Ты номинальный директор. Это твоя жизнь

Комаров Сергей Вячеславович – так тебя записали в двухтысячном году в твоем свидетельстве о рождении. Твой первый документ. Это означало, что теперь ты есть во всех базах данных страны. В четырнадцать лет ты получишь паспорт. В двадцать его поменяешь. А потом, со вторым паспортом, ты сделаешь то, что испортит тебе жизнь. Но это будет потом. А пока…

Ты растешь в двухкомнатной квартире с любящими родителями. Отец – руководитель отдела логистики, мать – менеджер по продажам. Их должности для тебя звучат сложно, но ты гордишься ими. Ты не понимаешь, что они означают, но в детском саду ты гордо называешь кем работают твои папа и мама всем, кто спрашивает. Таких, как вы, называют «положительная семья».

В 2007 году тебе исполняется семь, и ты идешь в первый класс.

В 2008-м ты слышишь от родителей странные слова: кризис, падение продаж, снижение числа платежеспособных клиентов. Ты не понимаешь значения этих слов. Тебе все равно. Твоя задача — это ходить в школу, делать уроки, смотреть мультики по телевизору и не мешать родителям решать взрослые проблемы.

2009 год. Отец теряет работу. Фирма, в которой он работал, обанкротилась. Ты слышишь слово «банкротство» через стенку во время ссоры родителей за закрытой дверью на кухне. Мать всхлипывает.

Отец громко говорит: Сейчас все так живут!

После этого ссоры в вашей семье селятся рядом с вами и периодически напоминают о себе. Во время бури ты закрываешься в своей комнате, включаешь китайский планшет и смотришь мультфильмы на английском языке, через наушники, чтобы не слышать всего того, что происходит за стеной. Или просто сбегаешь на улицу, где часами тупо бродишь по городу, пиная пластиковые бутылки. В дальнейшем отец сможет найти нормальную работу, но он будет другим человеком. Мать тоже будет другой. От вашей прежней семьи останется только два призрачных силуэта, когда-то именовавшихся «положительной семьей». Ты третий кто связывает остатки семьи. Ты этого не знаешь. Тебе не до их «взрослых проблем». Тебе дают все, что тебе было нужно, но ты видишь, что что-то не так.

Кризис — это не про новые возможности. Кризис — это разрушенные семьи, разбившиеся мечты и надежды о суровую реальность времени, в котором ты оказался.

В 2016-м ты заканчиваешь школу со средним аттестатом. Ты не старался. Родители тебя не заставляли. Они были заняты работой, потому что денег в семье не хватало. Потому что в прошлом году отец неудачно вложился в бизнес и прогорел уже через полгода. Снова виноват был кризис.

Ты поступаешь в колледж на менеджера. Не потому, что ты хотел, а потому что так проще. В этот колледж пошло несколько твоих одноклассников. Ты хотел быть с ними. Так проще.

Через год отец ушел из семьи. Мать нашла в его телефоне сообщения и фотографии от другой женщины. Он не стал отрицать, просто молча собрал вещи и ушел. Ты не видел этого. Но ты видел красную и рыдающую мать за столом. Мать тебе потом рассказала. Ты молча выслушал, кивнул и закрылся в своей комнате с планшетом в руках.

Мать работала одна. Твое содержание и содержание квартиры отнимало большую часть ее дохода. Иногда брала подработки. Вечерами брала какие-то папки с документами и работала с ними допоздна.

На втором курсе в вашу группу переводится парень – Пашка Ронин. Пашка – представитель золотой молодежи вашего города. У него есть все: модный айфон, крутые шмотки. На последнем курсе он купил себе машину – четырку. Затонировал ее в круг и поставил модные диски. Смотрелось круто. Все девушки вашей группы виснут на нем. И не только вашей… Ты все замечаешь.

Ты пробуешь с ним общаться, но он не хочет видеть тебя в своей компании. Часто прогуливает занятия, учится на тройки. Ты и сам не блещешь знаниями, но ты знаешь толк в английском. Ты лучший в группе. Тебя прозвали – Англ.
Паша списывает у тебя задания по этому предмету, предлагая 500 рублей.  Ты не берешь эти деньги.

– За все надо платить. – говорит он. – Бери. Это твой бизнес, Англ.

2020 год. Тебе двадцать. Ты получаешь второй паспорт и кое-как заканчиваешь колледж с синим дипломом. Мать рада. С отцом вы не виделись уже три года.

Одним из июльских вечеров мать устало говорит:

– Сережа. Тебе надо найти работу. Я не смогу тебя содержать. Ты не поступишь на бюджет. Я узнавала.

Ты слушаешь молча. Ты понимаешь, к чему все идет и поэтому не споришь.
На следующий день ты открываешь Авито, Хедхантер и начинаешь смотреть вакансии, связанные с твоей специальностью. Везде требуется опыт работы. Ты набираешься смелости и звонишь по одной из них.

Вакансия Менеджер торгового зала. Зарплата двадцать тысяч рублей. Немного, но стоит попробовать. Трубку берет девушка. Ты говоришь, что хочешь устроиться к ним на работу. Тебя спрашивают про опыт в торговой сфере и вешают трубку при твоем ответе: «Нет, я только закончил учиться». Вторая вакансия также. Третья, четвертая… Ты раздавлен. Ты никому не нужен.

Вечером мать спрашивает тебя про твои успехи. Ты говоришь правду. Мать вздыхает, кивает, смотрит в стену и через некоторое время говорит:

– Завтра поговорю с женщиной, которая со мной работает. У нее муж – директор строительного магазина. Может она сможет помочь…

На следующий день ты смотришь сериал. Весь день. Ты не ищешь работу. Мать обещала помочь. Мать приходит домой поздно вечером, уставшая.

– Завтра к восьми утра тебя ждут в магазине «Строительный» на Кировской. Будешь работать подсобным рабочим. Зарплата небольшая, но хоть что-то.

Ты киваешь.

Ты не хочешь, но киваешь.

В 8:00 ты не успеваешь. Ты проспал. Но статус «хороший сын коллеги жены» сработал. Директор, усатый мужик невысокого роста назвался Александром Николаевичем. Ты жмешь ему руку. Он рассказывает, что надо делать:

– Твоя работа – это склад, прием товара, отгрузка оптовым покупателям. Иногда придется работать в зале или на улице. За это плачу семнадцать тысяч в месяц. Если устраивает, начинай сейчас. Вот листовки. Раздавай их.

Ты смотришь на листовки, и тебе становится противно от того, что тебе предлагают это делать. Не для того ты четыре года учился в колледже!

Александр Николаевич замечает это.

– Можешь отказаться, но тогда тебе прется забыть сюда дорогу.

Ты морщишься, берешь листовки и выходишь на улицу.

– Мог бы и завтра дать это делать! – ворчишь ты, когда дверь магазина закрывается.

В метро, в переходах, на улицах возле торговых центров стояли молодые люди и раздавали рекламу. Ты, проходя мимо них, думал о том, почему они не могут найти нормальную работу вместо того, чтобы заниматься этой ерундой. Теперь этой ерундой занимался ты.

– Англ! – послышался сзади знакомый голос спустя час работы на жаре.

Ты резко обернулся. К тебе шел Паша.

– Англ! Ты че тут делаешь? – улыбаюсь, спросил Паша, косясь на красочную рекламу у тебя в руках.

– Работаю. – тихо сказал ты.

Тебе было неловко от того, что Паша тебя видит здесь.

– Давно? – опять спросил Паша.

– Только что устроился.

– Вон че… – хмыкнул Паша. – Ну, бывай тогда! Работай дальше!

Паша улыбнулся и пошел дальше, а ты остался стоять и смотреть ему вслед. Вдруг ты вспомнил, что в руке еще пачка листовок. Пока ты вручал каждому прохожему, к тебе снова незаметно подошел Паша.

– Англ. Сколько тебе обещали за такую работу? – спросил он.

– Семнадцать.

– Понятно. Дай свой номер, я позже позвоню.

Ты продиктовал. Паша записал твой контакт в свой новый айфон и молча ушел. Ты тогда подумал: зачем ему? Пытался догадаться, но все попытки растворялись в мелькающих лицах прохожих и попытках всучить ненужные ни тебе, ни им листовки.

Домой ты пришел уставший. Мать уже была дома. Спросила, как прошел твой первый в жизни рабочий день.

Ты ответил, что все нормально, и плюхнулся на кровать в своей комнате, злясь на мать за то, что не смогла найти тебе место получше и попроще. Тебе было все равно, как она это сделает, лишь бы не раздавать листовки с рекламой распродажи того вонючего строительного магазина, в который она засунула тебя работать.

Телефон заиграл стандартную мелодию. Кто-то звонил. Ты не хотел брать его. Телефон зазвонил еще раз. Ты выругался и все же ответил на незнакомый номер.

– Здарова Англ! – кричал в трубку Паша.

