Погружение в ад. Книга 8. Глава 21

Глава 21

          Резко выйдя из сна, Деметриус открыл глаза и уставился в потолок. Он не мог понять, что его выдернуло из сновидения, но понял, что что-то произошло. Но вот что, он пока не мог понять.
          Полежав на кровати несколько минут, Деметриус поднялся и, подойдя к столу, потянулся к бутылке с вином. Но когда он её поднял и поднёс ко рту, то увидел, что она пуста.
          Отбросив бутылку в сторону, так, что она, ударившись о стену, разлетелась на мелкие осколки, оставив на стене небольшое красное пятнышко.
          Прислушавшись, чтобы понять, что же его разбудило, Деметриус застыл на пару минут, но как ни старался, так ничего и не услышал. В комнате стояла гробовая тишина, словно все обитатели этого мира куда-то исчезли.
«Что же могло меня разбудить?» – стал размышлять Деметриус, оглядываясь по сторонам и напрягая слух в попытке уловить хоть какой-то звук или шорох.

***

          Тихонечко сидя в покоях Даяны, которая крепко спала в своей огромной кровати, на которой могли уместиться несколько взрослых человек, Винтария в обличии служанки Клариссы резко поднялась с кресла и закрутила головой, почувствовав, что в мире «Русалочья Заводь» что-то произошло. Но вот что, она пока понять не могла.
          Бросив взгляд на Даяну, которая продолжала спать, Винтария тихонько подошла к двери и, открыв, выглянула в коридор.
          Королевский дворец мирно спал, не подозревая, что в мире происходит что-то ужасное.
          Осмотрев пустой коридор, Кларисса тихонько отправилась в свою комнату, прикрыв за собой дверь покоев сестры короля. Но сделав несколько шагов, услышала, скорее уловила, что за её спиной, кто-то тихонько открыл дверь.
          Резко обернувшись и приготовившись нанести сокрушительный удар, по тому, кто стоял за её спиной, Кларисса увидела, стоявшего в дверях своей комнаты Грандауля, на его лице застыл неописуемый ужас, словно он увидел привидение или самого дьявола, покинувшего свои владения.
- Что здесь происходит? - выйдя из ступора, поинтересовался профессор, узрев в коридоре служанку Даяны. – И почему ты одна разгуливаешь по…
          Не дав договорить старику, Кларисса подскочила к Грандаулю и впихнула его обратно в комнату. Резко обернувшись и никого не увидев в коридоре, служанка вошла в комнату старика и, закрыв за собой дверь, стала менять своё обличие.
- Что ты творишь, него… – заговорил Грандауль, но тут же замолчал, увидев перед собой не служанку, а Винтарию.
- Ты тоже это услышал? - поинтересовалась богиня красоты, внимательно смотря в удивлённое лицо профессора.
- Что услышал? - только и смог выдавить из себя Грандауль, хлопая глазами и не понимая, что происходит.
- Да очнись же ты, чёрт тебя побери, Грандауль! - выкрикнула в лицо профессора Винтария. – Я спрашиваю тебя, ты тоже что-то слышал?
- Да, – придя в себя, процедил сквозь зубы старик. – Я что-то почувствовал сквозь сон, но ничего не понял. Поднявшись, я решил выйти в коридор и посмотреть, подумав, что там что-то происходит, но кроме Клариссы там никого не…
          Не зная, что говорить дальше, Грандауль, продолжая смотреть на Винтарию, замолчал.
- Грандауль очнись же ты наконец-то, – вновь заговорила богиня красоты. – Ты не ошибаешься, это я. Приняв облик служанки, я стала охранять Даяну, чтобы никто не причинил ей вреда, ведь ей уже скоро рожать.
- Кто ей может причинить… – начал было Грандауль.
- В городе Деметриус! - перебила старика Винтария. – Он прибыл в ваш мир, чтобы забрать своего сына!
- Кого? - сглотнув слюну, спросил Грандауль.
- Разве ты не знаешь, что Даяна носит под сердцем сына Деметриуса? - теперь пришло время удивляться Винтарии.
          Не удержавшись на ногах, от такой внезапной новости, Грандауль грохнулся на пол и, открыв рот, словно что-то хотел ответить, так и замер.

          Подскочив к старику, Винтария вздёрнула его, словно он ничего не весил, и усадила в кресло.
- Очнулся, а теперь слушай, – произнесла Винтария, усевшись рядом.
          Через десять минут, Грандауль уже был в курсе всего, что произошло в «Русалочьей Заводи». Винтария поведала ему, о том, что встречалась с Деметриусом в трактире и разговаривала с ним о ещё нерождённом ребенке Даяны.
- Он обещал мне, что не причинит никакого вреда Даяне и уберётся из вашего мира, – в конце разговора произнесла Винтария. – Но я не верю своему братцу.

