Березовый сок

Весной 2006 года мы решили отправиться в путешествие по реке Шлина на байдарках. Нас было четверо, байдарок две, одна из которых называлась Салют, а другая Таймень.
 
Река Шлина протекает в Тверской области, начало берет из озера Шлино и впадает в Вышневолоцкое водохранилище. К начальной точке маршрута мы добирались на автомобиле Москвич, принадлежавшему одному из участников похода, которого звали Олег.

Выехав из Москвы поздно вечером, к утру мы уже были на месте старта, рядом с плотиной, отделяющей реку от озера. Эта плотина называется бейшлот.

Пока мы втроем, Олег, Толик и я собирали каркасные байдарки, наш товарищ Александр отогнал машину в конечный пункт запланированного маршрута, поселок Комсомольский, надеясь вернуться к нам на попутном транспорте.

Собирать каркасные байдарки дело не простое, занимающее довольно много времени, поэтому время от времени мы отвлекались от этого занятия что бы передохнуть. Спешить было некуда. Мы понимали, что надо дождаться Александра, а когда он мог вернуться у нас не было ни малейшего представления.

Хотя в то время уже были мобильные телефоны, в этих глухих местах они не работали, поэтому нам оставалось только гадать, когда он вернется.

Во время одной из передышек, когда мы втроем сидели на берегу реки, к нам подошла собака. Она была очень дружелюбна, виляла хвостом и явно не отказалась бы от угощения.

Мы начали искать среди своих запасов и натолкнулись на мешок, который, как выяснилось позже, принадлежал Александру. В этом мешке были сухари самого разного свойства, высушенные кусочки черного, белого хлеба, печенья, сушки. Собака с удовольствием приняла наш дар.

Наконец лодки были собраны, а вещи загружены в них, оставалось дождаться Александра, который никак не возвращался.

В этом не было ничего удивительного. Мы прекрасно понимали, что найти попутную машину ему будет не легко, если вообще получится.

Поэтому мы сидели на берегу реки в компании с общительным псом, смотрели на бурные потоки воды, и размышляли о том, когда же вернется наш товарищ, и мы сможем отправиться в путь.

И наконец, после длительного ожидания, он появился. Мы увидели Александра в отдалении, ниже по течению реки. Он стоял на берегу и махал руками.

Поскольку было решено, что я плыву с Александром, а на Таймене будут находиться Олег и Толик, мне пришлось первому отчалить от берега на байдарке Салют, изрядно нагруженной разнообразными вещами.

Мощный поток захватил лодку, закружил в водоворотах, но постепенно мне удалось обрести контроль над ее движением и через несколько минут я причалил рядом с Александром.

Вторая байдарка отошла от берега не сразу. Толик, никогда раньше не сплавлявшийся на таких судах, упорно не желал отправляться в путь, его смущал вид бурной реки. Постепенно Олегу удалось его убедить, и они стартовали.

Несмотря на большую скорость течения, глубина реки была невелика, сказывалось влияние плотины или бейшлота. В результате камни, расположенные в русле, выступали над водой, и нам приходилось маневрировать, чтобы избежать столкновения.
В какой-то момент мы с Александром замешкались, в результате байдарка на полном ходу выскочила на большой плоский камень. Внизу что-то треснуло, скорее всего, деревянные части каркаса байдарки.

С большим трудом нам удалось столкнуть наше судно с камня и продолжить движение. Очень быстрое течение реки, наблюдавшееся на первых километрах от плотины, постепенно стало ослабевать. В тихих участках, проходя рядом с берегом, можно было слышать удивительный звук, который создавали капли воды, падавшие в реку с нависающих над водой остатков снега и льда.

Мы иногда останавливались, чтобы выйти на берег размяться и справить нужду.

А река, по мере удаления от истока, становилась все мельче. Часто наши байдарки задевали дном каменистое русло, на некоторых участках приходилось одному из гребцов вылезать и протаскивать лодку.

Наконец мы добрались до первого населенного пункта, одним из признаков которого был мост через реку. Это было село Яхново, состоящее из нескольких изб. Учитывая мелководность реки, мы решили разделиться таким образом, чтобы в каждой байдарке осталось по одному гребцу. Олег и Александр продолжили путь по воде, а я с Толиком – по суше. Это оказалось нашей ошибкой.

Разделившись около моста, мы надеялись, что вскоре река станет поглубже, и мы сможем воссоединиться. Но вышло иначе.