– Угу. – недовольно буркнул ты.

– Есть тема. На подработку.

– Какая? – уже оживленно спросил ты.

– Надо встретиться. Завтра в три дня, в ресторане «Гросс» на Покровке.

Ты знал этот ресторан. О его дорогом меню и шикарном обслуживании по городу ходили слухи. Считалось, что там обедают только высшие чиновники из Администрации.

Ты на всякий случай переспросил:

– «Гросс»?

– Да. Приходи.

– Но у меня работа. – возразил ты.

– Англ, поверь, я предложу тебе лучше.

– Ок. – сказал ты и Паша отключился.

На следующее утро ты явился на работу уже без опозданий. Александр Николаевич был в хорошем расположении духа. Сегодня ты работал с ним на складе – помогал ему со сборкой заказов покупателям. Он рассказывал о тонкостях заказов, а ты ждал трех часов, чтобы встретиться с Пашей. Тебе было интересно что тебе он «может предложить лучше».

Александр Николаевич был доволен твоей работой и отпустил тебя сегодня пораньше.

Ты приходишь в указанное время в «Гросс». На входе путь тебе преграждает сурового вида администратор. В тот же момент к нему подходит Паша. Что-то ему говорит, и тебя пропускают, уже улыбаясь тебе.

– Слушай, Англ. – говорит Паша, когда вы с ним сели за столик. – Тема есть.
Ты еще не сообразил в каком уровне заведения ты оказался. Паша начинает щелкать пальцами у тебя над ухом для привлечения твоего внимания.

– А? – только отвечаешь ты.

– Есть такая тема. Я тебя уже давно знаю и могу тебе предложить один способ заработка. – начал Паша и тут же прибавил. – Все законно!

– Что за тема? – заинтересованно спросил ты.

– У меня есть бизнес, и мне нужен помощник.

Ты тут же вспомнил вакансии на Авито.

– Но не обычный помощник. Мне нужен руководитель одного бизнеса. Так скажем, руководитель с паспортом.

– Это как? – не понимаешь ты.

Паша, видя, что ты не догоняешь и много спрашиваешь, решил начать с главного:

– На тебя оформляется фирма. За это тебе дают пятнадцать тысяч рублей. В месяц ты будешь получать еще десять тысяч в качестве зарплаты. Итого в первый месяц ты получишь двадцать пять тысяч. Если сработаемся, твой заработок увеличится.

– Как?

– Очень просто. Одна фирма пятнадцать тысяч разовая выплата плюс десять в месяц.

Паша уставился на тебя и спросил:

– Улавливаешь математику?

Ты улавливал.

Пятнадцать тысяч за раз и десять в месяц. В твоей голове всплыла общая калькуляция доходов и сопутствующих расходов. Несколько фирм и доход кратно увеличивается. Также Паша сказал про руководство фирмой. Значит, надо руководить фирмой, людьми… Не этого ли ты хотел? В твоей голове всплыла заветная сумма – сто тысяч в месяц. Осмотрев ее со всех сторон в своих мыслях, ты улыбнулся.

– Ну что? – прервал твои грезы Паша.

– А сто тысяч можно зарабатывать?

Паша смотрел на тебя оценивающе. Было видно, что он не ожидал такого вопроса, но виду не подал.

– Можно, но мне надо знать, насколько ты надежный человек.

– Я готов! – с радостью выпалил ты.

Ты все еще прокручивал те заветные сто тысяч в месяц.

– Хорошо. – кивнул Паша. – Начнем с одной ООО.

– Что такое ООО? – спросил ты.

Паша уставился на тебя. Было видно, что ему неприятны эти вопросы, но он спокойно ответил.

– ООО – это общество с ограниченной ответственностью. Организационно-правовая форма юридического лица, применяемая для разграничения зоны ответственности участников.

Ты не понимал, что он говорит. Ты слушал и не хотел понимать. Ты ждал, когда он перейдет к сути.

– Что надо делать? – спросил ты.

– Все просто: нужен твой паспорт. Мы подготовим документы, ты их подпишешь и все – деньги у тебя в руках.

– Так просто? – удивился ты.

– Да. – улыбаясь, ответил Паша и тут же быстро прибавил: – Только нужно приехать к нотариусу и подписать еще пару документов, но это формальность.

– Что за документы?

– Заявление и доверенность. Это чтобы не дергать тебя по пустякам. Мы все сделаем сами. От тебя только подпись.

Только подпись… За подпись дадут пятнадцать тысяч, а потом еще десять.

– Ну что? – Паша протянул руку. – По рукам?

Вот тут твой путь разошелся на две тропы. На тропу, где ты работаешь честно на мужа маминой коллеги. За нудную работу и небольшие, но честные деньги. И тропу, которая даст тебе больше денег за простую подпись и руководство целой фирмой, людьми, бизнес-процессами. Ты видел себя в костюме с кожаным портфелем и темно-синей BMW. Ты протянул руку.

– Отлично. Завтра в десять утра я за тобой заеду. – Сказал Паша и пошел на выход. Но вдруг он обернулся и строго сказал:

– Паспорт не забудь!

Ты кивнул и уставился вслед Паше: парень выскочил на парковку, сел в свою новую тонированную Приору и громко выехал на улицу.

На следующий день ты уже не работал как следует. Ты был занят подсчетом своих будущих доходов и будущих расходов. Ты сможешь купить себе все, что не мог купить до этого: дорогой смартфон, часы, крутые кроссовки, игровой ноутбук.

Паша подъехал вовремя.

Тебе снова пришлось отпрашиваться у Александра Николаевича. Тот не понимал тебя: ты что-то тараторил про какой-то бизнес с паспортом. И, не дослушав до конца, махнул на тебя рукой и ушел обслуживать покупателей.

– Паспорт принес? – спросил Паша, как только ты сел в машину.

– Принес. – ответил ты.

– Давай быстрее. Времени мало.

Ты быстро достал из кармана свой паспорт и сунул его Паше. Тот сфотографировал его на свой айфон, на который ты с завистью смотрел и отправил куда-то фотографии.

– В офис. – комментировал он. – Мы туда сейчас поедем.

За пять минут вы долетели до неприметного здания. В какие-то дворы. Рядом с мусорными баками располагался вход в подвал, по которому Паша повел тебя.

Ты представлял себе большое офисное здание с огромной парковкой по периметру с дорогими машинами на ней. Белые стены, широкие окна.

Вы пришли в подвальное помещение с тусклым светом от нескольких грязных лампочек. Паша заметил твой взгляд и то, как ты рассматриваешь все вокруг.

– Вот бизнес попрет, переедем.

Ты кивнул и ничего не сказал.

В кабинете, куда привел тебя Паша, стояло четыре стола с тремя шкафами заваленными папками. За столами сидели девушки и один мужчина.  Печатали принтеры.

– Вот наш новый директор. – представил тебя Паша мужчине.

Ты подошел к нему и протянул руку.

Тот быстро ее пожал и указал на печатающий принтер и, не глядя на тебя, быстро сказал:

– Допечатается – подпишешь. Потом живо к нотариусу. Паша тебя отвезет.

Паша кивнул, как раз в то самое время, когда принтер положил в лоток последний лист и перестал гудеть.

– Подписывай тут, тут и вот тут. Это решение, устав, приказы. Просто подписывай, не читай, там все стандартно. У нас мало времени. – быстро проговорил Паша, протягивая тебе ручку.

Общество с ограниченной ответственностью «СтройТрансАктив».

Ты стал подписывать, аккуратно выводя свою незамысловатую подпись.

– Англ, расписывайся быстрее! – торопил Паша. – Время, блин, деньги! Это бизнес!

При слове «бизнес» ты ускорился. Вот что значит быть в бизнесе, все нужно делать быстро и также быстро принимать решения. Ты быстро расписался и довольный отдал Паше документы.

– Погнали! – схватил он их, и вы выбежали из подвала.

Вы сидите в сером кабинете у нотариуса за большим черным столом. Нотариус внимательно смотрит на тебя. Сверяет данные с паспортом. Перебирает документы.

– Сергей Вячеславович. – наконец обращается к тебе нотариус. – Вы знаете, что за документы вы подписываете?

Ты смотришь на документы, затем на Пашу.

– Надежда Дмитриевна, у нас все в порядке. – говорит Паша нотариусу. – Все как договаривались.

Надежда Дмитриевна строго смотрит на него, вздыхает, отворачивается к компьютеру, что-то быстро печатает на клавиатуре и подписывает напечатанные ей документы. Затем дает подписать тебе. Паша показывает тебе пальцем место твоей подписи, закрывая рукой текст. Ты подписываешь

Нотариус смотрит на Пашу. Тот улыбается ей в ответ.

– У меня все. – говорит нотариус и отворачивается.

Паша хватает документы, и вы быстро выходите из кабинета.

