывались в ночи, нарушая мертвую тишину.
Смайл вела колонну, зорко сканируя местность. Яркий свет мощного фонарика освещал ближайшие метр-полтора пространства, позволяя различать контуры дорог и редких препятствий. Остальные следовали за ней в лучах фонаря, шедшего позади Хромого, нервно поглядывая по сторонам, отчего тень страха и тревоги постепенно проникала в сердца. В лучах то одного, то второго фонаря периодически попадались мечущиеся от света кошки.
Местность начала меняться. Город переходил в лес, переходящий в холмистые сопки. Сосны вырастали из тьмы за несколько мгновений до столкновения с ними, теряясь в ночной мгле, стволы были ровные, стройные, ветви густые и тяжелые, будто готовые захватить каждого, кто решит подойти слишком близко. Лиственницы тянулись корявыми ветвями, словно призывая остаться здесь навсегда.
Путешественники добрались наконец до окрестностей лагеря. Острый аромат сосновой коры и свежести мокрой земли ударил в лицо, вытесняя металлический запах индустриального прошлого. Лучи фонарей плясали по склону, подсвечивая невидимую мнимую опасность. Камни выскакивали из-под ног, вырывая равновесие.
— Ну вот и пришли, — объявил Сергей, первым заметив контур палаток, неясно выступавший из темноты.
- Ура!!!  - тут же заорали пять глоток.
Если кто-то был рядом из хищников, то после этого крика, они решили поискать себе лежбище и добычу в других местах.
В лагере все было как оставили. Вокруг виднелись следы животных, но в сам лагерь они не заходили.
- Так! - осадил Сергей решивших разойтись по палатками людей. - Не расходимся! Ужин кто будет готовить? Иван Фёдорович Крузенштерн?
- Человек и пароход, - хихикнула в ответ Полина.
- Я за водой! - сразу выдвинулась Катя. - Всеволод, вы проводите девушку до реки и обратно по темноте?
- Да, - застенчивость согласился парень, - конечно же, сейчас только фонарик возьму.
До ручья Кадыкчанский, что идет параллельно речке Кадыкчан в этом районе было минуты две ходьбы. Но ходили они минут двадцать. Причем Сева пришёл весь красно-пунцовый, а у Катерины были довольные, хитрые глаза.
Над обедом долго заморачиваться не стали, и сварили макароны с тушенкой. Ну и конечно же чай. Ели неспешно, так как сил по ощущениям потратили за весь день не много.
- Честно, - перестала работать челюстями Дарья, - мне мало.
- Так положи ещё, - указала Полина на кан, - я много сварила, там всем добавки хватит.
- Я не про макароны, - отмахнулась Киборг, - я про прогулку.
Наступило молчание, но оно длилось не долго.
- Я согласен с Киборг, - нарушил повисшую тишину Руслан, - у меня такое ощущение, что сейчас только обед, но никак не ужин поздним вечером.
- Да у всех такое ощущение, - подтвердила Смайл.
— Это все понятно, - согласился Хромой, - но часы же не могут врать, а они действительно показывают вечернее время.
— Это понятно, - выдал Азазель, - мы скорее всего попали во временную ловушку, аномалию.
- Аномалию? - переспросила Псих.
— Ну это как в Сталкере, аномальное место, - пояснил Руслан.
- А, ну если как в Сталкере, то понятно.
- Все видят кошку? - внезапно спросил Сергей.
- Их тут две, - спокойно ответила Смайл, - они ходят на грани видимости и ближе не подходят.
- Странные тут кошки, - вздохнул Хромов.
- Зато с такими темпами исследования нам как раз понадобятся все пять дней - вставил свои пять копеек, вернувшись к теме Всеволод.
- Оптимист, - буркнул Сергей и все засмеялись.
- А чего такого? - не понял Сева.
- Нет ничего, - улыбнулся Хромов, - всем был такую реакцию на происходящее. Но ты прав, это конечно не очень понятно, но наши опасения насчет свободного времени после осмотра становятся напрасными, если мы еще будем попадать в такие аномалии, то можем и не успеть побывать везде, где хотели за отведённые на это оставшиеся четыре дня.
- Скорее всего, аномалия привязана к месту, - дал своё экспертное мнение Руслан, - когда мы зашли в первый дом, там были галлюцинации, но время текло нормально, вот во втором доме ничего такого не было, но выйдя именно из него мы обнаружили, что уже наступил вечер, значит аномалия времени именно во втором доме, не будем заходить в него, не попадем ещё раз так.
- Мысль, конечно, здравая, - согласилась Катя, - но требующая подтверждения, а я как-то не хочу экспериментировать со временем.
- Никто не хочет, - подтвердила здравую мысль Даша.
- А мы завтра и не собирались в жилые кварталы, - пожал плечами Хромой, - по расписанию было посещение административных зданий на площади.
- И пойдем по улице Ленина, - выдвинула идею Полина, - там с нами ничего не случалось.
- Отличная идея, - кивнул Хромов, - будем ходить только по проверенным местам, а сейчас предлагаю спать, понимаю сил непотраченных ещё вагон, но чем больше мы будем сидеть ночью у костра, тем позже встанем, а световой день тут на севере не так длинен, получиться сами себя во временную аномалию впишем.
Все согласились и начали расходиться по палаткам. Сергей решил чуть задержаться и допить чай, так как не мог заснуть без кружки крепкого чая ещё с армии. Прошло минут пять, как все разошлись и тут Хромов услышал, как из палатки Психа вылезает его хозяйка.
-Видимо до ветру, - подумал Сергей.
Но нет, она быстро прошла к другой палатке, расстегнула молнию и юркнула внутрь. Если Хромов помнил точно расположение палаток, то это была Всеволода.
