Отсветы Далёких Лет 12. Дела Давно Минувших Дней

29 декабря 2388-го года
Альмарак
Рубид
Светломорье - Надежда

Перрон медленно двинулся за окном купе. Проплыл стеклянный вокзал, пошли заборы, виадуки, производственные корпуса. Одуряюще несло рыбой и водорослями. Поезд грохотал по стрелкам, пересекая запасные пути, заставленные товарными вагонами. Выйдя на магистраль, газотурбинный локомотив с острым носом начал набирать скорость. Белая с синими зигзагами машина помчалась на север, увлекая за собой девять двухэтажных вагонов пассажирского состава назначением на Незнамово. В конце стоял носом назад такой же локомотив, управлявшийся с головного. Схема "тяни-толкай" позволяла не оборачивать состав на конечных и сообщала поезду "исключительно плавный ход", как утверждала "БиС" в рекламе.

Невысокий, ещё молодой но уже совсем седой офицер в сером мундире с латунными петлицами (скрещённые винтовки над крылатым колесом) спросил у кондукторши чаю и удобно устроился у окна, положив на столик перед собой снятый наруч. Он извлёк из кармана кителя пластиковый тюбик, намазал запястье, где был наруч, кремом и растёр, болезненно морщась.

 - Болит?  -  участливо спросила попутчица  -  полная белокурая дама  средних лет в тёмном свитере и светлых джинсах.

 - Чешется,  -  неприветливо буркнул офицер.

Над наручем раскрылся голоэкран. Ротмистр убрал тюбик, отпил невкусного чаю, чуть заметно сморщил нос и погрузился в чтение. Дама некоторое время пыталась завязать разговор, но быстро поняла, что седой мужчина не настроен на беседу. Она отвернулась с подчёркнуто обиженным видом и надвинула на глаза свой монитор-обруч.

Информация была разрозненной, собирали-то по разным службам и, судя по стилю, Сети. Видимо, не нашлось у Игоря или Сержа хорошего референта, чтобы из лоскуточков сшить более-менее ровные куски. Так, собрали разные заметки и документы, да раскидали по разделам.

Итак, в 2191-ом году французский (точнее азорский) скаут "Альма" обнаружил планету в системе Дельта Рака, пригодную для людей. В соответствии с тогдашней традицией, планету назвали по имени корабля. Но позже выяснилось, что такая планета уже есть. Дабы избежать конфуза и бумажной волокиты, азорские чиновники решили проблему легко и просто  -  стали писать "Альма созвездия Рака". В сокращённом варианте оно быстро превратилось в Альмарак и было таким образом закреплено в документах.

Первые годы Альмарак за дальностью никого не интересовал. Поэтому детального изучения не проводилось  -  зонд облетел орбиту, спускаемый аппарат взял пробы воздуха и воды. Его собрат более сложного устройства привёз образцы грунта, ягод, трав и мелкого грызуна в мёртвом виде. Орбитальное наблюдение не выявило никаких следов разумной жизни, и Альмарак поместили в реестр планет "пригодных к колонизации". Сила тяжести составляла 1,08G, что было приемлемо для землян.

В 2208-ом году давно тлеющее в Евросоюзе противостояние христианских европейцев с исламитами и негроидами рвануло Гамбургским Бунтом. Подобные бунты случались и раньше, но масштабы... Восстал практически весь север Германии  -  от Магдебурга до Киля. Лионский Халифат ринулся защищать единоверцев и первое, чем отметились лионцы  -  с 16  по  22  июля 2208-го года  -  Страсбургская Резня, когда в агломерации были жестоко уничтожены все еврасы, иудеи и азиаты,  независимо от религии, пола и возраста.

Алексей Первый, император Славянский, принял решение помочь гамбуржцам, и в порт сего немецкого города направился караван судов с продовольствием, медикаментами,  оружием и прочим припасом. На север Европы бежали охваченные ужасом этнические евры, славяне, иудеи, азиаты, поскольку лионская армия не щадила никого из тех, кто отличался от негров или арабиатов.

Вывалив груз, теплоходы приняли на борт сорок восемь тысяч беженцев. Их разместили в городках и посёлках  Онежского Края. Операцию повторили шесть раз, постоянно увеличивая число кораблей.