Мы шли по правому берегу реки, слабо заметная тропинка постепенно вела нас в места все более дикие. Она то приближалась к самой реке, то слегка отдалялась от нее в сторону леса. Места были болотистые.

Мы шли медленно, время от времени преодолевая различные препятствия, поваленные деревья, небольшие ручейки, заросли кустарника.

Начало вечереть, заходящее солнце оранжевым светом заливало лес, все предметы отбрасывали длинные тени. В какой-то момент мы оказались на полянке. Наше внимание привлек лежащий на зеленой моховой подстилке белый череп крупного животного, возможно, лося. Неподалеку были обнаружены рога. Стало ясно, что мы забрались в глухие дебри.

Пройдя еще несколько сотен метров, мы остановились на границе болота. Дальше по правому берегу реки пройти было невозможно.

Надо было решать, что делать дальше. При этом стоит заметить, что вышли мы налегке, не имея запасов еды или теплой одежды, так как надеялись встретиться с нашими друзьями достаточно скоро. У меня был нож и фотоаппарат, а у Толика не было вообще ничего.

Посовещавшись, мы решили не пытаться обходить болото, а вернуться обратно к мосту и попробовать двигаться по другому берегу реки. Тем временем солнце уже почти зашло. Становилось прохладно.

Когда мы добрались до моста было совсем темно. В отдалении лаяли собаки, поэтому, чтобы как-то обезопасить себя от их нападения, мы подобрали длинные увесистые палки.

Дорога на левом берегу реки была более проходимая, чем на правом, судя по колее, по ней даже иногда ездили машины. Усталые и замерзшие, мы шли и шли вперед, держа палки наготове. Лай приближался и вскоре мы стали различать самих псов, которые метались на некотором удалении от дороги и заливались лаем. Это были достаточно крупные собаки. Временами можно было различить их глаза, сверкающие в темноте. Становилось не по себе, мы уже готовились принять бой, как внезапно нас осветил яркий свет фар.

Впереди, метрах в десяти от нас, остановилась машина и из нее кто-то вышел. Более подробно ничего увидеть было невозможно, так как фары слепили. Мы остановились и ждали, что же будет дальше.

К нам подошел человек и сразу же спросил: «есть у вас лицензия?». Мы ничего не поняли сначала. Какая лицензия, что все это значит? Отвечаем, что мы не понимаем, о чем идет речь, про какую лицензию.

Он сказал, что спрашивает лицензию или разрешение на охоту, оказалось, он издалека принял наши палки за ружья, поскольку мы несли их в поднятом положении, готовясь отбиваться от собак. Это был местный лесник или егерь.

Мы постарались объяснить ему, что к охоте мы никакого отношения не имеем, рассказали всю сложившуюся ситуацию и спросили, не видел ли он наших товарищей байдарочников.

-«Как же, видел», ответил лесник, но далеко, километров семь вниз по течению вроде бы какие-то байдарки были.

Эта новость совсем не вселила в нас оптимизма. Идти семь километров после всех мытарств, которые мы испытали за этот день, да еще ночью, было совсем не весело. Мы приуныли, не зная, что же делать дальше.

Немного подумав, он предложил подвезти нас в том направлении. Мы залезли в его машину, это был УАЗ, так называемый «козел».

Около получаса мы ехали по лесной дороге, временами ветки задевали машину, издавая скрежещущие звуки, иногда козел сильно подскакивал на неровностях или проваливался в ямы. Наконец лесник остановил машину.

Мы вышли. Вокруг был густой лес, где-то справа от дороги сквозь деревья поблескивала река, освещаемая лунным светом.

В этом месте лесник сказал, что дальше он не поедет, так как там дорога совсем плохая, а ему надо возвращаться, поскольку у него запланированы какие-то важные дела. После чего он сел в машину и уехал. Перед самым отъездом, сидя в машине, он сообщил, что в нескольких километрах ниже по течению есть мост через реку, и посоветовал нам утром идти туда.

Мы остались вдвоем в полной темноте среди леса. Фонаря у нас не было, поэтому идти куда-либо было совершенно невозможно. При этом сильно похолодало, мы озябли и дрожали от холода. Стало понятно, что нам надо как-то продержаться до утра.

Сил было мало, мы очень устали, пробираясь вдоль правого берега реки, а потом возвращаясь обратно, сказывалась и бессонная ночь, проведенная в поездке до места старта. Но надо было действовать. Я решил разжечь костер.