– На. Как обещал. – Паша протягивает тебе пятнадцать тысяч. – За регистрацию. Еще десятку через месяц.

Ты берешь деньги.

– Что теперь? – спрашиваешь ты.

– Теперь иди на работу. – ответил Паша. – Мы все сделаем сами. Когда ты понадобишься я тебе позвоню. Да, кстати! – Паша озирается по сторонам, словно опасаясь увидеть кого-то. – Если будут звонить из налоговой и задавать вопросы, говори: да я регистрирую ООО, я директор и учредитель, работать буду согласно указанным в заявлении видам деятельности, адрес действующий. Инспектора звонят редко, но бывает. Все понятно?

Ты киваешь.

Никто не позвонил.

На следующей неделе Паша звонит тебе, как обещал.

– Привет Англ! Все прошло хорошо, ООО зарегистрировали. Работаем.

– Круто! – отвечаешь ты.

– Серег, для распределения финансовых потоков надо открыть еще одно ООО. На этот раз генеральный решил выделить тебе премию пять косарей к той, что ты получишь за регистрацию. Ты молодец! Хорошо сработал!

– Хорошо, что делать?

– Все как в прошлый раз. Доки привезу, подпишешь. Опять нотариус. Дальше мы сами.

– Хорошо. – ответил ты и Паша отключился.

Пять тысяч рублей премии за то, что ты хорошо поработал. Тебя ценят, ты – важный человек. Ты так думал…

На следующий день Паша приезжает уже с готовой пачкой документов.

– Англ. Все как в прошлый раз. Подписывай и поехали.

Ты подписываешь. Сейчас это ООО «ТрансГруппРеал».

Паша забирает у тебя документы.

– Чтобы не измялись. – комментирует он. – Ты паспорт взял?

Ты паспорт не взял. Паша про него вчера ничего не говорил. Ты думаешь, что он сейчас разорвет документы и вышвырнет тебя из бизнеса за такой проступок.

– Нет. – тихо говоришь ты.

– Ну не взял, так не взял. – говорит Паша. – Поехали за ним. Где ты живешь?

Ты называешь адрес, и вы едете к тебе. Паша спокоен. Ведет машину как неделю назад – резво и лихо.

Через двадцать минут вы у нотариуса. Уже с паспортом. Твоим паспортом.

Нотариус та же женщина с короткой стрижкой. Также внимательно смотрит на тебя, затем на Пашу, опять на тебя.

– Подписывайте. – говорит Надежда Дмитриевна, протягивая тебе документы.

Ты подписываешь. Паша помогает тебе своим указательным пальцем: «Тут, тут и вот тут».

– Двадцатка. Как обещал. – говорит Паша, сидя в Приоре и протягивая деньги.

Двадцать тысяч рублей за час работы. Тридцать пять за неделю. Ты за месяц зарабатываешь почти половину этой суммы. Вернее, заработал бы, так как ни зарплаты, ни аванса ты не еще не видел.

– Я тебе позвоню, когда понадобишься.

Вечером ты отдаешь матери десять тысяч.

– Откуда это? – спрашивает она. – Ты отработал только неделю.

– Подработка, мам. – спокойно отвечаешь ты.

– Молодец, сынок! Я знала, что ты сможешь! – говорит мать, обнимая тебя.

Ты молчишь. Ты еще не знаешь, но через некоторое время ты будешь проходить по всем базам налоговой службы. А сейчас в кармане вибрирует телефон. Звонит Паша.

– Англ! Главный директор доволен твоей работой. Через неделю будут готовы еще документы.

– Понял. – говоришь ты и тут же спрашиваешь, – А когда надо работать?

– Работать? – удивляется Паша. – Ты уже работаешь! Работаешь хорошо, директор хвалит! Об остальном не беспокойся. Мы все сделаем сами. Если что-то надо, я позвоню. Пока отдыхай.

Паша повесил трубку.

Мать вошла в комнату.

– Сережа? Все нормально? – беспокойно спросила она.

– Нормально – спокойно ответил ты. – Директор звонил – хвалил за хорошую работу.

– Это хорошо! – улыбнулась мать и ушла на кухню.

Очередная неделя пролетела в ожидании звонков от Павла. Ты работал в магазине, помогал продавцам и Александру Николаевичу. Ты стал разбираться в ассортименте товара: краски, валики, шпатели. Покупатели к тебе обращались с вопросом, ты отвечал сухо: «Да», «Нет», «Спросите у продавца». Руководитель это видел. Однажды он вызвал тебя к себе в кабинет.

– Сергей. Ты хорошо работаешь, я это вижу, но тебе надо научиться общаться с людьми. Ты же видишь, как они к тебе идут. Запомни: покупатель несет деньги. Часть этих денег идет тебе.

– Понял. – сказал ты.

Ты понял. В голове ты уже считал деньги. Не эти – другие. Те, что дает тебе Паша. Ты ждал его звонка и представлял, как через месяц сможешь купить себе айфон, а еще через месяц ноутбук.

Паша позвонил на следующий день и привез документы. На это раз он приехал на другой машине: Шкода Рапид.

– С процедурой ты уже знаком. – приветливо начал Паша. – Ты наш опытный специалист.

Ты осматривал его машину.

– Крутая тачка? – спросил Паша.

– Ага. – ответил ты.

– Если будем работать в том же темпе, то ты тоже сможешь купить себе.

Ты улыбнулся и взял документы.

ООО «РемСтройПлюс».

Ты полистал устав. Устав выливал на тебя тонну непонятных тебе выражений и словосочетаний. Взгляд задержался на разделе «Ответственность участников». Паша это заметил.

– Серега! Не парься! Это так нужно по закону. На деле это не важно. Просто подписывай. Нас ждет нотариус. Запомни: время – деньги!

Опять «Запомни»! Каждый старается прочитать тебе нравоучения, которые тебе не нужны. Неужели на каждой работе тебя будут учить запоминать? Ты уже не маленький мальчик, чтобы слушать нотации и краснеть как в школе за несделанный урок. Но Паша дает деньги. Значит, Паша знает о чем говорит.

Паша лихо везет тебя к знакомому нотариусу. Надежда Дмитриевна уже не смотрит на тебя внимательно. Она грозит пальцем Паше. Тот улыбается.

Ты уже знаешь, что делать. Паша все также помогает тебе: «Тут, тут и здесь».

В машине Паша протягивает тебе несколько пятитысячных купюр. Количество красных, красивых, хрустящих и желанных бумажек немного больше, чем обычно.

– Пятнаха за открытие, двадцатка – зарплата за месяц. – говорит он.

Ты пересчитываешь. Тридцать пять тысяч рублей. Всего за месяц ты заработал семьдесят тысяч.

– Через неделю по старой схеме. – говорит Паша, когда вы приезжаете к строймагу.

– Окей. – улыбаясь, отвечаешь ты.
Если так пойдет дальше, то сто тысяч в месяц, о которых ты думаешь, станут реальностью.

В магазине к тебе походит твой руководитель.

– Сережа. Что за дела у тебя с этим парнем?

– Работаем. – спокойно отвечаешь ты.

Ты хочешь сказать ему, что он платит тебе больше, чем ты, Александр Николаевич, но не делаешь этого.

– Он тебя отвлекает от работы. Вы с ним куда-то уезжаете. Это не мое дело, но работа есть работа.

Ты сжимаешь кулак от злости. Внутри тебя все кипит.

– Так я и работаю. С вами и с ним.

Александр Николаевич молча уходит. В конце дня тебе на карту приходит зарплата от магазина. Семнадцать тысяч. Ты усмехаешься, глядя на это сообщение о зачислении денег. Семнадцать против семидесяти. Ты довольный идешь домой.

Неделя пролетает в ожидании понедельника. Паша звонит тебе утром.

– Серега! Все по старой схеме.

Ты берешь документы. Они как две капли воды похожи на предыдущие. На этот раз Общество с ограниченной ответственностью «Пластичные Технологии». Ты усмехаешься, читая название. Паша торопит тебя с подписью. Ты не вникаешь в документы. Подписываешь на привычных местах, и вы снова едете к нотариусу.

«Серега! Все по старой схеме» работает и у нотариуса. Снова пятнадцать тысяч в кармане. Но на этот раз Паша останавливает тебя, когда ты готов выйти из шкоды.

– Англ! Ты ведь понимаешь, что не нужно распространяться о том, чем ты занимаешься?

– Я никому и ничего. – отвечаешь ты.

– Запомни: деньги любят тишину.

Ты хлопаешь дверью, и Паша с ревом мотора растворяется в городском потоке машин.

«Деньги любят тишину». Позже ты это вспомнишь. Много раз.

Через неделю Паша не звонит и не приезжает. Ты звонишь сам. Паша не берет трубку. Через полчаса он присылает сообщение: «Сегодня не получится. На следующей неделе.»

