Вечное

Время ускоряется, когда стоишь на одном месте, проносится мимо, оставляя тебя позади. И мир, кружащийся по спирали, уносится в будущее, проходя те же вехи, но уже чуть иначе, в иных декорациях. За ним трудно успеть, нужно всегда быть начеку, держать нос по ветру. Но мне это надоело. Моё тело начинает изнашиваться, ум устаёт от самого себя, душа твердеет и закостеневает. Я не знаю, каким будет финал, и будет ли следующий этап. Кажется, что в этой роли я сыграл уже всё, на что способен. Я был писателем, художником, музыкантом, путешественником, любовником. Но чаще всего я был отстоем. Эта роль мне, пожалуй, удаётся лучше всего. Мне практически сорок, и я всё ещё хочу ощутить заботу, неподдельное внимание и любовь - в общем, все эти инфантильные сокровища, которых мне не хватало большую часть жизни. Иногда я путаю сны и реальность. Иногда один лишь мимолётный образ, запах или звук открывает мне дверь в прошлое, и я ужасаюсь тому, какую бездонную пропасть времени оставил позади. Порой я вижу себя другим - весёлым, остроумным, любимым, лёгким, как пёрышко, а может, как клочок использованной туалетной бумаги, фортуна - штука непредсказуемая, знаете ли. Половина жизни прожита, проебана, утекла, как вода сквозь сито. Друзья, с которыми я поднимал тосты вечерами моей горящей юности в забытых городах, маленьких квартирах с тенями неясного будущего, плящущими на стенах, уходят вперёд в ногу со временем, обзаводятся семьями, детьми, новыми заботами, открывают новые двери и уже не видят меня так ясно, как в прежние времена. Мои любовницы исчезают, взяв всё, что могли и отдав то, что хотели. Мои родные становятся чужими, их держит лишь якорь нашего общего детства, эпоха невинности в далёком городе, которого больше нет на картах, воспоминания о нём как картинки диафильмов, когда-то казавшиеся удивительными, увлекательными, а теперь не вызывающие ничего, кроме ностальгической улыбки. Мои мертвецы, с каждой ночью подступающие на шаг ближе, уже без всякого стеснения проникающие в мои сны, зовущие мягкими голосами, а помнишь, как нам было хорошо вместе, правда же? И я помню, я плачу, просыпаясь, ещё один день в коллекцию моментальных снимков, которые сгорят в моём погребальном костре однажды, сгорят бесследно. Природа, рисующая свои чудесные картины, о, я купался в них, как в тёплом море, качающем меня, словно младенца в колыбели, я чувствовал, что художник знает меня, он пишет обо мне, и эти образы настолько сильны, что переживут моё рассыпающееся тело, и оно станет ещё одним мазком, маленькой деталью великолепного рисунка. Музыка, которую я слышу постоянно, невидимая нить, сшивающая воедино моё прошлое и настоящее, танцы с призраками в полумраке пустой комнаты, жадное дыхание, наполняющее лёгкие целыми мирами, в которых бесконечное путешествие начинается с неизбежной потери, а беспечность является единственным условием для движения вперёд. Моё тело, верное и любимое, прошедшее огонь, воду и смрадные трубы, растянутое моей памятью от маленького невесомого до уставшего и тяжёлого, распятое на крестовине, где скрестились целомудрие и порок, погруженное в воды Леты и омытое ими до голых костей, я был небрежен с тобой, прости. Страны, города, моря, пустыни и горы, вечерние сумерки, звёздные ночи, запахи морской воды, скошенной травы, сосновой хвои, кафешек на старинных улицах, чьих-то духов, внезапно пробуждающих нежность, сырой земли, всё это великолепие цветов, звуки уличной музыки, эхо саксофона в подземном переходе, уставшие глаза над грифом гитары в прокуренном баре, танцующие девушки, подставляющие полуобнаженные тела ласковому летнему ветру, треск костра на ночном привале, стрекот сверчков и цикад, шёпот листьев во мраке, мурашки по спине от непонятного и таинственного чувства вечности, проскользнувшей рядом, о, боги, я вижу тебя сквозь мир, я иду к тебе, ты же знаешь… Я старался не забыть тебя.