О студенчестве

Я не люблю спорт, спорт не любит меня. Вот такая простая арифметика.

В институте уроки физкультуры стали настоящим мучением. К 8 утра надо было не только подняться на 10 этаж пешком, где по велению безумного архитектора располагался спортзал, но уже быть бодрым, переодевшимся и настроенным на новые достижения.

Я не настраивалась. Всё, что касалось гимнастики проходило на ура, потому как моё тело отличается излишней гибкостью, но на этом как будто бы и всё. Жирная точка в списке моих спортивных достижений.

Особенно я не любила командные игры. Потому что и неинтересно, и одногруппниц подводить как-то не хотелось.

Но в тот день случился волейбол. Игра только начиналась, ещё даже не успев закипеть. Не было раскрасневшихся лиц и пыла азарта. Только ленивые подачи через сетку. И вдруг он - с неведомой силой брошенный мяч, который мне удалось отбить. Рука горела, все были в восторге. Даже я некоторое время радовалась. Недолго, но всё же. Рука не переставала гореть, а палец стремительно опухал и синел. Преподаватель была поражена и обескуражена. Она сначала наорала на меня за то, что я неправильно отбила подачу, а потом за то, что сразу не сказала о травме. Затем, узнав, что документов никаких с собой нет, снова наорала.
У меня вопрос: кто ходит на урок физкультуры с паспортом, страховым свидетельством и полисом? Есть такие?

По счастливой случайности травмпункт находился через дорогу от универа,  поэтому спустившись пешком с 10 этажа, я потная, бодрая и спортивная явилась в неотложку. Переодеться не было никакой возможности, рука казалось что болела уже до плеча, поэтому леггинсы на тощих ножках добавляли жалости моему образу.
Но уставшей от жизни медрегистратору было всё равно.

- Документы.
- Как это нет? Дееевушка...
- Нет, студенческий билет не является документом. Давайте паспорт, полис и СНИЛС.
- Какой перелом? Знаю я вас, лишь бы на больничном посидеть. Студенты...
- Ой не надо мне тут плакать. Ладно, что с вами?
- Ого! Это что с пальцем такое? Ладно, идите на рентген, с вас 165 рублей.
- Ну что значит нет денег? Рентген бесплатно, а пленка платно.
- Идите домой и обратитесь по месту жительства в поликлинику.

Всю дорогу домой я ревела. Деньги на физкультуру мы никогда не брали, потому что их неизменно воровали. Только мелочь на проезд и всё. 165 рублей не были непомерной суммой в далёком 2000 году, но и их в тот день с собой не оказалось. Вот такая неотложная помощь, которую уставшая тётка решила отложить из-за отсутствия у юного первокурсника лишней сотки.

Жила я относительно недалеко - в соседнем городе в получасе езды от универа. Наревевшишь, дома я почему-то приняла решение не беспокоить тётю, которая через несколько часов должна была прийти с работы, и уселась её ждать, привязав к пальцу что-то из морозилки и выпив обезболивающее.

Несколькими часами спустя, получив трындюлей от тёти, я и мой мизинец размером с сардельку отправилась в местную неотложку. Тётя нас сопровождала. Потому что она отличалась обаянием, напором и прекрасным характером, не принимающим слова "нет".

В поликлинике нас встретил излишне радостный врач. Оно и понятно, я бы тоже радовалась, находясь на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Тяжело и обречённо вздохнув перегаром, хирург поинтересовался где можно так вывернуть мизинец. А вот можно! История про отбитый мяч порадовала его и он изрёк: "Спорт - он не для всех".
Да, доктор, я с вами согласна.
Потом мне было предложено выпить обезболивающие, потому как доктору почудилось смещение и требовалось вправить палец. Узнав, что обезбол принят несколько часов назад, доктор решил действовать незамедлительно. Разумеется, опыт был настолько велик, что рентген не требовался.
"Omnia manifesta. " (лат. "Всё очевидно")

Я никогда не теряла сознание. Не уверена, что и в тот раз оно было утеряно. Помню только, как надо мной навис огромный дядька в белом халате и со всей дури дёрнул мой крохотный мизинчик.