- Тихо мой мальчик, - раздался оттуда громкий шепот Катерины, - и ты приобретешь новый опыт и я расслаблюсь после всех этих событий, мне это наверное нужно даже больше чем тебе.
- По-моему кого-то завтра точно можно будет называть не Севой, а Всеволодом, - усмехнулся про себя Сергей и поплелся в свою палатку.
Почистив зубы, Хромов забрался в палатку, в спальный мешок. Можно было бы, конечно, взять сюда летний, он и весит немного, но, с другой стороны, всесезонный куда как лучше и теплее. В нём можно было раскрыть ноги, закутаться как в кокон, наличие капюшона позволяло это сделать, можно было наоборот расстелить как одеяло. А самое приятное, что тут была не стандартная внутренняя скользкая ткань, а теплая шерстяная. Очень приятно было спать в этом спальнике, поэтому Хромов всегда ездил с ним, если, конечно, на улице не предполагались погоды ниже нуля. Тогда в ход шел зимний, толстый, позволяющий спать при температуре около мину десяти градусов.
Как только он перестал укладываться и закрыли глаза, так молния скрипнула и в палатке появился ещё один человек. Сергей резко включил фонарь и направил в лицо пришедшему.
- Выключи свет Хромой, - попросили его.
- Даша? - удивился Сергей не ожидая увидеть перед собой Киборг.
- Она самая, собственной персоной.
- Палатку сдуло твою что ли? - он повесил на потолке палатки фонарь, чтоб и в глаза не бил и свет давал.
- Ой, не говори ерунды, - махнула рукой Даша и начала раскатывать свой спальник.
- А...
- Исключительно дружба телами для здоровья, - выдала девушка и начала расстёгивать его спальник, - одеялом может стать?
- Да, - только и смог выдать от изумления Хромой.
- Отлично, в обнимку спится и приятней и теплее.

Глава третья День второй
Утро выдалось интересным. Хромов не знал, что было между Смайлом и Азазелем и было ли вообще, но Киборг исчезла из его палатки ещё с первыми лучами солнца, а Псих вылетела из Севиной словно пробка шампанского утром, видимо стараясь, чтоб её никто не увидел. Начинался новый день, и никто не знал, что он принесет.
На завтрак была молочная пшенная каша. Ну как молочная, кто же будет с собой в рюкзаках молоко везти. А вот сгущенку вcе берут обязательно. Секрет молочной каши в похоlе прост. Варим пшенку на воде, потом сливаем, и замешиваем в неё две банки сгущенки. Каша получает - объедение, ну для походной жизни точно.
- Может с собой обед сухпаем взять, чтоб не как вчера? - предложила Полина.
- А смысл? - спросил Сергей. - Если попадем в ту же ловушку, потом съедим его тут, как вчера.
- А если назад откинет?
- Коль назад кинет, то идти до лагеря не далеко.
Обед решили не брать.
- Пойдем по Октября или опять по Ленина? - перед выходом спросила Смайл.
- По Ленина, так ближе до центральной площади.
- Но мы Октября ещё не видели.
- Вчера же возвращались, - улыбнулся Сергей.
- В лучах двух фонариков мало что разглядишь, - настаивала Полина.
- Так, следи за логикой, - постарался объяснить Хромой, - аномалия времени, если она есть, в районе школьной улицы, она между Октября и площадью, если мы идем в центр по Октября, то можем попасть в неё, не дойдя до площади. Так? Так. И смысл, мы просто потом в темноте вернемся в лагерь. Если мы идем по Ленина, то приходим на площадь, все изучаем, если есть время идем по Школьной в направлении Октября, и если попадем в аномалию, то просто как вчера придем в лагерь вечером, но уже осмотрев центр. Логика есть?
- Есть, - кивнула Смайл.
— Значит идем по Ленина.
- А как же идея, что сталкеры два раза по одной дороге не ходят? - улыбаясь спросил Азазель.
- О, вот оно, дитя компьютерных игр, - сплюнул, но не злобно Хромой, - ты еще болтов где-нибудь найди и кидай на дорогу, а самое главное не пристрели из воображаемого ружья кошку, думая, что это кабан из зоны.
Руслан заржал, оценив осведомлённость Сергея о компьютерной игре.
- Я, кстати, Зов Припяти полностью прошел, - уточнил Хромов.
Помыв миски и собравшись для вылазки, они вышли из лагеря и пошли по улице Ленина, по которой вошли в город и вчера. Дорога была знакома, они её видели утром, при свете солнца и старались разглядеть как можно больше. Оно и понятно, они первый раз попали в заброшенный город и им было интересно все вокруг, вплоть до торчащие из стен кирпичей.
- Ребят, - подала голос Киборг, - а это у меня одной глюки или все это видят, просто не замечают?
- Надписи? - хмуро спросил Хромой, шедший впереди.
- Видимо все, - ответила Смайл.
На стенах подсобных зданий были написаны углем и мелом надписи. И мало того, что вчера ещё их тут не было, так и гласили они неприятные вещи для путешественников. "Уходите", " Здесь вам не рады", "Мы вас не ждали" и "Катитесь". Этих надписей не было тут вчера, и тем более в таком количестве. Одну, ну максимум две они ещё могли бы не заметить, но чтоб по две-три на одном здании - точно нет.
- По-моему, - вздохнула Псих, - кто-то хочет нам дать понять, что нас тут совсем не хотят видеть.
- Так может не пойдем дальше? - спросил Сева.
- С ума сошёл? - чуть не выкрикнул Азазель, идущий сегодня позади всех. - С нами начали только контактировать потусторонние силы, а ты уже успел испугаться и решил повернуть домой?