Акция перестала быть исключительно государственной. Частные компании направляли свои транспорты и лайнеры "во спасение братьев по расе". Канада неожиданно вывезла к себе часть беженцев, несмотря на неудовольствие Британии с её исламитским большинством в Парламенте. Подключилась даже Испания, очистившаяся от иноверцев в 2187-ом  -  2203-ем годах. Правда, испанцы принимали только католиков. Южно-Американская Конфедерация также вывозила беженцев из западных областей охваченой ужасом страны.

Начались регулярные авиарейсы через Гамбург, Целле, Киль, Любек, Нюрнберг, Оснабрук, Нойбранденбург. Скандинавы попробовали возражать на пару с правительством Евросоюза. Но тут до сих пор молчавшая СибВолга выступила с заявлением такого плана: "Будете мешать гуманитарной помощи  -  у вас будет гуманитарная катастрофа".

Сибирские войска выдвинулись к Дону. Брюссель выразил озабоченность.

К ноябрю 2209-го года на древней земле Германии не осталось ни одного германца или другого представителя европейских рас. А в Славянии возникли обширные немецкие и азиатские поселения, сильно отличавшиеся от славянских порядком и культурой вообще. Возникло некоторое раздражение друг другом, доходившее до побоищ посёлок на посёлок. Да и с продуктами тогда было куда хуже, чем после развития планоформирования и гидропоники. Кореные открыто заявляли, что пришлых надо гнать куда-нибудь в Амдерму, и пусть там сами себе моржей ловят. Напряжение нарастало, надо было что-то решать. Пера тогда только начиналась и сама себя продуктами еле обеспечивала.

Славянская Империя подала заявку на колонизацию далёкой и вроде бы никому не  интересной планеты. Так и возникли на ней в 2217-ом году Славяно-Имперский Рубид, вольные еврогерманский Нойе-Рур и азиатский Ханьцзы.

Осознав, что на Альмараке много чего интересного, полезного и прибыльного, испанцы в 2220-ом основали Нуо-Басконию, выперев туда всех сепаратистов, желающих и просто недовольных. В результате на островах сложился весьма взрывной контингент. А маленькая Португалия в 2223-ем застолбила территорию на восточном материке планеты, успешно развивая Нуо-Лиссабон, территория которого превысила территорию метрополии уже к 2260-му году.



Террианская история катилась своим чередом. Захватив пол-Европы, Халифат совсем оборзел, и потребовал от Польши - Восточную Пруссию, а от Чехии - Силезию и Брашов. Евросоюз упорно молчал, делая вид, что это его не касается. Собственно, а чего было ожидать от Брюсселя, если в ЕС давно заседали те же арабиаты?

Халифат попросту вторгся в Польшу, и та завопила на весь мир о помощи. И вот тогда вмешалась СибВолга. Её государь Константин Первый, прозванный Неистовым из-за приступов ярости, велел примерно наказать Брюссель. В ночь на 14-е сентября 2209-го года волна бомбардировщиков разнесла древний город под ноль вакуумными бомбами. Они снесли всё, что возвышалось над землёй хотя бы на метр. Одновременно сибирские войска через Белоруссию вошли в Польшу, где их приветствовали, как спасителей, и двинулись на северо-запад страны, навстречу "Ордам Халифа".

Следующая волна бомбовозов проделала тоже самое с Лионом, а третья - с Орлеаном. Халифат проклял "неверных", но закусившего удила царя было уже не остановить.

Халифат вылетел из Польши, как пробка из бутылки. Сибволгари действовали по принципу "Пленных не берём, в бегущих не стрельнём".

ЕС окончательно развалился, и разразилось то, что одни именуют "Великой Войной за Белую Расу", другие - "Прелюдией к Третьей Мировой", третьи - "Беспримерным Геноцидом", а четвёртые - "Центральноевропейским Конфликтом".  Главные участники - Сибиро-Волжская Империя, Польша, Австрия и Испания против Халифата, Италии и Венгрии.

Когда дожди смыли с разорённой и перепаханной бронетехникой земли кровь, а развалины городков и деревень перестали тлеть, огромная толпа чёрных,  получёрных и даже не очень чёрных, но исламитов, в ужасе валила на плотах, судах и любом ржавом корыте в Судан и Тунис. Ещё больше лежали в земле измученной ими Европы.

