Бессмертный и ведунья

                Борис Мишарин
      
      
                Мечты и реальность,
                Фантастика и бытие.





                Бессмертный и ведунья



      
      
      
      Солнечный лучик спустился с холма, пробежал по водной глади речного залива и уткнулся в простенькую дюралевую лодку-казанку, привязанную цепью к вбитой в землю скобе, чтобы не унесло ветром в реку. Пришлось ему немного подняться вверх, чтобы обогнуть лодку и проследовать дальше внутрь окруженного дугой участка земли. Он уже был знаком с этим местом, не раз бывал здесь в ясные дни и знал каждый уголок, каждую пядь и все имеющиеся строения.
      Простенький деревянный забор окружал участок в двадцать соток, выходя торцами прямо к воде залива. Внутри добротный деревянный дом восемь на восемь метров, отдельно банька, гараж на два автомобиля, сарай под дрова, инструменты и прочие бытовые принадлежности.
      За периметром забора находились другие участки, вовсе непохожие на этот, но тоже на двадцати сотках земли. Там кирпичные трехэтажные дома с бетонным забором… И непонятно, как попал в это место этот «бедняк»?
      Но как бы там ни было, Иван Николаевич Добрый проживал в этом деревянном домике и претензий ни к кому не имел. Но зато вопросы имелись к нему.  Богатые соседи давно желали приобрести его участок земли на заливе с выходом прямо к воде. Но он всегда отказывался, и его частенько посещали наверняка проплаченные службы: санэпидстанция, пожарные и БЭП и ПК, естественно.  Но санитарные врачи тараканов, клопов и прочую живность в его доме не находили, как и антисанитарию, пожарные тоже уезжали не солоно хлебавши. А вот бэповцы были более прилипчивы. И задавали, по сути, всего один вопрос: на какие средства проживает гражданин Добрый? Но поскольку статью за тунеядство в России отменили, им приходилось уходить ни с чем. На нахрапа они сработать не смогли.
      Интеллигентный подход, если можно так выразиться, не срабатывал, поэтому  местный олигарх дал команду своей охране принести купчую на этот участок. Трое его бойцов появились в доме Ивана Доброго.
      - Иван, - обратился один из охранников олигарха, - мы предлагаем тебе в последний раз пятьсот тысяч рублей за этот участок. Ты подписываешь договор купли-продажи, нотариус его позже заверит, и у тебя будет десять дней на то, чтобы забрать свои шмотки из дома. Если ты договор не подписываешь, то придется оторвать тебе левую руку, ноги и яйца, но всё равно подписать придется. Какой вариант выбираешь, Ваня?
      - Я выбираю вариант третий: вы все трое пишите чистосердечное признание. О чем? Полагаю, вам понятно о чем. Не пишите – у вас начнет отваливаться левая рука, ноги и яйца. Всё, как заказывали, ребятки. Только вот выбора у вас не будет. Листы бумаги на столе: пишите.
      - Ах ты сука! – в ярости закричал старший охранник. И они все трое кинулись на Доброго…
      
      
      
      II
      
      
      
      Иван пил чай с вареньем и просматривал исписанные листы. Три охранника-отморозка изложили в них суть происходящих событий, начиная с заказа своего шефа олигарха Будайло, и закончили тем, что поручение они выполнять не будут – совесть не позволяет. Но им придется уехать – Будайло не простит отказа и прикажет их убрать. Поэтому им придется скрываться и менять документы, чтобы остаться живыми. В правоохранительных органах у олигарха Будайло всё схвачено, поэтому информация выкладывается в интернет на сайты правоохранительных органов, а оригиналы придут к ним по почте. Но и в этом варианте нет уверенности, что Будайло будет привлечен к ответственности за заказ вымогательства и убийства. Теперь пусть общественность следит за событиями, а мы исчезаем.
      Иван Добрый отправил листы признаний-заявлений в ФСБ, Следственный комитет и полицию. А в интернете общественность уже изучала информацию, и журналисты атаковывали вопросами правоохранительные органы. Лезли с интервью и к самому Будайло. Этих «чаек» хлебом не корми.
      Первый этап противодействия с Будайло завершен и теперь Добрый позволил себе расслабиться. Он решил поехать к своему товарищу, с которым вместе не учился, в детский садик не ходил и не работал. Но подружился.
      В настоящее время Измайлов Игорь Ильич руководил металлургическим комбинатом и являлся его собственником. А познакомились они на трассе. Автомобиль Измайлова остановил наряд ДПС ГИБДД. Проверка документов, просьба выйти из машины, досмотр без понятых и обнаружение пакетика, видимо, с наркотой у его подруги. Подругу заковали в наручники и усадили в патрульный автомобиль. Она не была женой Измайлова, но они совместно проживали уже несколько месяцев. Поэтому причина для беспокойства была. Хотя к самому Измайлову претензий у гаишников не было.
      Измайлов, естественно, был поражен фактом изъятия пакетика с наркотиками. Зачем? Его подруга не была наркоманкой, как и дилером или дистрибьютером в том числе. Это подстава, но зачем? Его, как директора и собственника металлургического комбината, могли подставить, но причем здесь подруга, по сути, его гражданская жена? Разные мысли лезли в голову Измайлова. Но его отпускали, а подругу задержали и собрались увозить в отдел.
      Но тут внезапно подъехал автомобиль Жигули седьмой модели. Старенький автомобиль, но выглядел вполне прилично, словно новенький с завода. Это и был Иван Добрый, который, естественно, поинтересовался ситуацией. Полицейские посоветовали ему проезжать мимо. Но Добрый заявил, что согласно закону «О полиции» их действия должны быть открытыми для общественности, а посему предложил объяснить проблему. И тут из полицейских полезли угрозы, на которые Иван Добрый мгновенно отреагировал двумя резкими и сильными ударами в живот. Полицейские загнулись и хватали ртом воздух, а Добрый забрал у них оружие, которое оказалось вовсе не табельным – пистолеты ТТ сотрудникам полиции не выдавали.
      - Ну что, граждане бандиты-оборотни, рассказывайте, зачем вам понадобилась эта дамочка?
      Якобы полицейские от удара немного оправились, набрали в грудь воздуха и кинулись на Доброго с кулаками, но теперь были отправлены в нокаут. И сейчас уже стала возмущаться подруга, заявляя, что действия Доброго незаконны, и ей с мужем необходимо немедленно уехать.
      - Поедете, когда полицейские оборотни расскажут, зачем ты им понадобилась, девочка. Разве вам это не интересно? – Иван посмотрел на Измайлова.
      - Не интересно и мы немедленно уезжаем, - заявила подруга.
      Но Измайлов был другого мнения и ясно дал понять, что хочет знать причину происходящего здесь спектакля. Псевдополицейские пришли в себя и Иван сделал им предложение:
      - Вы всё рассказывайте, в противном случае я начинаю отстреливать поочередно ваши лодыжки, потом колени и так далее.
      Он передернул затвор пистолета. И переодетый бандит заговорил:
      - Эта сволочь, - он указал рукой на дамочку, - известная в прошлом клофелинщица, её все менты знают. А нас она ещё заразила сифилисом, и нам долго пришлось лечиться. Поэтому мы хотели увезти её и отдать для развлечения бомжам на помойке. Никто убивать или бить её не собирался.
      - Это правда? – спросил подругу Измайлов.
      - Нет, конечно, врут они, нагло врут, - заявила уверенно она.
      - В любом отделе полиции вам покажут фотоальбом преступников, где фото этой дамочки будет красоваться в полном неглиже во весь рост, - заявил с ухмылкой один из бандитов. - Если тебя ещё не отклофелинили, то значит, не вся информация о деньгах собрана, и она ждет подходящий момент для кражи. Эта баба просто так не спит ни с кем.
      - Тебе нужно убедиться в полученной информации, товарищ, - произнес Иван, - а посему отправь её фото знакомым ментам…
      Он отправил и очень скоро получил подтверждение полученной информации. Проститутка-клофелинщица давно уже находилась в розыске.
      - Вы же убивать её не хотели? – спросил Иван оборотней.
      - Зачем нам её убивать, брать на себя статью? Пусть лучше её бомжи наклофелинят во все дырки прямо на помойке, а потом сдадут ментам – она же в розыске. Это будет для неё самым лучшим наказанием, пусть познает счастье с бомжами перед тюрьмой. А сидеть ей долго, эта дамочка многих кавалеров обнесла на кругленькие суммы.
      - Оружие я вам не отдам, а дамочку можете забирать, если её бойфренд не против, - пояснил Иван.
      Измайлов только плюнул в ответ и отвернулся. Ряженые полицейские с дамочкой укатили. Вот так состоялось знакомство Ивана с Игорем. Позже они этот случай старались не вспоминать. Только один раз Измайлов спросил:
      - Как ты, Ваня, догадался, что это ненастоящие гаишники?
      - Кроссовки, Игорь, бело-красные кроссовки гайцы не носят.
      Иван подъехал к дому Измайлова, посигналил и ворота открылись. Игорь встретил его на крыльце. Спросил сразу:
      - Дома посидим или баньку с девочками организовать?
      - Лучше попариться, конечно, - ответил Иван.
      - Добро. Сейчас баньку нагреют и девочек привезут, а пока пойдем в дом, выпьем по пять капель.
      Измайлов дал указания. Охрана занялась банькой и девочками, а горничные подкатили к креслам в зале журнальный столик с пивом и вяленой щучкой.
      - Это не про тебя весь интернет кишит? – спросил Измайлов. – Ты с Будайло столкнулся, но даже я с ним тягаться не смогу – нефтяной олигарх, куда ещё круче.
      - Так я силен тем, что у меня ничего нет из ценностей, кроме участка земли на заливе и головы на плечах.
      - Так вот эту голову он и захочет снять, а потом и участок забрать твой, - обеспокоенно произнес Измайлов.
      - Видимо, именно такие его мечты, - согласно кивнул головой Иван, - но все богачи действуют всегда шаблонно. Считают, что делают предложение, от которого нельзя отказаться. Моя голова без участка земли Будайло не нужна. Поэтому, сначала деньги, а потом подпись под угрозой смерти. Или же качественная подделка, что бывает реже. Но Будайло не учел одного – взбудораженная общественность посильнее его связей будет. Журналисты его с дерьмом съедят. Этих чаек хлебом не корми.
      - Но ты тоже не учел одного, Ваня, взбудораженная общественность имеет свойства остывать. Через несколько месяцев пресса забудет о ситуации и её попросят более не возмущаться. Давно проверенный способ и ты об этом прекрасно знаешь. Вспомни министра обороны и его бабью роту. Его дамочку осудили, но фактически не наказали.
      - Всё в руках божьих…
      Добрый поднял глаза к верху и посмотрел в потолок. После улыбнулся, откусил кусочек щучки и запил пивом.
      - Ну да, всё в руках божьих, - согласился Измайлов. – пойдем, там уже девочек привезли.
      Они вышли во двор и подошли к микроавтобусу. Десяток дамочек высыпал из него не без ужимок. Иван выбрал себе одну очень маленькую девушку, почти лилипутку и одну самую высокую. Вот такой вот получился контраст. А Игорь отобрал две, на его взгляд, с самыми стройными и длинными ножками. Остальные дамы с грустным видом укатили. Они знали, что здесь неплохо платят и не причиняют боль.
      Игорь, мужчина в возрасте, так и не женился ещё. Собирался, но вовремя вмешались псевдогаишники. И теперь он пользовался услугами вип-салонов, когда приезжал Иван. А в будние дни ему не отказывали горничные.
      А Иван находился в том возрасте, когда уже пора жениться, но ещё можно и погулять немного. Он нигде не работал, вел домашнее хозяйство – огурчики, помидорчики и так далее. Рыбачил, конечно, но не охотился, разводил кроликов и считал кроличье мясо лучшим. Решив улучшить кроличье хозяйство, он посетил библиотеку. Попросил книги по кролиководству.
      - С какой целью вы, молодой человек, интересуетесь кролиководством? – спросила библиотекарша, - для научной статьи, для изучения содержания и кормления кроликов или для чего-то другого?
      - У меня дома есть несколько кроликов, - ответил Иван.
      - Понятно, постараюсь подобрать вам литературу, - пояснила библиотекарша и ушла.
      Через некоторое время вернулась с несколькими книгами. Иван взял их и понял, что лучше было бы почитать про кроликов в интернете. Он поблагодарил библиотекаршу и ушел. Дома проштудировал несколько статей и выбрал породу советская шиншилла. Она наиболее подходила к его условиям содержания, к его запросам. Самка могла приносить за год до тридцати крольчат и даже более. Вес кроликов составлял 6-7 килограмм и выход мяса около 57%. Шкурки тоже годились для реализации. Шиншилла неплохо приспособлялась к климатическим условиям и отличалась непритязательностью к кормам. И вкус мяса был замечательный. Поэтому из имеющихся двухсот пород кроликов Иван выбрал именно эту.
      Но хорошая мысль приходит в голову не одна. Ему наскучило общение с девицами легкого поведения и жениться он тоже не хотел. Но почему бы тогда не пригласить в дом деревенскую от рождения девушку-зоотехника, которая бы помогала ему по хозяйству. И спала, конечно же, с ним в одной постели. Такие желающие девушки явно будут, но вот найти их совсем не просто. На лбу же ничего ни у кого не написано. И потом мораль часто становится напротив желания. Но под лежачий камень вода не течет. Иван дал объявление: «Требуется девушка-зоотехник для разведения и содержания кроликов с содержанием и проживанием в частном доме».
      Анкеты разные приходили на почту Ивана, от смешных до плачевных. И он понял, что девушка, мечтающая о такой судьбе, ему точно не напишет. Необходимо искать другой подход к встрече.  Не хотелось, но придется обратиться к определенным не совсем земным силам. И они сразу вычислили искомого фигуранта.
      Девушка грустила, опершись на перила ограждения набережной. Она окончила колледж и получила специальность зоотехника. Отучилась два с половиной года после одиннадцати классов в школе. Но работу по душе не нашла. Предлагали, конечно, работу фермеры, но без предоставления квартиры или частного дома. Койка в общежитии её не устраивала, а сальные взгляды старичков-пузанков тем более. Решила вернуться домой в деревню и помогать родителям по хозяйству. Она уже собралась уходить на автовокзал, как подошел молодой человек, обратился к ней:
      - Скажите, девушка, какую вы руку выберете: правую или левую?
      - Не поняла? - удивилась она и уже стала беспокоиться.
      - Понимаете, я дома развожу кроликов. Но вот какую породу выбрать? Я отобрал две. Левая рука – это у меня порода белый великан; правая рука – советская шиншилла. Какую руку выберете вы, девушка?
      - Никакую, - она улыбнулась, - а насчет кроликов посоветую всё-таки шиншиллу. Хотя для разведения в Сибири обе породы хороши и мясо у них достаточно вкусное, шкурки можно продавать. Вы фермер?
      - Да нет, какой из меня фермер – для себя кроликов развожу. Живу в частном доме на заливе и условия позволяют.
      - Тогда вам можно обе эти породы разводить, - посоветовала девушка.
      - Можно, конечно, но я один живу. Если серьезно заняться разведением, то необходима помощница. Да и зачем мне одному – я столько не съем, - он улыбнулся.
      И девушку словно током пронзило. Улыбка этого парня очаровывала и уже хотелось прижаться всем телом к нему. Что это? Любовь с первого взгляда или обыкновенная плохо сдерживаемая страсть?
      - Вы, девушка, просто так мне посоветовали шиншиллу или разбираетесь в кроликах? – спросил он.
      - Я зоотехник. Недавно окончила колледж, - ответила она, почему-то краснея.
      - Так может быть, вы мне поможете с кроликами, посоветуете условия содержания, кормления и так далее? Если не против, то я готов показать вам своих кроликов. Едем, я на машине.
      Он указал рукой на стоявший неподалеку автомобиль Жигули седьмой модели. Это неплохо сохранившаяся, но старая модель немного успокоила девушку. Парень не из золотой молодежи, которую она ненавидела из-за постоянных приставаний.
      - Как-то так сразу… - произнесла она.
      - Так я не замуж зову, а всего лишь прошу проконсультировать меня по кролиководству, как специалиста прошу.
      - Хорошо, едем, - внезапно согласилась девушка. Посмотрела на Ивана и покраснела опять. Её тянуло к нему и хотелось броситься на шею, а не вести разговор о кроликах.
      Знакомились они уже в машине. Жигули – привычная для девушки техника, не иномарка, на которой ездят богатые отморозки. Так, по крайней мере, считала она.
      - Я Иван Добрый, фамилия у меня Добрый. И я добрый, естественно, - пояснил с улыбкой он.
      - А я тоже добрая, только звать меня Ольга Павлова, - тоже с улыбкой ответила она.
      Автомобиль выехал к заливу. Вокруг трехэтажные коттеджи. У самого берега приткнулся небольшой деревянный домик, но для Ольги он казался родным. В таком доме она родилась и выросла. Иван повел её сразу к кроликам.
      Кроличьи клетки соответствовали лучшим параметрам, если можно так выразиться. Достаточно широкие, высотой до полуметра и глубиной сантиметров шестьдесят. Чистота и сухость в клетках обеспечивалась подвешенными кормушками и ниппельными поилками. Прямой солнечный свет и сквозняки отсутствовали. 
      - У вас, Иван, просто отличные условия содержания кроликов. Вполне можно к вашим сибирским шиншиллам добавлять и белого великана, - словно торжественно произнесла Павлова.
      - Для еды мне кроликов вполне хватает, - ответил Иван, - а если добавить великанов, то это уже будет коммерция. И зачем мне это? Но если бы вы помогли, то мы с вами могли бы заняться коммерцией.
      - Не поняла…
      - Пойдемте в дом, там и обсудим тему, предложил Иван.
      Дома он быстро вскипятил электрический самовар, поставил на стол варенье, печенье…
      - Если вы согласитесь остаться у меня, то мы можем организовать, например, ИП и разводить кроликов, продавая мясо и шкурки.
      - Остаться у вас… - она не договорила.
      - Остаться – это значит заведовать всем кроличьим хозяйством, а проживать вот в этой комнате или где пожелаете. Будете хозяйкой в доме.
      - Это значит…
      - То и значит, если вы не против, конечно, - высказался Иван.
      - Но я ничего не знаю о вас…
      - Будем знакомиться в процессе. А сейчас едем за вашими вещами?
      - За вещами… - она кисло улыбнулась, - были вещи и ушли из общежития колледжа. Всё украли, даже тапочки и зубную щетку. Поэтому все вещи на мне.
      - Значит, едем в магазин. Купим домашнюю и рабочую одежду. Выходную, естественно, тоже, - объявил Иван.
      Но сначала они заехали в банк и Иван положил Ольге на карту пятьсот тысяч рублей. Пояснил, что для сегодняшнего дня будет вполне достаточно. Домой они вернулись только к вечеру, практически полностью загрузив автомобиль вещами. Ольга поняла, что становится в доме настоящей хозяйкой, и её взяли не для разового перепихона. Влюбилась ли она сразу в Ивана? Но то, что страстно желала его – это факт.
      Практически всё утро следующего дня у молодой парочки ушло на разговоры. Светящаяся от счастья Ольга рассказывала о себе и о родителях. Они проживали в деревне Яблоневка, что в семидесяти километрах от города. Отец Родион Михайлович Павлов, сорока лет от роду, в деревне столярничал, плотничал, ходил на охоту. Занимался выделкой шкур и скорняжным делом. Мать, сорокалетняя Ирина Родионовна, являлась домохозяйкой, занималась огородничеством, а ранее являлась портнихой. Но сейчас этой работы не было. Так, шила кое-что для себя.
      - Я даже не знаю, Оленька, что тебе про себя рассказать, - начал Иван, - диплома у меня никакого нет, но я многое умею. А в России, как говорится, без бумажки ты букашка. Но я живу и букашкой себя не чувствую. Просто не лезу, куда не надо. В детстве я очень любил читать сказки, а когда немного подрос, то изготовил для себя нечто подобное малахитовой шкатулки.
      Он достал шкатулку-ларец из малахитового камня. Зеленого цвета изделие с цветком на стенках впечатляло достаточно сильно.
      - Это непростая шкатулка, - пояснял Иван, - чужой человек её открыть не сможет. Но ты, Оля, уже не чужой человек и можешь открыть шкатулку. Открой и положи туда, - он дал ей пятитысячную купюру.
      Ольга взяла шкатулку.
      - Тяжелая, она из камня?
      - Малахит – это природный минерал с красивыми узорами, - пояснил Иван.
      Она открыла шкатулку и положила в неё купюру, как просил Иван. Потом вопросительно посмотрела на него.
      - Теперь снова открой шкатулку, - предложил он.
      Она открыла и ахнула – в шкатулке лежала пачка пятитысячных купюр.
      - Возьми деньги и закрой шкатулку.  Можешь не пересчитывать, там ровно полмиллиона.
      Ольга взяла деньги и стала внимательно их разглядывать. А Иван улыбался, наблюдая за ней.
      - Это настоящие деньги, Оля, можешь не сомневаться, - пояснил он.
      - Но я не заметила, как ты сумел положить деньги в шкатулку. Ты фокусник, Ваня?
      - Нет, я не фокусник, а деньги всегда находятся там. Можешь открыть и посмотреть снова.
      Ольга открыла шкатулку и даже немного отшатнулась от неё – в шкатулке лежала новая пачка денег.
      - Чему ты удивляешься, Оля? Я же говорил тебе, что это непростая шкатулка. Но вот говорить о ней никому не нужно. Даже твоим родителям. Денег ты им можешь дать, сколько посчитаешь нужным. А вот про шкатулку говорить нельзя, никому нельзя. Иначе онемеешь и потеряешь дар речи. Мне можно, - улыбнулся он. – На днях поедем к твои родителям и купим им всё необходимое.
      - Но как?!
      Ольга всё ещё находилась в шоке.
      - Вот так, Оля, деньги у нас есть и надо жить-не тужить. И верить, что чудеса в жизни бывают.
      