- Ничего я не решил, - буркнул Всеволод, - просто если опасно это будет, то зачем это надо? И ладно мы мужики, но мы же тем самым девушек наших подставляем.
- Спасибо что ты о нас подумал, - произнесла Дарья, - но мы справимся.
- Спасибо Сева, - ответила тут же Катя, - мне приятно знать, что хоть кто-то из этой компании думает о моей безопасности.
Парень тут же зарделся краской.
Благо кроме надписей никаких других ловушек на дороге они не встретили и скоро прибыли на центральную площадь.
- Предлагаю начать с административного здания, - предложил Сергей.
Оно возвышалось над всеми тут, унося к небу все свои три этажа. Все остальные здания вокруг были одноэтажными. С другой стороны, какими ещё быть продуктовым и хозяйственным магазинам и детскому саду? Только поликлиника тут была двухэтажная и кинотеатр. Но последний не был прямо в два этажа, а скорее завышенным одноэтажным. Возражающих не нашлось, и путешественники пустились изучать место откуда правили народом и шахтой местные чиновники. Это было не просто административное здания посёлка Кадыкчан, но и Административный здание комбината местной шахты ведающей работой Аркагалимским месторождением. От сюда руководили всем в Кадыкчане, как работой, так и отдыхом, просвещением, медициной и другими аспектами.
Зайдя внутрь заброшенного здания администрации путешественники оказались окружены атмосферой давно ушедших времен и покинутого места. Полустёртые надписи на стенах, покрытых пылью и паутиной, напоминали о прошлом величии административного центра. Потрескавшиеся деревянные полы скрипели под ногами, вызывая эхо, которое усиливалось гулкими пустыми коридорами. Стены местами были покрыты плесенью и трещинами, некоторые окна выбиты, пропуская холодный ветер, наполняющий пространство холодком заброшенных пространств. Изредка сквозь щели окон пробиваются лучи света, высвечивая пыль, медленно кружащуюся в воздухе.
В кабинетах первого этажа можно было увидеть остатки старой мебели, облезлые столы и шкафы, внутри которых лежали пожелтевшие бумаги и старые канцелярские принадлежности. Картины и плакаты того периода ещё висели кое-где на стенах, храня отпечатки прошлого времени. Возникающее чувство меланхолической тишины подчеркивало одиночество и запустение места, создавая ощущение остановившегося времени. Чувство заброшенности, словно призрак, окутывает всё вокруг, погружая посетителей в атмосферу гнетущего покоя и забытых воспоминаний.
Пробежавшись по первому этажу и не встретив никаких угроз и ловушек, путешественники собрались в центральном холе.
- На второй этаж пойдем? - спросил Сергей у группы.
- Можно, - кивнул Руслан, - я на потолки посмотрел, по идее полы верхнего этажа должны нас выдержать.
И тут фае пронзил какой-то странный звук.
- Что это? - чуть не подпрыгнула на месте от испуга Катя.
Всеволод, сделал шаг и встал чуть впереди нее, в нелепой попытке защитить, хотя сам не понимал откуда исходит опасность.
— Это телефонный звонок, - констатировал Хромов.
- Звонок телефона? - переспросила Даша. — Это кто-то очень ударенный поставил себе такой рингтон.
— Это не рингтон, - постарался объяснить Сергей, — это старый механический звонок, так звонили телефоны тех времён.
- А ничего что здание заброшено много лет, а сейчас звенит звонок? - поинтересовалась Полина. - Или от телефонных сетей посёлок не был отключен.
- Да вроде был от всего отключен, - подал голос Сева, - если судить по данным в интернете.
- И откуда тогда звонит телефон?
- Разбиваемся на два отряда по трое и идем смотреть, - предложил Хромой.
- И как разобьемся?
- Я, Киборг и Смайл на лево, Псих, Сева и Азазель направо.
- А чего это ты двух дам на себя взял? - поинтересовался Руслан.
- С моим опытом и умениями, я смогу защитить двух дам…
-Э, я себя сама смогу защитить, - выдала браваду Дарья.
- Ну вот видишь Руслан, - усмехнулся Хромов, не докончив предыдущую фразу, в каждом отряде по два бойца, все честно.
Они обошли все кабинеты, но ничего так и не нашли и встретились снова в холле.
- Странно, - выпалил Руслан, когда группа собралась, - вроде звонят из одного кабинета, входишь в него, сразу звонят из соседнего, а в этом тишина, мы все кабинеты обегали, а источник так и не нашли.
- Мы тоже, у нас все точь-в-точь как у вас, - согласился Сергей, - но мне кажется я знаю где источник.
- И где? - почти хором дружно выдала группа.
- Вон, - он кивнул на одну из батарей в зале.
- И?
- Вы что, кошку не видите?
На батарее лоснясь ухоженный шкурой, лежала и била себя по бокам хвостом упитанная рыжая кошка.
- Кошка? - удивилась Псих.
- Ты думаешь кошки всему виной? - спросил по-деловому Азазель, было видно, что он очень заинтересовался этой идеей.
- Честно не знаю, - признался Хромой, - но в прошлый раз, когда с нами творилось галлюцинации, кошки были рядом.
- Но во втором доме, после которого резко наступил вечер, кошек замечено не было, - возразила Смайл.
- Не замечено, не значит не было, - ответил за Хромова Руслан.
- Давайте не будем делать преждевременные выводы, - предостерег Сева, — это я вам как будущий учёный говорю, нельзя делать выводы на основе двух совпадений, нужно больше информации.
Псих прижилась к молодому парню и чмокнула его в шею и тут же Всеволод покраснел словно помидор.
- Ну тогда пойдёмте дальше, будем набирать информацию для эксперимента, - махнул рукой Хромой.
