Предательство

               
               

               
                Когда у неё  родился сын, у девочки  появилась ревность: "Ты будешь его любить больше, чем меня?"-спрашивала. Анна не взвешивала - "больше-меньше"- просто любила обоих. При этом отец и  бабушка  старательно следили за  отношениями.
                Дочерью Анны, которую родила её  сестра, Алёнка    стала в три годика. Готовясь к серьезной операции,  словно предвидя,старшая  просила младшую,  в случае плохого исхода  стать матерью её девочки.  На предложение зятя,которого тоже наставляла, Анна  долго отмалчивалась. Но постоянные слёзы  бабушки, рыдания деда по ночам, переживавших, что они потеряли дочь, а теперь могут потерять и внучку, которую растили с рождения, требовали решения. Окружающие убеждали, что так будет лучше для всех,  для ребенка,для неё,любившей  девочку,  и для стариков. Но  переступить невидимый порог было трудно.  Точку  поставила  Алёнка, прибежав, не в первый раз, в слезах жаловаться на соседского мальчишку, которому  хвасталась новыми игрушками, а он  безжалостно отвечал: "Зато, у тебя нет мамы".
                - Будь моей мамой. У всех есть  мамы, а у меня нет, - просила, глядя прямо в глаза
                - Я буду твоей мамой,- ответила.
               
                Окружающие  относились к  браку по-разному: одни осуждали, считая кощунственным, другие говорили, что всё сделано по уму.  Глядя, как семья идёт гулять - отец, неся на руках сына, а мать о чём-то разговаривая с дочерью- соседки на скамейке вспоминали про необычность брака и делали вывод, что в семье лад. В центре внимания были дети, окруженные любовью и  заботой о их настоящем и будущем.Рядом , вплоть до своего ухода, были бабушка и дед,  помогая делать гнездо уютным. Хорошего было много, благодаря  единой связке, опоре друг на друга, общих интересах и в праздниках и в невзгодах. Щель, отделявшая первую семью от второй просматривалась, порою, и старики между собой объясняли её отсутствием той любви, которая скрепляла первый брак.
                Дети выросли. Дочь закончила образование,  вышла замуж, родила сына,и уехала по распределению в другой город. Внука,поначалу оставила на три года с бабушкой и дедом. Сын не торопился с созданием собственной семьи и родители не торопили, желая, чтобы создал её он по любви. Но мечта не состоялась. Закончив один институт,разочаровавшись в професси поступил в другой, после его окончания хотел учиться дальше.Но его намерения  прервала неожиданная смерть отца, которую сын переживал очень тяжело.Нужно стало работать.Так случилось, что попал он под начальство пьющего человека. Тот стал вовлекать  его и  как-то незаметно приучил прикладываться к рюмке. Все попытки Анны оторвать от этого занятия  натыкались на глухую стену: после обещания, которое давал, принимался  за старое. Когда Анна в очередной раз попыталась поговорить с ним, случилась трагедия: он  ушел из дома. Она думала погуляет и придёт, а он попал под машину. Его  смерть, смерть человека, не прожившего положенного, не успевшего , даже, создать семью, стала  потрясением.
               
                Дочь  увезла мать к себе, поселила в  комнате внука, уехавшего учиться. Меняя догоравшие свечи,Анна целыми днями сидела перед фотографией сына,  находясь в каком-то ином измерении, чем люди вокруг.Мысленно винила себя в его гибели, просила прощения, разговаривала с ним, а как-то ей показалось, что он отвечает:" Мама, прости меня". 
                Её отрывали для оформления документов:то нужно было получить перевод за квартиру, спешно проданную перед отъздом, то  ехать в  строительную контору, где зять, подсуетившись до их приезда, "забил" на её имя покупку  новой, то к нотариусу писать завещание. Пока ожидала в приёмной, слушала разговоры пенсионеров о  разнице между завещанием и дарственной и их единодушное мнение,  что нужно завещать, а не дарить. Это же посоветовал нотариус, поскольку наблюдал, что старики при дарении  часто оказываются на улице. И помог составить завещание на внука: до окончания строительства дома дарение было невозможно.
               