Кое как, продвигаясь почти на ощупь, мы отошли от дороги в сторону реки. Нам повезло, на земле лежало много поваленных деревьев. Найдя более-менее подходящее место, мы принялись собирать в потемках дрова для костра.

Что бы разжечь костер я использовал один из маленьких полиэтиленовых пакетиков, которые хранились в кофре с фотоаппаратом. Вскоре огонь разгорелся.

От усталости мы в прямом и переносном смысле валились с ног. Было холодно, но уже хотя бы не так темно. Всполохи пламени освещали небольшую полянку.

Я отправился на разведку. Но далеко от костра отойти не получилось. В нескольких метрах от полянки под ногами захлюпало. Это была граница болота. Когда я решил пройти в противоположную сторону, все повторилось.

Мы были на небольшом сухом участке, окруженном с двух сторон болотом, а с третьей стороны находилась река.

Когда я вернулся к костру, Толик лежал на земле в позе эмбриона, подтянув колени к животу, и спал. Я решил, что в таком положении он может сильно замерзнуть, поэтому принялся рубить ножом ветки можжевельника, в большом количестве росшего кругом.

Этими ветками я укрывал Толика, надеясь обеспечить ему утепление. Постепенно образовалась большая куча, из-под которой торчали только его сапоги.

Посидев перед костром и немного отдохнув, я предпринял вылазку в сторону реки. Это было не так просто, путь затрудняли заросли кустарника. Но я преодолел их и оказался на берегу.

Мне открылась величественная и удивительная картина. В небе плыли облака, освещаемые луной, передо мной расстилалась темная гладь реки. Я обратил внимание, что время от времени вспыхивает свет. Яркий луч шел вдоль поверхности воды.
 
Присмотревшись, я понял, что вдалеке находится лодка, откуда и исходит этот свет.
Помимо света фонаря был еще один интересный свет. Такого раньше я никогда не наблюдал. Облака, плывшие в небе над рекой, отражали всполохи сильного огня, горевшего где-то вне пределов видимости.
 
Несмотря на сильную усталость, я стоял на берегу Шлины и, как завороженный, смотрел на все это. Потом мне пришло в голову, что в сложившейся ситуации, когда мы находимся в непонятном месте, было бы очень неплохо обратиться к этому лодочнику. Вдруг местный житель сможет нам чем-нибудь помочь? Поэтому я принялся кричать, призывая его.

Я стоял на берегу и надрывался достаточно долго, наконец лодочник обратил на меня внимание, луч света его фонаря был направлен в мою сторону, лодка начала медленно приближаться.

Понимая, что кроме звука я никаким образом не могу обозначить своем местоположение, я продолжал орать. В конце концов лодка пристала к берегу и из нее вышел человек. Это был тот самый лесник, который завез нас в это место!

Мы подошли к костру. Стоя около костра, я стал расспрашивать лесника о том, где мы находимся и как отсюда выбираться. Он объяснил, что дорога идет через вырубки и лес еще семь километров вдоль берега реки, потом будет мост, а за ним поселок Городок, где есть магазин. Байдарки он видел примерно в том месте, где мы сейчас находимся, но ближе к противоположному берегу, непроходимому, болотистому.

Внезапно я заметил, что лесник постепенно отстраняется от меня, отступая назад. Сначала я совсем не придал этому значения, но потом обратил внимание, что он время от времени бросает взгляд на кучу лапника, под которой спал Толик и откуда выступали только его сапоги. Толик лежал очень тихо, совершенно не издавая никаких звуков.

Так, постепенно передвигаясь, мы отошли от костра и приблизились к берегу реки. Там лесник резво вскочил в свою лодку и принялся отталкиваться от топкого берега веслом. «В общем, туда иди, где мост», сказал он, «а мне надо рыбу лучить» и поспешно отплыл.

Что значит «лучить» я догадался не сразу. Но потом понял, что свет фонарика, направляемый вдоль воды ночью и есть это самое «лучение». Таким образом рыба привлекается к лодке.

Я вернулся к костру, который начал уже угасать, пока беседовал с лесником. Подбросив в него еще дров, стал дожидаться рассвета.

Очень хотелось есть, а особенно – пить. Но воды, несмотря на близость реки, добыть было невозможно. Весь берег представлял из себя заросли кустарников и трав, под ногами хлюпала грязная болотная жижа, а дойти до чистой воды без высоких болотных сапог, которых у меня не было, не получалось. Оставалось только сидеть около огня и ждать.