***

          Перебросив людей к чёрному камню, Ториус, указав на камень, заговорил:
- Здесь написано, как с помощью артефакта можно покинуть этот мир. Но я не могу прочитать, что здесь написано, кто-то или что-то мешает мне это сделать, блокируя…
- Но и мы не можем этого сделать, так как не знаем этого языка, – произнёс Вильгельм, бросив взгляд на Ториуса.
- Вы нет. Только он способен прочитать то, что написано на этом камне, – Ториус указал рукой на Макса.
          Все, кто находился у камня, повернувшись, уставились на парня.
- Что мне нужно делать, чтобы прочитать, что написано на камне? - обратился Макс к Ториусу.
- Подойди к камню, – заговорил бог ветра, – и опусти руки на его поверхность. Как только это сделаешь, закрой глаза. Когда погрузишься в транс, – через пару секунд продолжил Ториус, окинув взглядом притихших людей, внимательно смотревших на Макса, – пошли своё сознание вглубь этого алтаря и он откроет тебе тайну надписи.
- Что ещё за алтарь? - спросил Макс, не сводя глаз со старика.
- Чёрный камень – это алтарь, который остался после разрушения Деметриусом храма. Кажется, так он называется в вашем мире, хотя я могу и ошибаться.
- Ты не ошибаешься, Ториус! - подал голос Вильгельм, переведя взгляд с внука на бога.

          Подойдя к камню, Макс опустил на него руки, но не успел он закрыть глаза, как каракули, изображенные на его поверхности, стали менять своё очертание. Вздрогнув от неожиданности, Макс резко отступил от камня. И только он это сделал, буквы вновь превратились в каракули.
- Что ты почувствовал? - обратился Ториус к парню.
- Не знаю, – ответил Макс, пожав плечами. – Но было такое ощущение, словно камень живой.
- Ты прав! - бросил Ториус. – Никто, даже боги не знают, кто возвёл храм в этом мире. Но разрушив храм, Деметриус не смог справиться с алтарём, так он и остался торчать из песка. Как ни старалась пустыня засыпать его песком, ничего у неё не получалось. Ладно, оставим этот разговор, попробуй снова, возможно, алтарь откроет тебе то, что на нём написано.

          Макс вновь приблизился к камню и положил на него руки, тут же закрыв глаза.
          В этот момент его сознание наполнилось древними знаниями, которые веками скрывались в чёрном алтаре. Слова, выгравированные на камне, словно шептались ему на ухо, будто невидимый голос произносил их.

          Сколько стоял Макс у камня, парень не знал, но когда вся информация перекочевала в его голову, парень оторвал руки от алтаря и открыл глаза.
          Обведя взглядом всех присутствующих, Макс заговорил:
- Теперь я знаю, как нам выбраться из этого мира.
          Выудив из кармана штанов ярко-красный амулет, Макс опустил его на небольшой камень, находившийся рядом с алтарём.
- Подойдите ко мне, – произнёс Макс, – и возьмитесь за руки, так чтобы образовался круг. Как только мы сомкнём круг, я произнесу нужные слова и разобью ногой амулет, так чтобы он рассыпался на мелкие кусочки.
- Мы беритесь за руки и образовывайте круг, а я ухожу, – произнёс Ториус. – Когда вы вернётесь в свой мир, – шмыгнув носом, продолжил бог ветра! – Даяна уже родит сына, а вы всё, что с вами здесь произошло, сразу забудете.
- Прощай, Ториус! - протянул богу ветра руку Михаил. – Спасибо тебе за помощь! Мы ещё встретимся?
- Это зависит не от нас, – ответил Ториус, пожимая руку чародея. – Судьба вещь упрямая и не знаешь, что она может выкинуть. Но знай, Михаил, светлые боги всегда будут на стороне людей и в любую минуту придут на помощь. Всё, ваше время иссякло в этом мире, отправляйтесь домой.
          После исчезновения Ториуса, люди, взявшись за руки, встали в круг. Ударив ногой по амулету, Макс мысленно произнёс слова.
          И только ярко-красный камень разлетелся на тысячи мелких осколков, люди исчезли из подземного царства в свой мир, а чёрный амулет погрузился в пустыню, словно его здесь никогда и не было.

                Конец восьмой книги