Следующее здание было обычным старым магазином, причем не встроенным в какой-то дом, как делают сейчас, а отдельным одноэтажным зданием. На просторной площади возвышался старый советский магазин, давно забытый временем. Его фасад, покрытый облупившейся зеленоватой краской, нес следы долгих лет забвения. Большие окна, некогда пропускавшие внутрь солнечный свет, теперь были заклеены старыми газетами и афишами, пожелтевшими и порванными ветром.
Двери магазина, массивные деревянные створки, покрыты толстым слоем ржавчины, навсегда закрылись перед посетителями. Над входом сохранилась старая вывеска с полустёртыми буквами, гласившая название, ставшее бессмысленным и ненужным.
Фундамент здания слегка осел, а штукатурка местами отвалилась, обнажая кирпичные стены. Рядом валялись осколки стекла и обломки деревянных рам, словно памятник ушедшей эпохи. Магазин выглядел мрачным и унылым, будто застывший кадр из далекого прошлого, напоминая прохожим о временах, когда жизнь была иной. Его фасад, покрытый облупившейся зеленоватой краской, нес следы долгих лет забвения. Большие окна, некогда пропускавшие внутрь солнечный свет, теперь были заставлены специальными металлическими ставнями и заперты на замки. Что ставни, что замки к этому моменту состояли большей частью из ржавчины, чем из железа. Двери магазина, массивные деревянные створки, покрыты толстым слоем ржавчины, навсегда закрылись перед посетителями, сейчас были наоборот раскрыты. Рядом на асфальте валялись останки навесного замка, видимо сорванного кем-то из первых и следователей этих мест. Над входом сохранилась старая вывеска с полустёртыми буквами, гласившая название, ставшее бессмысленным и ненужным. Фундамент здания слегка осел, а штукатурка местами отвалилась, обнажая кирпичные стены. Рядом валялись осколки стекла и обломки деревянных рам, словно памятник ушедшей эпохи. Магазин выглядел мрачным и унылым, будто застывший кадр из далекого прошлого, напоминая прохожим о временах, когда жизнь была иной.
Путешественники вошли в торговый зал, но там ничего интересного не было. Пустые витрины давно устаревшего вида и старые, не рабочие весы. Киборг попробовала взвесить свою руку, нажала на одну из панелей, но платформа не двинулась с места, видимо их механизм так же заржавел за много лет.
- А давайте в складские помещения заглянем? - предложила Смайл.
- А ты думаешь там будет веселей? - предположил Сергей. - Судя по торговому залу, тут явно не уезжали спонтанно, а вывезли все, что было на балансе.
- Ну пока не увидим - не узнаем, а вдруг там золото горкой валяется?
-Тут столько сталкеров в год бывает, если что и валялось, то давно уже подобранно.
Но не смотря на слова Хромова, они все же решили пойти в складские помещения, но тут их ждало препятствие. Они не смогли войти в открытую дверь. Да, дверь была открыта, но войти в неё не представлялось возможным. Стараясь войти, любой кто пытался, упирался словно в стену в воздух и не мог сделать шаг. Попробовали все, но ни у кого не получилось.
- Кошку кто-нибудь видит? - спросил Сергей.
Все стали оборачиваться.
- Нет, кошек не видно, - за всех ответил Сева.
- Хорошо, но никто не может утверждать, что их нет внутри.
- Будем ещё пытаться? - спросила Дарья. - Теоретически можно с разбегу, в прыжке ногами вперёд.
- Не стоит, - махнул рукой Хромов, - вокруг ещё много разных административных зданий.
Они вышли обратно наружу и осмотрелись. Самое ближайшее общественное здание был детский сад.
- Интересно, что встретит нас там? - задумчиво проговорила Псих.
- Как обычно, - усмехнулся Хромой, - или пожар, или наводнение, или временная аномалия, или глюки или стена невидимая, хотя стоит быть настороже, возможно и что-то новенькое.
- Ну, пока все это не наносит нам прямого вреда, - пожала плечами Киборг.
- Будем надеяться, что так всегда будет и ничего не изменится, - выдохнула Смайл.
- Я уже даже не знаю, хочу ли я этого, - проговорила Псих, - галлюцинации и невидимые стены, психика после них конечно перезагружается здорово, я забыла за эти два дня вообще об обычных буднях, но как-то не хочется рисковать жизнью.
- Может не пойдем тогда никуда, а вернемся в лагерь? - спросил Всеволод.
Было видно не вооружённым глазом, что парень не боится идти дальше, но готов на все, чтоб защитить свою новую девушку.
- Нет Сева, - тут же повернулась к нему Екатерина, - никуда не ходить, это совсем уныло, смысл сидеть в лагере тогда весь отпуск?
- Ну хорошо, если хочешь пойдем дальше.
Старая детсадовская территория выглядела мрачновато и печально. Бывший яркий фасад здания постепенно осыпался, обнажив потрескавшиеся стены, покрытые пятнами плесени и ржавчины. Окна были выбиты или закрашены серым цветом, словно пытаясь скрыть следы прошлого. Двери висели наполовину сорванными с петель, скрипя при малейшем дуновение ветра. Игровые площадки заросли травой и кустарником, качели замерли навсегда, застывшие в неподвижности, горки покосились, деревянные конструкции сгнили и стали частью ландшафта. Старая песочница превратилась в заросший бурьяном островок, забытая временем и людьми. Забор вокруг территории местами рухнул, открывая проход любопытствующим посетителям, которым хотелось заглянуть внутрь и почувствовать атмосферу ушедшей эпохи.
Пройдя по территории, словно сталкеры по зоне отчуждения, опасаясь подвоха и какой-нибудь пакости, что обычно делали местные ещё неопознанные силы, путешественники подошли ко входу. И тут же меж их ног, быстро, подобно молнии, промчалась серая кошка и прыгнула внутрь через ближайшее окно.