      
      
      III
      
      
      
      Благодаря подвешенным кормушкам и ниппельным поилкам Иван с Ольгой могли исчезать из дома на пару дней. Ольга водить машину умела, права у неё были и Иван купил ей  пикап Niva Travel. Как и где он сумел достать такой новый автомобиль – это уже другой вопрос. Кому непонятно – это спереди Жигули Niva Travel, а сзади небольшой грузовичок, в кузов которого можно загружать различные предметы. Например, корм для кроликов или «крота» для вспашки земли и прочее.
      Целый день они ездили по магазинам, а на следующее утро отправились в Яблоневку. Час езды всего-то и они в деревне. Ольга знакомила его с родителями.
      - Это мой папа, Родион Михайлович, а это мама, Ирина Родионовна. А это Иван Добрый, фамилия у него Добрый. Мы живем вместе и работаем, кроликов разводим. У Ивана свой дом, вот там и разводим, - поясняла Ольга. – Так что встречайте дорогие родители дочку с зятем.
      Родители словно очнулись, засуетились и отворили ворота. Обе машины въехали и ворота захлопнулись. Жители Яблоневки ничего толком разглядеть не успели.
      Выгружали вещи: одежду родителям, инструменты для хозяйства. Особенно ценными оказались крот для вспашки земли и бензопила «Дружба». Но не менее важными были и другие электроинструменты.
      За столом, конечно же, родителям хотелось узнать побольше об Иване. И он рассказывал, не стеснялся.
      - Познакомились мы с Олей случайно. Я разводил кроликов и попросил у нее совета. А она оказалась зоотехником и согласилась помочь мне с кролиководством. Это дело прибыльное. Одна крольчиха дает приплод в год около тридцати крольчат или даже больше. Живем мы на берегу залива. У нас свой дом, примерно такой же, банька-сауна, гараж на два автомобиля, сарай для инструментов. Участок земли двадцать соток, огород, есть лодка и мы рыбачим. Но на охоту я не хожу, ни к чему, когда есть мясо кроликов. Купил вот машину Ольге – пикап-грузовичок. Вам кое-какие инструменты для хозяйства.
      - Да, благодарствую, Ваня, но у нас в деревне заправки нет. А бензина, который уже залит, надолго не хватит, - пояснил Родион.
      - Это ничего, это не страшно. Я научу вас, Родион Михайлович, работать без бензина. Не совсем, конечно, но заправились один раз и достаточно. Инструменты будут работать как часики, я гарантирую.
      - Не понял, это как? – естественно спросил Родион.
      - Я там кое-что подкрутил в механизмах, усовершенствовал, если можно так выразиться, и теперь одной заправки хватит на несколько лет. Можете не сомневаться даже. Работайте в удовольствие.
      - Так ты местный Кулибин, Ваня, это радует, конечно!
      Объяснение было принято сразу и без возражений. А что там подкрутили – это уже неважно. Главное – работает.
      Иван ушел в туалет и родители буквально набросились на дочь. И она пояснила, что влюбилась в Ивана сразу. А дело кроликов действительно прибыльное и Иван не жадный мужчина. Он меня одел полностью, поясняла Ольга, и вам хочет оставить пятьсот рублей.
      - Пятьсот рублей, - хмыкнула Ольгина мать, - ну да, можно что-то купить.
      - Ты не поняла, мама, поправила её Ольга, - пятьсот тысяч я имела ввиду.
      - Так много можно заработать на кроликах? – спросил отец.
      - Можно, папа, - ответила дочь утвердительно. – Но что вы всё время о нем, сами-то как?
      - Да мы-то что… Живем, хлеб жуем. Карабин бы мне где достать для охоты. Сможет твой помочь в этом деле? – спросил отец.
      - Не знаю, папа, ты спроси у него напрямую, - ответила дочь.
      И он спросил. Иван, немного подумав, ответил:
      - КК Сайга-МК. Это самозарядная версия классического АКМ, адаптированная под нужды охотников. Такой карабин подойдет?
      - А патроны?
      - А патроны стандартные 7,62. Я привезу к сезону охоты. Но может быть, вам нужно нечто получше стандартных и лучших карабинов?
      - Лучше? А СВД или Тигр лучше? – спросил Родион.
      - Это, примерно, одинаковое оружие. А вот есть винтовка ORSIS Т-5000 М. Она предназначена для снайперской элиты. Из неё можно завалить лося на 1500 метров свободно. А если стрелок неплохой, то и на все два километра без проблем. Так что вам привезти, Родион?
      - Ну конечно эту. Как её…
      - Орсис, - подсказал Иван.
      - Вот, вот, конечно эту Орсис, если возможно.
      - Привезу к сезону охоты без проблем. И снегоход Тайга Патруль ещё. Вы не против, Родион.
      - Я в сказку попал? – спросил он.
      - Зачем в сказку? Просто тесть должен иметь лучшее, что возможно приобрести. А у меня такая возможность есть.
      - Поздно уже… Я вам постелю с Олей в комнате, а мы с Родионом ляжем в зале, - предложила Ирина Родионовна.
      - Нет, нам удобнее с Олей будет в баньке. Надеюсь матрас с простыней у вас найдутся?
      Ольга с матерью посмотрели на Ивана и покраснели обе.
      На следующий день молодые укатили к себе – кролики требовали ухода.
      Дома Ольга присела на диван к Ивану, прижалась к нему и тихо произнесла:
      - Спасибо тебе, Ванечка! Никогда бы не подумала, что мужчина может быть так добр, особенно к родителям подруги. Еще раз спасибо тебе!
      
      
      
      IV
      
      
      
      Дни бежали за деньками. Деревенская Ольга чувствовала себя у Ивана, как рыба в воде. Особенно она любила рыбачить. В Яблоневке тоже рыбачила. Но приходилось идти на небольшую речку за пару километров. А тут села в лодку, отплыла немного, кинула якорь: привязанный веревкой камень, и рыбачь себе на здоровье. Но не на червя или кузнечика, как в деревне, а на особую мушку. Делал их Иван сам из листа латуни или меди. Вырезал типа жучка и припаивал ему на пузо кусочек олова, в который вставлял крючок. Получалось действительно типа какого-то жучка, которого рыба заглатывала почти сразу. А рыбачить, когда есть клёв, одно удовольствие. Рыбу она солила, вялила и коптила, иногда жарила и варила уху.
      Наступила осень. Многим не нравилось это время года. Сырость, промозглость, ветра с дождем. Бабье лето в колере красок не перебивало осеннего настроения.
      Ольге позвонил староста группы и предложил встретиться. Он собирал всех одногруппников – интересно встретиться после учебы, рассказать кто, где и как устроился. Ольга, естественно, рассказала об этом Ивану.
      - Конечно, Оля, ты можешь встречаться со своими одногруппниками когда угодно. Тем более, что вы собираетесь все. Потом расскажешь кто, где и как устроился. Кто у вас старостой группы был?
      - Олег Мягков, - ответила Ольга.
      - И где он вас всех собирает?
      - В воскресенье у главного корпуса в 12 дня. Потом все вместе пойдем в ресторан Азмаз.
      - Хорошо, но ты мне обязательно позвони, от ресторана я тебя заберу вечером. Да-а, и на место встречи тоже доставлю. И помни – я всегда с тобой; даже когда меня нет рядом – я с тобой.
      Иван знал всё, но всё-таки отпустил Ольгу на встречу выпускников. Как бы она отнеслась к его правдивому рассказу? Вряд ли поверила бы. Потому и отпустил, что определенной информацией можно «отравиться» или посчитать её фантастикой.
      Он подвёз её к главному корпусу колледжа и уехал. Ольга вышла и пошла к родному крыльцу, увидев около него только Олега Мягкова.
      - Привет, Олег! – радостно воскликнула она, - а где все? – спросила уже удивленно.
      - Ты извини, батарейка села, и я не смог тебе вовремя перезвонить. Тут какой-то слет намечается, и нас попросили собраться у второго корпуса. Поехали, я на машине, и нас там уже все ждут.
      Ответ Ольгу удовлетворил, и она направилась к машине Олега, которую он поставил в закуточке, где никто не ходит и нет видеокамер. Видимо, всё из-за слета. Олег вежливо открыл заднюю дверцу салона, Ольга села, а Олег внезапно заломил ей руку и надел пластиковые наручники-стяжки на запястья сзади. Ошеломленная Ольга округлила глаза.
      - Так надо, - пояснил Олег и захлопнул дверцу автомобиля.
      Он повез её совсем не ко второму корпусу колледжа, а куда-то за город. Ольга пыталась освободиться, но порвать пластиковые наручники была не в силах.
      - Ты куда меня везешь, что ты задумал, немедленно выпусти меня, - возмущалась и требовала она.
      А он не только усмехался, но и отвечал с явным удовольствием:
      - Сейчас приедем в брошенную деревеньку неподалеку. Там никого нет, можно кричать, звать на помощь и возмущаться аж до посинения. Но главное – там осталась кое-какая мебель и есть кровати, где я тебя, Оленька, стану любить страстно и пылко. Тебе советую не сопротивляться, тогда я станку иметь тебя многократно и безболезненно. Ты же не хочешь быть подвешенной на дыбу, чтобы я имел тебя в задницу и кричать от боли в вывернутых руках? Поэтому будет классический секс, но в разных позах. Ты, Оленька, самая красивая девушка на весь колледж, и я давно хотел тебя поиметь. Всё обдумал и решился. И это будет не одноразовый секс. Я стану держать тебя в этом домике до наступления морозов. Ну а дальше, извини, ты просто замерзнешь. И никто тебя убивать не станет. Видишь, я ничего от тебя не скрываю.
      Автомобиль действительно въехал в какую-то заброшенную деревушку и Олег вывел Ольгу из машины. Завел в дом, где, естественно, была кровать, толкнул Ольгу на неё.
      - Извини, наручники снимать не стану. Не потому, что боюсь тебя, а потому, что твои запястья на пояснице немного поднимут таз и увеличат непередаваемые ощущения от соития. Я стану раздевать тебя медленно, наслаждаясь твоей неземной красотой, Оленька…
      - А я предлагаю тебе снять наручники, извиниться и отвезти меня на место, где взял. В этом случае останешься жить, сволочь! – произнесла она с желчью.
      - О! – воскликнул Олег, - да ты никак угрожаешь мне, дорогая! От этого мне ещё тебя больше хочется…
      Он подошел и схватил Ольгу за груди, сразу же получив сильнейший удар током по рукам. Ошеломленно отпрянул, не понимая происходящего. Руки ломило от боли, и ему стало вовсе не до секса.
      У Ольги лопнули пластиковые стяжки на запястьях. Она освободила руки, потерла ладони и произнесла:
      - Ты, ублюдок, отверг моё предложение, и теперь уже я стану иметь тебя по полной программе.
      Ольга дико захохотала, а Олег кинулся к двери, чтобы сбежать. Но дверь внезапно захлопнулась, и Олег дергал её изо всех сил безуспешно. А Ольга продолжала хохотать каким-то неестественным смехом и произнесла неземным голосом:
      - Ты хотел меня изнасиловать, ублюдок, но теперь я хочу поласкать твой нетерпеливый орган.
      Ольга вновь разразилась неестественным смехом, а с Олега слетели брюки с трусами.
      - Твой маленький и гадкий писюнчик просит ласки, и он её получит. Наслаждайся! – произнесла Ольга и направила ладонь в сторону промежности Олега.
      Он увидел, как от ладони отделились лучи-молнии и уткнулись в его член, который весь затрясся и стан чернеть, превращаясь в уголь. Олег завыл от боли и страха, но это продолжалось недолго. Молния поразила весь его организм и тело рухнуло на пол.
      А Ольга непонятным образом оказалась у своего родного колледжа, забыв произошедшее. И даже то, что на встречу её пригласил бывший староста группы.
      Подошел Иван.
      - Ну что, Оленька,  посмотрела на свои пенаты? Теперь уже здесь грызет гранит науки новый набор студентов.
      - Да, Ваня, - с ностальгией ответила она, - а нам пора домой.
      Иван ничего не стал рассказывать, а тем более объяснять Ольге. Вряд ли его поймут. И пусть она считает его обычным земным парнем.
      
      
      
      V
      
      
      
