Quantum Transition - 7

Глеб сходил куда-то и притащил три ноутбука, несколько пачек бумаги и упаковку ручек. Папки с документацией. Потом глянул на экипировку, покачал головой и выкатил из подсобки белую магнитную доску на колесиках, похожую на те, что используют в конференц-залах, но шириной метра три.
Андрей с Сашкой принесли свои расчеты.
- Это что? – Андрей презрительно фыркнул. – Мозговые штурмы будешь проводить?
- Это тебе решать, - буркнул Глеб, выкладывая на поддон несколько маркеров.
- Естественно мне, - серьезно подтвердил Андрей.
Сашка молча смотрел, как тот разделил полосами доску на три части.
- Геометрия, - он кивнул Сашке, показывая, что этот кусочек доски его, - Материалы и всякое железо за Глебом. Полями и временными займусь я. Так. Сорок семь параметров. Глеб, диктуй.
Глеб раскрыл синюю папку с чертежами и таблицами и начал читать с преувеличенным вниманием к артикуляции:
- Материал корпуса - сталь 12Х18Н10Т. Толщина стенки - двенадцать миллиметров. Внутренний диаметр камеры - девятьсот сорок миллиметров. Конфигурация магнитной системы - двадцать четыре катушки, соединенные по схеме...
- Стой, - перебил его Андрей, бросив записывать. – С чего ты взял, что нужно 24 катушки?
- Твои чертежи. Там было написано – 24 катушки, хотя на схеме только двадцать одна. Я подумал, что у тебя не хватило места.
Лицо Андрея передернуло, но он сдержался.
- Ладно. Будем исходить из фактических параметров, - сквозь зубы процедил он и протянул руку: - Дай сюда документацию. Сашка, пиши.
Совершенно игнорируя Глеба, Андрей стал монотонно диктовать:
: Камера: Внутренний диаметр D = 940 мм. Толщина стенки дельта = 12 мм. Объем V = пи(D/2)2 х h...
- А высота камеры? – поинтересовался Сашка, аккуратно выводя цифры.
Андрей перелистнул несколько схем.
- Глеб, где у тебя камера?
Тот засуетился, вытащил зеленую папку:
- Вот тут основной чертеж, - сказал он, протягивая Андрею листы. – Восемьсот миллиметров.
- Маловато, - Андрей нахмурился. – При таком объеме поле будет неоднородным по оси. Надо было минимум метр делать.
- Я сделал так, как было указано в твоих чертежах, - огрызнулся Глеб.
- Это были наброски. Черновики. Если у человека есть голова на плечах, он сначала спрашивает у знающих людей.
- Ты в это время в дурке валялся, под завязку накачанный лекарствами. У кого мне было спрашивать!
Андрей уставился Глебу прямо в глаза. Моргнул.
- Ладно. Сашка, считай с метром. – скомандовал он математику. – Посмотрим, как лягут допуски.
Сашка исправил цифру. Пальцы не дрогнули.
- Теперь считай, - разрешил он и обернулся к филологу. - Глеб, пиши тут выкладки по материалам.
Глеб, прикусив верхнюю губу, стал выписывать на доску параметры: Сталь 12Х18Н10Т; Плотность = 7900 кг/м3; Модуль Юнга E = 200 Гпа; Предел текучести = 250 Мпа. Работал медленно, то и дело сверяясь с таблицами – боялся ошибиться.
Андрей ходил вокруг доски, как вокруг установки. Иногда подходил, что-то исправлял, перечеркивал у Сашки, писал заново, косясь взглядом на параметры Глеба.
- Почему теплопроводность стали не указана?
- В таблице нет.
- Найди. Если мы через стенки будем отводить тепло, нужно знать коэффициент.
Глеб кивнул и начал листать папку.
Сашка молча писал. Он уже перешел к расчету соотношения объема и площади поверхности, выводил формулы для резонансных частот, прикидывал, как геометрия камеры повлияет на однородность поля.
- Слушай, Андрей - сказал он вдруг, отрываясь от доски. - Если мы увеличиваем высоту, то поменяется собственная частота камеры. Она может войти в резонанс с частотой модуляции поля.
- На сколько?
- Не знаю еще. Но если частоты совпадут, конструкция начнет вибрировать. Амплитуда может быть...
- Знаю, - перебил Андрей. - Будет не весело. Считай разнос.