- Все, - махнул рукой Сергей, остановившись, - можно дальше не ходить, нас там ждут галлюцинации и только.
- Но даже проверить, - возразил Руслан, - вдруг нет, и твоя теория про кошек ни чего больше, как плод фантазии.
- Вперёд, если не так, то кричите, я подойду.
В детский сад пошли Азазель, Смайл и Киборг. Псих с Севой решили остаться с Хромым. Через пять минут исследователи вернулись.
- Ну и? - поинтересовался Хромов у подходящих товарищей.
- Как ты и предполагал, - пожала плечами Полина, - слуховые галлюцинации.
- Угу, - подтвердила Даша, - входишь внутрь и начинаешь чувствовать будто тут все еще кипит жизнь, дети кричат, воспитательницы с нянечками орут, манной кашей пахнет.
- Ужас, - произнесла Псих.
- Чего тут ужасного? - спросил Руслан.
- Ну я понимаю надписи, звонки, даже пожар с потопом, но дети, - постаралась объяснить свои мысли Катя, - но дети... Это чересчур, это бесчеловечно манипулировать памятью о детях.
- Так они и не люди, - заметил Сергей.
- Кто? - уставилась на него Псих.
- Кошки.
- А может это и не кошки вовсе? - спросил Азазель.
- А кто?
- Я помню в детстве читал книжку, там домашние кошки были инопланетянами, и потом они забрали с собой мальчика, их очень любившего на свою планету.
- Чего-то я не хочу быть забранной кошками на их планету, - высказала Смайл.
- И если у них своя планета есть, то пусть там и живут, а к нам не лезут, - согласилась с ней Киборг.
- Ладно, - прервал дискуссию Хромой - ставлю на голосование, возвращаемся в лагерь или ещё погуляем по городу? Если второе, то вон хотя бы кинотеатр есть не далеко.
- Я за погулять, - быстро ответил Азазель.
- Ну про тебя то любитель мистики и мухи не кашляют, это было понятно сразу, - усмехнулся Смайл, - но я тоже за погулять, можно в кинотеатр зайти, потом перекусить, я все таки взяла с собой бутерброды и термос, или прямо там на креслах если остались, и потом опять в жилой сектор пойти, там ещё домов много.
- Я за любой кипиш, кроме голодовки, - поправила прическу Киборг.
- Ну давайте в кинотеатр сходим, а там решим, - не решительно произнесла Псих.
- Я тоже такого мнения, - присоединился Сева.
- В твоем решении в принципе тоже никто не сомневался, - усмехнулась Киборг.
- Вас с Психом можно уже выделить в единый голос, - хмыкнул Сергей.
— Это вы о чем? - покраснел, но сделал шаг вперед, чтоб если что защитить свою честь и подруги Всеволод.
- Да так, ни о чем личном, - усмехнулся Хромой, - не бери в голову, я не хотел вас обоих обидеть.
Фасад кинотеатра, ранее сверкавший свежей краской, теперь выглядел унылым и заброшенным. Краска на стенах облезла, открывая шероховатость кирпича, на котором были заметны глубокие трещины. Окна первого этажа, давно выбитые, зияли чернотой, словно глаза, потерявшие способность видеть мир. Некоторые оконные рамы держались лишь на честном слове, готовясь вот-вот рухнуть под напором ветра. Вывеска над входом, некогда сияющая яркими буквами, теперь была полуразрушена, и только отдельные буквы напоминали о славном прошлом заведения.
Перед кинотеатром располагался небольшой сквер, в котором когда-то играли дети, а взрослые отдыхали на лавочках. Теперь же он превратился в запущенный сад, полный сухостоя и сорняков. Деревья, растущие рядом, склонились над территорией, создавая иллюзию защиты и укрытия. Несколько металлических скамеек, покрытых слоем пыли и паутины, стояли в стороне, будто ожидая возвращения посетителей.
Территория вокруг кинотеатра постепенно превращалась в дикий уголок природы, привлекавший внимание своей меланхоличной красотой. Трава выросла настолько высоко, что скрывала мелкие архитектурные детали, придавая месту загадочный и таинственный облик. Каждый шаг по этому пространству оставлял отпечаток на душе, заставляя задуматься о быстротечности времени и неизбежности перемен.
- Кошек не видно? - спросил Сергей, остановившись у входной двери.
- Да вроде нет, - ответила шедшая следом Дарья.
- Ну хорошо, давайте попробуем зайти внутрь.
Фойе было столь же запущено временем, как и фасад здания, а вот сам кинозал сильно отличался от привычных видов Кадыкчана. Высокие потолки, поддерживаемые тяжелыми деревянными балками, устремились вверх, теряясь в полумраке. Под ногами скрипели старые половицы, отражая каждый осторожный шаг посетителя.
Стулья в зале, обитые мягкой тканью темно-синего цвета, рядами тянулись вперед, образуя уютные ряды мест для зрителей. Их сиденья слегка просели от многолетней эксплуатации, а спинки потерялись в тени прошлого. Между стульями пролегал узкий проход, ведущий к сцене, где стояла старая деревянная трибуна, используемая для выступлений артистов перед фильмами. Воздух в зале пропитан ароматом старой древесины и немного затхлой атмосферой, сохранявшейся годами. Но тут не было ни разрушений, ни прогнившей мебели. Создавалось ощущение, что зрители покинули этот старенький, но ещё дышащий жизнью кинотеатр езе вчера. Будто кто-то следил за ним все эти годы и не давал перешагнуть порог забвения и разложения.
- Странно, - осматриваясь произнесла Смайл, - словно тут кто-то постоянно наводит порядок.
Пройдясь по рядам, они все собрались на сцене, перед широчайшим экраном.