      Смотрящий по городу Н-ску, Караваев Руслан Игоревич по кличке Маэстро, лежал у себя дома на кровати. Горничная успела ублажить его прихоти до прибытия профессора медицины, и сейчас, одернув передничек, удалилась из спальни. Профессор вошел, присел на стульчик у постели и достал свой портфель-папку, вынув из него листки.
      - Что ж, Руслан Игоревич, обследование завершено в необходимом объеме. У вас сильно повышен сахар в крови и холестерин. Диагноз однозначен – диабет 2 типа. Необходимые лекарства я вам прописал, - он положил рецепты на рядом стоящий журнальный столик, - принимать их необходимо постоянно и пожизненно. Также необходимо соблюдать диету: отказаться от сладкого, спиртного, жирного, мучного. Можно: ржаной хлеб, рыба, мясо курицы, индейки, зайца, кролика. Свинина вам противопоказана, как и рисовая каша, манная. Ягоды, фрукты, каши – необходимо следить за гликемическим индексом. Обязательно умеренная физическая нагрузка. С диабетом второго типа можно жить десятки лет, если следить за болезнью. И можно загнуться за год-два, если не принимать лекарства и не соблюдать диету.
      - Не пить, не курить…
      - Женщин иметь можно, - перебил законника профессор.
      Маэстро усмехнулся и поблагодарил профессора материально. Оставшись один, он с возмущением говорил: «То нельзя, это… Моя любимая свининка на косточке – тоже нельзя.
      - Но можно мясо кролика, - объявил вошедший Кардан, начальник службы безопасности Маэстро.
      - Что-то я не видел в магазинах кроличьего мяса, - возразил Маэстро.
      - В магазинах нет, но кроликов разводит Добрый, - парировал Кардан.
      - Добрый… Это тот, который схавал Будайло?
      - Верно, Маэстро, - согласился Кардан. – Но Будайло не боец, а наглый олигарх. И мне его совершенно не жалко. Считал, что если есть деньги, то можно всё.
      - А ты так не считаешь, Кардан? – усмехнулся Маэстро.
      - Всё, да не всё. Есть нюансы, как оказалось, - ответил Кардан. – Так прищучить Доброго – пусть на его участке наш человек кроликов разводит. У него баба-красавица, вполне для разведения подходящая, - захохотал Кардан.
      - Провентилируй тему, а бабу мнее привези, - распорядился Маэстро.
      - Всё в лучшем виде сделаю, - ответил Кардан, - а баба действительно красавица, второй такой в Н-ске нет.
      Кардан ушел и стал прикидывать варианты плана. На беседы и уговоры Добрый не пойдет, это факт, считал он. Значит, необходим физический путь. Отправить бойцов – не проблема. Но на дороге, на ветке к заливу имеются камеры, а это ни есть хорошо. Проще подойти со стороны воды.
      Кардан проводил инструктаж своим бойцам лично:
      - Пойдете на катере. У входа в залив мотор заглушите и бросите якорь. Дальше на рассвете пойдете на веслах. – Кардан показал фото домика Доброго. – В доме мужик и баба. Если мужик окажет сильное сопротивление, то можно его убрать и выкинуть на стремнине реки. Если скрутите, то везите ко мне. А бабу аккуратно доставить сюда. Аккуратно и вежливо, - повторил Кардан. – Вопросы?
      - Нет вопросов, шеф, сделаем всё, как надо, - ответил старший группы.
      Пять человек на катере подошли к заливу, бросили якорь. И на рассвете четверо бойцов на резинке отправились вглубь залива к домику Доброго. Один остался на катере и наблюдал за резиновой лодкой. На середине залива лодка внезапно ушла под воду. Капитан заметался, завел катер и пошел к месту погружения лодки с бойцами. Он ничего не понимал: если в лодке образовалась дыра, то почему бойцы не попытались выплыть? Они, словно привязанные, так и ушли вместе с резинкой на дно. Но спасти никого не удалось, капитан на водной глади не нашел ничего и никого.
      Он вернулся и доложил Кардану всё в подробностях. Он сам не понимал причины, как не понимал её и Кардан. Даже если лопнула резина, то все бойцы умели плавать и могли свободно продержаться в воде до подхода катера. Но факт оставался фактом – операция с треском провалилась. Пришлось разрабатывать новую – Маэстро конфуза не простит.
      В следующий раз бойцы пошли к домику Доброго уже не на резиновой лодке, а на дюралевой. Но ситуация повторилась один в один – дюралька ушла с бойцами под воду в том же месте, что и резиновая. Теперь уже пришлось думать об каком-то водовороте или омуте.
      На третью отправку по воде Кардан не решился. Его бойцы предварительно выключили все камеры на дороге и свободно поехали на двух автомобилях. Но вот какой нонсенс или казус случился: внезапно лопнуло колесо и машина, вильнув, врезалась в дерево. Взрыв и ничего целого не осталось. Полтергейст какой-то…
      Бойцы, узнав, что две лодки уже затонули на заливе, а машина взорвалась по дороге к Доброму, ехать к нему категорически отказывались. Заявили трезво и обоснованно – пока причины не установлены: никто никуда не поедет. Свою роль здесь сыграл пущенный кем-то слушок о потусторонних силах. Типа, Доброго охраняют злые духи и ехать к нему вовсе небезопасно, опасно для жизни, что и произошло реально. 
      Маэстро неистовал:
      - Какие ещё злые духи, что за чушь ты несешь, Кардан?
      А Кардан только пожимал плечами и молчал, стараясь не нарваться на ещё больший скандал. Но Маэстро оставлять вопрос открытым не собирался. Он приказал взять группу и возглавить её лично Кардану. Уничтожить в домике Доброго всех. И бабу в том числе на всякий случай.
      Бойцы подготовлены, дата определена. А начальнику полиции поступила информация, что предстоит передел власти в Н-ске: бойцы Маэстро поедут мочить олигархов на заливе.
      Кортеж автомобилей, возглавляемый Карданом, нарвался на стального ежа. А сзади дорогу перегородил автомобиль с омоновцами. Бойни не случилось и бойцы Кардана сдались без боя. Было изъято  много огнестрельного оружия, все бойцы задержаны и давали показания. Но оперативники со следователями в такие показания не верили. Какие ещё могут быть полтергейсты? Но информацию всё-таки проверили: водолазы не нашли следов затопления ни резиновой, ни дюралевой лодки, как и трупов людей. В том месте залива течение практически отсутствовало и тем более дюралевую лодку унести никуда не могло. Не верили оперативник со следователями и в причину с кроликами. Не идиот же Маэстро, чтобы объявлять войну из-за кроликов. А сам он этот мотив отрицал, естественно. И вообще заявил, что не в курсе происходящего: не знал и никаких приказов не отдавал. Всю вину взял на себя Кардан. Но он заявил, что по личной инициативе хотел устроить соревнование с охраной олигархов: кто лучше стреляет. Поэтому следствие ничего доказать не смогло, кроме статьи за ношение и хранение оружия. Фигуранты всё же получили по несколько лет лишения свободы и на этом всё официальное завершилось.
      Вот именно – всё официальное. А неофициально в спальне Маэстро ночью появился неизвестный ему мужчина. Две горничные, лежавшие по бокам Маэстро, внезапно проснулись и оторопело смотрели на незнакомого мужика.
      - Если хотите жить, то тихонько валите отсюда. И там ведите себя тихо, - мужчина указал рукой на выход из спальни, - не шумите и ничего никому не говорите. Вон пошли.
      Горничные мгновенно свалили из спальни. А Маэстро проснулся.
      - Ты кто? – удивленно спросил он.
      - Может быть, совесть твоя. Или боль, или смерть, - ответил мужчина. – Но я Добрый, только по фамилии Добрый, а на самом деле не добрый. И не злой, конечно, а справедливый.
      - А-а, так это ты кашу заварил и бойцов моих на шконку определил, - зло и без страха произнес Маэстро. – Тебе отсюда не уйти: сдохнешь, лютой смертушкой сдохнешь, тварь. Охрана! – громко закричал он.
      - Не ори – в ушах звенит. Нет у тебя больше никакой охраны, спит она вся сном крепким и праведным. А вот про смертушку лютую ты верно сказал. Пристрелить тебя – это легко, а надо, чтобы ты помучился, говнюк. И вот что я придумал – отдам-ка я тебя анаконде.
      На кровати появилась огромная змея и сразу обвила Маэстро, пока ещё не сильно сдавливая его. Открыла огромную пасть и смотрела леденящими глазами прямо в его очи.
      Страх, неимоверный и непередаваемый страх охватил Маэстро, расслабляя все его сфинктеры, извергая мочу и кал наружу.
      - Фу-у, какой ты вонючий, гад, - произнес Добрый, - пожалуй, пойду я и не стану глядеть, как анаконда насаживается на твою голову.
      Добрый вышел из спальни, слыша, как дико визжит Маэстро, а позже захлебывается желудочным соком удава. И наступила тишина, а в зале не было слышно, как лопаются глаза Маэстро и хрустят его косточки…
      А утром нашли в спальне только  неизвестные испражнения и горничные молчали, тряслись в страхе и молчали. Охрана действительно спала и ничего не слышала. В крови никакого снотворного обнаружено не было. Маэстро объявили без вести пропавшим и на этом теперь действительно завершилось всё.
      А народ в городе складывал легенды, что на Доброго наезжать опасно для жизни. Олигарх Будайло наезжал, вор в законе Маэстро и где они теперь? Правильно говорят: не рой яму другому. Яма у Доброго тоже всегда добрая и с какого конца на это еще посмотреть придется…
      
      
      
      VI
      
      
      
      Ольга, естественно, очень любила Ивана. Но всё равно частенько задумывалась о нём. Кто он на самом деле? Она вовсе не имела ввиду, что он лучший мужчина на свете, как было на самом деле. Кто он – волшебник, чародей или просто фокусник, маг? Или же великий мастер, который смог изготовить малахитовую шкатулку? И она почему-то верила, что всё дело в малахитовой шкатулке. Именно она могла производить деньги при открывании. Видимо, сказывались сказки детства… И Ольга жила, особенно не задумываясь. И ещё один момент её временами беспокоил. Деревенская, она частенько рыбачила в своей Яблоневке. Но на червя или кузнечика, а тут рыбачила на металлическую мушку. Конечно, мушки и в Яблоневке делали, но не железные же. А тут на это железо рыба клюет постоянно и жадно. Этого она не понимала – как можно хавать железо с большим аппетитом? А в остальном всё было в норме. Она даже не обращала внимания, что старенькая модель Жигулей всегда выглядела новенькой машиной и никогда не тряслась на кочках или ямках. Она словно проплывала над ними, не обращая внимания, а в салоне находиться было очень комфортно.
      Ольга в раздумьях ушла к кроликам. Белого великана они с Иваном так и не стали разводить – шиншиллы им вполне хватало для еды. Шкурки, которые раньше просто выбрасывались, сейчас копились и отвозились в Яблоневку к родителям. Они из них шили шапки…
      Подошел Иван.
      - Оленька, мне надо съездить к Измайлову, есть вопросы.
      - Вопросы? – словно удивилась она, - но ты меня так с ним и не познакомил. Хотя, конечно, езжай. Чего это я тут навязываюсь…
      - Познакомлю, а сейчас есть вопросы, которые не любят третьих ушей, даже таких родных, как ты, Оленька. 
      Иван поцеловал её в щёчку и ушел. Он подъехал к коттеджу Измайлова, посигналил, и ему открыли ворота.
      - Негаданно, но всегда жданно, - произнес Измайлов, увидев Ивана. – Чай, спиртное, банька?..
      - Надо поговорить, Игорь.
      - Тогда прошу ко мне в кабинет, - ответил Измайлов.
      Они прошли и расселись по удобным креслам. Разговор, естественно, начал Иван.
      - Игорь, у тебя в собственности металлургический комбинат, работающий довольно успешно и прибыльно. Но вот эта прибыль застит глаза некоторым лицам из полиции.
      - Не понял, - удивленно произнес Измайлов.
      - Слушай дальше – поймешь, - ответил Иван. – Есть такой полковник Скоробеев из УБЭПа. И ему твой комбинат, Игорь, точно мозолит глаза. Через три дня он организует рейдерский захват твоего предприятия. Силовую поддержку ему окажет ОМОН, начальник которого с ним в доле будет. В общем, произойдет полный беспредел, Игорь, основанный на том, что доказывать тебе будет нечем. А захватив завод, он перепишет его на своего племянника, у которого другая фамилия.
      - Сволочь, - мгновенно отреагировал Измайлов, - но откуда у тебя, Ваня, эта информация?
      - От верблюда, - усмехнулся Иван, - он у меня на связи стоит. Ты лучше, Игорь, подумай о безопасности…
      - Конечно, - мгновенно ответил Измайлов, - я дам команду охране, и она не пустит никого без Постановления суда. Надеюсь, что такого у полкана не будет.
      - Всё у него будет, только липовое. И твоя охрана не сдержит омоновцев. Ты слушай, что надо сделать, а не ершись и не оказывай сопротивления при захвате. За эти три дня необходимо тайно смонтировать скрытое видеонаблюдение в твоем кабинете, в коридоре, бухгалтерии и кадрах. Чтобы в момент захвата вся информация сливалась в прямой эфир интернета и на сайт Генерального прокурора, на другие сайты правоохранителей. Скоробеев рассчитывает на свои липовые постановления, на лжесвидетелей и на подставных понятых. А эта запись в прямом эфире не позволит ему этого сделать. Черный рейдерский захват в конечном итоге не состоится. Ты веришь мне, Игорь?
      - Тебе верю, Ваня, полностью верю. И немедленно займусь установлением скрытых видеокамер в заводоуправлении.
      Три дня пролетели словно три минуты. Но скрытые видеокамеры были установлены во всех необходимых местах. И черный рейдерский захват произошел.
      В здание заводоуправления металлургического комбината ворвался ОМОН. Омоновцы быстро двигались по коридору, врываясь в каждый кабинет и ставили сотрудников комбината к стене с криками: «Стоять, лицом к стене, руки, ноги шире, телефоны все сдать». Медленно реагирующих и неподчиняющихся жестоко били, все телефоны скидывали в одну большую сумку.
      В кабинет директора омоновцы ворвались гурьбой и поставили всех присутствующих к стенке, приказав раздвинуть ноги, руки вверх и растопырить пальцы. Чуть позже вошли несколько лиц в гражданской одежде. Один представился:
      - Я полковник Скоробеев, УБЭП. Кто директор?
      - Я, - ответил Измайлов и повернулся, сразу же получив сильный удар по почкам.
      - Я вам не советую что-либо предпринимать без разрешения, директор, - усмехнулся полковник, - повернитесь и представьтесь.
      - Измайлов Игорь Ильич, директор и собственник металлургического комбината.
      - Понятно, Измайлов, у полиции имеется информация о противоправной деятельности комбината. На этом основании сейчас будет произведена выемка документов. Учредительные документы наверняка в вашем личном сейфе, Измайлов. Прошу предоставить их, а бухгалтерские книги мы изымем в соответствующем подразделении.
      - Что за противоправная информация. Вы обязаны, полковник. меня с ней ознакомить на основании статьи 8 закона «О полиции», - потребовал Измайлов и получил сразу же удар в живот.
      Удар нанес сам полковник Скоробеев и ехидно усмехнулся:
      - Требовать у своей бабы будешь, а здесь только я могу что-то требовать.
      - Но на каком основании проводится выемка, возбуждено ли уголовное дело и где Постановление суда на производство выемки. Это металлургический комбинат и постановления следователя на выемку здесь недостаточно, так как имеются государственные секреты. Но вы вообще ничего не предъявили и не объяснили. И где понятые? Это чёрный рейдерский захват?
      - Объясните ему ребята. А то он сильно грамотный, - приказал полковник.
      Омоновцы начали избивать Измайлова, и он закричал:
      - Не надо, понял я всё, понял… Господи, что же это творится? Помоги мне, господи…
      Гром загремел сразу. Тучи ли собрались на небе или он загремел среди ясного неба – из кабинета не видно. Но оконное стекло лопнуло и развалилось сразу, а в комнату влетела шаровая молния. Пролетев мимо директора, у которого наэлектризованные волосы встали дыбом, она обрушилась на темя полковника и пронзило всё тело до пяток. Местами обугленное тело рухнуло на пол и стало принимать позу боксёра – то непроизвольно сокращались определенные мышцы. Шокированные омоновцы стояли, не понимая, что необходимо предпринять. Но шаровая молния стала настигать по очереди и их, именно тех, кто избивал директора. Они чернели, обуглившись, и валились на пол. Часть омоновцев кинулась к двери на выход, но двери внезапно захлопнулись и открыть их спецназовцы не смогли, валясь замертво у дверей.  Тем, кто не занимался рукоприкладством, удалось с визгом и криками сбежать из здания заводоуправления, не взяв с собой ни единого документа.
      Так бесславно закончилась эпопея рейдерского захвата металлургического комбината. Но это только его первый этап завершился. Десятки миллионов пользователей уже просматривали интернет, а Генеральный прокурор немедленно отдал распоряжение о проведение тотальной проверки Н-ского УБЭП и ПК, а также ОМОНа.
      Естественно, не осталась в стороне и пресса, обратив особое внимание на слова директора «Помоги мне, господи». «Вот как необходимо наказывать преступников, писала пресса, - а не сюсюкаться штрафами и условными сроками».
      Шум от черного рейдерства ещё долго не утихал. Руководство МВД области освободили от занимаемых должностей. А непосредственных фигурантов наказали по статьям 159 УК РФ «Мошенничество», ст. 163 «Вымогательство», ст. 290 «Получение взятки», ст. 291 «Дача взятки», ст. 204 «Коммерческий подкуп»], ст. 292 «Служебный подлог», ст. 179 «Принуждение к совершению сделки или отказу от ее совершения», ст. 170.1 «Фальсификация единого государственного реестра юридических лиц, реестра владельцев ценных бумаг или системы депозитарного учета».
      В России, как говорится, всё секрет и ничего не тайна. Каким образом узнали и как могла просочиться информация о вмешательстве Доброго в процесс черного рейдерства и последующего наказания фигурантов, никто не знал, не ведал. Но полицейские и бандиты его стали обходить стороной. А Измайлов не знал, как отблагодарить своего спасителя. Но Добрый всегда возражал, намекая, что это он сам обратился к господу, и это была его воля.
      У Доброго было всё и что он мог ещё попросить? Попросил бы, если бы это стало возможным – продлить жизнь его любимой Ольге хотя бы на тысячу лет. А то сколько таких он, бессмертный, уже успел поменять?
      
      
      
      VII
      
      
      