Он снова повернулся к своей половине доски и написал несколько строк. Потом остановился. Посмотрел на написанное. Стер. Написал заново.
- Плохо, - сказал он.
- Что? - спросил Глеб, поднимая голову от папки.
- Временные характеристики. Моя модель предполагает импульсный режим, а у тебя в железе... - он постучал маркером по доске, - ...сплошной нагрев.
- Я ставил систему охлаждения, - сказал Глеб. - Водяную. Контур по внешнему корпусу.
Андрей замер.
- Какую еще систему?
- Водяную. Я нашел инженера, он рассчитал...
- Какого еще инженера? – очень тихо спросил Андрей.
- С завода. Я показал чертеж внешнего контура. Сказал, что нужна система охлаждения. Он рассчитал.
- Идиот. Филолог – одно слово!
Глеб побледнел.
- Ты…
- Ты не имел права лезть в мою схему! Сначала катушки, потом камера. Теперь система охлаждения?!
- Андрей, - Сашка встал со стула. - Спокойно.
- Молчать! - Андрей даже не посмотрел в его сторону. Он смотрел на Глеба. - Ты хоть представляешь, что будет, если система охлаждения даст сбой? Если труба лопнет? Ты подумал, что будет, если вода попадет в камеру? Мы не просто потеряем установку - мы не сможем контролировать коллапс! Он будет неуправляем!
- Я не...
- Ты не подумал?! Да? Ты просто взял и собрал, как конструктор! Потому что тебе показалось, что так надо!
Глеб молчал. Пальцы его, сжимавшие папку, побелели.
Сашка подошел ближе.
- Андрей. Мы можем проверить систему. Рассчитать режимы. Если что-то не так - переделаем.
- Переделаем? - Андрей развернулся к нему. - Ты понимаешь, сколько времени займет переделка? А мы еще даже не начинали!
- Тем более. Начнем сразу с исходных параметров, - сказал Сашка спокойно. - Сейчас. Тем более, я уже начал сводить.
Он показал на доску. На три колонки, которые были написаны за несколько часов. На формулы, цифры, допуски.
Андрей посмотрел на доску. Потом на Сашку. Потом на Глеба, который стоял бледный, сжав папку так, что она трещала.
- Ладно, - сказал он наконец. - Ладно.
Отошел к своей половине доски. Взял маркер. Написал сверху новую строку:
Система охлаждения. Пересчет.
Глеб выдохнул. Опустился на стул.
Сашка вернулся к своей части доски. Писал дальше, но краем глаза следил за Андреем. Тот работал быстро, жестко, вычеркивал одни цифры, вписывал другие.
Через час Глеб принес кофе. Три кружки. Поставил рядом с доской, никому не предлагая.
Сашка взял свою часа через два или три. Не глядя, сделал глоток, поморщился - остыл. Но выпил, не отрываясь от формул.
Андрей свою не тронул.
К трем часам ночи Сашка закончил геометрию. Отступил на шаг, оглядел свою часть доски. Черные аккуратные строки, формулы, выверенные размерности. Рядом - размашистый синий почерк Андрея. И между ними, на стыке, - серые, без цвета, столбцы Глеба.
- Ну? - сказал Сашка, разминая затекшую шею. - И что у нас получилось?
Андрей оторвался от доски. Глеб поднял голову от бумаг.
Они стояли втроем, глядя на исписанную поверхность.
- Геометрия, - Сашка ткнул маркером в свою колонку. - Объем, площадь поверхности, собственная частота, резонансные пики. Я вывел общую формулу для соотношения размеров. Если менять диаметр, можно уйти от резонанса.
- Материалы, - Глеб подошел к своей колонке. - Сталь, медь для обмоток, вакуумные уплотнения. Теплопроводность, электропроводность, магнитная проницаемость. Система охлаждения - расчет по стандартным методикам, но я не уверен в запасе.
- Поля и время, - Андрей говорил медленно, глядя на свою часть доски. - Модель устойчива. Если ваши параметры не уводят поле в нестабильную зону... - он замолчал. Повел пальцем по своим формулам. - Надо сводить.
- Сводить, - кивнул Сашка.
Они переглянулись.
- Давайте спать, - сказал Глеб неожиданно. - Мы тут вторые сутки уже.