- Кошки? - спросил Руслан.
— Вот зачем ты накаркал? - спросил Сергей и показал рукой вверх.
В окне, откуда должно было транслироваться кино сидел большой, жирный старый кот. И как положено здесь, хлестал себя хвостом по бокам.
- Сейчас начнутся галлюцинации, - вздохнула Псих, - Сева, держите меня пожалуйста за руку.
- Как скажешь Катенька.
И тут стулья заднего ряда подлетели вверх и устремились в путешественников.
- Назад! - рявкнул Хромой и ударил приближающуюся связку из трёх стульев ногой.
Летящий снаряд разломился на половины и рухнул.
- Мать! - крикнул Хромов и присел на корточки, массируя ногу. - Давно я такое не творил.
В это время ещё тройка стульев полетела в сторону сцены.
— Это мое! - крикнула Киборг и с небольшого прыжка ударила ногой по стульям.
Те не только сломались в месте приложения сил, но и отлетели чуть назад, так как удар был очень силен.
- Сильна! - восхищенно прокомментировал Хромой.
- Видимо именно для этого я всю жизнь тренировалась, - усмехнулась Дарья.
И тут сразу две тройки стульев взвились в воздух.
- Уходите! - крикнул Сергей. - Через выходы в зале уходите на улицу!
Как и в любом кинотеатре тех времён, выходы из зала располагались по бокам от сцены и вели сразу на улицу. Это было специально сделано, чтоб толпа заходящая в зал из кинотеатра не встречалась с толпой выходящей из зала и не создавалась пробка.
Хромой и Киборг отразили ещё атаку стульями, пока остальные выбегали из помещения. Но когда в воздух взвились сразу шесть троек, и они решили уносить ноги. Хромов пропустил девушку вперёд и сам выбежал, уклоняясь от летящих стульев, как уперся при выходе в спину Дарьи, под звук разбивающегося дерева о сцену.
- Что случилось? - крикнул он от нервов.
- А ты сам посмотри.
Сергей вышел на улицу и обомлел. Все ребята стояли сразу за дверьми, а перед ними полукругом сидели не менее двадцати кошек. Они сидели смирно и только смотрели на людей.
- Пипец, - только и смог он высказать.
- Что делать будем? - спросила шепотом Смайл, стоя за спиной Хромова.
- По-хорошему, нужно договариваться, - произнёс Хромой, - их больше, вот только на кошачьем я не умею говорить.
- Мне кажется они нас и на нашем понимают, - вставил своё мнение Азазель.
И тут кошки как по команде начали бить хвостами по бокам.
- Бежим! - скомандовал Сергей.
- Куда? - рискнула Псих.
Кошки отрезали им дорогу обратно в сторону улицы Ленина.
- В сторону Мира бежим! - рявкнул Хромой и припустил в нужном направлении.
Путешественники побежали за ним. Киборг, понимая, что она быстрее всех бегает, и ребята могут отстать, решила затыкать строй. Но бег оказался не долог. Когда они пробегали мимо высокой берёзы, она заскрипела и решила рухнуть на них, благо люди это увидели и успели отсрочить все, так чтоб никого не задело. Но вот второе дерево, падающее впереди и грозящее перекрыть им дорогу, заставило их свернуть и очутиться возле местной больницы. Да, в те времена не было никакой оптимизации здравоохранения и даже в маленьком городке была не только своя поликлиника, но и своя больница.
- В больницу! - крикнул Хромой, и вся кавалькада повернула за ним.
Любоваться фасадом заброшенного здания здравоохранения не представлялось возможным, но поразило всех наличие остекления во входной группе. До сих пор не разбитого остекленения. Они забежали внутрь и остановились в приемной. Кошки, преследующие их, не стали заходить внутрь, а сели рядами перед входом и забили себя хвостами.
- Ни у кого нет чувства, что они нас сюда именно и загоняли? - тихо спросил Всеволод.
- Похоже на то, - кивнул Сергей.
И тут со стороны приёмного отделения скрипнула дверь и к ним ни секунды, не смущаясь и не боясь вышли три кошки. Это были старые особи, видавшие виды. В центре шёл тот самый кошак из кинотеатра, а по бокам его сопровождали мене растолстевшие, но видно, что не первой свежести самки.
- Ну ни фига себе наглость, - возмутился Хромов и достав из рюкзака саперную лопатку захваченную предусмотрительно с собой, угрожающе крутанул её в руках, давая понять идущим, что просто так он не сдастся.
Киборг, быстро осмотревшись подобрала с пола валяющуюся металлическую ножку стола и тоже крутанув её в руке, определяя тем самым баланс оружия, встала в стойку, готовая принять бой. Остальные подоставали из рюкзаков кто складные ножи, кто что. И тут с шумом открылись двери процедурных на первом этаже и откуда вылетели скальпели, шприцы, игры, и другие медицинские приборы способные нанести вред человеку прямым попаданием и зависли между кошками и людьми стеной, направив свои жала в двуногих. Сергей резко снял свой рюкзак и повесил его на левую руку, словно щит.
- Приготовитесь защищаться! - крикнул он.
Киборг сделала так же и встала с ним плечо к плечу.
- Стойте! - крикнула Псих и выбежала вперёд всех. - Остановитесь! Мы не хотим с вами сорится! Давайте все обсудим, вы же понимаете мою речь!
В больнице наступила тишина, медицинские предметы так и висели стеной, но кошки остановились. Люди напряглись еще больше не зная, что ожидать. И тут старый толстый кот, вышел вперёд, и кувыркнулся. Это было неожиданно. Ещё неожиданнее, было то, что стало с эти котом после кувырка. Кот исчез, а на его месте стоял маленький, размером с кошку человечек. Старый, седой, с длинной почти в его рост бородой, одетый в какое-то тряпье.
