Параллельные линии N7

«Только почему он так поступает? Что он скрывает? Да... вопросы, вопросы, вопросы без ответа. Ничего, разберёмся. И домой я его зря пригласила. Не надо было».
Нина решила, что послезавтра, когда он будет «набиваться» в гости к ней домой, в чём она ни капельки не сомневалась, она скажет ему, что незнакомых людей в гости не приглашает.
«Он, конечно же, удивится, ведь они уже третий раз встречаются, а я ему —  всё то, что он говорил о себе — сплошное враньё, и если он не скажет правду, они больше встречаться не будут». Да и нужды в нём у неё уже нет. Всё, что нужно было сделать с его помощью — сделано. Он показал дорогу в ЦМД на Пресне, как пройти в «Зарядье».
Виктор нервничал. Он видел презрение в её глазах, когда явился к ней в бомжовой куртке. Он видел её недоверие, когда ошибался, забывая, что говорил раньше. А она была такая дотошная, наблюдательная, внимательная ко всем мелочам. Как она быстро отреагировала на его взмах рукой водителю авто, пропускающего их в переулке! Он взмахнул рукой, что означает на языке водителя — «Проезжай!»
— Ты что, водишь машину, давно перестал?
Он промычал что-то нечленораздельное, ибо был застигнут врасплох. «Надо быть внимательнее! Вот, дурак, чуть не попался. Не рассказывать же ей о том, что я продал свою машину в первые годы жизни в Москве, так как очень нуждался».
Но Виктору повезло, так как Нина стала рассказывать про замечательный край Север, где она родилась, про лютые морозы до 50 градусов и суровые метели, про тихие зимние вечера, настолько тихие, что было слышно падение на сугробы крупных, размером чуть ли не с ладонь, снежинок. Виктор хотел, чтобы прекратилась какая-то неразбериха в его жизни. Он устал метаться, он сделал свой выбор — Нина и серьёзные отношения с ней. У него не было никакой уверенности в завтрашнем дне, не было стабильности, он не понимал, что в жизни происходит. Он ни на что не влиял, становился жертвой каких-то мошенниц. Нина могла решить все его проблемы. В Красноярске он был успешным и состоятельным. Он был полон сил и энергии, он был мужиком. Сейчас он нищий, больной, никому не нужен. Он что-то кому-то пытался доказывать, боролся сам с собой, суетился много... Нина нужна ему. Его бесило, что она яркая, лучезарная, а он такой, как в болоте, тёмный, закрытый человек. Его раздражало, что она притягивает мужчин как магнит, он видел горящие взгляды, обращённые на неё.  Разглядывая её фотографии в Инстаграме, у Виктора возникало такое впечатление, как будто через фотографию она на него влияет. Он так устал метаться. Глядя на её лицо, на её насмешливый, изучающий взгляд, Виктор понял, что все его монологи, все эти заученные фразы о «стабильности» и «гармоничных отношениях» разбиваются о её тихую, непоколебимую уверенность. Она была как скала, а он — как песок,  который уходит сквозь пальцы.
Сердце его разрывалось от бессилия. Он чувствовал себя жертвой, только на этот раз жертвой её проницательности.
Нина наблюдала за ним. Видела, как он внутренне сжимается, готовясь к очередной лжи. 
— Виктор, давай начистоту. Зачем ты мне всё это рассказывал? Про Эмираты, про институт? Я всё проверила. Политехнического института в Красноярске нет. В Лобне ты быть не мог. Зачем?
Он отвёл глаза, губы задрожали.
— Я... я хотел понравиться, — выдохнул он, и в его голосе впервые прозвучала жалкая, голая правда. — У тебя всё есть. Квартира, путешествия... А я... я кто? Угол у брата. Работа серая. Я подумал, что таким, как я, ты и внимания не уделишь. Вот и приукрасил.
— Ты не приукрасил, ты создал целый лабиринт лжи. И поверил в него сам. Ты хочешь не меня, а мою квартиру и мой достаток.