Эти две недели, что ты не видишь Пашу, ты работаешь в магазине. Тебя учат общаться с людьми. Учат разбираться в ассортименте товаров и тонкостям продажи. Ты учишься, совершенствуешь свои навыки. Александр Николаевич это замечает и поднимает тебе зарплату. Ненамного – всего на две тысячи.

– Сергей! Ты прошел стажировку! – улыбаясь, говорит Александр Николаевич и протягивает тебе руку.

Ты жмешь. Ты не рад и не расстроен – тебе все равно.

На следующий день вы с Пашей снова поехали к нотариусу.

ООО «Основа».

Паша был раздражен. На твой вопрос «Что случилось?» он отмахнулся. Ты молча подписал уже знакомые тебе документы. Паша не проверил, а только небрежно бросил их на заднее сиденье.

У нотариуса Паша был не так приветлив, как в прошлый раз. Он не помог тебе с подписями. Ты все сделал сам. Но как только ты пытался задержать свой взгляд на том, что написано на документах, Паша тут же сквозь зубы прошипел: «Серег, не тормози! Давай быстрее!» Ты успел разобрать только слово «Доверенность».

От нотариуса ты вышел один. Надежда Дмитриевна попросила Пашу остаться. Он кивнул тебе, и ты отправился в коридор. Ты не знал, что происходило за плотно закрытой дверью. Ты пытался подслушать, до твоих ушей доходило только тихое и неразборчивое бубнение. 

Через несколько минут Паша вышел озадаченный. Он жестом позвал тебя следовать за ним.

– С регистрацией новых ООО мы пока тормознем. – сказал Паша, как только вы сели в машину. – Их сейчас достаточно.

Ты кивнул.

– Вот деньги. – Паша сунул тебе толстую пачку из тысячных купюр. – Здесь пятьдесят пять. Пятнаха за регистрацию, сорок – зарплата. Все как договаривались.

Пачка была красивой. Ты в жизни никогда не видел столько денег. Тебе не пришлось прилагать особых усилий, чтобы заработать столько. Это было легко. Просто подписи в нужных местах. Ты был полол радости и надежды, что теперь так будет всегда. Ты бережно разглядывал одинаковые банкноты с изображением Ярославля, аккуратно перебирая их в руках. Пятьдесят пять. Паша не обманул. Вы пожали руки и молча разошлись.

Паша не звонил целый месяц. Ты продолжал «вкалывать за сущие копейки» в строительном магазине. Работа тебе не нравилась, но у тебя все получалось. Ты уже имел право не только консультировать покупателей, но и продавать им товар.

Зарплата тебе теперь приходила на карту. Пять фирм. Пятьдесят тысяч. Паша не обманывал. Ты перестал ему звонить. Деньги платят, жить можно.

Так прошло полгода. О Паше ты не ничего не слышал.

2021 год. Снежный январь, а за ним не менее вьюжный февраль.

Пока ты, в очередной раз расчищаешь крыльцо магазина от снега, в твоем карман звонит айфон, купленный тобой осенью.

– Алло? Это Сергей Вячеславович? – спрашивает девушка на том конце провода.

Ты холодно отвечаешь: «Да».

– Вас беспокоит юридический отдел ПАО «Скарт». Меня зовут Марина. Мы не можем связаться с вашим представителем по вопросу поставки заказанного у вас кабеля.

– Какого кабеля? – не понимаешь ты. – Мы не продаем кабеля. У нас строительный магазин.

– Осенью прошлого года мы заказывали у вас кабельную продукцию на сумму один миллион пятьсот тридцать тысяч рублей. По договору срок поставки тридцать пять дней. Мы заключили с вами договор в ноябре. С нашей стороны была произведена оплата в размере ста процентов согласно договору. Вы не исполняете обязательства по договору. Мы ожидаем исполнения договора в течение трех дней, в противном случае мы вынуждены обратиться в суд.

Ты не знал, что ответить. Ты думал, что это какая-то ошибка. Девушка закончила разговор и отключилась. Ты тупо уставился на экран смартфона. Номер, с которого звонили, был московский. Явно не мошенники. Те пытались бы тебя раскручивать по-другому. Ты пошел к менеджеру магазина за информацией.

– Кать, мы кабеля осенью должны были продавать? – спрашиваешь ты.

– Сережа! Какой кабель? – удивляется женщина. – Мы не продаем кабель. Кабель в магазине электрики, через улицу, у остановки.

Ты молча разворачиваешься и уходишь на улицу продолжать убирать снег. Мысли метались в голове: здесь явно какая-то ошибка. Но тебя назвали по имени и отчеству. Хотя мало ли Сергеев Вячеславовичей…

На следующий день после работы мать положила перед тобой невскрытый конверт с печатными данными адреса отправителя и получателя.

– Что это Сережа? – спрашивает она.

Ты берешь конверт и внимательно читаешь данные отправителя: ИФНС России по Сормовскому району Нижнего Новгорода. Получатель, ты – Комаров Сергей Вячеславович, и адрес твой. Ошибки быть не может. Таких писем тебе еще не доводилось получать. Тебе вообще никто не писал писем. Ты с дрожащими руками разрываешь конверт. Мать стоит рядом и наблюдает.

Из обрывков конверта выпадает аккуратно сложенный лист бумаги. Ты его небрежно разворачиваешь.

«Извещение о вызове на допрос в качестве свидетеля». Далее длинный текст со ссылками на подзаконные акты и нормативно-правовые документы об ответственности за уклонение от дачи показаний.

Мать отбирает у тебя бумагу и тоже читает. Ты смотришь на нее. Вырывать документ из ее рук уже бесполезно. Ты сделаешь только хуже. В твоей голове сейчас крутится масса вопросов: связан ли дневной звонок с этим письмом? связано ли все это с тем, что ты работаешь с Пашей? И главный вопрос дня: что происходит?

Ты еще не знал, но твои ФИО уже светились на экране монитора у инспекторов нескольких налоговых инспекций. Но ты об этом узнаешь позже.

– Сережа! Это как понимать? – спросила мать спустя некоторое время.

Ты молчал. Ты не знал, что ответить. Правду? А ты ее сам-то знал? Врать или пытаться нивелировать всю это ситуацию как можно мягче?

– Это формальность, мам. – врал ты словами Паши. – Это всем на работе приходит.

– Неужели. – не верит мать.

– Серьезно мам.

– Ну, смотри. – говорит мать и отдает тебе письмо. – Я надеюсь, ты не вляпался в какую-нибудь историю?

– Нет, мам! Ты что? – с улыбкой отвечаешь ты и уходишь в свою комнату.

Как только закрывается дверь, ты хватаешь телефон и звонишь Паше. Паша не отвечает. Ты звонишь еще и еще. На третий раз ты слышишь в динамике долгожданное и знакомое «Але!».

Ты рассказываешь Паше о письме, о звонке. Паша молча выслушивает. Даже когда ты перестаешь говорить, Паша молчит. Ты думаешь, что звонок прервался и быстро убеждаешься в том, что минуты идут и вызов абонента «Паша работа» продолжается. Ты вопросительно говоришь: «Але?»

– Я тут. – отзывается Паша. – Все нормально. По звонку явно ошибка, а письмо – обычное дело. Мы все решим. Не парься.

Паша повесил трубку. Его «не парься» тебя успокоило.

На следующий день во время работы в магазине мать настойчиво тебе звонит. Ты отвечаешь на звонок.

– Сережа! Пришло еще два письма. Я вскрыла. Там то же самое, что и вчера. Это ты тоже объяснишь формальностью?

– Наверно да. – дрожащим голосом отвечаешь ты.

– Сережа, это не формальность. Это система! Что случилось?

– Я разберусь, мам! – со злостью говоришь ты.

– Разбирайся! – говорит мать и бросает трубку.

Ты набираешь Паше. Еще раз и еще. Он не отвечает ни на один звонок.
Нет, Паша не может кинуть в такой ситуации. Ты ведь знаешь его еще со школы. Он перезвонит.

Остаток дня проходит в напряжении. Ты рассеян, делаешь ошибки при пробивании товара. Чуть не ошибаешься со сдачей. Благо старший продавец вовремя замечает твою ошибку и отправляет тебя на склад собирать заказ для клиента.

Ты думаешь. Думаешь, с чем связаны эти письма от налоговой и почему именно тебя вызывают туда, а не Пашу. Паша обещал решить все вопросы.

Дома мать отдает тебе письма. Среди них еще одно от другого отправителя.

– Это пришло после обеда. Я не вскрывала. Я не хочу знать, что там. Я надеюсь, что ты знаешь, что делаешь. – говорит мать и, выходя из твоей комнаты, прибавляет: Ужин в холодильнике.

Ты молча берешь письмо. Отправитель не знакомая тебе ООО. Получатель – ты. Ты открываешь конверт. Внутри претензия.