Наконец, начало светать. Над болотом стоял плотный белесый туман. И из этого тумана медленно поднималось красное солнце. Зрелище производило сильное впечатление.
 
Я решил, что пришла пора действовать. Взяв один из маленьких полиэтиленовых пакетиков, направился вверх по склону в противоположную от реки сторону. Там росла группа берез.

Проковыряв ножом отверстие в коре, вставил в него небольшую палочку и под ней пристроил пакетик. Березовый сок начал капать прямо в него.

Тем временем Толик проснулся и выбрался из-под кучи веток.
 
Он сказал, что спалось ему, конечно, не очень комфортно, но он особо не замерз благодаря лапнику. Мы посидели еще какое-то время около костра, погрелись. Потом я принес пакетик, наполненный березовым соком.

После того, как мы выпили сок, я ощутил внезапный прилив сил и энергии. Усталость как рукой сняло. Затушив костер, мы отправились в путь.

Мы пошли по дороге вдоль левого берега реки. По пути нам встретилась обширная вырубка. Грустно было видеть последствия варварства людей, готовых ради наживы уничтожать лес. Мы поняли, почему лесник не поехал дальше. То и дело дорогу преграждали стволы деревьев, оставшиеся после вывоза срубленного леса.

Пройдя эту вырубку, мы углубились в нетронутый лес. Внезапно перед нами предстало нечто удивительное. Прямо рядом с дорогой из земли торчал металлический столб высотой около метра, на верху которого была закрытая крышкой коробка. Мы открыли крышку, и обнаружили внутри панель с кнопкой и замочную скважину. Явно в это устройство вставлялся ключ.

Мы не на шутку испугались. Это было явно что то, имеющее отношение к военным. Никакого мирного назначения такой столб с кнопкой и ключом иметь не мог. Вдруг, думали мы, само открытие крышки вызывает тревогу на каком-нибудь пульте в военной части, и сюда уже едет отряд, который должен задержать нарушителей?

Нам вовсе не хотелось после всего, что случилось, встречаться с таким отрядом, поэтому мы ускорили шаг и постарались удалиться от подозрительной конструкции как можно скорее. Мы надеялись быстрее встретиться с нашими товарищами, поесть и отдохнуть.

Еще через несколько километров пути мы вышли к мосту через реку Шлина. Он был деревянным, достаточно ветхим. Переходя мост, я снял свою бейсболку и прикрепил ее таким образом, чтобы можно было видеть с реки выше моста. Я надеялся так предупредить наших товарищей, что мы добрались до этого места, если вдруг они сами еще находятся где-то выше по течению.

Перейдя мост, мы направились в поселок Городок, где, как нам сказал лесник, мог быть магазин. Очень хотелось есть и пить.

В нескольких сотнях метров от моста показались первые строения этого поселка, деревянные избы. Встретив прохожего, мы спросили, где находится магазин. Он объяснил нам, что надо подойти к определенному дому дальше по улице, где живет продавщица. Она откроет магазин, и мы сможем купить, что необходимо. Так мы и сделали.

В магазине мы приобрели банку тушенки, печенье и батон хлеба. Взяли и бутылку воды. Когда мы вернулись к мосту что бы забрать мою бейсболку и перекусить, поняли, что батон хлеба остался в магазине. От усталости и голода мы были невнимательны и забыли его. Сил возвращаться за ним не было.

Устроившись на берегу реки возле моста, мы поели тушенку с печеньем и запили это необычное блюдо водой. После чего направились по правому берегу реки в обратном направлении. Почему мы решили так сделать сказать трудно, это было какое-то смутное чувство вроде интуиции, которое подсказывало нам двигаться именно туда.

И действительно скоро мы увидели лагерь, устроенный нашими товарищами. Мы издалека заметили натянутые меду деревьями веревки, на которых сушились вещи. Приблизившись, мы различили байдарки и палатку.

Встреча была очень эмоциональной. Все хотели скорее рассказать друг другу о прошедших событиях и радовались, что все обошлось благополучно и мы воссоединились.

Оказалось, что Александр с Олегом повредили байдарки об острые камни и плыли в них, сидя по пояс в ледяной воде. Что бы согреться они причалили к небольшому островку, покрытому сухим прошлогодним тростником и травой. Там они попытались разжечь костер, но огонь вышел из-под контроля, загорелась сухая трава и тростник. Они чудом спаслись, стремительно бросившись к байдаркам.

