Старый ворчун

Этот мостик — старый ворчун. Стоит наступить на край, как он начинает жаловаться на жизнь: скрипит, прогибается, будто пугает, что вот-вот сдастся и уронит тебя в тихую воду. Но на самом деле он крепкий. Нас переживет.
Я прихожу сюда, когда деревня еще спит, а туман только-только сползает с луга в реку. В это время воздух пахнет чем-то очень правильным: сырой травой, застоявшейся водой и далеким дымом из чьей-то печки. Такой холодный утренний запах, от которого хочется глубже закутаться в воротник старого свитера.
Слева, за камышами, солнце медленно «разливает» оранжевую краску. Сначала просто полоска, а потом — бах! — и всё вокруг становится золотым. Даже гнилые коряги, торчащие из воды, выглядят как застывшие сказочные звери. Вон то дерево-великан посередине — оно здесь главное. Каждое утро оно первым принимает на себя свет, пока мы, люди, возимся с чайниками и будильниками.
Тишина здесь не пустая. Она наполнена звуками: где-то всплеснула рыба, где-то в густой листве завозилась птица, а под ногами — ритмичное «хрусть-скрип» старых досок.
На середине моста я всегда останавливаюсь. Не потому что красиво (хотя, черт возьми, красиво до щекотки в носу), а чтобы просто постоять в этом «между». Между тем берегом и этим. Между ночью и днем.
В такие моменты кажется, что все проблемы — это просто туман. Сейчас солнце пригреет, и они рассосутся сами собой. А пока можно просто смотреть, как рыжий свет золотит воду, и никуда не спешить. Дома ждет остывший чай и куча дел, но они подождут еще минут пять. Мостик потерпит. Он привык.