                Но, с этого момента все разговоры между родственниками  сводились к нему. Начинал  зять.  Издалека. Первое, что он напомнил была необходимость  помнить о  биологической матери его жены - единственной женщины, которую любил её отец.  Потом,  как-то,  завёл разговор , обвинив Анну в том, что она не удочерила в своё время его жену, что теперь лишало её права на наследство. Это  было  ложью - против удочерения был отец девочки.  Будто между прочим, зять не  забывал вспоминать об  участии в её воспитании других членов семьи. Подчёркивая, что не одна Анна растила девочку, да и было это давно. Как-то заявил, что новая квартира , по справедливости, должна принадлежать ей, поскольку строится она на деньги от продажи старой, полученной в первом браке. Всё это  делило семью, вернее, её отделяло её от семьи, лишало каких-то моральных прав.  А зять,  посмотев по телевизору очередную  передачу о наследстве, вновь и вновь,разговоры  возобновлял. К нему присоединилась дочь,открыто сказав, что после окончания строительства ждёт её дарения  себе, напомнив, тем самым, резговоры в приёмной нотариуса и его слова. Выплыла мысль, что привезли её сюда не ради неё, а ради еще одной квартиры, хотя  в своё время они с мужем дали деньги для покупки этой, в которой   жили сейчас. Она замолчала, стала отдельно есть Через какое-то время вспомнила  нотариуса, когда ей предложили снять снять отдельное жилье, дожидаясь окончания строительства своего.  Анна молча положила в сумку кое-какие вещи, документы и деньги, взяла  фотографию сына и молча  ушла.

                Ушла она на вокзал.  Утром ей повезло: в открывшейся кассе продавались билеты на самолёт, на котором было можно вернуться  туда откуда прилетела. Рейс был ночным. Пассажиры спали, а она, словно каменная, сидела с открытыми глазами с единственной мыслью, что у неё больше нет семьи, нет родных.  Возвращалась она в родной город, в пустовавшую квартиру погибшего сына. Добралась,села на диван,да так и просидела до следующего утра. Проснулась внезапно, почувствовав  чье-то  присутствие, и увидела фигуру сына, удалявшуюся к двери, растворяясь.  Открыла дверь- за нею  стоял внук.
                Она плакала. Впервые после смерти сына.
               
                Сначала он уговаривал вернуться. Пытался объяснить произошедшее болезнью матери, и она радовалась этой соломинке,   которой  старался скрепить  распавшихся родных. Потом, поняв, что не получается , принялся как-то наладить её  быт.
                Через несколько дней ему было нужно возвращаться. Анна осталась одна.  Первые дни, когда тоска сжимала сердце, вспоминала внука.  То как он пытался примирить  всех, то как заботился о ней. Порою , перед глазами всплывал малышом, только что появившимся на свет, зевнув,  полугодовалым, примостившимся на её плече, засыпая и мурлыча, как котёнок, то  выговаривавшим "кокаруза" вместо "кукуруза", то научившимся читать, водившим пальчиком в книжке.
                Наступило одиночество, Рядом  были соседи, ей сочувствовавшие. Но у них была своя жизнь.А её окаменевшая душа оставалась одна. Позвонила  женщина, та самая, с которой у сына появились отношения,  первая и единственная  женщина в его жизни, с которой он познакомился по интернету какое-то время назад. Анна обрадовалась, она была знакома с ней - познакомились  незадолго до гибели сына. До этого женщина уже  не единожды побывала замужем, имела дочь. Анна хотела бы другой биографии, но уговаривала себя, что любовь может случиться  и в таком случае: очень  хотела, чтобы сын любил и  был  любим. У неё,  было, появилась надежда, что так оно и есть, когда вдвоём  сидели у дверей реанимации.  Уезжая к дочери,  оставила ей  доверенность на участие в расследования аварии, унесшей сына и обещала оформить на неё  небольшую дачку с будкой в центре, где они встречались с сыном. В память о нём.
                Женщина позвонила,а затем пришла. Вместе сходили в церковь, на кладбище. Прочитав  стихи, написанные ею о смерти сына,была тронута и отнесла их на могилу. Приходила она не одна, а с бывшим школьным товарищем сына, которого нашла, несмотря на то, что сын прервал с ним отношения задолго до их знакомства.  Вспомнив, что  перед гибелью сын заговорил о кольцах, Анна купила женщине  кольцо, которое та выбрала, вспомнила про обещание подарить дачку и оформила дарение. Анне казалось, что таким образом она сохраняет любовь сына, первую и единственную.  Женщина подарок   приняла и очень удивила Анну, когда через несколько дней после  слов о том, как они вместе будут сажать цветы и собирать яблоки, узнала от соседки по даче, что новая хозяйка дачу продала. Рассказала, что с оформлением документов  помогал молодой мужчина, назвавшийся другом сына.Неожиданная продажа отрезвила: значит  память о сыне не нужна, значит нужны деньги! Значит, с её стороны никакой любви не было!  И Анна перестала звонить и отвечать на её звонки. Пока  не знала о продаже сделала ещё одну непродуманную вещь, которая вскоре  отразилась на ней - отдала в её присутствии на хранение сотруднице доллары, которые  предназначались  для собственных похорон.   
                Отрезвление пришло  позже. После годовых поминок, где   несостоявшаяся родственница как-то неестественно  мялась, говоря о суде над шофёром, сбившем сына.   Анна  позвонила  следователю, и его ответ  ошарашил. Оказалось, что по данной ею доверенности, она уже давно  заключила мировое соглашение,  и назвал полученную  сумму.   В голове застряла мысль:предала и продала. А она-то.... Думала, что сын был любим.... А, оказывается,  всё свелось к деньгам .... Встречи прекратились. Но последовало продолжение. Анну продолжал посещать тот самый  бывший друг, с которым она приходила.Он приходил и приходил, выражая соболезнование и  сожаление, что  школьная дружба с сыном прервалась.  Анна  стеснялась и не умела   от него избавиться.