Именно этот огонь, всполохи которого отражали ночные облака, я наблюдал с берега реки.
 
В этом месте, рядом с практически нежилым поселком Чудино, мы решили остановиться на дневку. Поселок располагался на небольшом возвышении, и состоял из нескольких черных покосившихся изб. Людей не было. Скорее всего тогда этот поселок был населен только летом.

Прогулявшись по поселку, мы возвратились к своему лагерю на берегу реки и занялись ремонтом байдарок.

Для этого поврежденные места тщательно протирали ацетоном, смазывали резиновым клеем, после чего прикладывали заплатки.

Решив прогуляться по берегу реки, неподалеку я обнаружил старую перевернутую лодку. Она имела интересную конструкцию, характерной особенностью было плоское дно. Когда я рассматривал её, из-под лодки выползла змея. Это была небольшая гадюка.

Снег практически везде растаял, небольшие серы кучки можно было найти только в тенистых местах. Уже появлялись первые цветы. Была прекрасная пора ранней весны.

Ближе к вечеру, после приготовления еды на костре, который мы устраивали с большой осторожностью, поскольку вокруг была сухая трава, подобная той, что чуть не погубила своим яростным пламенем наших товарищей ночью на безымянном островке, Олег и Александр приступили к ловле рыбы.

Они устроились на берегу со снастями, а мы с Толиком стояли рядом, наслаждаясь вечерними видами. Была тихая, безветренная и довольно теплая погода, солнце, заходя, светило золотистым светом.
 
Я смотрел по сторонам. Возникало ощущение какого-то единения с этой красотой и тишиной, умиротворение. Внезапно я увидел в небе странный объект. Это был небольшой светлый шарик, который медленно двигался в небе над поселком.

При этом его траектория напоминала синусоиду, он то слегка снижался, то снова поднимался, продолжая движение, которое, к тому же, было довольно неравномерным. Я обратил внимание своих товарищей на это странное явление в небе. Олег и Александр отложили свои удочки и присоединились к наблюдению за ним.

Так мы стояли довольно долго, всматриваясь в небесное чудо. Никто не мог понять, что это такое. В какой-то момент Александр предложил подать сигнал. У него имелся налобный фонарь, который он ненадолго включил, направив на объект.

Естественно, мы не ожидали никакой реакции, это было сделано ради шутки.

Но внезапно, практически в ту же секунду, как Александр включил и выключил свой фонарик, объект резко изменил характер движения. Он как будто остановился на месте, а затем с огромной скоростью удалился под прямым углом к своей начальной траектории. Мы были ошеломлены и напуганы.

Молча стояли мы на берегу реки, вглядываясь в безоблачное небо. Неужели мы увидели НЛО? Ошарашенные, мы долго приходили в себя после этого события.

На следующий день мы снова отправились в путь. Через несколько километров пути перед нами показалось значительное расширение реки, течение почти исчезло. Это было озеро Глыби.

Именно на этом озере мы впервые увидели других туристов, сплавляющихся по Шлине. Они плыли на надувных лодках. Когда мы на каркасных байдарках вышли на просторы озера, они остались далеко позади, благодаря встречному ветру.

Мы решили пристать к левому берегу и немного передохнуть и перекусить.

Поднявшись на высокий берег, мы расположились на небольшой полянке. Еще подходя к ней, я заметил, что кое где видны обрывки ржавой колючей проволоки, глубоко вросшие в кору деревьев. Вероятно, участок леса был огорожен таким способом. Но это было давно.

Мы достали свои припасы и приступили к еде, когда внезапно из леса к нам вышел человек с топором в руках. Подойдя ближе, он вонзил топор в ствол дерева и начал расспрашивать нас, кто мы такие и что тут делаем.

Мы рассказали ему, что сплавляемся на байдарках по реке, и вышли на берег отдохнуть и перекусить. В свою очередь я спросил о происхождении колючей проволоки.

Пришелец объяснил, что когда-то раньше тут был загон для лошади, отделенный так от леса.

Поначалу мы не могли понять, что от нас хочет этот человек, но Олег, обладавший достаточной проницательностью, догадался. Он предложил незнакомцу водки. Тот с радостью согласился. Только в этот момент я заметил, что помимо топора он имел еще и большую металлическую кружку. Скорее всего, Олег увидел её раньше и все сообразил.