      Ольга занималась по дому хозяйством. Женщине всегда есть чем заняться – влажная уборка, приготовление пищи, работа на огороде и с кроликами. Она только присела отдохнуть, когда раздался телефонный звонок. Звонила мама и сообщила трагическую весть – умер отец.
      Естественно, Иван с Ольгой сразу же поехали в Яблоневку. Сложно утешить вдову, когда после двадцати с лишним лет совместной жизни умирает близкий человек. Сорок один год было Родиону Михайловичу, и скончался он внезапно и скоротечно – тромб оторвался. Плач, слезы, похороны…
      В конечном итоге решили, что Ирина Родионовна остается в Яблоневке в течение сорока дней. А потом переезжает в Н-ск к Ивану с Ольгой. Одной ей в деревне не выжить без работы и денег. Можно, конечно, какое-то время кормиться огородом, но без денег это очень сложно. А где эти деньги взять, если нет работы. Ныне покойный муж зарабатывал охотой, продавая шкурки соболя и белки. Немного денег, конечно, но на муку и крупы хватало. И на одежду тоже – ситцевое платьишко, сапоги, валенки и телогрейка: никаких изысков.
      Осень, урожай с огорода весь собран и определен в подполье в натуральном виде, в виде солений. По первому снегу Родион обычно ходил за сохатым для мяса, но сейчас Иван обеспечил мать Ольги мясом кроликов. И переезд  планировался к Новому Году. Ирина Родионовна беспокоилась за собранный урожай. Перевозить ту же картошку в обычной машине не получится – замерзнет. Но Иван заверил её, что перевезет всё необходимое без проблем, хранить есть где, подвал большой в доме.
      И как-то месяцы пролетели быстро. В конце декабря к дому Павловых в Яблоневке подошла фура. В неё загружали все овощи и одежду. Мебель, естественно, никакую не брали, как и большинство посуды, но инструменты и дрова забрали все – пригодятся камин топить.
      Ольга уже мало чему удивлялась, но всё же заметила, что их дом на заливе вырос в размерах. Был восемь на восемь, а стал девять на двенадцать. И комнат стало больше. Для Ирины Родионовны Иван приготовил отдельную спальню и комнату для личных нужд, где можно было уединиться в раздумьях.
      Она осваивалась в доме Ивана недолго, привыкла быстро – все-таки не городская квартира, а деревенский дом, хоть и со всеми благоустройствами. На следующий день Ольга с матерью поехали по магазинам. Её телогрейка и валенки для города не подходили, но для чистки снега во дворе дома лучшей и привычной одежды не было. На магазины ушел практически весь день – закупали от нижнего белья до шубы и шапки.
      Ирина Родионовна быстро втянулась в домашний быт – варенку супов, мытье полов, уход за кроликами, уборку территории двора и так далее. Но попросила Ивана по отчеству её не называть.
      - Я ещё не старая бабушка, - заявила она, - и звать меня по имени мне будет привычнее. В Яблоневке меня по отчеству никто не называл.
      Иван согласился сразу и уехал в город. Ирина набросилась на дочь с вопросами об Иване. Просила рассказать о нем подробнее.
      - Что о нём рассказывать? Ты сама всё видишь, мама.
      - Как ты с ним познакомилась, где?
      - Где познакомилась? – загадочно улыбнулась Ольга. – Я окончила колледж и искала работу. Фермеры предлагали, конечно работу зоотехником, но без предоставления жилья и смотрели на меня сально. Короче, ничего подходящего я не нашла и решила уехать домой в Яблоневку. Напоследок решила прогуляться по набережной. Там ко мне и подошел Иван. Слово за слово и я уже у него дома, согласилась ухаживать за кроликами. Он их уже тогда разводил. И… и легла в постель, мама. И не жалею об этом, и счастлива.
      - Но вы не зарегистрированы…
      - Сейчас это называется гражданским браком, мама. Мы любим друг друга и большего мне не надо. У нас всё есть, ты это сама видишь.
      - А где работает Иван?
      - Где работает, - усмехнулась Ольга, - официально нигде. Но помогает многим людям. Иван дружит с Игорем Измайловым, это собственник и директор металлургического комбината. Он недавно был у нас и предлагал деньги или купить нам большой дом. Вот такой, например, какие стоят рядом в три этажа. Но зачем нам такая махина? Бродить по пустым залам и комнатам? Наш уютный домик нас вполне устраивает.
      - Богачи просто так ничего не предлагают, Оля… даже друзьям.
      - Ну, это как сказать. Иван недавно спас его бизнес от рейдерского захвата. Овощи у нас с огорода, мясо кроличье, деньги, видимо, дают друзья. И не малые деньги за большие услуги. Так что у нас всё есть, мама, как и у тебя теперь. Кстати, надо бы купить тебе машину, чтобы ты могла ездить сама в город.
      - Машину… зачем мне машина? Я и водить не умею, и прав у меня нет. А Иван купил бы? – спросила она.
      - Купил бы без вопросов, мама. Деньги у нас есть, и он для тебя ничего не пожалеет.
      - Не мужик, а золото, - подвела итог Ирина.
      В последнее время Ольга стала замечать, что мать одевается слишком раскованно. Просто ранее и одеть было нечего, посчитала она. Её домашний халатик закрывал лишь соски на грудях и только верхнюю треть бедра. А фигурка у матери в сорок лет была ничуть не хуже двадцатилетней Ольги. А ножки, пожалуй, даже стройнее и немного полнее. Такие мужчинам нравятся очень.
      Дни шли за днями. Ирина половину работы по хозяйству взяла на себя. И однажды, когда Иван уехал в город, она подсела к дочери.
      - Доча, нам надо поговорить. Не хочу действовать, не поставив тебя в известность, Оля. Мне тоже нравится Иван и я хочу быть с ним.
      Ольга ничего не ответила и сидела в кресле, задумавшись. Кто знает, какие мысли крутились в её голове?
      - Что ты молчишь, Оля? – нервозно спросила Ирина.
      - А что мне тебе ответить мама? Как ты себе это представляешь?
      - Жизнь сама расставит все точки над «и». Может быть, один день буду с ним я, а другой ты. Может быть, мы будем с ним вместе втроем. А может быть, он отвергнет мое предложение вовсе. Но мне необходим удобный случай, чтобы лечь с ним. А дальше пусть будет, как будет.
      - Идиотизм какой-то, - тихо произнесла Ольга. – Я слышала, конечно, что некоторые тещи тайно спят с зятьями. Но чтобы спрашивать об этом…
      Ольга встала с кресла, накинула на себя куртку и вышла во двор. Там принялась чистить от снега дорожки, которые и так уже были чистыми. Для себя решила: ничего говорить не стану и перечить тоже. Пусть будет, как будет. Но мысли в голову всё-таки лезли. Совсем недавно отец умер, а мамаша на чужого мужика запала. Что это? Распущенность или что-то другое? Хотя, Иван красавчик и любая женщина не откажется с ним побыть. Но это всё-таки мать…
      Вечером Ольга с Иваном легли спать. А Ирина ничего особого выдумывать не стала. Она элементарно разделась до гола, зашла в спальню к дочери и легла с другого бока к Ивану. Он посмотрел на неё, потом на молчавшую Ольгу и ничего активного предпринимать не стал. Ирина сама села на него сверху…
      Утром они встали и вели себя так, словно ничего не произошло. Позавтракали и Ольга ушла кормить кроликов: насыпать им свежий корм и обновить воду в поилках. А Ирина подошла решительно к Ивану, сдернула с него брюки с трусами и взяла мальчика в рот, а потом проглотила сперму.
      За всю свою долгую жизнь, а сколько он прожил – одному богу известно – никогда женщины не проглатывали семя бессмертного. А в этот раз он не удержался и это случилось.
      Ирина улыбнулась, сама натянула на Ивана трусы с брюками и ушла в свою комнату. А Иван осел в кресло и задумался: что теперь будет? Он прекрасно знал, что Ирина получила и проглотила не просто семя, а определенный нейромедиатор, которым снабжены все бессмертные, раскиданные Высшим разумом по пригодным для жизни планетам галактик. Иван знал и ещё мог остановить механизм превращения, но не стал этого делать. Ему хотелось посмотреть и познать процесс обращения деревенской земной женщины в высшее существо данной планеты.
      Как известно, в головном мозге есть множество синапсов – мельчайших образований, соединяющих нейроны. Внутри клетки нейромедиаторы компактно упакованы в специальные синаптические пузырьки. При возбуждении пузырьки лопаются и, высвобождаясь за пределы клетки, эти вещества попадают в синаптическую щель – контактное межклеточное пространство. Оттуда их молекулы попадают на рецепторы следующего нейрона в цепи. Так импульс распространяется по волокну, формируя нервный путь. И вот этот нервный путь с моделирующими медиаторами направлялся прямиком к гиппокампу Ирины.
      Гиппокамп головного мозга… Его можно назвать книгой памяти, хранящей информацию полученного опыта за множество лет. И как достоверно известно, многие функции человек растерял в процессе своего эволюционного развития. Растерял, как не востребованные в ситуации. Например, зрение, как у орла, нюх, как у медведя, предвидение, как у животных, ориентацию в пространстве, как у птиц, знания лечебных и ядовитых трав, знания акупунктуры и так далее. 
      Но не только гиппокамп посетил этот нейромедиатор. Он прошелся и по таламусу, по миндалевидному телу, по префронтальной коре лобных долей, по гипоталамусу… И Ирина превращалась в ясновидящую, телепата и биоэнергетика, именуемую в народе экстрасенсом. Знания и умения, дарованные природой животным, полученные человечеством в веках – всё воплотилось в Ирине, в её умениях и знаниях. Дары информации целителей, ясновидящих и прочих белых магов, накопленные веками, извлечены из книги памяти человечества, заложенной в каждом из нас.
      После обеда Иван попросил девушек не расходиться. Он организовал нечто небольшого совещания.
      - Дорогие мои, нам необходимо обсудить одну проблему, вернее, ситуацию: Ирина стала магом, телепатом и экстрасенсом…
      - Это после соития с тобой, Ваня? А почему я…
      - Это не от секса, Оля, - перебил её Иван, - у неё внезапно активизировались определенные нейромедиаторы, которые и послужили катализатором её дара, - заявил Иван.
      Он, конечно же, на стал объяснять, что всё дело в его непростой сперме, которую она проглотила. Но напомнил всем известное, что такое бывает после клинической смерти, например, или после удара молнии. И Ольга в это поверила, а другим объяснений не требовалось.
      - Сейчас Ирина может видеть прошлое, настоящее и будущее, может исцелять людей, - продолжил говорить Иван, - и нам необходимо определиться – чем она займется в дальнейшем. Станет помогать полиции в расследовании уголовных дел или же станет народной целительницей? Сама, Ирина, ты что думаешь? – спросил Иван.
      - Я не знаю, Ваня, честно не знаю, - ответила она.
      - Согласен, ты не заешь какую сторону выбрать. Но что будет происходить, ты знаешь прекрасно.
      - Тогда мне надо одеться, - произнесла Ирина.
      - Не поняла, - произнесла Ольга, глядя на одетую мать.
      - Ира имеет ввиду, что она в домашней одежде, а скоро у нас будут гости, - ответил за неё Иван.
      Ирина ушла и у себя в комнате надела джинсы и блузку. И в будущем никогда не надевала юбок: не желала никому демонстрировать свои великолепно красивые длинные ноги. Никому, кроме Ивана, конечно.
      Вскоре у Доброго появился Измайлов. И Иван знакомил его с женщинами, сразу понимая, что он запал с первого взгляда на Ирину. Игорь был старше её лет на пять и это было вполне нормально.
      Накрыли стол, выпили за знакомство, потом за присутствующих женщин. И Иван спросил:
      - Ты же не просто так приехал, Игорь, ко мне?
      - Ну вот, начинаются детские упреки, - деланно усмехнулся Измайлов, - ты же всё можешь, Ваня, а у меня на комбинате бухгалтера убили, полиция и Следственный комитет не чешутся результатами. Помоги…
      - Да не вопрос, Игорь, помогу. Организуй баньку с начальником областного МВД, и я всё решу.
      Измайлов удивленно пожал плечами.
      - Да, я знаю генерал-лейтенанта Киселева, для дела могу и в баньку пригласить. Но он здесь причем? Чтобы нагоняй дал своим подчиненным?
      - Чтобы на службу Ирину принял, - ответил Иван.
      - Не понял? – удивленно произнес Измайлов.
      Ольга с Ириной тоже смотрели, не понимая.
      Добрый усмехнулся по-доброму, пояснил:
      - Ирина обладает определенным даром и может видеть происходящие события. Если генерал оформит её психологом в управление уголовного розыска, то может поиметь большую выгоду. А преступление будет раскрыто практически немедленно. Вернее, убийца будет задержан, а сам процесс следствия он, конечно, не так скоротечен.
      - Вы, Ирина, психолог? – спросил Измайлов.
      - Да, - ответил за неё Иван, - она окончила университет по направлению «психология». Ты лучше звони генералу и приглашай его в баньку. Сегодня суббота и можно без проблем попариться. И баньку, естественно, пусть протопят получше.
      Измайлов вышел в другую комнату и позвонил. Через какое-то время вернулся, пояснил:
      - Договорился, генерал прибудет ко мне домой к семи вечера. Но мне пора, надо приготовиться.
      Когда Измайлов ушел, женщины сразу накинулись на Ивана. И он охотно всё пояснил:
      - Если ты, Ирина, обладаешь таким магическим даром, то необходимо его использовать. Я же тоже кое-что могу, а потому у тебя будет на руках настоящий диплом университета по специальности «психология».
      - Ты, Ваня, не кое-что, а всё можешь, - встряла в разговор Ольга.
      - А как тебе Игорь Измайлов, Ира? – спросил Иван.
      - Мужик, как мужик, не противный вовсе, - ответила она.
      - Он на тебя запал. Переедешь к нему? – спросил Иван.
      - Позовет – перееду, - ответила она.
      Это больше всего обрадовало Ольгу. Она не могла знать, что Иван с Ириной мысленно обменялись информацией и к Ивану она всё равно станет приезжать, но уже тайно от неё.
      
      
      
      IХ
      
      
      
      Генерал Кисилев принимал Павлову у себя в кабинете достаточно вежливо. В психологов он не верил, вернее, не верил в их действенную помощь. Но устроить на работу Павлову попросил местный олигарх Измайлов, а с такими людьми необходимо дружить.
      Он держал в руках университетский диплом Ирины и рассуждал мысленно: чему-то же учили там пять лет этого психолога. Но толку-то от них…
      - Ирина Родионовна Павлова, вы можете работать, как мне сказали, психологи в МВД или МЧС, помогать, так сказать, людям?
      - Верно, - ответила она, - но не только в МВД или МЧС, но и в поликлиниках, стационарах системы здравоохранения.
      - Даже так! – удивленно произнес генерал.
      - Даже так, - повторила Ирина, - вот у вас, например, сейчас пошел камень по желчному протоку, и вам достаточно больно, но вы терпите. Это видно по вашему выражению лица и по вашей позе туловища. Но я отправила нервный импульс в определенную структуру вашего мозга, которая расширила желчный проток и камень свободно проскользнул в двенадцатиперстную кишку. Боль у вас, Родион Иванович исчезла и больше не появится. Это тоже видно по вашему выражению лица и позе.
      Генерал потрогал свой живот в эпигастрии справа и произнес тихо:
      - Сказки психолога, но факт…
      Он позвонил начальнику управления кадров…
      Медицинскую комиссию и прочее оформление Ирина Родионовна Павлова прошла достаточно быстро. Не как все оформляющиеся, а практически мгновенно. Начальник УУР представил её коллективу на внутренней планерке. Она не числилась в каком-либо отделе управления, а в самом управлении и могла работать с делами любого отдела уголовного розыска. Ей выделили отдельный кабинет, и первым делом она ознакомилась с убийством на металлургическом комбинате. Пригласила к себе оперативника, которому поручено сопровождение это уголовное дело. Но майор Звягинцев не счел необходимым явиться в кабинет к какому-то там психологу, к какой-то девочке и наверняка чьей-то передовице, как он считал.
      На следующее утро на рапорте Павлова попросила слова:
      - Товарищ полковник, я ознакомилась с уголовным делом по факту убийства на металлургическом комбинате. К большому сожалению сообщаю, что по делу ничего не сделано, кроме отписок, отмазок и прочей ненужной белиберды. Я пригласила к себе майора Звягинцева, которому было поручено оперативное сопровождение этого дела с целью указать ему на преступника и на места нахождения фактических доказательств преступления. Но Звягинцеву, видимо, удобнее ничего не делать для раскрытия преступления. Поэтому, как психолог управления, я отстраняю Майора Звягинцева от несения службы. Пусть пройдет проверку и комиссия в дальнейшем решит вопрос о его пригодности к службе. А ко мне прошу направить сотрудника, которому я смогу указать на настоящие факты по убийству на комбинате. Благодарю вас, товарищ полковник, у меня всё.
      - Товарищ лейтенант Павлова, отстранять от службы сотрудников могу только я или генерал-лейтенант Кисилев. Поэтому обещаю, что Звягинцев зайдет к вам вечером сегодня же. Вам всё понятно, лейтенант?
      - Никак нет, товарищ полковник. Моё распоряжение об отстранении майора Звягинцева от службы вы обязаны выполнить немедленно. В случае несогласия вы имеете право обжаловать его у генерал-лейтенант Киселева. С целью предотвращения возможных недопониманий между нами, приглашаю вас, товарищ полковник к себе в кабинет в одиннадцать утра для профилактической беседы. Зайдете сами или вас вызвать через генерала Киселева?
      Полковник ничего не ответил и объявил, что все свободны. А в одиннадцать часов утра определенные личности с ехидцей поджидали полковника у кабинета психолога – придет-не придет? Подобного в управлении не бывало и все сотрудники ожидали развязки. Что останется кто-то один – были уверены все и большинство ставило на полковника.
      За пять минут до одиннадцати Павлова сама зашла к полковнику, начальнику управления уголовного розыска.
      - Я понимаю, что ситуация, Александр Викторович, похожа на патовую. Уже сейчас у моего кабинета начинают толпиться сотрудники, которым до ужаса интересно – придете вы ко мне или нет. Но я не хочу никаких распрей, поэтому пришла сама. Вы, как начальник управления, прекрасно знаете, что отстранять от службы по обоснованным случаям я имею полное право. И я пришла не ссориться, а доказать вам, что Звягинцев или просто не хотел работать, или был в доле с убийцей, что вряд ли конечно. Вот это уголовное дело, вот конкретный убийца, вот место, где спрятан нож, то есть орудие преступления. На нем, конечно, не будет отпечатков пальцев, но можно провести одорологическую экспертизу, которая наверняка докажет принадлежность преступника к ножу. И лучше бы это сделать сегодня, то есть поручить кому-то задержать преступника и изъять орудие преступления. Мир? – она протянула руку.
      Полковник раздумывал недолго. Он пожал руку, но произнес:
      - Мир будет, когда всё ваши слова сбудутся. Вы меня тоже поймите…
      - Я понимаю, поэтому и пришла сама, хотя могла позвонить Кисилеву, который бы меня поддержал однозначно.
      - Вы его внебрачная дочь? – спросил полковник.
      - С чего вы так решили?
      - Ваше отчество…
      - Да, редкое отчество. Но отвечая на ваш вопрос отрицательно, могу пояснить, что мои родственники и друзья намного круче генерала Киселева и покруче самого министра будут. Но могу вас заверить, что я подобными связами в лично-корыстных целях не пользуюсь. Всего вам доброго, Александр Викторович, и жду вашего сотрудника у себя.
      Следующим утром на рапорте-планерке полковник говорил жестко и недовольно:
      - Вчера нашим управлением было раскрыто тяжкое преступление – убийство на металлургическом комбинате. Наш психолог лейтенант Павлова конкретно указала на убийцу и место хранения орудия преступления. Всё это вытекало из анализа вот этого уголовного дела, - полковник потряс им. – Комиссия по личному составу рассмотрит – не хотел ли Звягинцев просто работать или был в доле с преступником, не видя явных фактом или не хотел их видеть. На будущее приказываю: если лейтенант Павлова кого-то приглашает к себе, то идти необходимо. И не просто идти, а бежать быстренько.
      Многие сотрудники УУР считали кадровиков, бухгалтеров, психологов и других подобных личностей в структуре МВД глистами, присосавшимися к оперативникам. Последние пашут сутками, и другие чистенькими и без переработок практически такую же зарплату получают. И их не уважали, естественно, а где-то и презирали даже. Но Павлова, видимо, не такой оказалась, если соображала получше любого оперативника.
      Генерал-лейтенант Киселев вызвал к себе полковника Комарова, начальника УУР. Спросил:
      - Как там у тебя Павлова служит?
      - Отлично служит, даже не мог предположить, что она лучше любого опера в уголовных делах разбирается, видит то, что оперативники и следователи элементарно не замечают. Нужный кадр, очень нужный.
      - Да-а, и я когда с ней беседовал тоже сначала считал, что она так себе, обыкновенная протеже олигарха. А она, как оказалось, не только в процессуальных вопросах разбирается, но и в медицине тоже. У меня как раз во время приема камень из желчного пузыря пошел. Сижу, с трудом боль терплю, а она и говорит, что какой-то нервный импульс мне отправила, чтобы желчный проток расширился и камень свободно проскользнул в кишку. И он на самом деле проскользнул, боль сразу же ушла, а камень потом с калом вышел. Павлова говорит, что может работать не только в МВД или МЧС, но и в поликлиниках и стационарах. Не только психолог, но и целительница она ещё. Так что ты береги её, Александр Викторович.
      - Есть беречь, товарищ генерал-лейтенант.
      
