Наказание свободой

                Наказание свободой.
                ( читая древнеиранский эпос)
       
                В раю больше запретов, чем в аду.
                ( еврейская пословица)
                Свобода одного человека заканчивается там, где    
                начинается свобода другого.   
                ( Иммануил Кант ) 
 
 
                К любому событию в жизни можно подыскать подходящую пословицу или  притчу.      Как только человечество  обрело внятную речь и  понятную письменность, наиболее продвинутые из людей принялись учить остальных    житейской мудрости и морали,  путем  написания   басен  и исторических  трактатов.    Писали вначале на камнях, потом на глине и досках   и, наконец,   на бумаге.   Надо признать, что  те, кто излагал свои мысли на бумаге,  пользуясь своей грамотностью, занимались откровенным плагиатом, ибо  почти все, что  ими написано, было продумано и сказано  еще  в каменном веке  их  босоногими предками…
               О свободе наши предки тоже высказывались. И высказывания эти, надо признать, были весьма неоднозначными.  С одной стороны, что для человека может быть желанней свободы?  За возможность распоряжаться своей судьбой и судьбой своих детей люди готовы пойти на смерть.  Многочисленные восстания рабов и  просто угнетенных – тому пример.   С другой стороны  народ сочинил пословицы: -  «волю дать  - добра не видать», или « воля портит, а неволя учит», тем самым указывая на определенные границы этой воли.
               Обычно процесс освобождения, если того требовали обстоятельства, растягивался во времени. Новые отношения рабов и господ, как правило, складывались непросто и болезненно.   Господам было невозможно представить, что его рабы  такие же люди, как и они сами, а рабам было некуда  идти восвояси  из господского  дома,   лишаясь  тем самым   скромной, но привычной похлебки с куском хлеба.
                Ну, а если свобода сваливалась на людей внезапно.  Полная свобода,  без малейших признаков принуждения.   Такой случай описал в своем произведении на рубеже первого тысячелетия нашей эры  классик персидской литературы  Фирдоуси в национальном  эпосе Шахнаме (Книга о  царях).  Казалось бы,  что мы,  жители двадцать первого века можем  почерпнуть для себя из событий полутора тысячелетней давности, да еще в древнем востоке.
              Если не принимать во внимание древние восточные реалии, то  надо признать, что цивилизация изменила только то, что окружает человека. Сам он, его поступки в современном мире, сродни тысячелетним предкам.   

               Завязка этой истории банальна.  Молодой шах Ирана  по имени Бехрам  с подданными охотился в степи.  Охота выдалась неудачной, все устали  от полуденного  зноя,  и  расстроенный  правитель решил сделать привал в богатом и многолюдном селе. В грязных  путниках жители села не признали знатных особ, оттого оказали им нелюбезный прием.   Далее предоставим  слово поэту: -

                …   Подобною встречей разгневан  Бехрам –
                Угодны ли дерзкие царским очам?
                Так молвил  мобеду  во гневе своем:
                «Злосчастное место! Ему поделом
                Убежищем стать для свирепых зверей,
                Смоле бы заполнить их светлый ручей!»
                (мобед – высший религиозный чиновник при дворе шаха) 

             Если верить древнему эпосу этот Бехрам  к тому времени совершил немало  чудесных подвигов.  Часто рисковал жизнью.  Руководствовался при этом принципом: - если не  я, то кто?  А тут такое неуважение!
            Конечно, можно было послать карателей и дело с концом.  Но придворный взял под козырек и уже как представитель власти отправился в село,  и так как было велено наказать всех его жителей без разбора их вины, предпринял неожиданное парадоксальное решение.         
                Сказал им:  «Цветущие ваши места
                Где столько садов  и людей и скота,
                По нраву владыке пришлось моему,
                Отрадой наполнили сердце ему.
                Всем знатность дарует.  Чтоб ваше село
                В державе умножило градов число.
                И дети и жены отныне знатны,
                Покорность являть никому не должны.
                Владелец земли со своим батраком
                Отныне равны  меж собою во всем….
                Крик радости грянул в богатом селе:
                Мол, стали нагадано  знатными все!
                В совете мужей слышен голос жены,
                Наемник, слуга и хозяин - равны.
                Младые мужи до бесстыдства  дошли
                И головы с плеч именитым снесли.
                И вспыхнули распри затем среди них,
                И кровь пролилась на тропинках глухих. …

                Установилось в том селе  всеобщее равенство! Но потребности людские никуда не делись, сильные стали грабить слабых.  Работать никто не хотел, да и смысла в том не было, все равно урожай отберут.
                Когда через год Бехрам  вновь охотился в тех краях, то не узнал прежнее село.
                Сухие деревья, развалины сплошь,
                Нигде ни людей, ни скота не найдешь.
 
