Еврейский сон

Куплет:
Таки жизнь моя катится плавно,
Как по маслу трамвай на привоз.
Всё уютно, кошерно и славно,
Не имею к судьбе я вопрос.

Вот вчера, в предрассветном тумане,
Где-то между «поспать» и «поесть»,
Я запутался в странном обмане —
Сон принёс мне ужасную весть.

Куплет:
Мне приснилось: я чёрный, как дёготь,
Словно туча над старым двором.
Сам себя не могу я потрогать —
Жар палит раскалённым костром.

Я в пустыне. Песок, как издёвка.
Жажда сушит, и нету воды...
И в уме только мыло с верёвкой,
И предчувствие близкой беды.

Припев:
К Богу я обратился: «Создатель!
Ты же видишь, я весь тут сгораю!
Я же истинный твой почитатель,
Ну за что я в песках умираю?»

Куплет:
Я просил: «Пусть я белым предстану,
Как субботняя мамина скатерть!
Пусть вода потечёт по кафтану —
И её, таки, всем ещё хватит!

И ещё... чтоб не скучно в пустыне,
Чтобы дух мой совсем не зачах,
Пусть мадам РабинОвич, не медля,
Здесь окажется в солнца лучах!»

Припев:
К Богу я обратился: «Создатель!
Ты же видишь, я весь тут сгораю!
Я же истинный твой почитатель,
Ну за что я в песках умираю?»

Бридж:
И Господь оценил восклицанья,
Улыбнулся в седые усы.
Он вписал в полотно мирозданья
Белый цвет небывалой красы.

Финал:
Я стою... Весь в фаянсе и блеске.
Крышка сверху — солидный прикид.
Ярко белый, в пустынном пространстве,
И вода во мне нежно журчит.

Подобравши подол вожделенно,
И в надежде управить пожар,
Госпожа РабинОвич степенно,
Приближается... Грустный финал…