      
      
      Х
      
      
      
      Вечером Ирину Павлову у здания ГУ МВД области поджидал автомобиль Измайлова.
      - Едем ко мне домой? – спросил Игорь Ильич.
      Она пожала плечами и Измайлов открыл дверцу своего Мерседеса. Ирина ехала и чувствовала разницу между этой немецкой маркой и советскими Жигулями Доброго. Внешне Мерседес смотрелся отлично, но только внешне. А автомобиль Доброго внутри был намного комфортнее. И это понятно – от советской модели там был только корпус. И то с другим составом металла.
      Ирина осматривала трехэтажную кирпичную виллу Измайлова и ничего привлекательного не видела. Домик Доброго ей был роднее. А у Измайлова ещё и слуги – всё подают, подносят, двери открывают. После ужина Игорь предложил остаться в этом доме хозяйкой. Она, не задумываясь, ответила:
      - Хозяйкой здесь может быть только ваша жена, Игорь.
      - Конечно, - сразу же согласился он, - поэтому я предлагаю вам, Ирина, свою руку и сердце, - он встал на одно колено, достал кольцо с бриллиантом, - ты выйдешь за меня замуж, Ирочка?
      Она протянула руку, и он надел ей на безымянный палец кольцо. Ночью она не ощущала приятных чувств к Измайлову, но он не был ей противен. И это радовало, только лишь это. Она согласилась жить с Измайловым, чтобы не огорчать свою дочь, которая ничего не сказала после одной ночи с Добрым, но вряд ли бы молчала в дальнейшем. И Ирина сделала выбор – лучше терпеть не противного Измайлова и тайно встречаться с Иваном. А теперь такая возможность у неё была.
      Ирина отказалась от пышной свадьбы, и они с Игорем зарегистрировались без торжеств. Фамилию она менять не стала, оставаясь Павловой, как и её дочь Ольга.
      Утром на планерке полковник Комаров передал уголовное дело Павловой:
      - Ирина Родионовна, я прошу вас очень внимательно ознакомиться с этими материалами. Там сексуальный маньяк, который изнасиловал и жестоко убил уже восемь женщин. Душит во время насилия и получает удовольствие от судорог жертвы. За два месяца поисков мы не продвинулись ни на йоту. Пожалуйста, Ирина Родионовна, обозначьте насильника.
      - Я поняла, Александр Викторович, в понедельник его и возьмем на очередной девушке, которая останется жива, конечно. Кто из сотрудников станет брать, с кем мне планировать операцию?
      - Подполковник Дубовицкий, он и вел расследование.
      - Извините, товарищ полковник, - Дубовицкий встал, - я не могу. Вчера врачи обнаружили у меня онкологию. Сейчас будут обследовать, а потом увольнение, - Дубовицкий вздохнул.
      - Согласна с врачами, онкология у Дубовицкого есть, - произнесла внезапно Павлова, - но обследоваться и увольняться сейчас необходимости нет. Я уже отправила импульс, нейромодуляторы проведут блокировку опухоли и настроят её на самоуничтожение. Вам, подполковник, надо будет обследоваться через две недели – опухоли у вас не найдут, она рассосется. А сейчас, Александр Викторович, нагрузки Дубовицкому пока противопоказаны, прошу назначить мне в помощь другого сотрудника.
      Минуты две в кабинете стояла полная тишина – сотрудники находились в непонимающем шоке. Но Комаров вспомнил рассказ генерала и произнес:
      - Дубовицкий, приказываю вам выполнять рекомендации лейтенанта Павловой и через две недели посетить поликлинику. Майор Куравлев, вы станете работать с Павловой по маньяку и выполнять её указания. Приказ понятен?
      - Так точно, товарищ полковник, - ответил Куравлев.
      С планерки сотрудники расходились недоуменными. У всех в голове вертелась только одна мысль: Павлова ещё и целительница что ли? Ничего себе девочка-ведьмачка; психолог-онколог…
      Дубовицкий, несмотря на возмущение ведомственных врачей, на обследование не являлся. И они направили письмо генералу с требованием отстранить Дубовицкого от службы и направить в ведомственный стационар на полное обследование.
      Начальник ГУ МВД по области, владея ситуацией, на письмо не ответил. И врачи обратились в прокуратуру. Генерал Киселев не стал вызывать Павлову к себе, а зашел к ней сам.
      - Сиди, сиди, Ирина Родионовна, я зашел поблагодарить тебя за исчезнувшие камушки в желчном пузыре. До сих пор удивлен, врачи говорили, что такие не рассосутся под действием лекарств и надо их удалять вместе с пузырем через прокол. Благодарю, Ирина Родионовна. Хотел ещё узнать про Дубовицкого…
      - А что Дубовицкий, Родион Иванович, у него злокачественная опухоль, которая уже активно начала рассасываться. Как я сказала, так и будет. Но я знаю, что вам врачи прислали письмо, и они же обратились в прокуратуру. Тут дело не во врачебных обязанностях, а в личных вопросах. Дубовицкий отправил племянника зав поликлиникой на нары, вот он и пытается хоть как-то отыграться.
      - Но больные онкологией действительно подлежат увольнению по медпоказаниям, - возразил генерал, - как он тут может отыграться за племянника?
      - Очень просто, Родион Иванович, он убьет Дубовицкого, - пояснила Павлова, - уже создана целая комиссия с онкологами, больного поместят в наш ведомственный стационар и назначат химиотерапию. От неё людей тошнит, волосы выпадают и так далее. Ну а если дозу значительно увеличить, то летальный исход обеспечен. Умер Дубовицкий и царство ему небесное – на вскрытии онкология и никаких подозрений.
      - Но вы же сказали, что у него опухоль рассосется…
      - Вот именно, рассосется, но зав поликлиникой эти данные скроет. Дубовицкого поместят в стационар и назначат химию здоровому человеку, от которой он и умрет благополучно. Завуалированное и злодейское убийство, товарищ генерал.
      Киселева аж передернуло, он спросил:
      - И что делать?
      - Как что? Расследовать покушение на убийство. Вы позволите мне этим заняться?
      - Конечно, Ирина Родионовна, конечно.
      - Но надо Комарову об этом сказать.
      Генерал поднял трубку, позвонил.
      - Александр Викторович, зайди ко мне, я в кабинете у Павловой.
      Полковник Комаров прибыл и генерал махнул рукой, чтобы без доклада.
      - Тут лейтенант Павлова займется покушением на убийство Дубовицкого. Ты, Александр Викторович, посодействуй ей, она тебе сама всё расскажет. Свободен. Ну да, и я тоже свободен, - усмехнулся генерал, выходя из кабинета.
      Кисилев ушел и ничего Комарову объяснять не стал. Павлова прекрасно понимала, что полковник начнет нервничать без информации и направилась к нему.
      - Разрешите, товарищ полковник?
      - Проходи, Павлова, присаживайся. Что там ещё за покушение на Дубовицкого? У него и так онкология, зачем его убивать? Рассказывай, всё рассказывай, - нервничал Комаров.
      - Да, Александр Викторович, конечно. В свое время подполковник Дубовицкий отправил на нары за убийство племянника майора Бершицкого, начальника нашей поликлиники. И вот теперь настал удобный случай отыграться лепиле за племянника. Немного завысить дозу химиопрепарата и скончается фигурант, а на вскрытии рак, концы в воду. Я уже говорила, что опухоль у подполковника рассосется, а Бершицкий этот факт скроет и представит старые анализы. По ним и назначат химию.
      - Но если опухоль рассосется, как вы утверждаете, то какое заключение даст патологоанатом? Он же укажет на неправомерность лечения.
      - Не укажет, товарищ полковник, патанатом родственник Бершицкого и станет действовать с ним в сговоре, - возразила Павлова. – Но всё это ещё впереди, а сейчас позвольте мне заняться маньяком. Я понимаю, товарищ полковник, что сейчас мне трудно верить на слово. Но я возьму маньяка, как обещала, и предотвращу покушение на убийство. Тогда вы станете мне верить, а пока исполняйте приказ генерала.
      - Не забывайтесь, лейтенант Павлова, не забывайтесь, - урезонил её полковник.
      - Есть, не забываться и разрешите идти работать? – отчеканила Павлова.
      - Идите, лейтенант.
      У себя в кабинете она внимательно изучала все имеющиеся материалы по изнасилованию и убийству восьмерых девушек в городе. А вечером, в конце рабочего дня, пригласила к себе майора Куравлева.
      - Какие мысли, майор, по поводу маньяка? – спросила Павлова.
      - Какие мысли? Пустые мысли: свидетелей нет, биологических следов нет. Этот гад после изнасилования и убийства тщательно промывает влагалище у трупа и анальное отверстие. Видимо, не желает пользоваться презервативом и уничтожает все следы. Опросы людей в местах возможного нахождения девушек, откуда маньяк их похищал, тоже ничего не дали. Ничего у нас нет, ноль информации и фактов.
      - А как у вас с математикой в школе было, майор? – спросила Павлова.
      - Причем здесь это? – немного даже возмутился Куравлев.
      - А при том, что ноль – это структура  многогранная. Если смотреть на ноль с палочкой, то будет десять, а если с другой стороны, то одна десятая. Иногда стандартное мышление не дает взглянуть на факты. Вы действовали схематично, как учили.
      - Я вообще этим делом не занимался, - возразил Куравлев.
      - А я лично вас и не имела ввиду. Это образное выражение, и вы прошерстили всех бывших насильников, друзей, знакомых, родственников – ноль, как вы сказали, давайте вместе подумаем, - Павлова достала и расстелила на столе карту города с пригородом. – Я нанесла на карту все места обнаружения трупов девушек, - продолжила она, - вот они. Математики бы меня заверили однозначно, что если обладать восемью точками, то девятую можно вычислить с большой вероятностью. И я её вычислила. В понедельник я маньяка возьму с поличным.
      - Тогда я пойду заказывать СОБР, - произнес Куравлев.
      - Нет, - мгновенно возразила Павлова, - СОБР не потребуется, а вы, майор, мне поможете в другом. Вы дадите интервью журналистам и скажете, что маньяк действует по понедельникам. Но в этот раз он пойдет на преступление и мы его возьмем с поличным. Нам выделили достаточно людей, чтобы мы могли блокировать возможные места насилия над девушками.
      - Но тогда маньяк может в этот раз не пойти на преступление, - возразил Куравлев.
      - Не может, - ответила Павлова, - он даже в этот раз двух девушек прихватит, чтобы поглумиться над уголовным розыском, чувствуя себя безнаказанным. Как же – бездарный и профессионально импотентный мент заявил, что маньяк будет взят, а возьмут они уши от селедки, то есть два трупа. Именно так считает маньяк.
      - Но вы-то откуда знаете, Ирина Родионовна?
      - Знаю, так и будет – маньяка возьмем железно, - ответила она уверенно.
      - Тогда я пошел делать заказ на СОБР.
      - Нет, я одна возьму маньяка. При виде женщины он не станет применять оружие, а попытается взять меня третьей. Но я тренированный боец и скручу его легко. И это не обсуждается, майор. Вам полковник приказал меня слушаться – вот и слушайтесь, считайте это приказом.
      Майор Куравлев, естественно, доложил информацию начальнику УУР. Полковник Комаров сейчас раздумывал: сможет ли Павлова одна захватить маньяка? И неизвестно кто он: может быть, плюгавенький мужичок, а может быть, здоровенный амбал, владеющий приемами рукопашного боя. И куда лезет эта Павлова, которая ведет себя слишком раскованно и самостоятельно. Такие сотрудники начальству не нравятся. Ладно, пусть идет и берет маньяка сама. А если её тоже шпокнут и удавят, то сама виновата, а мы место преступления возьмем в кольцо и маньяку не уйти. Победителей не судят, как говорится. Именно так решил полковник Комаров, начальник управления уголовного розыска. Но он тогда ещё не понимал, что места обнаружения трупов не являются местами изнасилований и убийств.
      
      
      
      ХI
      
      
      
      Мусабеков – атлетически сложенный мужчина был зол на девушек и женщин. Всем дамам нравилась его фигура и многие западали на него, но не всем нравился анальный секс, и многие отказывали ему в извращениях. Как-то раз после классического секса он взял девушку силой. Она не заявила на него, но стала рассказывать знакомым, что он гей. Пришлось подкараулить её, изнасиловать извращенно и удавить потом. Так начиналась противоправная деятельность этого гражданина гор. 
      Он нервничал, сильно нервничал: какой-то отмороженный, на его взгляд, мент заявил, что возьмет его на месте преступления. А он не считал себя преступником – он не насиловал мусульманок и Аллах, как он считал, разрешал ему иметь неверных без проблем. Значит, надо утереть нос этому неверному менту и показать свою силу. Аллах с ним и всё будет прекрасно.
      В этот раз он решил подобрать девушку в одной забегаловке-столовой. Там обычно кушали студенты, живущие в общежитии неподалеку. И там не было видеокамер, что его, естественно, устраивало полностью.
      Он зашел и осмотрелся. Полупустой зал, за столиком кушают две симпатичные девушки, видимо подружки. Он взял себе тарелочку борща и подсел к девушкам.
      - Извините, не спросил, но, надеюсь, вы не против, если я тут перекушу? – спросил он.
      Девушки уже обратили внимание на его атлетическую фигурку. Но кавказец – мало ли что может быть с этим темпераментным и горячим мужчиной. Национальность настораживала девушек. А кавказец отхлебнул несколько ложек борща и бросил, воскликнув:
      - Эх! Сейчас бы сюда кавказскую кухню: шашлык из молодого барашка, вино виноградное, плов настоящий… Придется ехать и самому шашлыки жарить, вино молодое пить, которое бодрит, а не туманит голову. Составите компанию, девушки?
      Они переглянулись между собой боязно, не зная, что ответить.
      - Да вы не волнуйтесь, девушки, я от чистого сердца вас приглашаю. Я депутат и ничего плохого не сделаю. Вот, если не верите, - он показал удостоверение.
      - А куда ехать-то? – спросила одна из девушек.
      - У меня коттедж рядом, там на территории можно и шашлыки пожарить. Я Виктор, а вы?
      - Даша.
      - Марина, - ответила другая.
      Так жарим шашлыки? - спросил Аслан, представившийся Виктором, как и было написано в депутатском удостоверении.
      - Попробуем, - ответила Даша, а Марина кивнула головой.
      Девушки не сообразили, что настоящий депутат вряд ли бы пришел покушать в такую дешевую забегаловку, которую они сами называли между собой рыгаловкой. Но здесь было дешево, а кушать всё-таки хотелось. Красивый мужчина и депутат… они уже строили планы. Деревня, что с неё взять…
      Аслан-Виктор вежливо усадил девушек в свой Мерседес… За городом он свернул на проселочную дорогу и, немного проехав, остановился.
      - Сосны кругом, какой воздух, девушки! – воскликнул он, - советую выйти и вдохнуть эту прелесть, а потом поедем дальше.
      Аслан-Виктор открыл дверцу автомобиля и девушки вышли. Деревенские, им такой воздух был не в новинку. Но они всё-таки разом вдохнули и мгновенно получили по удару в солнечное сплетение. Загнулись, хватая ртом воздух, а Аслан надевал на их запястья сзади пластмассовые стяжки. Потом затолкнул их обратно в машину и заблокировал задние двери. По дороге он вернулся немного назад и вытащил на проезжую часть небольшую сваленную сосну, таким образом перекрывая въезд – мало ли какой любитель пожелает проехать по этой дороге. А убирать сваленную сосну решаться не многие. 
      Через пару километров он подъехал к небольшому домику-зимовью. Девушек вывел из автомобиля, завел в домик, уронил на пол и привязал за шею к перекладине. Со связанными руками за спиной и привязанные за шею, чтобы не дергались лишний раз, они лежали в полном непонимании и страхе. Не понимали – как могли так опростоволоситься и поехать с незнакомцем неизвестно куда. Но он показал удостоверение депутата, как позже выяснится – липовое. Это удостоверение помогало ему проезжать любой пост ДПС без досмотра и выкидывать уже мертвых девушек совершенно в другом месте. Выкидывать уже в темное время суток, а наслаждался он ими, пока светло.
      Аслан отошел на пару метров от девушек и осмотрел их.
      - Да-а, симпатичные куколки, ничего не скажешь. У тебя, Дашенька, губки алым бантиком, и я бы с удовольствием в них засунул.
      - Так засунь, чего ждешь, - мгновенно отреагировала она.
      - Э-э-э, чтобы ты моего мальчика откусила. Нет уж, дорогуша, нет. Сначала я стану вас раздевать догола, потом поглажу, поласкаю ручками и только потом засуну по-настоящему. А вы должны помогать мне, подмахивать активно попкой. Кто не станет этого делать или будет делать хуже, ту удавлю без вопросов, но медленно, чтобы мучалась, а в агонии она сама задом завертит, как пропеллер.
      Аслан засмеялся и разорвал платье на Даше, помял груди, погладил ножки и перешел к Ирине. Спросил: «Как ты относишься к анальному сексу»? «Да пошел ты»… «Во-о-от, туда я сейчас и пойду».
      Он разорвал на ней платье, трусики, лаская рукой промежность. Потом раздевался сам полностью, до гола, и уже собрался лечь на Ирину, как в зимовье вошла ещё одна женщина, настоящая красавица.
      - Чего же ты так спешишь-то, Асланчик? Твоей волосатой заднице сподручнее смотреться на самке гориллы. Но ничего личного, я её обидеть не хотела. Но может быть, Асланчик, ты сначала со мной пообщаешься? – спросила появившаяся в зимовье Павлова. Или твой сморчок только связанных иметь может?
      - С тобой? Да я тебе сейчас сразу засажу, даже трусов не снимая, - взревел Аслан, кинувшись на Павлову и получил сильный удар ногой в живот.
      Ирина завернула ему руки сзади и надела уже настоящие наручники, а пластиковыми стяжками прикрепила его к стулу, чтобы при попытке бегства быстро сделать это не смог. Аслан Мусабеков сидел на этом стуле в наручниках и прямо-таки кипел от злости – его задержала баба, Аллах ему этого не простит. И к тому же он сидел абсолютно голый, и только сейчас заметил снимающую его видеокамеру. Скрипел от злости зубами и пытался разорвать стальные наручники.
      Павлова обратилась к девушкам:
      - Ну а вы что же, про маньяка не слышали разве? Этот гад уже восемь девушек изнасиловал извращенно и удавил после. Вам шашлычков захотелось или кавказской спермы попробовать задницей?
      - Кто вы? – спросила её Даша.
      - Кто я? Я ваша жизнь – сотрудник уголовного розыска. Скоро сюда прибудет оперативно-следственная группа.
      Павлова разрезала пластиковые стяжки и освободила девушек.
      - Я никакие показания давать не буду – стыдно, - заявила Даша.
      - И я тоже, - поддержала её Ирина.
      - Давать или не давать, - усмехнулась Павлова, глядя на порванную одежду девушек, - это вопрос процессуальный. Вам, дамочки, может грозить наказание за отказ от дачи показаний. Но всё снято на видео ещё со столовой, где к вам подсел этот хмырь.
      Павлова взяла телефон и позвонила полковнику Комарову. Доложила, что взяла с поличным маньяка и скинула координаты своего местонахождения. Полковник, матерясь про себя, снимал оцепление с района, где никого не было, где якобы должны были появиться трупы девушек. Он задействовал в оцеплении весь СОБР и ОМОН, личный состав управления. Но, как оказалось, воспользовался непроверенной информацией.
      Полковник прибыл с оперативно-следственной группой и стал отчитывать Павлову за самодеятельность, за искажение данных о маньяке, которого в названном месте не было. Он кричал чуть ли не до появления пены у рта.
      - Молчать! – очень громко и властно крикнула Павлова, - орать будешь на свою жену дома, Комаров. Куравлев доложил тебе, что маньяк сбросит трупы в промзоне и ты ждал его там. А я говорила, что возьму маньяка и взяла его. Так кого ты и как слушал, Комаров? Сходи к ЛОРу, пусть тебе уши промоют. И ко мне сегодня на обследование – стану решать: сможет ли такой нервный начальник руководить подразделением. Всё понял, Комаров?
      Вся прибывшая оперативно-следственная группа замерла в шоке – лейтенант отчитала полковника, как мальчишку. И поделом ему, нечего на подчиненных орать, тем более на женщин. Небывалая ситуация – подчиненная отчитала начальника. И имеет ли она право на обследование?
      Следователи и эксперты принялись за работу. Маньяка увезли и Комаров тоже сразу же уехал в управление, попросился на прием к начальнику ГУ МВД области генерал-лейтенанту Киселеву.
      Он доложил ситуацию в своей интерпретации, естественно. Генерал ненадолго задумался, потом заговорил:
      - Два месяца ты не мог установить и задержать серийного маньяка. Пришла девочка и задержала его. Это из тебя амбиции полезли, Комаров, или что? Ты кого слушал: её или Куравлева? Павлова математически вычислила место, куда маньяк должен был сбросить трупы. Но она предотвратила изнасилование и убийство. А ты её за это отчитал вместо поощрения. Сколько бы ещё появилось трупов в городе, если бы не Павлова? Отвечай, Комаров, не молчи, - потребовал генерал.
      - Но мы же задержали маньяка…
      - Кто задержал, ты что ли? – возмутился Киселев, - ты почему рубишь сук, на котором сидишь?
      - Ничего я не рублю, товарищ генерал, - нахмурился Комаров, - мне непонятны действия этой Павловой. Маньяка задержала непонятно как, про Дубовицкого небылицы плетет. Ведьма она что ли? Только ведьмы так могут действовать.
      Генерал расхохотался, потом произнес:
      - Я недавно фильм смотрел про Вольфа Мессинга, который видел сквозь время. Там Берии и многим другим тоже было непонятно. А это Павлова, может быть, покруче Мессинга будет. Ты об этом не думал, Комаров?
      - Никак нет, товарищ генерал-лейтенант. Но разве такое возможно?
      - А вот мы и посмотрим, - ответил Киселев, - маньяка она взяла, как обещала и без помощи твоего управления. Если опухоль у Дубовицкого рассосется, то сомнений никаких не останется. Она видит сквозь время, и она ведунья почище Мессинга будет, Ванги и прочих подобных личностей. Ты Дубовицкого не в нашу поликлинику на обследование направь, а договорись с городом. Если всё чисто будет, то пусть в нашей обследуется и подключай к Павловой УСБ. Я с их начальником переговорю, чтобы они её слушались. Она тебя к себе вызывала – так вот иди и извинись. И помалкивай там, нам невыгодно, чтобы информация про ведунью в прессу ушла. А то её сразу министерство к рукам приберет. Свободен.
      Комаров вышел из кабинета и направился прямиком к Павловой.
      - Я пришел извиниться, Ирина Родионовна.
      - Извинения приняты, Александр Викторович, работаем.
      - Да, работаем, Ирина Родионовна. Но я не понимаю, как опухоль может рассосаться сама?
      - Сама она рассосаться не может, - ответила с улыбкой Павлова, - в нашем организме всё регулируется нервной системой. Я, образно говоря, нажала кнопочку в мозге Дубовицкого, и он отправил сигнал на рассасывание опухоли.
      - Но не всё же контролирует наш мозг, - возразил Комаров. -  Например, вирусы он не может контролировать и поэтому люди болеют. Это факт.
      - Факт, да не тот факт. Нервная система контролирует вирусы опосредованно. Она дает команду иммунной системе и вирусы уничтожаются на подлете. Всё зависит от команды. Если она слабая, то вирусы временно побеждают, человек начинает болеть, а потом выздоравливает, естественно. Вот такая вот схема работает, Александр Викторович. Я всего лишь тот маленький человечек, который умеет и нажимает эту самую кнопочку.
      - Маленький человечек, - повторил Комаров и засмеялся, выходя их кабинета Павловой.
      Он вернулся к себе и сел за написание представления на Павлову о присвоении ей внеочередного звания.
      А в это время Иван, оставив Ольгу одну, вернее, не одну, а с кроликами, уехал в город. Он снял в аренду небольшое , но уютное помещение, в котором мог принять любого человека, побеседовать, покушать и даже заняться любовью. Туда и приехала Ирина Павлова, где они любились долго и страстно.
      Вечером Иван вернулся к себе домой. Но можно даже сказать, что к Ольге. А Ирина уехала в коттедж к Измайлову, где в постели молча и без страсти отдавалась Игорю. Она это делала вынужденно, потому как любила не только Ивана, но и дочку, естественно. Бывает, что вот так вот поворачивает жизнь свои колеса…
      