- Инопланетяне, - выдохнул Руслан.
- Нет, мы не инопланетяне, - заверило его появившееся существо.
- А кто же тогда? - поинтересовался Азазель.
- Мы милай домовые, - спокойно ответил старичок, - мы брошенные людьми в этом городе домовые.
- Так, подождите, - взяла на себя роль переговорщика Псих, - вы хотите сказать, что домовые существуют?
- А ты милая не видишь? Или ты, как и друг твой одетый во все чёрное считаешь нас инопланетянами? - усмехнулся дед. - Так нет, истинно тебе глаголю, домовые мы тутошние, как вот городишко ентот построили в сорок третьем годе, так мы тута и завелись, и с тех пор живем. Люди — вот отсюда все сбежали, а нам бежать некуда, вот и доживаем в разрушающихся домах.
- И вы тут живете в поселке? В заброшенном посёлке?
- Ну да милая, а где нам жить то ещё? Домовые они такие, с домом рождаются, с домом помирают.
- А кошки?
- Ты милая ещё не поняла? - усмехнулся в бороду домовой. - Мы и есть кошки, мы в них перевоплощаемся.
- А почему именно в кошек? - опять влез в разговор Руслан.
- Объем, - пожал плечами дед, - в другое али не влезаем, али оно нам велико.
- Простите, но почему вы так говорите словно вам лет триста, хотя если считать от сотворения этого посёлка всего восемьдесят три, у меня бабушка старше была, но и она уже почти так не говорила.
- Енто милая в больших городах так не говорят, а у нас здеся до сих пор садят и ложат и иногда даже на лисяпеде катаются, - вздохнул дед, - точнее катались.
- Ладно, - махнула рукой Катя, - история и диалекты, конечно, хорошо, но давайте перейдем к нашей ситуации. Я много читала про ваш посёлок в интернете...
- Где милая? - перебил её домовой.
- Ну пусть будет в газете, - быстро сообразила, что будет понятнее существу родившемуся в середине века и последний раз видевший человеческий быт в конце того века же, продолжила Псих, - много людей приезжает к вам в гости и никто вас не видел, почему же тогда к нам такое пристальное внимание и такая агрессия?
Домовой задумался на пол минутки, видимо пытался понять, как объяснить этим пришлым людям очевидные для них вещи.
- Понимаешь милая, мы обычно не показываемся перед приезжими, они ходят смотрят, и ничего не замечают, даже нас, ну кошки бегают и ладно, бывает, но вы зашли немного не туда, и нам пришлось наложить чары.
- Та квартира на третьем этаже?
- Она самая, - кивнул дед.
- А что в ней такого?
- Как бы сказать, - задумчиво пробормотал домовой, - для вас там нечего и нет, в ней просто жила когда-то женщина любящая и подкармливающая кошек, и мы в те времена приходили к ней в этих образах, чтоб поучить чуток любви и заботы, полакать немного молока из миски поставленной специально для нас. С тех самых пор мы чтим и храним это место.
- А мы в него вторглись?
- Да, но сначала мы не хотели вас сильно шугать, так немного навели галлюцинации, но вам этого не хватило, и вы пошли дальше, пришлось ускорить чуть время, чтоб вы никуда больше не ринулись.
— Это он про временную аномалию, - проговорил Руслан.
- Помолчи, - одернул его Сергей, опустивший к этому времени рюкзак и убрав лопатку, - без тебя как будто не понятно было.
- А потом? - продолжала вести переговоры Катя.
- Мы надеялись вы испугаетесь и уберетесь отсюда, но вы сегодня опять пошли сюда, мы писали вам на стенах предупреждения, наводили чары, но когда ваш главный, - дед кивнул на Сергея, - озвучил подозрения, что во всем виноваты мы, то есть кошки, а они и есть мы, то отступать и прятаться стало уже поздно, вы были в шаге к разгадке нашего существования, а значит нужно было заманить вас в ловушку, что мы и сделали.
- А дальше? - в разговор вступил Хромой.
- Честно мы не думали тогда, но как свидетели вы нам не нужны.
- Убьете нас? - прищурился Сергей.
- У нас есть выбор?
- Многие знают куда мы поехали, за нами приедет машина, нас будут искать, будет большой шум, и о вашем существование станет известно многим. Оно вам нужно?
- Спишут на несчастный случай? - спросил домовой, перспективы, описанные Хромовым ему, не нравились.
- Шесть трупов с многочисленными повреждениями хирургическим инструментом? - Хромой аж руками всплеснул. - В пустом городе? Я думаю, следственный комитет этим заинтересуется.
- А если трупы спрятать?
- Куда? Этот городок со всеми подвалами обыскивается за два дня.
- А мы глаза чарами отведем, - странное было то, что потенциальный убийца советовался с потенциальной жертвой, но видимо домовые никогда такого не делали и первый раз попали в такую ситуацию.
- Я думаю, что невидимые стены и пожары с потопами в отключенном от всего городе за интересуют следователей еще больше.
- Что же тогда делать? - искренне спросил домовой.
- Договариваться, - отрубил Сергей.
- С кем?
- С нами.
- Зачем? - опешил домовой.
- Все просто, - почувствовав слабину оппонента, стал дальше нажимать Хромой, - вы отпускаете нас и даете нам возможность погулять по поселку, а мы обещаем хранить вашу тайну и никому не рассказывать про вас.
- И что мы в результате получаем? - поинтересовался дед.
- Вы получите туже жизнь что была у вас до нашего прибытия, без всяких следственных комитетов и других проблем. Мы обещаем хранить тайну вашего существования и никому её не открывать.
- Правда? - обернулся Хромов к группе.