Ему налили водки, он выпил, после чего стал прощаться с нами, приговаривая, что видел там, подальше, еще туристов и надо к ним тоже зайти. Речь шла, скорее всего о тех, кто сплавлялся на надувных лодках. Они пристали к берегу раньше нас, не желая бороться с сильным встречным ветром. Можно было даже различить струйку дыма от их костра.

Перекусив, мы отправились дальше. После озера река снова ускорила свой бег, начала сильно петлять. Надо было искать место для ночевки, поскольку уже вечерело. Но берега были не подходящие. То они были очень высокие и крутые, то низкие и заболоченные, мы плыли и плыли, но никак не могли найти хорошую стоянку.

Наконец нам повезло, и мы нашли ее. Большая пологая площадка в изгибе реки издалека привлекла наше внимание. Очевидно, мы были далеко не первыми туристами, оценившими это место. Об этом свидетельствовал каркас походной бани с кучей камней внутри. Полиэтиленовой пленки не было, поэтому воспользоваться сооружением мы не могли. Дров вокруг было достаточно, мы разожгли костер.
 
Александр отправился к реке ловить рыбу спиннингом. Он много раз забрасывал блесну, но поклевок не было. В какой-то момент блесна зацепилась. Он пытался извлечь ее из-под воды, но ничего не получалось.

Не желая терять блесну, Александр решился на отчаянный шаг. Он разделся и вошел в ледяную воду. Держась одной рукой за леску, он медленно продвигался вперед, балансируя на скользких камнях.

Дойдя до места зацепа, он наклонился и через некоторое время издал удивленный возглас. Оказалось, что блесна зацепилась за лежавший на дне садок для рыбы.
Так вместо рыбы река подарила ему полезную снасть.

После ужина я решил отправиться на разведку, было интересно, что нас ждет ниже по течению реки, которая причудливым образом петляла в широкой долине. Скорость течения была невелика, поэтому я мог рассчитывать вернуться обратно, выгребая против него.

Отплыв несколько сотен метров о нашего лагеря, за очередным поворотом я увидел каменистый пляж. На нем были белые длинноногие птицы, которые не испугались моего приближения. Что бы не беспокоить их, я вытащил весло из воды и медленно проплыл мимо по течению. Они не взлетали, а просто смотрели на меня своими маленькими глазками, похожими на черные бусинки, наклоняя и поворачивая голову вслед движению байдарки.


Когда я вернулся в лагерь, почти стемнело. Развели большой костер, не опасаясь пожара, вокруг не было сухой травы. Сидя около огня, мы обсуждали свои приключения, события первой тревожной ночи, наблюдение странного объекта и находку Александра.

Удивительно красивое весеннее ночное небо, костёр, тихое шуршание реки и потрескивание дров создавали какое-то особо настроение. Иногда мы надолго замолкали и просто смотрели на огонь. В такие моменты возникало ощущение, что непрерывный поток мыслей остановился, и есть только пламя, звездная ночь и река, а ты часть всего этого. Нам предстоял последний этап сплава до поселка Комсомольский.

На следующий день мы собрали вещи и отправились в путь. Река петляла по широкой долине, временами можно было увидеть стволы огромных берез, возвышающиеся посреди болот. Деревья погибли, они были почти лишены ветвей. Было что-то торжественное и тревожное в этих пейзажах.

Начали попадаться рыбаки. Один из них, небольшого роста, в кепке и забродном костюме, с выражением полнейшей невозмутимости на лице, даже какой-то отрешенности, зашел в воду по грудь именно в тот момент, когда наши байдарки поравнялись с ним. Это выглядело очень забавно, мы веселились.

Потом мы увидели старуху, которая приехала на мотоцикле с коляской и тоже принялась ловить рыбу.

Недалеко от места слияния Шлины с рекой Граничная я заметил, что на кустах, склонившихся над рекой, что-то висит. Когда мы приблизились к ним, то с помощью весла я пригнул ветви и снял с них флисовую кофту.

Так я тоже стал обладателем дара реки.

Наконец мы дошли до поселка Комсомольский. В этом месте мы пристали к берегу, вытащили байдарки, разгрузили вещи. Когда лодки немного подсохли, мы приступили к разборке. Так закончился наш сплав по Шлине.

