Туфель с жёлтой застежкой. Часть 7

Детектив в семи частях.
Окончание

Часть 7
Что скрывало свисающее  одеяло.

  На другой день после работы я поехал, как и обещал, в городскую клиническую больницу, прихватив ещё от себя дядкиному племяшу пакетик апельсинов.
Валентин попал на двенадцатый этаж в неврологию с обострением болей в спине.
Поправлялся, был уже ходячий, решил привести немного себя в гигиенический порядок, освежиться. Меня пропустили к нему. В палате было четыре кровати с больными, все с разными заболеваниями.
Один даже после инсульта, но поправляющийся, другой на костылях.
Я заметил, что почти все вставали и самостоятельно передвигались, общались, кроме одного. Он ни разу не поднялся, даже толком не двигался, а лежал лицом к нам под одеялом.
Валентина я знал слабо, так, несколько раз виделись, когда он приезжал к Степану Ильичу. Приветствовали друг друга  "здравствуй-до свидания". Поэтому немного поговорив об обычном, о погоде, о доме, я переключился на незаметного притихшего  больного. С интересом чуть слышно спросил:
"А с этим что? Совсем скис, не двигается."
 Валентин глубоко вздохнул, сделался печально-удивл;нным и приподнял брови. Тоже почти шёпотом изрёк:
"Его дня три назад откуда-то доставили, какая-то массовая драка, сильно избитого. Говорит, что ничего не помнит. Иногда встаёт, покушает, сходит в туалет и опять на боковую. Привезли на скорой. Но мне кажется просто не хочет говорить, что-то скрывает."
  Потом Валентин плотно придвинулся ко мне,  таинственно  поманил меня пальцем и в самое ухо продолжил:
"По виду и повадкам пытается как-то втихую смыться отсюда."
  Последняя фраза племянника дядки Степана меня насторожила. Я себя почувствовал как на рыбалке с удочкой, глядя на поплавок.
Уже откровенно, со всем вниманием повернулся и посмотрел  сбоку на лежащего под одеялом, но лица не было видно.
Одеяло низко свисало почти до пола и закрывало низ кровати. Не знаю почему, но мне захотелось подойти и поправить, накрыть больного. В это время он сам вдруг потянул на себя одеяло и резко повернулся к нам спиной.
Кровь отошла у меня с лица. Я руками закрыл  себе рот, потому что чуть не взвизгнул. На нём была футболка с заметным немного рваным рукавом на плече и крупной надписью
Торпедо - Москва...
Но и это было не всё. Из под кровати выглядывал коричневый левый туфель с желтой застежкой!
Я быстро встал, времени не было. Не оглядываясь и не прощаясь выбежал из палаты в сторону медицинского поста с телефоном.
... Позже, когда их всех уже взяла милиция, мне Туктар в подробностях рассказал и о шайке наркоманов, и о хозяине левого туфля с набойкой. Прозвище у него оказалось "Рваный" среди фанатов, вечно со всеми дрался и что-нибудь у него было порвано.
Ранее неоднократно судимый за разбой и грабежи Стеклов Феликс. Теперь занимающийся распространением среди футбольной молодежи наркотиков и организующий футбольные драки.
В тот злополучный день Рваный, отбиваясь на квартире от подельников, с которыми чего-то не поделил, бросил с размаху свой туфель и промахнулся. Обувка улетела в окно. А его самого скрутили и увезли на разборку.
Там и произошла массовая драка между клубами  футбольных фанатов. В результате его, конечно, сильно избили и вырубили. Так что спасла Стеклова Феликса наша доблестная скорая помощь, которая подобрала не только его бессознательное тело, но и правый его туфель с жёлтой застежкой...
А Туктар проявил себя как честный и благородный товарищ, как большой профессионал. Он сдержал своё  слово "может быть", потому что ко дню милиции меня наградили памятными командирскими часами и Почётной грамотой ГУВД России.