Андрей хотел возразить - Сашка видел, как дернулась его челюсть. Но он посмотрел на качающегося от усталости Сашку с красными глазами, потом на доску, потом на Глеба и согласился.
- Ладно, - сказал он.
Глеб кивнул и вышел. Через минуту вернулся с двумя раскладушками и спальниками.
- Я в кабинете лягу, - сказал он, показывая на дверь, ведущую из зала. - Там диван.
Андрей взял один спальник, отошел в угол зала, бросил на пол и лег, не раздеваясь. Повернулся лицом к стене.
Сашка остался у доски. Стоял, глядя на формулы. Потом достал из кармана свой рулон туалетной бумаги - тот, с которым его привезли. Развернул. На ней были старые записи. Дзета-функция. Нули. Слово «тишина».
Он аккуратно оторвал чистый кусок, сложил и сунул в карман. Рулон положил на стол.
- Ложись, - сказал Глеб из дверного проема.
- Да.
Сашка выключил свет. В зале остались только индикаторы на установке - зеленые, красные, желтые. Они горели ровно, без мигания.
Он лег на раскладушку, укрылся спальником. Спать не хотелось. В голове крутились формулы, размерности, допуски. Собственная частота камеры. Резонанс. Если они ошиблись в расчетах, если поле войдет в резонанс с геометрией...
- Сашк, - голос Андрея из темноты.
- М?
- Ты не спишь?
- Нет.
Пауза.
- Это хорошо, что ты кофе выпил... - Андрей замолчал. Сашка слышал его дыхание - ровное, но не спокойное. - Я в лаборатории не пил никогда.
Сашка молчал.
- Я часто думаю, а если бы я пил? - Андрей говорил в стену, не оборачиваясь. - Может, я был бы внимательнее? Может заметил бы что-то?
- Кофе тут ни при чем. И ты тоже, - сказал Сашка.
- Откуда ты знаешь?
- Знаю... - Сашка запнулся, подбирая слово. - Просто так иногда случается и ты ничего не можешь с этим поделать.
Андрей не ответил.
В зале стало тихо. Только гудели индикаторы на установке.
Сашка закрыл глаза. Перед ними все еще была доска. Формулы. Нули на оси. А между ними - тишина, которую он наконец научился слышать.
И он провалился в эту тишину.
Когда он очнулся, Андрей уже сидел у доски. С кружкой кофе в руке. Глеба не было. Заметив, что Санька на него смотрит, ободряюще подмигнул.
- Ты чего так рано? - спросил Сашка хриплым со сна голосом.
Андрей кивнул на свою половину доски. Там появилось два десятка новых строк.
- Я пересчитал поля с учетом охлаждения, - сказал он. - Сходится. Если Глеб не наврал в цифрах по стали, все будет нормально.
Он говорил спокойно, но Сашка заметил: пальцы Андрея, сжимавшие кружку, чуть заметно дрожали.
- Ты вообще спал?
- Конечно, - соврал Андрей.
Сашка встал, подошел к доске. Посмотрел на новые формулы. Правильные. Плотные. Видно было, что Андрей работал всю ночь - не потому, что торопился, а потому, что не мог остановиться. Боялся остановиться.
- Кофе есть? - спросил Сашка.
- В термосе.
Сашка налил себе. Сделал глоток. Горький, горячий. Хороший.
- Я в душ. Как вернусь, займемся сведением геометрии с полями, - сказал он. - А Глеб пусть проверяет материалы. Потом соединим.
- Соединим, - кивнул Андрей.
В дверях показался Глеб. Заспанный, в той же рубашке, что вчера.
- Какие планы на сегодня?
- Будем сводить, - коротко ответил Андрей.
Глеб кивнул.
Когда Сашка вернулся, Андрей тут же поинтересовался:
- Что у тебя с геометрией?
Сашка подошел к своей части доски.
- Сейчас покажу.
Он начал объяснять. Андрей слушал, не перебивая, иногда кивал. Потом взял синий маркер и начал вписывать свои переменные в Сашкины формулы.
Они работали молча. Только маркеры скрипели по доске. Исписав полотно, быстро делали снимок и стирали, освобождая место.
К вечеру они уже сдвинули доску так, чтобы видеть обе половины сразу.
- Садись, - сказал Андрей Глебу, не оборачиваясь. - Будем сводить.