Контрразведчик - Александр Матвеев. Глава. 2

Глава. 2                Начало войны.


Искусство жить состоит в том, чтобы уметь радоваться немногому и безропотно выносить многое.

Уильям Хэзлитт — английский литературный критик, эссеист, философ и публицист эпохи романтизма. Один из классиков английской эссеистики, наследник традиций Дж. Аддисона и Р. Стила, популяризатор творчества Шекспира.


Слово Матвееву А.И.:

«Я в кабинете секретаря Обкома. Краткая информация о вероломном нападении фашисткой Германии и предписание немедленно убыть в Одессу, в расположение Особого отдела Одесского военного округа.

В тот же день, простившись с женой, Антониной Георгиевной, которую любовно называл «мой Антончик», поцеловав мальчишку – сына, Славика, отправился в многолетний военный путь.

После 5- дневной спецподготовки получил назначение старшим оперативным уполномоченным 253-й СД в район г Кривой Рог. Моим помощником был назначен Понарин Иван Васильевич.

Вместе с ним мы начали службу со знакомством с командованием полка и строевых подразделений, с личным составом батальонов, рот и взводов.

Под руководством опытных сотрудников Особого отдела дивизии стали осваивать свою новую профессию, служебные обязанности по выполнению важных и ответственных контрразведывательных задач» (Матвеев А.И. Записки фронтового контрразведчика, 1418 дней и ночей, М., Вече, библиотека СМЕРШ, с.4).

В армии он стал старшим оперуполномоченным Особого отдела стрелкового полка. Свой первый бой в июле 41-го под Кривым Рогом Матвеев запомнил навсегда. Много лет спустя он напишет в мемуарах о тех чувствах, которые охватили его при виде наступающих немцев.

Слово Матвееву А.И.:

«В середине июля наш 983-й полк расположился в балке, в 5-ти километрах от Кривого Рога. Рано утром 30 июля вместе с комиссаром полка и дивизионным политотдельцем Петрученко я выехал на тачанке в батальоны.
Однако вскоре тачанка поломалась.

Отправили её обратно ремонтировать, наказав ездовому сразу же вернуться к нам.

Минут через 20 послышался гул моторов со стороны города, где располагался штаб нашей дивизии. Мы вышли на середину лётного поля и увидели, что колонна танков, поднимая невообразимый столб пыли двигается дорогой, по которой мы только что ехали.

Однако выйдя на рубеж штаба нашего полка, танки вдруг открыли по нему беглый огонь из орудий и пулемётов.

По дороге шли мотоциклы, на каждом из них по 3 солдата с автоматами наготове, группами 7-10 мотоциклов. Я впервые видел живых фашистов – они были именно такими, какими я их представлял по кинофильмам, книгам и плакатам.

Немцы надменно сидели с поднятой головой, в расстегнутых мундирах, с засученными рукавами, готовые к насилию и убийствам. Во мне нарастал гнев и решимость вступить в бой с этой оголтелой бандой.

Прицелился по водителю первого мотоцикла и, когда он приблизился метров на 30-40, нажал на спусковой крючок. Мотоцикл перевернулся, и на него наскочил другой. Образовалась свалка (Матвеев А.И. Записки фронтового контрразведчика, 1418 дней и ночей, М, Вече, библиотека СМЕРШ, с.6-7). 

Потом он ещё не раз участвовал в боях, водил бойцов в атаку и дрался в рукопашной. А все эти досужие домыслы о том, что оперативный работник должен сидеть в штабе, не соответствуют действительности.

Слово Матвееву А.И.:

«Рано утром начались непрерывные атаки немецкой пехоты по овладению рвом. Дело доходило до рукопашной схватки непосредственно в противотанковом рву. Командование было вынуждено послать туда подкрепление.

Артиллерия противника с небольшими интервалами наносила огневые налёты. Обстановка становилась критической. У нас уже были на исходе боеприпасы. Наконец, немцам на ряде участков удалось проникнуть в ров, и там шли рукопашные схватки, а на подходе ко рву двигалась большая масса пехоты развёрнутым боевым порядком.

Некоторые наши подразделения дрогнули и начали поспешно отходить. В этот тяжёлый момент комиссар Слесаренко поднял развёрнутое Знамя полка, и обращаясь ко мне сказал: «Ну, Саша, теперь наступила наша очередь». 

Он выскочил на бруствер траншеи с развёрнутым Красным знаменем и с криком: «За Родину!» побежал вперёд. Это был такой потрясающий момент, который трудно представить, не пережив его.

Продолжение  следует …