А потом я уже оказалась в коридоре с гипсом на всю руку.

Возможно инновационно был применен гипноз.

А потом были бесконечные две недели в гипсе. Повезло, что осень выдалась тёплой и не приходилось изобретать конструкции из одежды. Лекции мне писала подруга через фиолетовую бухгалтерскую копирку, а вот на практических занятиях иногда приходилось потрудиться. Большая часть преподавателей, видя загипсованную правую руку, логично предполагали, что написать лабораторную я вряд ли смогу. Проблем не было, училась я хорошо и отвечала устно. Но всегда есть одно но. Как и следовало ожидать, этим г-но (воспитанно предположим, что автор так решил сократить "господин Но") оказался критично пожилой профессор по электротехнике.

Уничижительно тряся артрозным пальцем прям возле моего носа, он заорал, прыская пенной слюной: "Ишь чего удумала, писать она не может! Да в войну и без рук писали!А эти... Эх, фентифлюшки. Как по дискотекам шататься они могут, а писать нет". К слову сказать, я не шаталась по дискотекам, а неистово училась и была отличницей, но ровеснику Ленина это было малоинтересно.

Схемы по электротехнике, начерченные левой рукой, выходили кривыми, задачи решены были верно, но страшным почерком. Дед ставил четвёрки с жирным минусом. Было обидно.

А через две недели мне надо было показать мой палец хирургу. Не алкоголику из районной больницы. Хуже. Врачу студенческой поликлиники.

Олимпиада Александровна была загадочна и харизматична. Держа худыми иссохшими пальцами хирургический пинцет, в котором была зажата сигарета, она томно затягивалась, а затем с наслаждением медленно выпускала алыми сморщенными губами в воздух кольца дыма, стоя на ободранном пороге клиники. Всё в её облике дышало драмой и прошлым веком - яркий театральный макияж, прическа, больше напоминающая перья заболевшей птицы, многочисленные перстни с янтарем, и выглядывающие из-под скучного белого халата оборки причудливого платья, будто кричали об эксклюзивном внутреннем мире. Реальность была скучна - хромые студенты и горы бумаги.

После часа ожидания и нескольких выкуренных Олимпиадой сигарет, пришла и моя очередь приёма. Доктор хрипло поинтересовалась:
- Ты зачем гипс нацепила? Это же мизинец, сам заживёт. Надо было зафиксировать лейкопластырем и всё.

На мои возражения, что не я же сама его нацепила, а врач, Олимпиада лишь пренебрежительно махнула рукой.
- Иди снимай.
- Куда?
- Ну в туалет наверное. Размочи и сними гипс, а потом заходи. Мне что ли этим заниматься? Вон вас сколько!

Сейчас я бы возмутилась, но в 17 лет мозг ещё недостаточно развит, поэтому я, и сопровождающая меня подруга Аня, послушно оправились в туалет, где терпеливо размачивали бинты, а потом их пытались разрезать пилочкой для ногтей.

Когда палец показался на свет, он жутко вонял, был покрыт слезающей кожей и по-прежнему имел синеватый оттенок.
-А почему он кривой? - резонно заметила Анна.

Я не знала. Возможно у Олимпиады был ответ, поэтому мы отправились за истиной в кабинет хирурга.

Её задумчивое "ндаааа" заставило сердце биться чаще, а последовавший затем отборный мат вызвал нехорошие предчувствия.
Истина оказалась грустна - хирург, вправлявший мне палец разорвал сухожилие. "Dictum – factum" (лат."сказано-сделано). Олимпиада отправила на рентген, а затем дала направление на операцию сухожилия. К слову сказать, операцию я так и не сделала. Потому что, как мне сказали в больнице, ещё минимум месяц нельзя было бы писать. А не писать я не могу.  Да и преподаватель электротехники не вынес бы такого неподобающего безобразия.

Поэтому, все мои тексты написаны правой рукой с и поныне кривым пальцем. Надеюсь, на качество изложения это не влияет.

"Factum est factum" (лат."что сделано, то сделано).