Испанцы под шумок отхряпали себе юго-запад бывшего Халифата с Тулузой и Бордо, а итальянцы, попробовавшие ударить во фланг совместно с венграми, потеряли весь северо-восток своего "сапога", отданый Австрии.  Кроме того,  австрийцам достались Венгрия и "балканская мелочь". По этому поводу австрийцы весьма сердечно кричали "Виват"! и "Данке шён"! генерал-лейтенанту Абрикосову, командующему Южной Группой Войск, и генерал-майору Напахову, начальнику первоначально Резервной, а затем Балкано-Альпийской Группировки.

Швейцария, Норвегия, Финляндия, Швеция, Нидерланды и Бельгия объявили себя нейтралами. Дания попыталась забрать себе свои старые территории на севере Германии и дипломатически получила по лапам. На освободившуюся землю хлынули тысячи европейцев, которым не хватало возможностей в своих странах.

Неожиданно быстро возникло Гессен-Дармштадтское Королевство, которое первыми признали Дания и Славяния, а затем и СибВолга с США, Австрией и Речью Посполитой. Немцы организованно возвращались на земли своих отцов.

Шёл  к концу 2214-й год.

И тут влезла Британия. Экспедиционный корпус высадился в Шербуре и Ване, а Правительство Его Величества Акбара Пятого грозно вопросило весь мир "С какого хрена эти восточные варвары считают себя вправе решать судьбу древних французских и германских земель единолично?"

В принципе, СибВолге достало бы сил воткнуть в  акбарово очко флагшток, порвать его на тот самый Юнион Джек и вопросить мир "С какого это хрена  арабиаты возомнили себя англичанами и не пора бы почистить островок от этих уродов с немытой задницей"?

Но пять лет войны истощили империю и измучили людей. Кроме того, такая постановка вопроса могла спровоцировать весьма неслабое столкновение с США. На тот момент Штаты были вполне себе в состоянии устроить СибВолге на Дальнем Востоке нехилый  -  по английскому выражению  -  мерфи. Да ещё в потенциально опасном регионе начал шевелиться Китай, жадно глядящий на Приамурье и Забайкалье, откуда его вышибли лет за сто до этого.

12 марта 2215-го года внезапно умирает Император Константин Неистовый. На престол взошёл  Максим Пятый, заслуживший впоследствии прозвище "Макс - Чужие Руки". В отличии от своего отца, подверженного вспышкам безумной ярости, новый государь был тихим, осторожным и расчётливым.

Он не пожелал далее продолжать европейскую кампанию, в которой его страна  приобретала только репутацию, и то неоднозначную, технологии, и то второстепенные. Царь Максим сделал финт ушами  -  предложил мировым лидерам Северного Полушария и Южной Америки взять под свой протекторат бывшие Францию и Германию. С Германией получилось не очень  -  немцы сами восстановили свое государство, правда только в западной части Пруссии, Гамбург-Ганноверском королевстве, Гессен-Дармштадте, Мекленбурге, Саксонии, Тюрингии, Швабии и Эльзасе. Так возникла Рейнская Конфедерация, она же Германский Союз.

Турция при полном молчании Дамаска и Екатеринбурга вторглась на Кавказ, откуда за три недели до этого уехали работавшие там гражданские сибволгари. Дагестан, Осетия, Азербайджан и Чечня влились в новую Османскую Империю без визга.

Государь Максим и Президент - а в дальнейшем  -  Султан Хасан Освободитель -  Турции мирно договорились о границах, мире, торговле и безвизовом режиме на двадцать один день. Кстати, султанат в Турции просуществовал лишь до смерти Хасана Освободителя. Его сын отрёкся от престола и снова вернул Турцию в список парламентских республик.

А вот на Старую Францию за исключением тех земель, на которые уже наложили лапу хитрые соседи, положила глаз Канада, которая и получила её в пределах "От Шампани до Марселя". На свободные земли насильно переселили тысячи людей из чудовищно перегруженных агломераций Страны Клёнов.

Британия пребывает в ярости от действий своей бывшей колонии и срочно кооперируется с США. Очищать Бретань и Нормандию она не стала, закрепив де-юре то, что уже было проделано де-факто. Юнион Кингдом и Ю-эС-эЙ начинают кампанию антисибирских и антиканадских санкций, что приводит к ещё большему сближению Канады с СибВолжской Империей и блокаде, а затем и разделу между ними штата Аляска.

До Восточной Войны, в результате которой КНР превратился в Тибет, Желтороссию, Материковый Тайвань, Австралийскую колонию Циндао и Материковую Японию, оставалось тринадцать лет.

До разгрома Британии силами Славянии, СибВолги, Твери и Польши  -  двадцать четыре года.