                Опечалился шах, и, страшась гнева небес за разорение, велел  мобеду  возродить селение, невзирая на траты.   Посланник нашел на улице  одинокого старика, и тот  ему вкратце обрисовал положение.  –  Год тому обидели мы своего повелителя, а  его неразумный мобед  в наказание  повелел  здесь считать каждого  себя  начальником  и  господином.
 
                И быстро наполнилось смутой село,
                Резня, грабежи – лихолетье пришло.
 
              Чиновник  принял срочные меры.  Купил быков, семян, съестных припасов, вызвал дворцовую охрану, чтобы следить за порядком.  А старика того назначил старостой с  чрезвычайными полномочиями….
      
            Через три года.
                Вновь мчится  на ловлю владыка страны.
                Со свитой, как прежде,  с мобедом своим,
                И снова селенье открылось пред ним.
                Округу цветущую видит Бехрам,
                На пастбищах тучных привольно коням.
                По склонам отары овец и  ягнят, -
                Сказал бы ты, рая чарующий сад!   
         Шах не был посвящён в то, какими методами его мобед  исполнил оба его повеления.

                Спросил: « О Рузбех (так звали мобеда), как ты сделать сумел
                Чтоб край процветающий вдруг захирел?
                Что к бегству людей и скота привело?
                И как возвратил процветанье в село?...
         Ответил мобед:
                … Я  вспомнил: два помысла  в сердце войдут.
                На верную гибель его обретут.
                Вот также, коль город во власти двоих,
                Недолго пребудут владения их.
                Пошел я в селенье, сказал старикам:
                Нет, люди, отныне хозяина вам!....
                Так, словом село разорилось одним,
                Я чист  перед божьим судом и людским.
                Лишь гнев свой на милость владыка сменил,
                Другую дорогу я людям открыл.
                Поставил я старца над  ними главой,
                Разумною он наделен головой.
                Усердием благоустроил село,
                И в сердце подвластного счастье пришло.
                Единый глава и благие дела –
                Добро возросло и неправда ушла.
                Да, слово жемчужины царской сильней,
                Лишь пользуйся вовремя силою сей……

            Можно отметить, что на разорение села хватило одного года, на восстановление – три.  Люди наказали себя сами. Я осмелился привести здесь лишь краткие отрывки из пятого тома обширного шести томного труда  персидского поэта, так, как этот сюжет  уж очень напоминает нашу    недавнюю историю.  Как первую часть приведенной поэмы, так и вторую. Историю, в которой наша страна до сих пор не может определиться со своим устройством. Это бесчисленные грабежи и убийства по классовому признаку после объявления свободы в 17 году. Бессмысленные разрушения всего  того,  что олицетворяло прежнюю жизнь. …
             Это знаменитая установка нашего деятеля: «Берите столько суверенитета (читай -  свободы), сколько  сможете проглотить.»   Это была несомненно прогрессивная и своевременная мысль, если бы  она в конце концов не трансформировалась в Беловежское соглашение, в котором  была реализована только первая мысль приведенного произведения. Самая легкая.  Иначе - царское слово, если по тексту.
                ( ..Нет, люди,  отныне хозяина вам!)
 
            Ее последствия, т. е.  вторую часть, в которой идет речь о восстановлении разрушенного, мы ощущаем до сих пор,  и будем ощущать еще долго.
               В этом плане можно отметить знаменитые цветные революции по всему миру, где наверняка действовали по методу древнего мобеда. И тоже, только в стадии разрушения.  На возрождение не хватало ни денег, ни толковых руководителей, ни честной стражи.
              Какая бы власть не существовала в государстве - демократия или тирания, незыблемыми должны быть общие принципы жизненного устройства, - соблюдение законов на всех уровнях власти и уважение к людям труда, и они вправе рассчитывать на помощь государства, которое они кормят

              Как шах на самом деле относился к всеобщему  равенству людей? Когда в каком-то городе объявился человек, который стал проповедовать идею о том, что все люди от рождения равны, он повелел содрать с несчастного кожу, набить ее соломой и повесить  на воротах…