                Однако, причины частых его посещений имели важный смысл.  И только после того, как всё случилось, поняла. Поняла , почему его так волнуют деньги, отданные на хранение в сейф сотрудницы в присутствии  женщины сына.Он часто  заводил разговоры о них, знал дату их возвращения, говорил, что поможет положить в банк, чтобы шли проценты. В одно из посещений  дату возвращения начал уточнять.Чтобы отвязаться  сказала, что уже принесли.   Он  внимательно переспросил: " Уже?"
                А на следующий день к ней пришли. Возвращаясь из магазина, заметила, что  кто-то обогнал её на лестнице. Не успев запереть дверь, почувствовал как  дверь рванули,  и почувствовала удар кулаком в грудь.От удара с маху  шлёпнулась на пол, ударившись головой. Очнулась, когда почувствовала, что в рот ей засунуты два пальца в грубой резиновой перчатке. Попыталась  рот закрыть- рука отдёрнулась. Её приподняли, прижали к стене и раскрывшийся рот произнес:   
                - Где доллары? Где доллары? Где доллары?
                - Долларов нет,- едва выдавила из себя со страхом.
                - Не ври,- человек  с рыжей бородкой и большими серыми глазами  смотрел в упор.
                А её, словно, парализовало, она не могла добавить к сказанному ни слова. Её швырнули пол и в квартире начался"шмон". Из шкафов, тумбочек, столов  выбрасывалось на пол содержимое содержимое под крики: "Где доллары, где доллары ?". Она, словно парализованная , не могла произнести слова и,молча наблюдала,как,  наткнувшись на  квитанцию по уплате за свет, сгрёб   с неё  сдачу и сунул во внутренний карман. Обнаружив в одном из ящиков документы на квартиру , засунул  их в пакет с ромашками, принесенный с собой, сказав: " Надо".  Обрадовался и  замер на минуту, найдя в  старенькой шубейке, в подследнике, деньги.  Но это не были  доллары, а он целенаправленно искал их, зная, что  на хранение были отданы они:" Куда  спрятала доллары, старая сволочь?" заорал, услышав свист под окном.
               
                Остановившись у туалета, осведомился:" Что там?" - видимо, намереваясь затолкнуть туда  Анну. Свист повторился. Молниеносно вырвав шнур из стоявшего рядом телефона, схватил  сумку Анны,оставленную ею рядом и,не обратив внимания на слова: " Отдай, там крестик," -  сунул её  в пакет с ромашками  и выскочил за дверь.  Она, вышла  из оцепенения и рванулась  за ним. Увидев, как он быстро спускается по лестнице, закричала: "Помогите".  Из-за дверей начали появляться соседи с вопросом:" Что случилось?" Вор скрылся.Позвонили в милицию.
                Увидев  гематому, приподнимавшуюявшу кожу на  голове, вызвали скорую. "Друг" позвонил дважды,  усиленно справляясь о её здоровье.   
                Её жизнь зачем-то продолжалась. Она осталась одна, не верила ни в семью, ни в любовь, ни в дружбу.