      
      
      ХII
      
      
      
      Но жизнь на этом не заканчивается, дни идут за деньками. Внезапно на планерке-рапорте уже теперь капитан, а не лейтенант Павлова объявила Дубовицкому, что его опухоль рассосалась и можно идти на обследование к врачам, которые ничего не найдут. Ей присвоили внеочередное звание за задержание серийного маньяка.
      - Но вы-то откуда знаете про мою опухоль? – серьезно спросил Дубовицкий.
      - Знаю, я её видела, а сейчас не вижу, её нет.
      - Вы что, можете видеть мои кишки? – спросил недоуменно Дубовицкий.
      - Зачем мне ваши кишки? Я видела опухоль в желудке, а сейчас её нет, и я ничего не вижу теперь.
      - Так вы можете видеть болячки? – снова спросил Дубовицкий.
      - Ну хватит! – прервал разговор начальник УУР, - развели здесь поликлинику. А вам, Дубовицкий, действительно необходимо пройти медобследование. Ну а вам, Павлова, поручается новое дело.
      Комаров передал ей материалы, и она изучала их у себя в кабинете. Непростое и резонансное дело после серийного маньяка. Журналисты, возможно, издеваясь, писали, что это ответка женщин потенциальным мужикам-насильникам. Но так ли это на самом деле? Ведь журналисты заглатывают информацию, как чайки, и выкидывают её, как утки, напролет.
      Пятеро мужчин разного возраста получили удар электрошокером, а после им были вырезаны яички. Мошонка вспарывалась, яички выделялись и перевязывались сосуды с семявыводящим протоком. После они отсекались и оставлялись раздавленными рядом с потерпевшим. Образно говоря, проводилась кастрация, но врачи бы это назвали орхиэктомией, хотя стерильность не соблюдалась вовсе.
      Все пострадавшие мужчины при опросе называли женщину с красивой фигуркой и маске зайчика, которая ударила их электрошокером. Более они ничего не помнили. Очнулись от боли в паху и позвонили в скорую. Оперативники отрабатывали разные версии, но результата пока не было. Связь между мужчинами также не установлена, они не были знакомы друг с другом. Устанавливался их круг знакомых и где-то должно было появиться пересечение. То есть одно и тоже лицо, входящее в каждый круг. Уголовное дело возбуждено по статье 111, части третьей, причинение тяжкого вреда здоровью.
      Павлова пригласила к себе майра Зарецкого, который расследовал это уголовное дело, то есть осуществлял оперативное сопровождение.
      - Виктор Ефимович, - обратилась она к нему, - какие результаты по делу о кастрации мужчин?
      - Отрицательный результат – тоже результат, - ответил он, – мы предъявляли видео с камер у подъезда домов, но дамочку никто не опознал по фигуре. А у неё фигурка песочных часов, на которую все потерпевшие обратили внимание. Но такая дамочка ни в один подъезд не входила, словно она подружка Карлсона, и он доставлял её на вертолете.
      - А камеры с соседних подъездов вы осматривали, предъявляли видео потерпевшим? – спросила Павлова.
      - Ёлы-палы! – воскликнул Зарецкий, - она же могла через чердак в квартиру проникнуть. Я как-то об этом не подумал, но немедленно изыму видео и мы просмотрим его с потерпевшими. Побегу изымать.
      - Стойте, - остановила его Павлова, - сейчас это уже ни к чему. Завтра я возьму преступницу с поличным. Хотите поприсутствовать, майор?
      - Конечно, но как?
      Павлова хотела сказать: «Каком к верху», но бросила: «Молча. Просто посмотрите, как нужно брать матерую преступницу, прекрасно владеющую приемами самообороны и нападения.
      - Вы уже знаете кто она и как вы её установили, где она будет завтра?
      - Как много вопросов, майор, - улыбнулась Павлова, - вы правильно искали связь между мужчинами и не смогли установить её, она была и есть. Но подробности сейчас ни к чему, завтра всё узнаете при задержании.
      - Извините, Ирина Родионовна, но вы сами сказали, что эта женщина хорошо владеет приемами обороны и нападения. Надо вызывать спецназ, - объявил Зарецкий.
      - Зачем? Вы же со мной будете. Разве не справитесь?
      - С женщиной, конечно, справлюсь, - ответил довольно он.
      Павлова скрытно усмехнулась, достоверно зная, что с такими, как Зарецкий, эта дамочка справилась бы с тремя сразу.
      Утром на планерке-рапорте она заявила:
      - Сегодня стану задерживать женщину, любительницу кастрировать мужчин. Для задержания мне потребуется майор Зарецкий, больше никто не нужен.
      - Хорошо, - согласился полковник Комаров, - где будете задерживать, на каком основании, если пока ничего о ней не известно?
      - В одной из квартир города, Александр Викторович, а основание – задержание с поличным и сохранением яичек фигуранта. Подробности после вскрытия, как сказал бы патологоанатом, то есть завтра.
      Комаров понимал, что Павлова больше ничего не скажет, никаких подробностей не озвучит. Но что поделать – она приносила раскрываемость.
      Павлова с Зарецким ушли готовиться к задержанию дерзкой и наглой преступницы. Они приехали на адрес пораньше, чтобы поджидать преступницу уже в квартире. Позвонили.
      - Кто? – раздался мужской голос из-за двери.
      - Почта России, - ответила Павлова, - вам срочная телеграмма от тети.
      Мужчина без колебаний открыл дверь. Он действительно ждал информации от больной тети.
      - Уголовный розыск, - произнесла Павлова и предъявила удостоверение, выставив ботинок в проем двери, чтобы хозяин не смог закрыть дверь.
      - Уголовный розыск, - повторил Зарецкий и тоже предъявил удостоверение.
      - Вас, молодой человек, сегодня намечают кастрировать. Как тех пятерых мужчин, о которых вы наверняка слышали, - произнесла Павлова.
      - Почему меня? – удивился хозяин квартиры, - я никого не насиловал, не обманывал и не бросал. Это фейк какой-то, розыгрыш?
      - На подробности нет времени, скоро вас придут кастрировать. Позвонят, скажут, что вчерашние проститутки у вас забыли сумочку и попросят открыть дверь. Вы должны открыть дверь и отойти. Всё остальное наше дело с майором. Хотите жить и быть с яйцами, извините, должны выполнять наши указания, гражданин. И это не розыгрыш.
      - Откуда вы знаете про вчерашних проституток?
      - Такая у нас работа, молодой человек, - ответила Павлова.
      И как раз вовремя – раздался звонок в дверь.
      - Кто? – спросил хозяин квартиры.
      - У вас вчера девушки сумочку оставили. Разрешите забрать её, - попросил женский голос.
      Павлова кивнула головой и хозяин открыл дверь, отойдя немного вглубь коридора. Женщина вошла в маске зайчика, не ожидая, что мужчина отойдет немного от двери. Необходимо сделать пару шагов вперед и только потом появится возможность применить электрошокер или нанести удар.
      Мужчина, увидев женщину в маске зайчика и с шокером в руках, кинулся в глубь квартиры. Павлова не могла допустить погони и вырубила «зайчика» ударом по шее. Она свалилась на пол, а Зарецкий мгновенно надел на нее наручники за спиной. Мужик стоял неподалеку и трясся от страха, держа обе ладони на собственной промежности, защищая свои яички, естественно.
      Прибыла оперативно-следственная группа. У «зайчихи» в сумочке обнаружили нож, на котором эксперты немногим позже обнаружат следы крови, идентичные пятерым фигурантам. Суровые нитки, которыми она перевязывала сосудисто-нервный пучок, чтобы потерпевший не истек кровью. Структура ниток соответствовала тем, которыми она ранее перевязала яички фигурантов, что свидетельствовало о том, что лишать жизни она никого не хотела. «Зайчиха» ничего отрицать не стала и объяснила свои действия тем, что её бывший муж изменял ей с проститутками. Вот она и стала наказывать мужиков, которые пользовались услугами путан. А вычисляла адреса она таких мужиков достаточно просто, подключившись к телефону фирмы интим-услуг. И заходила в адрес через чердак с соседнего подъезда. Поэтому на видео нигде не засветилась.
      Теперь предстояла длительная и кропотливая работа следователей и экспертов, чтобы подтвердить признание фактами. Но главное сделано – преступник установлен и задержан. А позже будет и осужден. Пресса опорожнялась материалами о задержании «зайчихи» на всю катушку. И в городе начали поговаривать, что уголовный розыск наконец-то заработал как надо.
      Ирина хоть и вышла замуж за Измайлова, но фамилию его не взяла. Осталась Павловой, как и её дочь. И сейчас она сидела в своем кабинете психолога, осмысливая произошедшие события. Да, она была нужна структуре МВД, но главное, от неё не отказался Иван и снял домик в центре города для встреч с ней. Она понимала, что не только для встреч с ней, но и для деловых общений.
      Довольная, она отдыхала в кресле, когда в дверь постучали и вошел мужчина лет пятидесяти. Она не знала его, но понимала, что с улицы к ней зайти никто не сможет без пропуска, а она его ни для кого не заказывала.
      - Добрый день, Ирина Родионовна, извините, что без согласования пожаловал, но обстоятельства вынудили. Я подполковник Безпалов, отдел кадров. Я слышал, что каким-то чудом вы помогли избавиться от опухоли Дубовицкому. У меня тоже врачи обнаружили рак и осталась последняя надежда на вас, Ирина Родионовна. Деньги у меня есть…
      - Присаживайтесь и помолчите пока, - перебила она его и указала рукой на стул. – Хорошо, я помогу вам, но с одним условием…
      - Всё, что угодно, любая сумма… - Безпалов встал на колени.
      - Я же просила помолчать и сядьте на стул. Я включу тумблер иннервации вашей опухоли, и она рассосется чрез десять дней. Эти десять дней к врачам не ходить, никому не говорить, что вы у меня были, и вообще помалкивать на эту тему. А потом можете обследоваться по полной программе. И зарубите себе на носу – денег я не беру. Вы свободны, Безпалов.
      - А?..
      - А тумблер уже включился, с улыбкой ответила Павлова.
      Она осталась одна в кабинете и понимала прекрасно, что этот Безпалов – кадровик. Десять дней он с трудом выдержит и потом побежит по врачам, которые у него опухоли не найдут. И тут его прорвет – он разнесет информацию по всему управлению, и она, естественно, вырвется наружу, за стены управления. И это ей невыгодно – сотрудники повалят массово и не только с опухолями. А в городе её станут ловить гражданские. Из минздрава в прокуратуру поступит заявление о привлечении к ответственности за несанкционированное лечение. Придется писать объяснения. И что делать? Не помочь Безпалову она не могла, тогда бы он умер от рака. Не сразу, конечно, но умер. И понятное дело, что сработает формула – сделай доброе дело и получишь зло.
      Да, надо посоветоваться с Иваном, - решила она. Появившись в доме для встреч, Ирина задала соответствующий вопрос Ивану.
      - Не волнуйся, Ирина, - ответил он, - гражданские с улицы к тебе зайти в кабинет не смогут. И ты это прекрасно понимаешь сама. А насчет сотрудников ты тоже не беспокойся – более к тебе никто не зайдет. Кроме сотрудников отдела, конечно. Всех желающих станет встречать УСБ, будет брать объяснения и направлять в ведомственную поликлинику. Так что всё будет в полном порядке.
      Иван стал поглаживать ножки Ирины, и ей стало уже не до вопросов и объяснений. После секса Иван определенно задумался серьёзно. Ирина обладала небывалыми для планеты Земля возможностями. И чем ей лучше всего заняться? Работая психологом в полиции, она раскрывает тяжкие и особо тяжкие преступления. И никто ей в этом вопросе мешать не станет. Но она может исцелять болезни, а здесь не всё так просто. Здесь не палки, а целые бревна начнут в колеса вставлять. Да, надо серьёзно подумать, решил Иван. И его скоротечные мысли пришли к определенному выводу.
      Ирина вышла из душа, оделась, и Иван пригласил её присесть в кресло напротив.
      - Ира, - начал говорить он, - я чувствую, что у тебя есть ощущение неполной востребованности от работы в полиции. Ты раскрываешь резонансные преступления, тебя хвалят, естественно, но хочется чего-то ещё. Например, помогать больным людям, исцелять их от болезней. Я не прав? – спросил он.
      - Ты всегда прав и всегда всё знаешь, - ответила она. – Да, но как?
      - Как? – то ли улыбнулся, то ли усмехнулся Иван, - ты можешь принимать пациентов прямо здесь после службы в полиции. С 19 до 20 часов. Тебе вполне хватит одного часа, чтобы принять троих.
      Иван ещё долго объяснял детали будущего и пока несуществующего на земле целительства.
      
      
      
       ХIII
      
      
      