«Уважаемый Сергей Вячеславович! Настоящим уведомляем вас о…» Ты читал эти строки с замиранием сердца. Сумма претензии: три миллиона семьсот сорок тысяч. Руки затряслись. Ты не заметил, как открылась дверь и на пороге стояла мать и смотрела на тебя.

– Опять налоговая? – с укором спросила она.

– Нет, прислали претензию, надо отдать ее руководителю. – тихо ответил.

– Отдай. А почему письмо пришло тебе?

Ты молчал. Ты придумывал оправдание. Ты не мог сказать правду – ты ее не знал. Ты только подписывал документы и все. Тебе не рассказывали, что будет дальше. Тебе говорили: «Мы все сделаем сами». Тебя это устраивало.

– Я занимался оформлением документов. – выдавливаешь ты из себя. – Я указал свои данные для связи. Завтра передам письмо начальнику, и все будет нормально.

Эта полуправда устроила и тебя и мать.

Ты фотографируешь письмо на камеру айфона и отправляешь Паше в мессенджер.

На следующий день ты звонишь Паше. Снова звонок без ответа. Тебя начинает не просто напрягать ситуация, ты начинаешь злиться на Пашу, на себя, на тех, кто отправлял тебе эти письма.

Так прошел месяц. Начало марта выдалось холодным и снежным. Весной даже не пахло.
Но не только это омрачало тебе жизнь. Ты не получил зарплату от Паши. «Позже придет» подумал ты.

Через неделю вместо заветного уведомления от банка пришло очередное письмо из налоговой. Ты снова звонишь Паше. Паша берет трубку, но отвечает уже хриплым голосом.

– Паша, я не получал денег.

– Знаю, пока задержка. Я тоже сейчас без денег.

– А письма? – спрашиваешь ты

– Не езди. – спокойно отвечает он. – Пусть приходят. Потом перестанут.

Пусть приходят… Легко сказать «пусть приходят». Мать по каждому письму будет сходить с ума. Почтовые ящики в твоем подъезде разваливающиеся и толком не закрывающиеся металлические пластины. Некоторые прогорели от поджогов резвящейся ребятни и пьяных завсегдатаев подъездов. Каждый проходящий мимо ящиков сосед видит твои письма.

На следующий день ты сам достаешь из ящика очередное письмо из налоговой. Опять вызов на допрос в качестве свидетеля. Мать сегодня задержалась на работе.

Апрель. Письма продолжают приходить. Не только из налоговой. ООО «СеверТорг» требует вернуть миллион четыреста тысяч рублей за непоставленный газогенератор. Плюс неустойка сто тысяч. ООО «Аскелла» тоже требует денег за отсутствующий у них утеплитель согласно договору поставки на семьсот тысяч. Неустойка сорок шесть тысяч.

Ты читал и думал: очередная ошибка или, как говорила мать, система?
Паша не выходил на связь. Не присылал обещанных денег. Ты прятал письма от матери в своей комнате.

Ты не заметил, как возле твоего дома начал появляться черный Мерседес. Машина сопровождала тебя до твоей работы и какое-то время стояла на парковке недалеко от магазина.

На следующий день двое солидных мужчин в длинных черных пальто вошли в магазин и стали о чем-то разговаривать с продавцом. Через секунду к ним вышел хозяин магазина. Ты украдкой смотрел на этих людей и в глубине души хотел быть как они, одеваться также и быть во всем похожим на них. Было видно, что они занимают высокое положение в обществе, позволяющее им решать серьезные вопросы и открывать все двери для достижения цели.

Ты собирал заказ на складе и украдкой наблюдал за происходящим. Вдруг Александр Николаевич резко развернулся и пошел в твою сторону. Ты подумал, что эти люди пришли за своим заказом, но ты ошибся.

– Сергей! – позвал тебя руководитель. – Выйди! Это к тебе.

Ты поднял глаза на Александра Николаевича. Тот озабоченно смотрел на тебя. Затем ты перевел взгляд на тех двоих, и твое сердце ушло в пятки. Те серьезно смотрели на тебя.

– Иди. – сказал Александр Николаевич.

Ты медленно побрел в зал. Ноги были ватные и плохо слушались. Казалось, что ты сейчас рухнешь на глазах у всех.

– Здравствуйте! – ты начал первым, как тебя учили старшие продавцы. Ты считал этих людей покупателями. Ты перебирал в голове различные варианты. Может, ты им продал что-то не то или ошибся со сдачей или еще что?

Двое высоких мужчин оценивающе смотрели на тебя. Затем переглянулись, и один из них нарушил молчание своим низким прокуренным голосом:

– Ты Комаров Сергей Вячеславович?

– Да. – только ответил ты.

– Пошли на улицу. Есть разговор.

Ты оглянулся. На тебя с тревогой смотрел Александр Николаевич.
Один из мужчин взял тебя под локоть и повел к выходу. Ты не сопротивлялся. Ты не знал, что это за люди и что от них ожидать. Тебя повели к большому черному мерседесу, где ты задал давно мучающий тебя вопрос:

– Что происходит? Вы кто?

– Ты Комаров Сергей? – еще раз спросил тебя тот, кто вел тебя под руку.

– Я. – хрипящим голосом ответил ты.

– Ты директор ООО «РемСтройПлюс»?

Ты уже не помнил про то, директором каких фирм ты был. Но ты помнил про «Основу». Она сама напомнила о себе: вчера пришло предложение по досудебному урегулированию долга. Ты сфотографировал и отправил Паше в телеграм. Ты делал так со всеми письмами. Паша прочитал, но не ответил. Разбирается, подумал ты и успокоился.

– Ты директор «РемСтроя»!? – оживил твои смысли грубый мужчина.

– Н-наверно я. – заикаясь ответил ты. Ты не знал, что отвечать таким серьезным людям, не знал, что они с тобой сделают, если соврешь. Не знал, что будет за правду.

– Это твои данные и подписи на документах? – спросил второй мужчина, вынимая из папки пачку документов.

Ты смотрел на них и мало что понимал. Какие-то договоры, гарантийные письма и прочие документы.

– Твоя подпись? – спросил мужчина, указывая на место с закорючкой похожую на твою.

Ты смотрел и понимал, что ты не подписывал этих документов. Мужчина снова пролистал все документы, где была подпись с фамилией Комаров С.В.

– Твоя контора взяла у нас стопроцентную предоплату на выполнение строительных работ на нашем объекте. По договору к работе должны были приступить в течение трех рабочих дней. Закончить через пятьдесят дней. Прошло три месяца. Ни работы, ни денег. На юридическом адресе никого нет, в офисе на Автозаводской тоже никого нет. Трубки никто не берет. Ты директор и хозяин конторы, которая должна нам денег – пять миллионов рублей.

Ты слушал и готов был исчезнуть. Ноги и руки тряслись, как у стариков при Паркинсоне. Было заметно, как дрожали уголки документов в твоих руках.

– Плюс нам пришли требования предоставить документы в налоговую по вашей конторе. – опять нарушил городской шум один из мужчин. – НДС.

Ты был готов слиться с этим шумом и раствориться в идущей по своим делам толпе людей. Сейчас ты завидовал им как никогда раньше. Идут они себе и не подозревают о том, что где-то в тридцати метров от них тебе предъявляют претензии за какой-то НДС и пять миллионов рублей, которые ты никогда не видел и не знал, как они выглядят. Ты молчал. Ты не знал, что ответить.

– Ну так что будем делать? Как будем решать вопрос? – спросил мужчина.

– Мне надо позвонить… – робко ответил ты.

– Звони.

Паша не брал трубку. Ты набрал еще раз. Мужчины тем временем закурили и обдали тебя тяжелыми табачным дымом. В ухе звенели длинные гудки. Нет ответа.

– Ну что? – спросил один из курящих.

– Не берет трубку.

– Кому хоть звонишь-то? – строго спросил мужчина. – Ментам не советую. Не их юрисдикция. Только нервы себе потратишь.

– И нам. – добавил второй.

– Другу звоню. – ответил ты, злясь на Пашу.

– Какому другу?

Ты хаотично вспоминаешь его фамилию. Все соцсети Паши подписаны другой фамилией или зашифрованы никами.

– С которым у нас бизнес. – спустя какое-то время говоришь ты. – Я не помню его фамилию.

– Помнишь ты или нет, это нас не касается. У тебя неделя, чтобы решить вопрос с деньгами. Иначе решать будем мы, но уже с тобой.

Тебе в грудь тычут копией договора с подчеркнутой суммой в пять миллионов рублей. Ты берешь бумаги. Двое мужчин ловко садятся в машину и уезжают. Ты смотришь им вслед и думаешь, как ты теперь будешь жить. Миллион, два, три, теперь пять. Итого: одиннадцать. Что скажет мать, если узнает про то, что ты подписывал документы, а требования долга приходят к тебе. Паша не отвечает на звонки. Налоговая требует тебя на какой-то допрос в качестве свидетеля.
Ты дрожащими руками фотографируешь документ и отправляешь Паше. Паша отвечает: «Все норм. Разберемся!»