Спустя пятнадцать лет я вернулся в это место. Решил, что надо пройти реку до самого её конца, до Вышневолоцкого водохранилища. Добирался на поездах, сначала до станции Бологое, а потом до станции Шлина. Естественно, я не мог взять байдарку Салют, которая весит около сорока килограммов. У меня был пакрафт.
 
Сплав по нижнему течению Шлины происходил в августе. Было много ягод и грибов. В одном месте мне даже удалось, используя канадскую блесну Вильямс, поймать щуку. В самом конце реки, около её устья, рядом с поселком Красномайский я расположился на небольшом островке, где провел несколько дней. Вспоминал свое первое знакомство с этой рекой, думал о быстротечном времени, ушедшей молодости, о чудесных и неповторимых моментах прошлого.

Однажды вечером, собирая дрова для костра, я обнаружил странный гриб. По виду он был похож на подберезовик, но абсолютно белого цвета. Я использовал этот гриб для приготовления сложного блюда из чечевицы. Там, кроме обжаренных на масле кусочков гриба и моркови, было много лука, чеснока, острого красного перца. Получилось очень вкусно.

Я съел одну порцию, потом понял, что не наелся, и положил еще. После этого отправился спать.

Проснулся я очень рано, до пяти часов утра. Причиной была боль в животе. Там все бурлило, я чувствовал, что мне срочно необходимо в туалет, тошнило.

Когда я с трудом выбрался из спального мешка и отбежал от палатки несколько метров, начался неудержимый понос. При этом одновременно меня рвало.

Когда все закончилось, я испытывал изнеможение и чувство бессилия, опустошённости. Мелкая дрожь била меня, было не по себе. Кое как добравшись до палатки я залез в спальник, надеясь спокойно полежать и отдохнуть.

Внезапно раздался оглушительный раскат грома. Потом еще один, за ним еще. Гроза бушевала вокруг моей палатки, тугие струи дождя били по ней, создавая громкий характерный звук. Понимая, что в такое время находится внутри опасно, и на палатку может упасть дерево, сломанное порывом ветра, я все же не находил в себе сил одеться и выйти. Будь, что будет, думал я в тот момент,

Вскоре гроза закончилась, не причинив палатке никакого вреда. Я заснул и проснулся несколько часов спустя, когда внутри стало слишком душно и жарко.

Спустя еще пару лет я снова отправился на эту реку. Мне хотелось посмотреть места, связанные с нашим первым походом. Поэтому сплав начал почти от самого истока Шлины.

Доехав до Вышнего Волочка, нашел около вокзала водителя, согласившегося доставить меня до поселка Комкино. Там, рядом с мостом, я надул пакрафт, погрузил свои вещи и отправился в путь. Так же, как и в первый раз, это было весной, кое где еще лежал снег.

Воды в этот раз было больше, она закрыла камни, лежащие в русле реки, хотя скорость течения была достаточно большой. Я плыл по тем же самым местам, что и много лет назад, смотрел на те же берега, думая, как много всего произошло за это время, как сильно все изменилось в жизни.

А река так и бежит среди лесов и болот, как  многие тысячи лет назад,  так же она будет течь, когда меня не станет.
 
На озере Глыби меня неприятно удивило шумное многолюдье. Там была организована база отдыха, откуда доносилась громкая музыка, крики, сновали моторные лодки. Берега реки были сильно замусорены, всюду валялись бутылки.

Мост около поселка Городок был перестроен. Вместо старого деревянного я увидел железобетонный. В поселки Чудино вместо черных покосившихся изб были весьма капитальные деревянные дома. По дорогам вдоль реки то и дело проезжали машины.
Когда я был уже совсем рядом с поселком Комсомольский, заметил на берегу темное пятно. Причалив, обнаружил мертвого зверька. По гладкой черно-коричневой шерсти ползали мухи. Я испытывал печаль и ощущение осквернения. 

Такое чувство бывало у меня, когда я видел, что срубили знакомое мне с детства дерево.

Около железнодорожного моста через Шлину я причалил к берегу и свернул пакрафт. Было пасмурно, моросил мелкий дождь. Подойдя к реке, опустил в воду руку. Прикоснувшись к воде, я вдруг вспомнил наш первый поход, березовый сок, странный объект в небе, птиц на длинных тонких ногах с глазами-бусинками, ночь у костра под звездным небом. И понял, что больше никогда не увижу эту реку, что прощаюсь с ней навсегда.