До уничтожения США  -  тридцать семь лет.

В 2220-ом году славянская армянская диаспора испросила разрешения у Алексея Спасителя на создание собственой колонии на Альмараке. Подумавши, государь согласился с условием, что колония будет не вольной, а славянской. Диаспора выговорила себе всё  же некую автономию и в 2223-ом году на восточном материке, на другом его краю от Нуо-Лиссабона, возник Новый Арцах. Впоследствии в него переселялись армяне из  США, Соединенного Королевства и различных государств Евразии.



Пока Евразия сотрясалась от войн, на Альмараке тоже было неспокойно. Рубид делился на центральный государственный пояс, корпорационные ареалы Юланда, севера и востока, вольно-общинный запад. В 2257-ом году в районе островов к северо-западу от Нойе-Рура (а от Рубида к востоку) обнаружили жёлтые водоросли, из которых выделили средство под названием "серапия", по фамилии химика. Серапия являлась мощным средством, убивающим раковую опухоль при минимуме побочных эффектов. Давняя мечта фармацевтов и врачей сбылась  -  лекарство от рака было найдено.

В те времена германцы не претендовали на западное побережье своего острова, развивая более благодатный восток и богатый полезными ископаемыми центр.  Находка Ангелины Серапонтовой всё изменила. В районе островов и в проливе между Нойе-Руром и материком появился немецкий флот. Попытка переговоров  сорвалась из-за вызывающего поведения рубидского консула. Так начался Первый Серапионский Конфликт.

Их было семнадцать за сто с лишним лет. Колонии рассорились вдрызг. Несколько лет Рур удерживал часть территории Рубида, назвав оккупированную территорию  Серапионом и основав Нойе-Кёльн. Была большая удача и у Рубида, когда десант с Юланда вклинился на десяток-другой километров с шириной фронта шестьдесят от  южного побережья Рура направлением на Швабен  -  крупный промышленный центр. Но в конце концов всё вернулось в исходное положение, за вычетом того, что рачительные немцы выгребли серапиеву водоросль практически подчистую и приживили её в заливах на востоке, обретя тем самым почти полную монополию на чудесное средство.
 
Не спала и Нуо-Баскония, пытаясь отхватить кус то от Рура, то от Рубида.  Немцы показательно и образцово Басконию выпороли и вывезли с репарациями оборудование заводов, оставив басконцам участь рыбаков, торговых моряков и земледельцев.

 

В 2281-ом году, при губернаторе Сааремском, были ликвидированы корпорационные ареалы и на всей территории колонии введено Славянское Право. При нём же началась кампания за насаждение "традиционных ценностей православия" под руководством первого идеолога движения - отца Еремея из Ново-Камчатки. Идеология церкви и породила пакет законов под общим названием "Духовно-Моральный Кодекс".

К 2296-му году (губернатором был безвольный и богобоязненный Викторов)  священнослужители начали силой перекрещивать или изгонять "еретиков". Рубид  покинули четыре с половиной миллиона человек, около миллиона двухсот тысяч пропали без вести или были убиты озверевшими фанатиками. Церковь определяла всю жизнь рубидера при полном попустительстве метрополии, где подобные явления тоже имели место, но не столь яростно.

Не сказать, что рубидерам это понравилось. Во-первых, в колонии жило много иноверцев. В своё время на Альмарак переселялись протестантские общины, спасаясь от регулярно выписываемых им населением Славянии звездюлей за назойливость и откровенную наглость в желании контролировать предприятия, курировать заведения для наркоманов, алкоголиков и душевнобольных.

Во-вторых, нынешние Хларау, Рокоземь и Чёрные Дюны контролировали фирмы, имевшие в основе две корпорации  -   "Изумруд" и "СлавПром". Первую основал католик, а вторую  -  язычник-ведит. Карьеру в них легче было делать, разделяя веру топ-манагеров, как называли высших начальников в те далёкие годы.

В-третьих, поспешность основания колонии привела к тому, что рубидеры изначально обладали неким духом авантюризма, свободолюбия и независимости. Например, в Рубиде полностью отсутствовало видеонаблюдение на улицах. Не принято и всё. В помещениях и дворах контор, отелей, предприятий  -  встречалось, но редко. Считалось признаком слабой неумелой охраны, а кое-где и непристойностью.