       Вараксин Андрей Геннадьевич поцеловал свой оберег, который он надел на шею две недели назад. Обыкновенный, а может быть, не совсем обыкновенный косой крест из непонятного материала похожего на дерево или даже на пластик. Две недели назад его выписали из онкоцентра по согласованию с родственниками – умирать всегда лучше дома, как бы кощунственно это не звучало. Неоперабельная злокачественная опухоль на последней стадии со множественными метастазами практически по всему организму. И жить ему оставалось всего ничего.
       Он оделся и решил поехать в онкоцентр. Зашел в своё отделение, где лежал ранее и сразу же натолкнулся на своего лечащего врача, который удивился крайне. Не так давно его выписали из стационара на домашнее паллиативное лечение, а если сказать по-простому, то умирать. Вывезли из палаты на каталке и унесли в машину на руках. А тут он стоит на своих собственных ногах и улыбается.
       - Андрей Геннадьевич! – изумленно произнес врач, - вы как здесь?
       - Так вот, - он поднял голову вверх, - умирать мне ещё рановато, оказывается, и я решил посетить вас.
       Разные мысли буквально роились в голове доктора. И больше всего он боялся, что больной умрет прямо здесь, на его глазах. Выглядит он совсем неплохо для такой стадии болезни, когда уже сам передвигаться не мог из-за слабости и истощения. Боли, естественно, были тоже, но боль можно перетерпеть. А сей час ему, видимо, ввели какой-то стимулятор, и это его «выздоровление» непосредственно перед летальным исходом. Доктор решил увести больного в кабинет заведующего отделением – отвечать так вместе. Они вошли в кабинет под удивленный взгляд заведующего.
       - Андрей Макарович, - произнес доктор, - это Вараксин Андрей Геннадьевич, которого мы выписали две недели тому назад на паллиативное лечение домой. От истощения и слабости он своими ногами уже не ходил. И вот теперь пришел к нам провериться, утверждает, что опухоль и все его многочисленные метастазы исчезли. Видимо, ему ввели какой-то стимулятор.
       Ясулович Андрей Макарович, заведующий отделением, помнил этого больного, которому жить оставалось, может быть, всего несколько дней. Он недобрым взглядом посмотрел на своего коллегу и потом на больного.
       - Ну-с, рассказывайте, Андрей Геннадьевич, какие лекарства вы применяли дома и кто вам их выписал? Вы действительно утверждаете, что опухоль с метастазами в вашем организме исчезла? – спросил заведующий.
       Вараксин хмыкнул, потом ответил:
       - Я ничего не утверждаю, но чувствую себя прелестно. А потому пришел провериться. Никаких лекарств я дома не принимал и никто мне ничего не выписывал. И морфин вот, - он вынул ампулы из кармана, - я его тоже не колол, никаких болей у меня нет.
       - И что же случилось? – спросил заведующий.
       - Откуда я знаю, - хмыкнул Вараксин, - меня из вашей больницы привезли домой и уложили в постель. Сделали укол морфина и я уснул. А во сне ко мне пришла Жива – это славянская богиня здоровья. Такая молодая женщина в светящихся лучах. Я её сразу узнал. Она одела на меня свой оберег – косой крестик и запретила мне принимать лекарства. Заявила, что опухоль с метастазами сама рассосется за десять дней. Я и не принимал никаких лекарств, а сейчас пришел к вам: проверяйте.
       Заведующий задумался: на психа Вараксин явно не похож, да и чувствует себя гораздо лучше. Он распорядился:
       - Доктор, возьмите у Андрея Геннадьевича кровь на наличие какого-либо стимулятора. По готовности анализа пригласите больного на повторный прием. Ступайте.
       Услышав такое распоряжение заведующего, Вараксин рассердился нешуточно.
       - Не верите в моё выздоровление, не верите в славянскую богиню Живу… Вам впадлу взять у меня кровь на раковые тесты, сделать УЗИ и так далее. Тогда, как говорит наш президент, ответ будет зеркальным. Я теперь не верю, что у меня рак был. В суде встретимся, лепила хренов, за то, что вы здорового человека химией и радиацией пичкали, убить хотели.
       Вараксин вышел из кабинета, хлопнув дверью. Внутренне он бесился: выписали подыхать домой и ничего не хотят проверить, сволочи… Он сразу же направился в частную клинику, где сдал все анализы, которые могут подтвердить или опровергнуть наличие злокачественной опухоли. По готовности анализов он обратился в прокуратуру с заявлением, где просил выяснить с какой целью его лечили от несуществующей болезни – хотели убить или списать наркотики? Просил разобраться и принять процессуальное решение по заявлению в установленные законом сроки.
       От полученного заявления и предоставленного выписного эпикриза прокурор города находился в шоке. И если бы не этот чертов выписной эпикриз, то он сразу бы назначил психиатрическую экспертизу. Это же надо додуматься, чтобы лечить здорового человека, применять к нему химио и лучевую терапию, а также наркотические средства. Может быть, из-за этих наркотиков всё и происходило? Два диагноза врачей: смертельно болен и абсолютно здоров.  С такой ситуацией прокурор столкнулся впервые.
       Но пока прокурор раздумывал пресса подняла настоящий гвалт. Телевидение и все газеты испражнялись одной мыслью, что в онкодиспансере убивают здоровых людей, ставя им несуществующий диагноз рака 4-ой степени, а потом убивают химией и облучают, списывая на таких больных наркотики. Генеральная прокуратура отреагировала сразу, отправив в Н-ск оперативно-следственную группу.
       Иван тоже высказал свое мнение Ирине:
       - Этот Вараксин, конечно, погорячился, но и врачи к нему наплевательски отнеслись. Не хотели его обследовать – теперь пусть попрыгают. Оперативно-следственная группа в этой ситуации натолкнется «стенка на стенку», образно говоря. Но ничего, разберутся.
       Руководитель оперативно-следственной бригады из Москвы Коростылев Лев Андреевич, полковник юстиции, по прибытии в Н-ск первым делом встретился с Вараксиным.
       - Андрей Геннадьевич, мне поручили рассмотреть ваше заявление и принять процессуальное решение по результатам проверки. Я руководитель оперативно-следственной бригады из Москвы Коростылев Лев Андреевич, полковник юстиции. Следственный комитет. Расскажите, пожалуйста, всё с самого начала, - попросил москвич.
       - Как началось? – словно удивился Вараксин, - боли у меня начались, и я обратился к участковому врачу. Тот назначил разные анализы крови, мочи, кала, УЗИ. Потом направил меня к онкологу. Онколог тоже назначил обследование – КТ, МРТ,  разные там скрининги, биопсию взяли и положили в стационар. Сказали, что операцию делать поздно, слишком всё запущено и метастазы кругом. Назначили химию и лучевую терапию. А потом выписали домой – дома ведь умирать легче, чем в казенной больнице. От истощения и слабости я уже не ходил, меня привезли и уложили в постель. А ночью ко мне пришла Жива…
       - Простите, кто пришла? – спросил полковник.
       - Жива, ударение на «и», это славянская богиня здоровья, я её сразу узнал.
       - Вы с ней были знакомы?
       - Ну не тупите, полковник, она же во сне приходила и оберег мне свой оставила. Заявила, что никаких лекарств принимать не нужно, а опухоль с метастазами сама рассосется полностью через десять дней. Я и не принимал ничего, и опухоль сама рассосалась. Пришел в онкодиспансер на проверку, а там меня отправили подальше, образно говоря. Заявили, что я каких-то стимуляторов наелся, вот на них и хотели кровь взять, а не на онкомаркеры. Дали понять, что моё время вышло, подыхать пора, а я тут по больницам хожу, время у врачей отнимаю и нервы порчу.
       - Так вы признаете, Андрей Геннадьевич, что всё-таки болели раком, а потом неизвестно как вылечились? – спросил полковник.
       - Нет, не признаю. Я же не врач, чтобы диагнозы ставить. Я пришел провериться, а меня в зад отправили, образно говоря. В частной клинике заверили, что у меня рака нет и не было никогда. Тогда отчего меня лечили и чуть до смерти не залечили? Врачей я просил провести обследование, а в прокуратуру написал заявление, чтобы провели проверку, выяснили кто прав, кто виноват.
       - Понятно, Андрей Геннадьевич, вы свободны. Когда потребуется мы вас снова вызовем. До свидания.
       Полковник Коростылев собрал свою бригаду для обсуждения имеющийся информации и постановки задач на ближайшее время.
       - Итак, коллеги, что мы имеем? Больной Вараксин обратился к участковому врачу с жалобами на возникшие боли. После обследования терапевт заподозрил у него рак и направил его к онкологу. После дополнительного обследования больного поместили в стационар и назначили ему химию и облучение. Но Вараксин слишком поздно обратился за медицинской помощью и его выписали домой умирать. Это одна сторона медали. Нам необходимо допросить всех врачей и лаборантов, причастных к обследованию больного. Вторая сторона медали можно сказать, что зеркальная – обследование в частной клинике, имеющей все необходимые лицензии. Так же необходимо допросить всех. Только у этих сторон выводы разные: здоров и смертельно болен. Я уже общался с ведущими онкологами страны, которые уверенно утверждают, что диагноз поставлен верно, лечение паллиативное из-за позднего обращения пациента за медицинской помощью, прогноз неблагоприятный. Выздоровлению не подлежит абсолютно точно. Но и другой факт на лицо – Вараксин абсолютно здоров. Вот этот оксюморон мы и должны понять, оценить и сделать выводы.
       Коростылев разделил свою бригаду. Одни занимались сбором доказательств болезни, другие необъяснимым исцелением. Десятки опрошенных людей подтвердили факт болезни Вараксина. А другие десятки засвидетельствовали факт его абсолютного здоровья. И вот с этим оксюмороном разбирался московский полковник Коростылев Лев Андреевич, консультируясь с ведущими онкологами страны. И они тоже утверждали парадоксально, ознакомившись с материалами следствия: выздороветь такой больной не мог, но Вараксин абсолютно здоров.
       Но тут в кабинет буквально ворвался возбужденный сотрудник оперативно-следственной группы, заявил сразу же:
       - Лев Андреевич, товарищ полковник, есть ещё один полностью выздоровевший от рака больной, от неизлечимого рака. Это подполковник полиции Дубовицкий. Его собрались увольнять из органов по состоянию здоровья, но психолог из УУР посоветовала ему не обращаться к врачам десять дней – за это время опухоль сама рассосется. И она рассосалась!
       - Психолог?
       - Да, именно психолог. Это капитан полиции Павлова Ирина Родионовна. В уголовном розыске её считают ведуньей, так как вычисляет преступников мгновенно. Она как Ванга – видит всё или как польско-российский еврей Вольф Мессинг.
       Коростылев решил не вызывать Павлову к себе, а посетить её в МВД. Он приехал в управление, постучал и открыл дверь.
       - Проходите, Лев Андреевич, присаживайтесь, - пригласила его Павлова.
       - Вы меня знаете? – удивленно спросил Коростылев и прошел в кабинет.
       - Первый раз вижу, но вижу, - она усмехнулась, - вы товарищ полковник решаете простую задачку. А у таких задач иногда не бывает достоверного ответа. Вернее, он бывает, но за пределами человеческого разума. Больной или здоровый – вот в чем вопрос по вашему мнению. И он неверный – Вараксин же просил разобраться. А тут и разбираться нечего: был больной, стал здоровый и просил врачей обследовать его. А заведующий отделением Ясулович амбициозно проигнорировал его просьбу. На лицо халатность, возбуждайте уголовное дело, Лев Андреевич. Но у вас ещё остался один вопрос, спрашивайте. А то всё я говорю, да я.
       Множество мыслей вертелось в голове полковника – откуда она всё знает? Но если ведунья, то понятно.
       - Два вопроса, - решил уточнить он, - вы как Ванга или Вольф Мессинг, и как выздоровел Вараксин?
       Она улыбнулась в ответ
       - Я как Ирина Павлова. А на второй вопрос отвечу так: человеческим организмом управляет мозговой компьютер. Просто я вошла в компьютер Вараксина и включила функцию рассасывания опухоли. На неё сразу же набросились волки, то есть Т-лимфоциты с друзьями и сожрали опухоль с метастазами полностью за десять дней.
       - А как?
       Павлова снова улыбнулась, ответила:
       - Недавно я смотрела фильм про Вольфа Мессинга, видевшего сквозь время. Берия и Сталин его тоже спрашивали, а он и сам не знал. На этом, пожалуй, мы нашу беседу завершим.
       - Извините, Ирина Родионовна, но мне надо опросить вас, - заявил Коростылев.
       - Дружески я вам всё объяснила, а письменных показаний не будет. Не дай бог ещё журналисты узнают, так заклюют потом эти чайки, восторгом заплюют и так далее.
       - Но вы обязаны…
       - Спорить не будем, вы свободны, полковник, - перебила она его.
       Коростылев так и не понял как оказался на улице, но беседу с Павловой помнил отлично. С такой связываться не стоит, решил он. Но как она обо мне узнала? Неужели ведунья на самом деле? Стоп, я предъявлял удостоверение на проходной при входе в управление уголовного розыска, а они могли позвонить Павловой. Хотя нет, они же не звонят ей о каждом входящем. Всё это версии, а надо знать точно. Мысли, мысли, мысли… Да, надо задержать её на 48 часов и её способности наверняка проявятся.
       Павлову задержали и поместили за решетку уже на следующий день утром перед зданием полиции. За весь день к ней никто не подошел. Хотя были обязаны составить протокол задержания, уведомить близких родственников или законных представителей, разъяснить права задержанного, обеспечить возможность защиты. Так должно было бы быть по закону. И она понимала, что полковник Коростылев ждет от неё действий. Он даже пошел из-за этого на прямое нарушение законности. Что ж, и мы тоже ответим, решила она.
       В клетку к Павловой никого не подсаживали, хотя другие соседние были забиты до отказа. Она вела себя смирно, ничего не требовала и не возмущалась. Коростылев надеялся до позднего вечера, что она как-то проявит себя, а потом уехал домой, то есть в гостиницу. Во многих городах путаны часто обслуживали в гостиницах иногородних, уехавших от своих жен и желающих отдохнуть. Не отказался и Коростылев от интим-услуг, пригласив на ночь аж двух девиц.
       Через двое суток Павлову выпустили из клетки, в простонародье из обезьянника, даже не извинившись за незаконное задержание. И она вечерком появилась у Коростылева в гостиничном номере.
       Пришла потрахаться, блеснула в его голове первая мысль. И он оглядел красавицу с ног до головы, не стесняясь. Самоуверенный, он решил не тянуть кота за хвост.
       - Примешь душ? – спросил сразу Коростылев.
       - Да, теперь мой ход, - ответила Павлова, - а ты можешь принять, ибо очень скоро станешь бомжом и мыться будет негде.
       Ирина встала и ушла из номера, а Коростылев даже не попытался понять её. Дело свое он в Н-ске сделал, уголовное дело по халатности онколога Ясуловича направлено в суд. И он уехал в Москву. Но дома его ждал сюрприз – на крыльце стояли чемоданы с его вещами. Мажордом заявил просто: «Пускать не велено».
       Всё дело в том, что он был женат на дочери своего большого начальника и коттедж тоже принадлежал ей. По прибытии в Следственный комитет у него забрали удостоверение и ознакомили с приказом об увольнении по отсутствию доверия. Практически в мгновение ока Коростылев стал изгоем, и никто не желал с ним общаться. Не сразу, конечно, но он все же узнал, что видео оргии с девицами в гостинице Н-ска поступило на личный компьютер тестя. И тот долго думать не стал.
       Охрана в дом его не пускала и Коростылев остался на улице без паспорта и университетского диплома. Но для бомжа у него был очень приличный костюм. Задержавшие его сотрудники ППС, естественно, интересовались с кого этот костюм был снят. А в обезьяннике с него костюм сняли в обмен на вонючие лохмотья, и ему пришлось познавать жизнь без определенного места жительства. Полковником он более уже нигде не представлялся по причине неверия и последующего избиения за враньё. Сторицей ему отомстила Павлова. И теперь оставалось только спорить философам – справедливо ли сие наказание? 
      
      
      
       ХIV
      
      
      