«Ко мне приезжали и требовали деньги!» – пишешь ты в ответ.

«Я тебе уже написал! Разберемся!»

«Зарплаты нет!»

«Знаю!»

«С налоговой что делать? Накопилась пачка писем!»

«Не езди. Письма сжигай! Мы разбираемся!»

– Сергей! У тебя все нормально? – вдруг послышался резкий голос за спиной.

Ты вздрогнул и выронил бумагу на мокрый асфальт парковки. К тебе подошел Александр Николаевич.

– Да. Все нормально. Я разберусь. – тихо отвечаешь ты.

– Я знаю, что ты разберешься, потому что мне бы не хотелось, чтобы такие люди приезжали сюда и спрашивали сначала меня о том, о чем я не знаю, а потом тебя выводили под руки на улицу.

– Я разберусь. – повторяешь ты.

Начальник внимательно посмотрел на тебя, затем на испачканные листы договора. Было видно, что он хотел что-то сказать, но передумал.

Ты нервно дорабатываешь день. На кассу тебя не стравят. Александр Николаевич распорядился. Ты протираешь полки и подметаешь склад. Хорошая работа после колледжа. Но ты об этом не думаешь, ты думаешь о том, как Паша будет разбираться с долгами, с налоговой. Ты думаешь про письма. Ты смотришь в интернете про неявки на допрос. Находишь: штраф – тысяча рублей. Ты скидываешь ссылку Паше.

«Не парься. Заплатим.» – отвечает на сообщение он.

Так проходит еще неделя. За эти семь дней ничего нового не произошло.
Мать допоздна задерживалась на работе. Ты быстро проверял почтовые ящики и при наличии письма быстро его вытаскивал и прятал от матери в свой тайник. Паша не выходил на связь. Ты помнил про черный мерседес, про двух серьезных мужчин, про разговор. Ты старался не показывать при матери нарастающую у тебя внутри тревогу, переходящую в проблемы со сном – ты банально долго не мог уснуть.

Рано утром в дверь твоей квартиры постучали. Ты еще спал и не мог открыть глаза. Ты завернулся под одеяло и хотел продолжить досматривать сон, так сложно шедший к тебе, потому что ты в очередной раз долго не мог заснуть.

Ты не слышал, как мать открыла дверь, но ты почувствовал, как она будила тебя за плечо.

– Сережа! Сережа, проснись! – нервно трепала тебя мать чтобы ты, наконец, вылез из-под одеяла.

– Мам, еще рано.

– Сергей Вячеславович! – послышался другой голос. Грубый мужской незнакомый тебе голос.

Ты проснулся и скинул одеяло. Заспанные глаза не могли толком сфокусироваться на том, кто посмел нарушить твой сон в такую рань. Ты тщательно пытался протереть один глаз, затем второй.

– Тут к тебе пришли… – тихо сказала мать.

Ты уже понял, что к тебе пришли. Ты ждал, что к тебе придут.

Перед тобой стоял полицейский с черной папкой.

Ты пристально на него уставился. Ты не понимал, что потребовалось полицейскому от тебя, ведь ты ничего противозаконного не делал. Мозг жутко тормозил. Сказывался недосып со вчерашней ночи.

Полицейский внимательно смотрел на тебя. Ты пытался рассмотреть его. Ты видел, как он из внутреннего кармана достает удостоверение и показывает его тебе.
– Федяков Владимир Михайлович – участковый. Сергей Николаевич, нам поступил запрос на доставление вас в налоговую инспекцию с паспортом. Одевайтесь. Вы должны проехать со мной.

– Зачем? – хриплым голосом спрашиваешь ты.

– Вы не являетесь по повесткам. – ответил участковый.

– Мне сказали не ездить. – говоришь ты.

– Кто вам такое сказал? – заинтересованно спрашивает Владимир Михайлович и открывает папку.

Ты понимаешь, что сказал лишнего, и начинаешь натягивать на себя уличную одежду. Мать нервно смотрит на тебя.

– Что с ним будет? – спрашивает она у участкового.

– Не знаю. У меня задание доставить его в налоговую, так как он уклоняется от явки на допросы.

– Я поеду с вами! – резко говорит мать и уходит из комнаты.

Ты с одной надетой штаниной, прыгая и спотыкаясь, бежишь за ней.

– Мам, не надо! Я сам разберусь!

– Сам он разберется! – кричит мать из комнаты.

– Да, сам!

Мать выскакивает из-за двери.

– Да, сам? – говорит она. – Где же ты сам, когда вон даже милицию за тобой посылают? Ты уже обещал, что разберешься! Разобрался?!

Мать показывает на участкового.

– Вон к чему привели твои разборки!

Ты обнимаешь мать за плечи и с улыбкой говоришь:

– Мам, не надо. Я все сам сделаю.

Мать успокаивается.

Вы с участковым выходите из подъезда и садитесь в его уазик с надписью «ПОЛИЦИЯ». Ты никогда не ездил в таких машинах, тебе всегда было интересно, как это и что внутри. Но сейчас ты не чувствовал радости. Сейчас был страх.

«Федеральная налоговая служба» – маленькая красивая надпись на большом и не приметном здании.

На входе вас встречает охранник. Полицейский показывает свое удостоверение и какую-то бумагу. Охранник равнодушно смотрит на бумагу потом на тебя.

– Паспорт. – спрашивает он.

Ты отдаешь ему свой паспорт, так же как отдавал его Паше. Охранник смотрит, что-то сверяет, пишет в большую тетрадь, возвращает тебе паспорт, и вы с участковым проходите дальше. Ты понимаешь, что полицейский уже не раз это делал, он знал, куда идти. Ты покорно следуешь за ним.

Вы поднимаетесь на третий этаж и идете по длинному коридору. Проходя мимо открытых кабинетов, ты замечаешь, что в них происходит, и понимаешь, что здесь кипит не та работа, которую ты представлял себе, разговаривая с Пашей о руководстве бизнесом. Здесь все по-другому: люди в темно-зеленой форме сидят за своими столами, листают документы, перебирают стопки бумаг. У некоторых столов стоят большие связки бумаги. Вокруг суетятся люди без формы, нося листочки и папки между кабинетами.

Вот почему двери кабинетов не закрываются, думаешь ты. Проходя мимо девушек инспекторов, ты замечаешь их взгляд. Не тот, который ты привык ловить в колледже или на улице. Взгляд какой-то более суровый и высокий. Налоговая инспекция – еще одна сторона бизнеса, где открываются потаённые страхи бизнесменов.

Вы, наконец, подходите к нужной двери. Эта дверь закрыта. Ты не успел рассмотреть на ней надпись. Владимир Михайлович без стука входит в маленький кабинет, о чем-то тихо говорит с инспектором.

– Я вас оставляю. – говорит он и выходит.

Как только дверь за участковым закрывается, инспектор просит тебя присесть. Ты садишься на указанный стул.

Инспектор долго на тебя смотрит. Ты видишь тот знакомый взгляд, с каким на тебя смотрел нотариус, участковый, охранник и вот теперь инспектор налоговой службы. Ты не знаешь, что сейчас будет. Ты в первый раз прошел так далеко за кулисы налоговой инспекции. В четырнадцать лет мать тебя водила сюда, но только в большой и красивый зал, где было много народу. Вы оформляли тебе ИНН.

– Здравствуйте, Сергей Вячеславович. – приветливо начинает инспектор.

– Здравствуйте. – отвечаешь ты.

Ты смотришь на инспектора. Красивая на вид женщина невысокого роста в форме с погонами, значения которых ты не понимаешь, короткая стрижка.
«Семина Марина Семеновна – старший инспектор отдела проверок» – красуется надпись на нагрудном бейдже.

– Сергей Вячеславович! – говорит Марина Семеновна. – Мы вам прислала массу уведомлений о вызове на допрос. И не только мы. Из других инспекций тоже хотят с вами побеседовать.

– Почему из других хотят? – тихо спрашиваешь ты.

Марина Семеновна смотрит на тебя. В ее голове сейчас крутится один вопрос: Ты дурак или прикидываешься?

– Вы зарегистрировали пять юридических лиц в разных районах города. Разные районы, разные инспекции. Вот они и хотят с вами познакомиться и побеседовать. Впрочем, сейчас это не важно. Меня уполномочили провести допрос от имени всех инспекций.

Инспектор говорит серьезным голосом. Ты начинаешь напрягаться сильнее. Руки дрожат, как на экзамене в колледже. Ты пишешь Паше:

«Я в налоговой. Меня привезла полиция.»

Паша читает сообщение, но не отвечает на него.

– Вы подтверждаете регистрацию этих ООО? – спрашивает Марина Семеновна и перечисляет тебе все те ООО документы, которых ты подписывал для Паши.

– Да. – хрипишь ты.

