Нехорошие противотанковые артиллерийские бригады

  В мае 1941 года в РККА вдруг особенно сильно забоялись немецких
танков и взялись срочно создавать противотанковые артиллерийские
бригады (ПТАБР), аж 10 штук, прямо в западных военных округах.
Почему бригады, а не, скажем, полки? Наверное, по аналогии с тан-
ковыми бригадами. Типа одной противотанковой бригады должно было
оказываться достаточно для останова одной танковой бригады (в
Вермахте, правда, танки группировались не побригадно). Ну, и бри-
гады были как бы в моде: дивизия -- это вроде как слишком много,
полк -- слишком мало, а вот бригада -- в самый раз. Подозреваю,
что слово "бригада" стало популярным из-за Гражданской войны в
Испании (кто считает такое объяснение наивным, тот, может, на-
столько постиг содержимое подсознания советских маршалов, профу-
кавших 1941-й год, что смог бы и сам его профукать).
  Идея противотанковых артиллерийских бригад для проивопоставле-
ния их танковым клиньям была в принципе вроде как правильная (хо-
тя лично мне представляется, что группироваться в полки было бы
ещё правильнее: шире возможности автономного применения не очень
больших сил), вот только эта идея оказалась существенно недоду-
манной, а реализованной ещё хуже.
  Для укомплектования десяти бригад не хватило ресурсов (пушек,
тягачей и т. п.). Ну так надо было создавать для начала лишь пять
полноценных бригад, а то и меньше, а не возиться с десятью непол-
ноценными. Неполноценно укомплектованная военная часть -- это как
солдат-инвалид: у него то ли ног нет ниже колена, то ли не все
особо нужные пальцы на руках. Укомплектовали одну бригаду -- при-
нялись за укомплектование следующей. А пока бригада не укомплек-
тована пушками и средствами их буксировки, она должна быть вполне
боеспособна в качестве ПЕХОТНОЙ части.
  Следовало иметь продуманный подход к формированию новых частей:
с изменением специализации этих частей по мере насыщения их слож-
ным вооружением (раз уж этот процесс затягивался). И пехотная
подготовка артиллеристов (как и вообще любых военнослужащих РККА)
должна была быть must-ом. Чтобы люди не впадали в растерянность в
случае чего ("как же мы без пушек?!", "как же мы без самолётов?!"
и т. д.), а полноценно воевали в меру возможностей -- не прибегая
к "отмазкам".
  И недоукомплектованность недоукомплектованности рознь. Если,
скажем, снабдили ПТАРБ пушками, но не тягачами к ним (или наобо-
рот) -- это очень неправильно, это подрыв. А если недодали и пу-
шек, и тягачей, зато у каждой пушки был тягач, это приемлемо.
  Главное: противотанковые артиллерийские бригады должны были
быть очень мобильными. По мобильности им следовало превосходить
танковые войска противника.
  Правильное применение танков -- внезапное, массированное, быст-
рое. Идея мобильного противотанкового формирования: УСПЕТЬ выдви-
нуться прежде вражеских танков на нужный рубеж и хотя бы слегка
закрепиться там.
  Низкомобильная противотанковая артиллерия -- это артиллерия для
смертников. Она годится для перекрытия всяких Волоколамских шос-
се, но не для победоносных отступлений с изящными артиллерийскими
засадами.
  Если нет скоростных тягачей, то не может быть и мобильного про-
тивотанкового артиллерийского формирования: артиллерия попросту
не будет успевать занимать нужные рубежи, а будет попадать в ок-
ружения и в лучшем случае теряться (ну, разукомплектовываться и
подрываться своими бойцами), в худшем -- доставаться противнику.
Летом 1941-го РККА в основном сама гробила свою артиллерию -- из-
за нехватки скоростных буксировочных средств.
  Как надо было делать: таскать с собой не больше орудий, чем по-
зволяли таскательные средства. А остальную артиллерию отправлять
в тыл про запас: всё равно воевать толком она не могла и её удел
был оказываться потерянной. Руководству РККА как-то ведь хватило
соображалки отправить в тыл хотя бы артиллерию крупного калибра,
до лучших времён.
  Высокомобильную противотанковую артиллерию можно было бы ис-
пользовать не только для ликвидации танковых прорывов, но и для
устройства арьергардных артиллерийских засад даже в отсутствие
вражеских танков (чуть постреляли, используя внезапность, -- и
смело драпать до следующей засады, не опасаясь репрессий). Чтобы
ничего такого не получилось, в РККА насоздавали недоделанных мед-
лительных "противотанковых" бригад, которые в основном быстро по-
теряли и свои пушки, и свои медленные тягачи (трактора, перебро-
шенные из сельского хозяства в войска), и своих бойцов.
  Кстати, помимо противотанковых пушек, противотанковых ружей и
противотанковых гранат противотанковые формирования должны были
иметь на вооружении также противотанковые мины.

                *  *  *

  Смогли бы 10 правильных (= высокомобильных и с радиосвязью)
противотанковых артиллерийских полков с преимущественно засадной
тактикой летом 1941 года остановить немецкие танковые клинья? Это
приблизительно 300 пушек -- вроде как маловато. Но если вдобавок
правильно выводить их на позиции (для этого требовались разведка
и опять же развитая радиосвязь в РККА), то попортить немцам [кро-
ви] техники они могли изрядно. И эти полки вдобавок более-менее
выживали бы сами, что тоже не мелочь.

                *  *  *

  Заодно признаюсь, что меня раздражают геройские фотоснимки, на
которых советские противотанкисты установили свои пушки посреди
поля или луга. Вон же видны кусты не совсем вдалеке. Сфотографи-
роваться успели, а правильно разместить и замаскировать орудия --
нет.

                *  *  *

  А ещё ж, говорят некоторые Андреи Исаевы (не совсем в тему, но
тоже про пушки), советская гаубичная артиллерия в первые месяцы
войны много теряла от действий немецкой штурмовой авиации. ВЕРЮ.
Позже, надо думать, [у немцев стали заканчиваться самолёты] нак-
онец-то сообразили (?), что следует делать: гаубичные батареи,
должны ставиться рассредоточенно, маскироваться, дополняться быс-
тросборными ложными орудиями, прикрываться зенитными пулемётами.
Защита батарей с воздуха истребителями -- ещё ладно: это дело
дорогое, можно и без него.