А тут церковь, на которую оглядывались по большим праздникам, полезла всем в трусы и души, опираясь на Ново-Камчатских, Лебединских и Юландских православян. Доходило до бунтов, быстро подавленных организованными Духовниками. Рубид смирился, но не покорился. Глухое сопротивление режиму ощущалось все годы действия МДК.

Своего апогея Духовность достигла к началу 2310-х годов, а на спад пошла в 2323-ем, на фоне экономического и политического кризиса. В 2324-ом была зафиксирована первая крупномасштабная война между двумя дворянскими семьями. Губернатор Иевлев (Викторов умер за несколько лет до этого) попросил помощи у Метрополии, но на тот момент специально созданный для решения колониальных проблем военным путем Легион был по уши занят в Ольгии  -  небольшой, но очень важной горнорудной колонии. Пятая колонна Легиона стерегла восточное побережье и отказалась подчиниться губернатору  -  у нас приказ Главной Квартиры Легиона,  разбирайтесь сами.

И тогда губернатор Марк Иевлев к 2326-му году собрал ополчение, назвав его Армией Рубида. Армия сумела потрепать и развести враждующие стороны. Иевлев увеличил её численность до четырёх дивизий, две из которых были драгунские, то есть мобильные.  Причём иевлевские подразделения поражали своей численностью. По документам их было четыре, а на самом деле каждая бригада состояла из десяти батальонов или ста рот/эскадронов. Таким образом, при штатной численности 196 человек на роту, в батальоне состояло 1960 человек (на деле  -  больше), что тянуло уже на полк. Бригада/дивизия же при штатном террианском расписании в двенадцать тысяч человек, была  больше почти вдвое  -  двадцать-двадцать три тысячи бойцов. Таким образом хитрый  губернатор замаскировал огромные силы.

Кстати, неизвестно кто переименовал мобильную пехоту в драгуны. То ли это было самоназвание, то ли таким именованием наградили одну из частей, а затем имя прижилось, то ли вообще чёрт его знает как это вышло. Но тот, кто в двадцать шестом именовался "мобпехотинец", в тридцать седьмом иначе, как "драгун", не назывался.



Пера и Арцах по примеру Иевлева соорудили свои армии  -  на всякий случай. И вот тогда Метрополия проснулась. Судя по всему, император Роман Второй всерьёз боялся сепаратизма. Милиционные армии взяли под единое командование, назвав Колониальной Армией.

Линейные дивизии привели к террианскому штату, но драгунские бригады оставили, как есть,  и назначили на пограничную службу. Таким образом драгунская дивизия полного штата была, по сути, армией! Две тысячи человек  -  батальон, двадцать тысяч  -  бригада, дивизия же двести-двести сорок тысяч бойцов  на двадцать семь миллионов тогдашнего населения Рубида! А дивизий две.

Конечно, по состоянию на 2388-ой год драгунские дивизии были сильно кадрированы. Из почти полумиллиона стрелков по штату в них реально служили около ста двадцати тысяч человек.

Линейные части свели к четверичной системе. То есть: в роте четыре взвода  -  те же 196 человек, учитывая офицеров, сержантов и доктора. В батальоне  -  четыре роты, то есть около восьмисот человек. В полку  -  около трёх с половиной тысяч, учитывая вспомогательные части. Всё, привет. И вся рубидская КА, кроме драгун, девять полков. То есть, около тридцати двух тысяч солдат и офицеров. Подсчитайте-ка, господа, для интересу, их численность при Иевлеве. Такого соотношения военных к гражданским ни одно государство не выдержит!

От Легиона КА отличалась источником финансирования  -  Легион содержала метрополия, а КА  -  колонии, чьи отчисления поступали в специально созданый для этой цели "Воинбанк". Позже банк расширил свое влияние, перехватив денежные потоки Армии Метрополии и Легиона.

На Рубид был назначен новый губернатор  -   двоюродный брат государя, Великий Князь Сокольский, получивший титул виц-императора.

Сокольский стартовал с Терры при пяти  -  2й, 3й, 4й, 9й и 11й  -  колоннах Легиона. 5я  прочно сидела в Серапионе, Ново-Камчатке и на Юланде, иначе бы Нойе-Рур не преминул воспользоваться ситуацией. Князь решительными действиями прервал гражданскую войну, показательно гильотинировал особо непонятливых, стимулировал развитие торговли, сумел договориться с фабрикантами. К 2349-му году Рубид вышел из кризиса. Установился непрочный, со многими оговорками, но вполне приемлемый мир.