– Вы осуществляли руководство этими ООО?

– Да.

– Вы выписывали на кого-нибудь генеральные доверенности?

Ты не знаешь, что это такое. Ты уже не помнишь, что ты подписывал.

– Не знаю. – говоришь ты.

Инспектор что-то записывает в документ.

– С какими контрагентами в последнюю неделю вы осуществили взаимоотношения?

Ты пытаешься вспомнить хоть одно ООО, которая присылало тебе письма. Но проще сказать:

– Не помню.

– Сколько у вас сотрудников в ООО «Основа»?

– Не помню.

– Сколько сотрудников в ООО «ТрансГруппРеал»?

– Не знаю.

– Какая у вас была зарплата в каждой ООО?

Ты думаешь, какие цифры тебе называть? Те, что говорил и давал тебе Паша или что-то придумывать? А что придумывать? Ты ведь реально ничего не делал в этих ООО! «Дальше мы сами! Если будешь нужен, позвоним.» — вот что тебе говорили каждый раз, когда ты задавал вопросы по работе.

– Семнадцать тысяч рублей. – говоришь ты, глядя в пол.

Инспектор долго щелкает мышкой, что-то вводит на клавиатуре и говорит:

– Судя по платежам НДФЛ в каждой ООО вы не получали ничего.

Ты не поднимаешь головы.

– Сергей Вячеславович! – обращается инспектор к тебе. – Вы понимаете, что происходит?

– Да. – тихо отвечаешь ты.

– Вас не просто так вызывают на допрос в несколько инспекций. У нас есть все основания полагать, что все ваши фирмы являются фирмами однодневками, а вы – номинальный директор. За это предусмотрена уголовная ответственность: статья сто семьдесят три точка один УК РФ «Незаконные образование юридического лица или государственная регистрация физического лица в качестве индивидуального предпринимателя».

Инспектор говорила ровно и без эмоций. Было видно, что она объяснила такие вещи уже много раз. А на том стуле, где ты сейчас сидишь, сидел не один такой же как ты директор.
– Также, судя по неуплаченным налогам НДС и прибыль, вас могут привлечь по сто девяносто девятой статье УК РФ. – продолжала свой монолог Марина Семеновна. – Налогов вы не уплатили со всех ООО на сумму три миллиона шестьсот восемьдесят пять тысяч рублей. К тому же мы имеем полное право доначислить НДС и прибыль с поступлений за последний квартал. Это увеличит и без того большую сумму неуплаченного налога. Сергей Вячеславович! Вы понимаете всю серьезность ситуации?

Ты понимал. Ты понимал, что Паша тебя кинул не только с ответами на письма. Твои ООО (а это были именно твои ООО) должны разным организациям больше одиннадцати миллионов рублей. Теперь ты еще должен налоговой. И это если не посадят!

– Сергей Вячеславович, как вы объясните вот это? – прервала твой поток мыслей инспектор и положила перед тобой несколько листов бумаги с таблицами.
Ты смотрел. Цифры перед глазами расплывались. Сто, двести, триста, шестьсот тысяч рублей. Рядом фамилии, имена и отчества людей, которых ты никогда не знал. Среди списка попадались даже такие имена, прочитать которые было сложно.

– Не-не понимаю, что это. – заикаясь, говоришь ты, тупо глядя на документы.

– А это выписка из банка. Вы ведь имеете представление о том, что это такое? — спросила инспектор.

Ты помотал головой.

– Банковская выписка – это представление движений по расчетному счету в виде аналитической информации от банка.

Ты слушал и не понимал. Слова «расчетный счет», «аналитическая информация» резали слух. На уроках в колледже что-то говорили про это, но ты не тогда не слушал. Ты сидел на уроке и играл в игру на смартфоне.

Инспектор показала ручкой на столбец под названием «Контрагент» и спросила:

– Вы знаете этих людей?

– Нет. – отвечал ты.

– Эти люди – сотрудники ваших организаций?

– Не знаю.

– Эти люди выполняли какие-либо работы для вашей организации?

– Я… Я не знаю.

Тебе стало плохо. Это не был допрос в отделении полиции или следственного комитета, но тебе было не по себе. Тебя мутило от странных вопросов, ответа на которые ты не знал. Тебе на экзамене не было так стыдно за твои ответы, как здесь. На экзамене тебе не угрожали Уголовным кодексом за неправильный ответ. Здесь за неправильные ответы тебе приписали уже несколько статей.

В кармане завибрировал телефон. Ты надеялся, что это Паша, но на экране айфона был контакт «Мама». Ты не ответил.

– Все ваши организации перечисляют большие суммы в подотчет лицам, не являющимся сотрудниками. Ни на один запрос ни одна ваша организация не предоставила пояснение. Сергей Вячеславович! Мы полагаем, что вы занимаетесь обналичиванием денежных средств. Это уже сто семьдесят вторая статья УК РФ «Незаконная банковская деятельность», и сто семьдесят четвертая «Отмывание». Вы понимаете всю степень ответственности?

Ты понимал и не понимал. Мозг отказывался соображать. Сто семьдесят вторая, сто семьдесят третья, сто семьдесят четвертая, сто девяносто девятая… Сколько их еще тебе назовут?! От этих простых трехзначных цифр осознание того, что ты вряд ли выйдешь отсюда без наручников, оказалось настолько сильным что ты не заметил, как закрыл лицо руками и чуть не заплакал. И это всего лишь за безобидное фото паспорта и подписи на документах! Паша обещал, что все будет хорошо и вы будете работать и зарабатывать. Выходит, что заработал только Паша…

– Меня посадят? – тихо спросил ты.

– Это как суд решит. – спокойно отвечает Марина Семеновна. – Мы сегодня готовим документы для передачи в прокуратуру. Потому что по вашим фирмам есть запрос и оттуда. От вас зависит, как дело будет двигаться дальше.

– Что мне нужно сделать?

– Рассказать все.

Ты думаешь. Перспектива в двадцать лет сесть в тюрьму тебя не радовала. Ты не знал, насколько тяжелые эти статьи, но сам факт того, что они находятся в Уголовном кодексе, а не в Административном, говорит сам за себя. Ты рассказываешь инспектору все: про Пашу, про подписанные тобой документы и визиты к нотариусу. Инспектор слушает, что-то быстро печатает на клавиатуре компьютера, переспрашивает, задает уточняющие вопросы. Ты рассказываешь около часа. Затем инспектор распечатала несколько документов и отдала тебе на подпись.

«Протокол допроса свидетеля»

Ты – свидетель! Ты выдохнул. Это означало, что тебя не посадят и не привлекут к ответственности. Ты так думал…

Свидетель! Ты забыл про неуплату налогов почти на четыре миллиона рублей, про долг другим фирмам в одиннадцать миллионов. Ты сегодня выйдешь из налоговой без наручников! Это было главное!

Ты подписываешь документ и отдаешь его инспектору.

– Сергей Вячеславович! – обращается к тебе инспектор. – Довожу до вашего сведения, что мы заблокировали все счета ваших ООО. Вы не сможете осуществлять деятельность до тех пор, пока не предоставите ответы на наши запросы. Передайте это тому, кому вы подписывали документы.

Ты выходишь из здания налоговой инспекции с чувством, что ты вновь оказался на свободе после нескольких лет заключения.

Ты звонишь. Не матери. Ты звонишь Паше. На твое удивление Паша берет трубку. Ты рассказываешь ему про налоговую, про допрос. Паша слушает, не перебивает и под конец говорит одно слово и отключается. Это слово звенело у тебя в голове еще долго.

– Мудак!

Ты не поехал на автобусе. Ты решил пройтись пешком. Тебя била мелкая дрожь. Что теперь делать? Паша тебя кинул. В этом ты окончательно убедился. Он-то выйдет сухим из воды. А вот ты… Ты уже на карандаше у налоговой. Возможно, прокуратора и следственный комитет тоже пригласят тебя на беседу. А дальше что?

Рядом с тобой у тротуара остановилась дорогая иномарка – черный Мерседес. Из нее вышел высокий мужчина и направился в твою сторону. Машина тем временем поехала вперед на невысокой скорости. Ты прибавил шаг. Не хватало еще, чтобы тебя похитили как в фильмах про девяностые. Мужчина тоже ускорился, сокращая расстояние между вами. В том месте, где пешеходная дорожка прилегала к проезжей части, Мерседес затормозил и из него вышел второй мужчина и перегородил тебе дорогу. Ты не понимал, что происходит.

– Нехорошо бегать от нас, Сергей Вячеславович! – улыбаясь сказал нагнавший тебя первый мужчина.

Ты вдруг вспомнил, что именно эти двое приезжали к магазину, где ты работаешь, и спрашивали деньги за работы, которые должна была выполнить оформленная на тебя ООО. Ты вспомнил, что они дали тебе одну неделю срока, чтобы ты разобрался с этой ситуацией. Ты не разобрался. Тебя сегодня в полицейской машине привезли на допрос в налоговую.