       Как говорится, в России всё секрет и ничего не тайна. Информация о ведунье Павловой просочилась за стены управления уголовного розыска, и её стали отслеживать гражданские лица. Через знакомых и продажных полицейских безуспешно пытались установить место её проживания. А у дверей её кабинета постоянно дежурил сотрудник УСБ (управление собственной безопасности или гестапо, как его именовали сами полицейские).
       Но Павлова всё-таки принимала больных в офисе Ивана, как они и обговаривали этот вопрос ранее. И не только онкологических больных, но и других тяжелых. Врачи, естественно, желали знать методику исцеления, но пообщаться с Павловой лично не получалось, служебный и сотовый телефоны не отвечали. Министр здравоохранения области приехал к начальнику ГУ МВД генерал-лейтенанту Кисилеву.
       - Родион Иванович, вы прекрасно понимаете, что наука и врачи желают знать методику исцеления неизлечимых больных Павловой, дабы лечить не единицы, а применять методику массово. Но мы не можем встретиться с Павловой и поговорить с ней. Помогите нам в этом вопросе.
       - Я сводня что ли? – хмыкнул генерал, - Павлова закон не нарушает, денег с пациентов не берет. Так что решайте вопрос сами, товарищ министр.
       Генерал встал, давая понять, что аудиенция окончена. Но врачи успокаиваться не собирались. Областной министр доложил российскому. Но что он мог сделать фактически? Ничего. Ведь законность не нарушалась. Но на Павлову обратили внимание сотрудники других ведомств. Ей позвонили на работу.
       - Ирина Родионовна, я бы хотел с вами встретиться…
       Минутное молчание в трубке и голос повторил свое предложение.
       - Я готова встретиться с вашим начальником управления. Пусть позвонит мне сам, - ответила Павлова и положила трубку, прекрасно понимая, как её костерят сейчас там.
       Видимо, ситуацию обдумывали и через день позвонили.
       - Я начальник…
       - Согласна, - перебила звонящего Павлова, - умывальников начальник и мочалок командир, а в руках твоих журнальчик, ты сходил бы с ним в сортир.
       В трубке раздались гудки. Позже звонил и сам начальник, но Павлова трубку уже не брала. Через день её вызвал к себе генерал Кисилев.
       - Ирина Родионовна, с вами хотят переговорить…
       - Солидная организация, я понимаю, но с шестерками по серьезным вопросам общаться не намерена, - перебила она генерала.
       - Но вам звонил и сам начальник управления, - возразил Кисилев.
       - Может быть, и звонил, - ответила Павлова, - но сначала звонили шестерки, представляясь его именем. Поэтому доверия этой структуре более нет. Пусть хоть министр МВД просит – бесполезно.
       - А если вы нужны родине, Ирина Родионовна?
       - Родине отказать не смогу. Пусть приезжает лицо высшего уровня. На доклад президенту уедет от меня довольным.
       - Даже так…
       - Только так, Родион Иванович. Ведомство желает иметь от меня нечто, а я могу сделать десятикратно большее предложение. И это не уровень амбициозного областного начальника. У него даже допуска к этому не будет, как и у большинства московских генералов.  Я могу идти, товарищ генерал?
       - Да, Павлова, идите.
       Вечером после секса Иван заговорил с ней:
       - Тебя что-то смущает, Ира? Ты не беспокойся и лучше сама позвони директору. А то тут будут долго обсасывать ситуацию, верить-не верить, тэ дэ и тэ пэ.
       - Позвонить, а потом поехать в Москву на встречу? – спросила она.
       - Нет, пусть директор сам приезжает с министром обороны. Ты, главное, предложи, а они пусть думают, - ответил Иван.
       - Предложи… так они сюда и поедут…
       - Обсосут, конечно, вопрос, но поедут, - Иван улыбнулся. – Долго спорить будут ехать-не ехать, президенту доложат, а тот их и отправит сюда. Так что жди, через десять дней будут.
       Ночь уже в окно стучится, а в Москве только вечер. И Ирина позвонила директору ФСБ России. Он с удивлением взял трубку: на этот номер звонили только близкие:
       - Алло…
       - Здравствуйте,  Константин Владимирович, это Павлова из Н-ска. Все считают меня провидицей или ведуньей, а местный начальник управления так из кожи вылазит, чтобы я у него поработала. Но я могу предложить десятикратно больший вариант, и это не его уровень. В Москву не поеду, но а вы с министром обороны можете ко мне подъехать. А ещё лучше с начальником Генерального штаба. Сейчас министрами часто не военных назначают. Например, в германии министром гинеколог была, а сейчас она всей Европой руководит. Уверена – уедите довольными. До свидания.
       Удивленный директор Баренцев обдумывал ситуацию. Этот номер даже его генералы не знали – только жена и дети. Но она же сказала, что провидица… Он позвонил в Н-ск начальнику местного ФСБ.
       - Калмыков, что там у тебя за Павлова объявилась? Докладывай.
       - Нажаловалась уже, тварь. Извините, товарищ генерал-армии. Павлова Ирина Родионовна, капитан полиции, служит там психологом, выезжает на особо тяжкие и резонансные преступления, указывая на преступников сразу же без ошибок. У людей видит неизлечимые болезни и включает какой-то тумблер. Болезни исчезают за десять дней. Ведьма, одним словом.
       - Подробную справку о ней и мне на почту срочно, - приказал директор и отключил связь.
       Ведунья, значит, размышлял Баренцев. Да, такая может вычислить шпиона, но она меня ждет с министром обороны или начальником Генштаба. Может указать на слабые места противника или еще что-то? И эта информация не уровня начальника областного управления. Директор, получив справку из Н-ска, решил доложить ситуацию президенту.
       - Может вычислить шпиона или указать на слабые места в обороне противника? - повторил президент Матвеев.
       - Да, я так полагаю, Иван Иванович.
       - Но ты не обратил внимания на то, что Павлова говорила о министрах обороны. И ей лучше говорить с кадровым военным, а не с военным политиком. И кто может знать в Н-ске твой личный номер телефона, Константин Владимирович?
       - Провидица, вестимо, - ответил Баренцев.
       - Но почему она не хочет в Москву приехать? – спросил возмущенно директор.
       - А ты бы её здесь принял? Сколько бы она здесь по приёмным болталась? Если провидица и ведунья, то правильно поступила, - ответил президент. – Так что бери с собой начальника Геншаба и поезжай в Н-ск. По результатам ко мне с докладом.
       Калмыков, увидев у себя в управлении директора, затрясся от страха, посчитав, что его приехали наказывать или даже увольнять за назойливость к этой Павловой, черт бы её побрал. Баренцев понял это и усмехнулся.
       - Не суетись, полковник, не наказывать тебя приехал, а с Павловой встретиться. Где предлагаешь организовать встречу?
       - Так у меня в кабинете, - ответил он, немного успокоившись.
       - Хорошо, звони Павловой, приглашай.
       - Так она игнорирует мои звонки и любые из нашего управления, - ответил Калмыков.
       - Никуда звонить не надо, я уже здесь, - ответила Павлова, войдя в кабинет.
       - Но как вы вошли?! – удивленно воскликнул Калмыков.
       - Шла, шла, да и вошла, - ответила она с улыбкой и посмотрела на директора.
       - Полковник, вы свободны пока мы разговариваем, - приказал директор. – Вы проходите, Ирина Родионовна, присаживайтесь. Это начальник Генштаба Родионов Кузьма Федорович.
       - Благодарю, Константин Владимирович, если позволите, то я сразу к делу. Шпионов, конечно, можно вычислить, но это мелочи. Хотя, если где-то очень понадобится, то без вопросов. В Н-ске есть авиазавод и там я могу изготавливать беспилотники любых размеров для различных нужд. Особо ничего менять не придется – какие делали, такие и будем делать. Только вот дальность полета у них будет другая – любая дальность. Хоть весь земной шар может облететь этот БПЛА со сверхзвуковой скоростью, например, в десять или двадцать махов. Но заряд у таких беспилотников будет другой мощности – от тактической ядерной бомбы до простого снаряда. Это как пожелаете, господа офицеры. Будет мощность ядерной бомбы без какой-либо радиации. Вот это вам, Кузьма Федорович.
       Павлова поставила на стол небольшой цилиндрик длиной десять сантиметров и диаметром пять сантиметров. Объяснила:
       - Это заряд, сравнимый с мощностью бомбы, сброшенной на Хиросиму. Никакой радиации и ничего атомного, но сотрет с лица земли укрепрайон по площади подобной Нагасаки или Хиросиме. Но можно делать цилиндрики поменьше. Например для танка или дота хватит вполне одного сантиметра. Вы не бойтесь, Кузьма Федорович, в цилиндрике обыкновенная вода из крана, которая при ударе превращается в нейтронную жидкость. А нейтронная жидкость взрывается с огромнейшей мощностью. Пусть ваши офицеры установят этот цилиндрик на какой-нибудь БПЛА и запустят его на нужный объект. Мощность взрыва я уже обозначила, бетонные бункеры ему не помеха. Вся хитрость здесь в моменте превращения обычной воды в нейтронную жидкость. Если станете консультироваться у академиков, то вам объяснят, что нейтронную жидкость ученые в небольшом количестве получать могут, но вот управлять ею – нет. Как-то один ученый получил пару капель, и они взорвались, снеся не только это здание, но и весь квартал. Так что я буду ждать ответа от применения этого цилиндрика. Сочтете нужным со мной работать – тогда нужен цех на авиазаводе, охрана и прочее, прочее. У меня всё, господа офицеры. Вопросы?
       - Стоимость таких беспилотников? – спросил Родионов.
       - БПЛА с нейтронным двигателем и нейтронным зарядом станут дешевле применяемых сейчас. Двигатель и заряд на воде… - она улыбнулась. – Только вот говорить про нейтронную начинку даже командующим армиями не советую. Вы знаете двое и президент пусть знает – этого достаточно.
       Прибывшие высшие офицеры улетели в Москву. Записались на прием к президенту. На приеме докладывали:
       - Товарищ президент, Иван Иванович, мы побывали в Н-ске и познакомились с Павловой. Родом она из…
       - Биографию оставьте для досье Константина Владимировича, перебил директора президент. - Что по существу?
       - Павлова предложила в Н-ске делать беспилотники, - заявил начальник Генштаба Родионов, - вернее, ставить на уже имеющееся образцы нейтронный двигатель, способный развивать скорость до двадцати махов и облететь весь земной шар без дозаправки. А вместо существующих боеприпасов использовать небольшие нейтронные цилиндрики. Вот этот цилиндрик, абсолютно безопасный в настоящее время, может напрочь уничтожить город по площади равный Хиросиме. То есть нанести урон, равный взрыву 6 августа 1945 года, но без какой-либо радиации вообще. Это будет не атомный взрыв, а нейтронный. – Генерал показал президенту цилиндрик. – Но можно делать и маленькие цилиндрики для уничтожения танков или дотов. Павлова дала этот цилиндрик, чтобы могли его применить для уничтожения нацистских укропов. Сейчас фронт, Иван Иванович, подходит к особо укрепленному городу Хохлограду с железобетонными бункерами и другими укреплениями. Украинцы стягивают уже туда боеспособные бригады и заявляют, что город взять невозможно.
       - Они и раньше подобное заявляли, - усмехнулся президент Матвеев.
       - Конечно, - согласился Родионов, - город мы возьмем без всяких сомнений. Но за какой период и какими силами? Мирное население укропы вывезли, а каждый дом и подвал превращают в крепость. Это кроме подземных бункеров и железобетонных дотов. Многоуровневые такие бункеры обычной ракетой не взять и хохлы затаривают их боеприпасами на длительный период обороны. На данный момент там более двадцати тысяч обученных военных нацистов. Предлагаю опробовать этот цилиндрик там, а после уже решить вопрос с Павловой.
       - Действуйте, - распорядился президент.
       Через три дня вся Европа пришла в потрясающий ужас – с лица земли стерт самый укрепленный город Украины Хохлоград, где планировали остановить армию России и начать контрнаступление ВСУ. Оружия для этого не жалели и затаривали город основательно. И в один момент исчезло всё – живая сила и боеприпасы. Западная пресса вовсю испражнялась якобы фактами нанесения Россией ядерного удара. Но немного погодя эта западнополитическая диаррея начала стихать. Никто никакой радиации не обнаруживал. Российские войска без потерь продвинулись на пятьдесят километров, заняв руины Хохлограда, и особо большую воронку от взорвавшегося огромного количества боезапаса ВСУ, вывернувшего наружу все десять подземных этажей. От бойцов ВСУ не нашлось даже останков. Но, конечно, находились места отдельного скопления мясного фарша и костных обломков.
       Нацистский самопровозглашенный лидер укропов срочно запросил перемирия, давая окончательно понять всему мировому сообществу, что настоящего мира он не желает и ведет Украину к гибели. Диктатор понимал, что живет теперь только в военное время, а на народ ему было плевать, как и Европе на всю Украину. Пусть хоть все сдохнут, но немного ослабят Россию – вот европейская цель. Большинство задурманенного пропагандой народа Украины не понимает истины, а понимающая малая часть элементарно боится пойти против диктатора. А Российская элита тоже не понимает, что украинские дети, обученные ещё с детского сада кричать: «смерть москалям» не станут в будущем братским народом. Могут смириться, как бандеровцы после второй мировой, но братьями не станут. А нам надо будет воспитывать внуков. Но как это сделать с родителями не братьями, образно говоря? Как? Снять белые перчатки, но это ведь тоже непросто, если нет решимости. Но оставим размышления философам и перейдем к делу.
      
      
      
       ХV
      
      
      
       Генералы Баренцев и Родионов с Павловой подъехали к авиационному заводу. Ошарашенно удивленный полковник Збруев Андрей Дмитриевич, начальник особого отдела завода, встретил их лично на проходной. Спросил сразу:
       - Товарищ генерал-армии, а Павлова с вами, как её оформлять на проходной?
       - Андрей Дмитриевич, вы знаете Павлову? – спросил Баренцев, директор ФСБ России.
       - Лично нет, но ведунью в городе многие знают, - ответил Збруев.
       - Вот даже как! – удивился директор. – Организуйте фото Павловой и пока мы осматриваем цеха вы выпишите постоянный пропуск Ирине Родионовне во все цеха и лаборатории без ограничений. Во все секретные места, - повторил Директор ФСБ. – Зачем? Вам знать не обязательно. Во время службы станете выполнять её просьбы и пожелания. Любые приказы и распоряжения Павловой вы отменить не можете, а обязаны выполнять, хоть она и не ваш начальник. Вам понятен приказ, полковник?
       - Не совсем, товарищ генерал-армии, - ответил Збруев, - какое отношение она имеет к заводу?
       - Прямое, - ответил уже громко директор, - любой саботаж с твоей стороны обойдется, полковник, палатой № 6 пожизненно. А сейчас оформляй пропуск Ирине Родионовне и показывай завод. Через час-два она должна иметь допуск везде, даже к сейфу в твоем кабинете. Всё понятно? – спросил раздраженно директор.
       - Так точно, - отрапортовал полковник.
       После поверхностного осмотра завода, весь его не обойти пешком даже за несколько дней, они зашли в дирекцию. Действительно удивленное руководство авиазавода таких гостей не ожидало. Директор ФСБ представил Павлову, но ему сразу же ответил директор завода, что местную ведунью знают в Н-ске практически все и удивлены её появлением на заводе. Хотя «туристы» иногда завод посещали – он изготавливал не только новейшие истребители, но и гражданские самолеты.
       Генерал представил руководство завода:
       - Директор завода Машковский Эдуард Ярославович, доктор технических наук; главный инженер Кулебякин Авраам Моисеевич, доктор физико-математических наук. Кроме присутствующих о Павловой желательно не должен знать никто. А вам, господа руководители завода, придется выполнять все просьбы и пожелания Ирины Родионовны беспрекословно и без обсуждения целесообразности. Вам слово, Ирина Родионовна.
       - Мы частично осмотрели территорию завода. Для государственных целей я выбрала один из цехов. Это, - она посмотрела на полковника Збруева. Он сразу же пояснил:
       - Это цех сборки электроники в закрытой зоне, цех номер пять.
       - Так вот этот цех необходимо в сжатые сроки подготовить к изготовлению беспилотников, завести в него необходимое оборудование для изготовления и сборки разных моделей БПЛА. Имеющееся в цехе оборудование, которое не потребуется нам, необходимо вывести и установить в другом месте. Сотрудников в этот цех я подберу сама из вашего же персонала с помощью господина Кулебякина. Полагаю, что сутки на вывоз и сутки на ввоз нового оборудования вполне хватит. Вы, господин главный инженер, этим и займетесь. Два дня вам вполне хватит. А на третий мы с вами подберем новый штат в цех. Вопросы?
       - Вообще-то я вам, госпожа Павлова, не подчиняюсь, - заявил главный инженер завода.
       - Чтобы не возникало лишних и ненужных вопросов, - заявил директор ФСБ, - прошу считать просьбы Ирины Родионовны распоряжениями президента Российской Федерации. Вы, полковник, проконтролируете выполнение указаний. И если они не будут выполнены – задержите главного инженера по статье за измену родине. В связи с особой секретностью суда не будет, Кулебякин, как и срока, а буден палата № 6 пожизненно. Там и обсудите  ситуацию с Берией или Наполеоном. Вопросы по существу будут? Тогда всем удачи.
       Через два дня Павлова подбирала рабочих и инженеров для работы в новом цехе завода. Сразу пояснила начальнику особого отдела Збруеву, что люди должны быть особо проверенными. «Особо проверенными, - подчеркнула она. – Если что-то пойдет не так, то вы об отмененной расстрельной статье станете мечтать, как о манне небесной».
       Уволившись из полиции, Павлова теперь не принимала пациентов и в офисе Ивана. И чем она занималась: не знал никто, кроме нескольких лиц в стране. Но поскольку в Н-ске большинство, если не все, знали её в лицо, то на авиазаводе ей приходилось ходить в маске известной актрисы Татьяны Самойловой, которую в лицо молодые люди и даже лица среднего возраста уже не знали. За некоторым исключением, естественно.
       «Цилиндрик» Павловой испытали и руководство страны осталось очень довольным. Но в последний момент она решила подобные « цилиндрики» не делать, как и двигатели на нейтронной жидкости. Обладая знаниями Космоса, она решала вопрос совершенно по-другому.
       Через десять дней она позвонила в Москву директору ФСБ. Почему ему, а не начальнику Генштаба? Да потому, что он имел больший выход на министра и на самого президента страны. Она запросила аудиенции с президентом, военный борт для доставки БПЛА и последующей демонстрации беспилотников. Через десять дней за ней прилетел военный транспортник.
       На аудиенции у президента присутствовали министр обороны, начальник Генерального штаба и директор ФСБ России. Павлова сразу же заявила:
       - Я ещё раз подумала, Иван Иванович, и решила сделать наш вопрос более дешёвым и эффективным. Согласна, что «цилиндрики» эффективны, но есть более рациональное решение этого вопроса. Я привезла с собой десять БПЛА, который хочу продемонстрировать присутствующим с любой местной закрытой территории. Например, с территории какого-либо ведомственного дома отдыха. Это абсолютно новые беспилотники, не имеющие боевого заряда и нейтронного двигателя. Не советую консультироваться с академиками, ибо они в голос станут утверждать, что сие невозможно. Подробнее: на моих БПЛА установлены почти обычные двигатели, питающиеся от космического эфира. В этом плане об эфире говорил ещё великий Никола Тесла. Такой беспилотник может находится в воздухе от нескольких часов до нескольких десятков лет без посадки и дозаправки. Вместо боезаряда он начинен фотонной электроникой, способной вычислять автоматически любое оружие врага на расстоянии пяти километров. И наше тоже, - она улыбнулась. – Запускать беспилотник можно откуда угодно, но оператор должен включить электронику только на территории врага, когда он отлетит от линии фронта на пять километров вглубь. В радиусе пяти километров будет уничтожено любое оружие. Беспилотник обнаружит его и направит фотон, который приведет в действие капсюль, детонатор и прочее. В автоматах взорвутся патроны, у орудий – снаряды, взорвутся ракеты и так далее. От фотонного щупальца взлетят на воздух боеприпасы на складах. Не надо никакого боеприпаса на беспилотниках – у врага само всё взорвется. Летит такой беспилотник по территории врага и на его пути взрывается все, даже патроны в автоматах. А сбить его невозможно. Если к нему летит пуля, то он отклонит её в сторону. У пули нет заряда и взрываться там нечему. А вот снаряд или ракету взорвет на расстоянии пяти километров от себя. Каждая группировка наших войск будет иметь такой беспилотник. Бойцы станут заходить на территорию врага без боя – у него не будет оружия. Всё это я готова продемонстрировать в реальности.
       Павлова замолчала, глядя на президента. Немного помолчав, он произнес:
       - Мы дожили до сказки, Ирина Родионовна?
       Она улыбнулась, ответила:
       - В своё время, Иван Иванович, изобретение колеса тоже считали сказкой.
       Через несколько секунд все присутствующие разразились хохотом. Просмеявшись, начальник Генштаба спросил:
       - Тогда вам, Ирина Родионовна, для демонстрации беспилотника необходимо будет поехать на передовую?
       - Зачем? Его можно запустить прямо отсюда и по видеосвязи наблюдать за происходящими событиями. На территории врага включить фотонную электронику и смотреть, как взрывается оружие укропов и как бездарно они пытаются уничтожить беспилотник. Над нашей территорией он пролетит со скоростью двадцать махов, а там снизит скорость до автомобильной. Сейчас ваша задача выбрать место для удара и сообщить войскам, чтобы они временно не шли вперед, а только после вашего звонка, Кузьма Федорович. 
       Начальник Генштаба с министром обороны выбрали место для удара только на следующий день. Беспилотник разместили во дворе под охраной спецназа, а заинтересованные лица собрались в одном из служебных кабинетов главы страны.
       - Я уже говорила, что скорость беспилотника составляет двадцать махов, - начала Павлова. – Дистанционно включаем и запускаем БПЛА, вы его видите сейчас на экране телевизора, а в последующем здесь будет отражаться его видеокамера с хорошим разрешением. Отсюда до точки соприкосновения он долетит за две минуты и снизит скорость до велосипедной. Вот вы уже видите линию фронта и, пролетев немного вглубь, мы включаем фотонный поиск над территорией врага. Он отыщет любые боезапасы от патронов до снарядов, мин и ракет. Всё, что может взрываться и наносить нашим войскам урон в том или ином виде. Сейчас вы видите небольшие взрывы – это рвутся патроны в автоматных рожках и гранаты в боекомплектах укропов. А вот и более серьезные взрывы пошли по мере продвижения беспилотника – это уже взрываются запасники боекомплектов, а дальше ещё круче: взрываются склады боеприпасов и укрепленные бункеры, а по ходу БПЛА мелкие взрывы, то рвутся мины. А вот и их артиллерия подорвалась на собственных снарядах. О-о! Укропы проснулись и пытаются атаковать наш беспилотник своими, идя на таран, но он сбивает их ещё на подходе. Иван Иванович, - обратилась она к президенту, - квадрат пять на пять километров очищен от врага полностью. Можно  и дальше двигаться вправо, влево, вглубь. Звоните на передовую, Кузьма Федорович, пусть наши солдаты занимают указанную территорию. Многие укрофашисты убиты, ранены, но есть ещё и живые, которые отходили по нужде в стороны, они могут оказать рукопашный бой. В теории, конечно, - Павлова усмехнулась. – Однозначно одно – воевать им на этой территории больше нечем.
       Вечером снова собрались тем же составом. Докладывал начальник Генерального штаба:
       - Иван, Иванович, Ирина Родионовна, результаты применения БПЛА действительно потрясающие – весь боезапас на этой территории был уничтожен. Наши солдаты зашли на территорию без потерь и взяли в плен оставшихся в живых ВСУшников. Все в шоке…
       - Прекрасно! – согласилась Павлова, - мне потребуются десять операторов, которых я обучу методам управления этими БПЛА. Десять беспилотников для фронта вполне хватит, но сделаю ещё десять на запас, хотя они бессмертны, образно говоря, их сбить невозможно. Эти беспилотники можно запускать вглубь территории Украины, и они уничтожат там все боезапасы, ракеты, самолеты, танки и так далее. То есть всё, что может стрелять, взрываться и наносить урон: самолеты, подводные лодки, корабли и тэ дэ. Такой БПЛА может летать без посадки 50-70 лет, без ремонта, обслуживания и заправки топливом. Он питается от космического эфира. Ну вот, - вздохнула Павлова, - вроде бы всё рассказала, теперь и отдохнуть можно. После обучения операторов, конечно.
       - Сколько времени продлится обучение? – спросил министр обороны.
       - За необученных совсем не возьмусь, а если прибудут военные с фронта, то одного дня для объяснений вполне хватит. Они же уже умеют управлять БПЛА, а я им объясню принцип и тонкости в работе, чтобы своих случайно не уничтожили.
       - Понятно, - произнес президент,- чем займетесь позже, Ирина Родионовна?
       - Не знаю, может быть, уеду куда-нибудь в тайгу или на море. Не знаю пока…
       - А как же министерство обороны без вас, Ирина Родионовна? – спросил министр.
       - Не знаю. Я дала вам оружие небывалой мощности, бесподобное оружие и более сотрудничать не желаю. Как говорил Иван Иванович в свое время: «каждый человек должен иметь свое мнение». В России есть такие поговорки: «зуб за зуб; око за око». А в Европе и Америке давно фактически отменили международное право. И  я считаю, что давно пора снять белые перчатки. А посему разрешите мне удалиться.