Avec que la marmmotte - недлинная проза

Это ещё не скворец – скворцу рано. Даже у нас, в южных донских –
причерноморских – землях.  Прилёт первых скворушек в родовое
своё ''имение'' – серовато-ржавый от проливных дождей скворечник
на дряхлой акации, --"мне помнится, начинался в середине апреля,
а то и к Первомаю...Должно быть, зимородок. Или зяблик.

Зимородок чуть крупнее, с яркой оранжево-пламенной грудкой, как у
снегиря. Бывает и малиновый окрас нежных передних пёрышек, а то и
зеленовато-лимонный. А зяблик и по величине, и по цвету грудки, и по
пению – вылитый снегирь издалека. Думаю-таки, зимородок – на слух.
Трели почти соловьиные… Только не лето на дворе. Холодно, как в ноябре.

Соловьи в Петербурге белой ночью, заливаются. Не спится… На улицу иной
раз выйдешь, присядешь на дворовую скамью – и наслаждаешься: цветением
жасмина да сирени.., «соловьиной ораторией».., воркованием влюблённых
''голубков'' – сентиментальных ''возрастны'х'' парочек (а совсем юные – те
ведь иначе любят и развлекаются)…

Ну вот! Умолк. Свечерело. Скоро темень, сквозь которую таращатся огненные
амбразуры окон двадцатиэтажек. С Нью-Йорком можно спутать спросонок…
Хотя… В Америке – там стоэтажки и дома гораздо выше! Ежели и голосят певчие
дрозды либо канарейки, то в ''гламурных'' позолоченных клетках, а то и золотых.
«Ты ж моя, ты ж моя канареечка…»,  – мой папа любил напевать…

Я же на музыкальных уроках – и сольфеджио, и освоения игры на  клавишных –
старательно выводила бетховенского «Сурка».  Людвиг ван Бетховен сочинил
эту песенку, взяв за основу для текста стихи Иоганна Вольфганга Гёте (нередко
используется перевод Коломийцева). «Avec que la marmotte»  – фраза из очень
старинной французской песенки, в переводе означает «И мой сурок со мною».

У меня был очень высокий голос, за что моя старшая сестрица дразнила меня
''писвклявкой мелкой'', а я на неё полдня дулась, «пока мама ужинать не позовёт».
В студенческие годы во время неудачной лор-операции у меня были задеты связки 
и слуховой нерв. Пела я уже не так звонко, как в отрочестве, однако могла без проблем
подбирать на слух любые мелодии на семиструнной гитаре. Но «Сурка» мы с приятелями,
разумеется, не пели. Были ''припозднившимися''стилягамии.

«Романс о влюблённых» с Евгением Киндиновым и Еленой Кореневой и песни из этого
кино мы обожали. Андрон Кончаловский – гений. И Александр Градский тоже, он пел
за кадром, озвучивая партию героя потрясающе сыгранного тогдашним невероятным
красавцем Киндиновым, в которого я долго была влюблена, подражая старшей сестре.
Влюбчивость, уверена, не «распутная» чёрта характера. Для поэта-лирика – особенно…