- Да.
- Да.
Все ответили утвердительно и только Руслан, уже в местах видевший себя экскурсоводом в мир домовых и главным научным сотрудником своего музея по этой проблематике не хотел говорить "да", но взглянув на нацеленные в них весящие в воздухе скальпели, шприцы и другие предметы, согласился.
- Да.
- Мне нужно посоветоваться с другими.
Домовой перекинулся в кошку и подошёл к двум стоящим позади.
- Походу эта троица самые главные и именно от них зависит конечное решение вопроса, - предположила Псих.
- А вдруг они на ультразвуке со всеми общаются? - спросила Киборг.
- Не, - помотала головой Смайл, - поверь мне как кошкаводу со стажем, они слышат ультразвук, но не могут его воспроизводить, речевой аппарат у них не предназначен для этого.
- А зачем тогда слышать ультразвук? - заинтересовался Сева.
- Объекты охоты, грызуны на нём общаются.
В этот момент совещание домовых закончилось видимо, так как кот обернулся обратно в деда и это произошло в тот момент, когда все медицинские инструменты, висящие до этого в воздухе, рухнули на пол.
- Твою мать! - аж чуток подпрыгнула от неожиданности Катя. - Я тля чуть не описалась!
- Мы согласны, но есть и наши требования, - заявил дед.
- Какие?
- Мои братья и сестры озлобленны на вас и не хотят вас видеть в Кадыкчане, поэтому мы можем вас отпустить, если вы милые обещаете держать язык за зубами, но вы уйдя сегодня за территорию поселка больше никогда не вступите обратно.
Теперь наступило время думать людям, о чем они сообщили домовому.
- Между лечь тут мертвеньким или больше сюда не приходить, я предпочту жить в дали от этого места, - выдал своё мнение Сергей.
- Я согласна, - кивнула Дарья.
- Я тоже за, - согласилась Полина, - я как-то молода чтоб умирать.
- Мы с Севой тоже тут трупиками остаться не хотим, - после перемигиваний ответила за двоих Катя.
Все уставились на Руслана, его любовь ко всему загадочному могла в этой ситуации не дать ему без эмоций взглянуть на вещи.
- Чего вы на меня так странно смотрим? Вы думаете я предпочту сказать нет и пусть тут мертвеньким но не согласившимся сдаться домовым и котам? Конечно же жизнь дороже.
- Мы согласны! - повернувшись ответил Хромой домовым.
Кошки на улице начали разбегаться.
- Вы можете выйти отсюда и уйти в свой лагерь по той же дороге что и пришли, вас никто не тронет, но прошу больше не возвращаться сюда и никому ничего не рассказывайте, иначе милые мои, других договоров не будет.
- Мы это понимаем, - кивнул Сергей.
- Тогда прощайте, и прошу милые скорее уходите, мои сородичи дюже нервничают.
Костёр потрескивал горящими поленьями, вечерело. Оранжевое солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо нежнейшими розовыми оттенками. Легкий ветерок колыхал пламя, отбрасывая длинные вокруг. Отблески огня играли на лицах, сидевших вокруг костра. Запах горячего чая с травками смешивался с ароматом дыма, создавая уютную атмосферу отдыха и спокойствия. Над головой раскинулась звёздная пелена, словно приглашая всех мечтателей поднять глаза вверх и задуматься о новых путешествиях и открытиях.
- Жалко конечно, что обратно в посёлок теперь нельзя, - вздохнул Руслан.
- Иди, - предложила Даша, - никто не держит, вот только похороны заранее оплати, вместе с доставкой в Москву.
- Ну так если в больницу не входить...
- То на голову может упасть кирпич с пятого этажа или повалится одиноко растущее дерево, - продолжила мысль Полина.
- И мы что, вот так будем сидеть тут возле Кадыкчана и ждать машину, которая нас заберет? - не унимался Азазель.
- Меня это устраивает, - томно произнесла Катя, нежась в объятиях Всеволода, они уже не стеснялись.
- Но мы же ничего почти там не видели!
- А что там, по сути, смотреть? - поинтересовался Сергей. - Старые вещи да разрушенные временем стены? Мы узнали самую главную тайну Кадыкчана, не открывшуюся тем, кто облазил почти каждый метр, мне кажется это уже очень много.  А кому не интересно сидеть на одном месте, может в оставшееся время совершить марш-бросок до Сусумана, всего девяносто восемь километров, если что мы его подберем на обратном пути.
- Нет уж спасибо, я как-нибудь тут с вами потусуюсь. Но вообще обидно, разгадать тайну, но не мочь её никому рассказать.
- Я думаю если ты её будешь рассказывать в своём музее криптозоологии, никому хуже не будет, ибо никто в неё и не поверите, но ты зато не лопнешь от знания Великой Тайны.
- А это идея, - усмехнулся Руслан, - да и кошки вряд ли узнают, что я говорю на экскурсиях в музее.
Глава четвертая После
Спокойно дождавшись машины, путешественники вернулись в Магадан, как и задумывалось изначально закупились подарками и вылетели в Москву. Хотя не все. Псих с Севой сдали билеты и сообщили товарищам, что вернуться домой через неделю, которую собираются провести тут в Магадане. На шутку Смайл о том, что скажет мама Всеволода, тот ответил, что уже звонил ей и Катя с ней поговорила, после чего мама дала добро.
Прошло уже больше половины года после путешествия, когда утром телефон Хромова пикнул о получении сообщения. Ещё спящий Сергей прищуренными глазами нашел телефон, включил и обнаружил, что сообщение пришло как личное сообщение на форуме заброшек. Писал Азазель.
 Сергей есть тема, как насчет смотаться летом той же группой на место падения Тунгусского метеорита? Есть интересная информация…