– Сергей Вячеславович, прошла неделя. – строго сказал тот, кто преградил тебе дорогу.
Тебя снова взяли под руку и повели к машине. Ты не сопротивлялся, ты очень устал от того, что произошло с тобой сегодня утром. Устал от того, что надо скрывать от матери письма, устал переживать за то, что ты не делал, за то, что ты поставил свои подписи в нужных местах: «Тут, тут и вот тут.»

Мимо ходили люди. Тебе хотелось позвать на помощь, закричать, убежать, но из твоего горла вырвался только сдавленный нервным параличом короткий хрип.

Тебя усадили в черный мерседес. Ты не сопротивлялся, ты подчинился. Ты был опустошен. Машина тем временем неспешно начала движение по проспекту. Ты услышал, как в дверях щелкнули замки. Ты не обратил на это внимания, тебя больше занимал вопрос: что сейчас с тобой сделают?

– Как будем решать вопрос? – спросил тебя сидящий рядом мужчина.

– Я не знаю. – тихо отвечаешь ты, смотря на дорогу.

– Что вы делали в налоговой? – задает следующий вопрос мужчина, сидящий спереди.

Этот вопрос тебя поставил в тупик. Тебя не волновало, как они узнали, что ты там был. Ты уже догадался, откуда они вычисляют твое местоположение. Ты думал, отвечать ли на вопрос правду или отнекиваться типа не ваше дело или вообще перевести разговор на тему того, куда тебя везут. Ты понимал, что противостоять одному против двоих громил, ты вряд ли сможешь и поэтому ты выбрал первый вариант.

– С полицией привезли на допрос. – выдохнул ты и почувствовал, что тебя что-то отпустило. Тяжесть, сжимаемая тебя уже несколько часов, ушла.

– Даже так… – тихо проговорил сидящий рядом с тобой.

– Я не знаю, где ваши деньги и не знаю, как их вернуть. – тихо говоришь ты.

– Сергей, мы поняли, что вы фиктивный руководитель ООО. Мы знаем, что у вас их пять. Мы знаем где, вы живете, и также знаем, что никакого управления на фирмы вы не оказываете. Но мы потеряли деньги, и сейчас мы хотим их вернуть.

– Я не знаю, что делать. – говоришь ты.

– Расскажите, на кого вы работаете. Вам уже нечего терять. Мы уже давно в бизнесе. Мы догадываемся, почему вас вызывали в налоговую.

Ты молча смотришь на дорогу. Может, они не громилы из девяностых? Может, они смогут помочь?
В кармане завибрировал и заиграл свою классическую и всеми узнаваемую мелодию айфон.

Звонила мать. Ты думал ответить или нет.

– Ответьте. – сказал мужчина.

Ты принял вызов.

– Сережа! – кричала мать в трубку. – Пришло судебное письмо! Тебя вызывают в суд! Как ответчика! Сережа! Ты что наделал?!

– Ничего мам, просто надо сходить и дать показания. Это нормально. – говорил ты, пытаясь успокоить мать.

– Это как-то связано с тем, что случилось сегодня утром? Кстати, как у тебя дела?

– Все хорошо, мам. Это никак не связано. – все так же спокойно говоришь ты.

– Ты скоро будешь дома? – спрашивает мать.

Ты отвечаешь «скоро» не потому, что это реальность, а потому, чтобы разжалобить этих двух громил. Но еще одно письмо и уже из суда. Ты беспокоился уже не столько из-за себя, сколько из-за матери. Сколько она еще будет верить тому, что ты разберешься сам и что у тебя все под контролем? Ты понимаешь, что надо прекращать делать вид, что все хорошо и срываешься.

Ты кладешь телефон в карман и рассказываешь двум громилам все, чем ты занимался. При упоминании Паши, ты заметил, как они переглянулись между собой, но продолжают молча тебя слушать.

– Продиктуй номер телефона Павла. – наконец спрашивает тебя сидящий рядом с тобой громила, когда вы остановились на перекрестке около твоего дома.

Ты диктуешь.

Мужчина записывает номер и показывает экран смартфона водителю. Тот смотрит и тяжело вздыхает.

– Он и нас решил кинуть? – удивленно и тихо спрашивает водитель у другого.

Что там ты не знаешь. Тебе не показали. Тебе все равно.
Тебя подвезли к твоему подъезду. Замки в дверях снова щелкнули. Ты сидел молча, ты ждал команды.

– Сергей, расклад такой. – начал водитель, не глядя на тебя. – Со своим долгом мы разберемся не с тобой. Мы сами разберемся с Павлом.

– Вы его знаете? – просил ты.

– Да. Он делает для нас кое-что. – говорит сидящий рядом мужик.

– Что именно тебе лучше не знать. – говорит второй, тот, который за рулем.

– Есть вариант, что он кинул не только тебя, но и нас. – добавляет тот, что рядом. – Это никак не обеляет тебя от того, что ты делал. За это тебя накажут другие. Мы трогать не будем. Но с налоговой тебе придется решать самому. Мы не помощники. Ты должен был знать, что ты делаешь.

Ты молчал. Должен был знать, но не знал. Теперь знаешь, но уже поздно.
Дома мать устроила допрос похлеще, чем это было в налоговой. Она не пошла сегодня на работу. Из-за тебя.

Ты отвечал уклончиво и продолжал врать. Ты понимал, что правда убьет ее.

На работе тоже задавали вопросы. Но уже другие: почему не пришел? где был?
Ты спокойно на них отвечал. Отвечал, по существу, коротко и ясно. От тебя отстали, но предупредили: еще один раз и ты безработный. Ты молча выслушал, согласился и пообещал больше так не делать.

Июль. Ты стоишь в зале Нижегородского арбитражного суда. Судья выносит решение: Обществу с ограниченной ответственностью «РемСтройПлюс» выплатить задолженность по непоставленной продукции в пользу Публичного акционерного общества «Скарт» в размере один миллион пятьсот тридцать тысяч рублей.

Ты стоишь и слушаешь. Ты уже несколько месяцев ходишь по судам на заседания, где ты не можешь сказать и пару слов в свою защиту. Денег на адвоката у тебя нет. Матери ты говоришь, что ходишь на работу. На работе говоришь, что проблемы дома. Все тебе верят. Лишних вопросов не задают. Кроме следователя. Виталий Владимирович Кожевников – следователь по экономическим преступлениям. Он, в своем обшарпанном кабинете задает тебе вопросы про Пашу, про твои ООО. Ты не врешь и не скрываешь. Ты рассказываешь. Следователь все записывает на компьютер. Все повторяется, как весной в налоговой. Тебе предъявляют обвинения по уже знакомым тебе статьям и отправляют домой под подписку о невыезде.

Бесплатный адвокат красивая и приятная на вид женщина средних лет тоже тебя слушает. Ты уже несколько раз рассказываешь уже заученную тобой историю твоей жизни за последний год. Мать тоже слушает. Охает, вздыхает и, наконец, говорит: «Вот чем ты занимался все это время! Вот почему тебя вызвали в налоговую!»

Ты молчишь. Спорить уже нет смысла. Ты устал врать, устал делать вид, что все хорошо и что это простой вызов в суд для дачи показаний. Сейчас это уже не простой суд. Сейчас вопрос о том сядешь ли ты или нет, стоит настолько остро, что ты постоянно коришь себя за то, что ровно год назад решил заработать на дорогой айфон путем подписывания документов. Адвокат уверяет, что реального срока не будет – дадут условный срок. Но предупредила, что хоть срок и условный, все ограничения, после вступления этой меры наказания в законную силу, сохраняются. Для тебя это означало, что ты все равно будешь иметь судимость с рядом ограничений прав.

В декабре суд вынес окончательный вердикт: три года условно со штрафом в двести тысяч рублей.

До этого на твои ООО были вынесены решения арбитражного суда о выплате задолженности контрагентам в размере двенадцать миллионов девятьсот девять тысяч восемьсот тридцать рублей. Адвокат рекомендовала переоформить ООО на другое лицо. Но для этого нужны учредительные документы. Где их взять, ты не знал.

Январь 2022 года. Появилась информация об аресте Паши. Его задержали в аэропорту при попытке улететь в Турцию. Ты увидел его по новостям в Интернете. Его вели в наручниках по длинному коридору суда. Над видео была надпись: «Задержан один из организаторов преступной группировки, занимающейся мошенничеством и обналичиванием денежных средств».

Что-то кольнуло тебя. Ты осознал, что ты часть этой преступной группировки. Только с судимостью в свой двадцать один год, штрафом и долгом почти в тринадцать миллионов рублей.

Заработать на всем этом удалось почти четыреста тысяч. Как выплачивать штраф и долг ты не знаешь. Никто не знает, но деньги любят тишину, а это твой бизнес, Англ!