14. Час надежд...

Если бы я раньше знала, как здорово быть беременной, я бы, наверное, уже многодетной матерью была. Хотя, признаюсь, у меня нет никакого токсикоза. Вот вообще. В отличие от других бедных соискательниц родительства. Которым ни поесть, ни попить вволю...

А есть хорошее настроение, прекрасный аппетит и полное согласие с миром. В котором живут прекрасные, добрые люди. Которые хотят счастья для меня. И стараются делами это подтвердить. Честно сказать, даже устаю от их заботы.

Алла, скажем, мне сырники печёт, соки делает и вкусные супы варит. Я люблю. И все это в термосах приносит домой. Два раза в день. Ем с удовольствием. А врач ругается, что много прибавляю в весе.

Анька каждый день развлекает меня рассказами о том, какой Володечка молодец. Как он то, как он это...

Я киваю и улыбаюсь. Она, кстати, тоже беременна. Побольше сроком. Сразу двойня будет. Но по виду не скажешь.

И, да. Я ей совершенно не завидую. В смысле, тому что рядом с ней мужчина. Да ещё такой ответственный и самоотверженный. Потому что у меня, кажется, развивается мизандрия. Этот термин обозначает ненависть, укоренившиеся предубеждения и предвзятое отношение по отношению к мужчинам...

Правда, я испытываю неприязнь, а порой и отвращение, не ко всем представителям мужского пола, а только к тем, которые имеют отношения к моей особе. Они меня обижали, истязали, мучали...

Ой, я сейчас договорюсь до слез. Пусть будет, просто обижали. Или даже просто не понимали. Что Венька, что Давид. А Вадим? Этот вообще...

Я задохнулась от злости. Посидела, успокоилась. Зачем я о нем думаю? Ведь только что сделала вывод о том, как мне хорошо без него...

Откуда-то прибежала Элла. Она похорошела, помолодела против прежнего своего пожилого состояния, которое так поразило меня в аэропорту. Прежде всего тем, что для богемной моей бабули было недопустимо.

Доела мои сырники, велела передать Алле респект. Задумчиво посмотрела на судок с грибным супом, но не решилась отъесть у беременной женщины такую вкусноту. Расспросила меня про сегодняшние планы. Велела быть дома и ждать её прихода. Потому что у неё важное ко мне дело.

Я перенесла его на попозже. Потому что мы с Анькой собрались гулять по городскому парку. Где в самом разгаре весна и живёт ощущение счастья. Особенно для сестёр, находящихся в заведомо интересном положении.

Элла была на удивление покладистой и понимающий. Ладно, мол. Гуляй, внучка. Но чтобы не позже пяти была дома. Как штык.

Мне бы насторожиться. Она сроду часов не наблюдает. Не потому что чересчур счастливая. А потому что слегка безалаберная. Чуть-чуть больше, чем надо...

Но я, расслабленная и довольная, не обратила на это никакого своего внимания. Дождалась Аньку, и мы бодро отправились в парк.

Болтали про все - про все. И особенно про Володечку. Надо же было таким уродиться. Я даже спросила у сестры, есть ли у него хоть один недостаток?

Она засмеялась и подтвердила. Есть. Как не быть? Он же не ангел. Но какой, не сказала.

Но хорошо, что грех имеется. Есть к чему стремиться в желании стать лучше. Свойственном для всех людей без исключения. Кроме, конечно, негодяев и злодеев...

Таких, как, скажем, на моем пути встречаются. Я опять забарахталась в своём более чем справедливом гневе и...

И засмеялась. Вспомнив Вэнмина и Давида. Не тянут они на злодеев. А Вадим?

А с Вадимом сложно. И вечер сегодняшнего дня это подтвердил...