Дело авиаторов. Передаточная инстанция

30 марта 1941 года

Берлин, Великогерманский рейх

Очень мало кому в рейхе было известно, что у Германа Геринга (второго человека во властной иерархии Фюрерштаата) была личная политическая разведка. Этакая «СД в голубых мундирах» … впрочем, её сотрудники были, в основном, людьми штатскими и потому носили цивильное.

Что вовсе не мешало им работать настолько эффективно, что Геринг был в курсе всего мало-мальски политически важного в рейхе и многого – за его пределами. Рейхсмаршал не раз и не два предлагал Колокольцеву возглавить эту службу в чине вплоть до генерал-полковника люфтваффе… однако Роланд фон Таубе каждый раз изысканно вежливо, но отказывал.

Отказывал потому, что ему была нужна в первую очередь власть – а личный помощник Гиммлера был хоть и закулисно, но одним из самых влиятельных людей в рейхе… чему немало способствовало огромное личное состояние Роланда (он был совладельцем едва ли не крупнейшего торгово-финансового конгломерата в Германии и потому одним из богатейших людей в рейхе).

А вот военная разведка люфтваффе (Пятое управление) была немногим более чем передаточной инстанцией от абвера и Аусланд-СД руководству ВВС Третьего рейха. Не столько по причине некомпетентности начальника разведки Йозефа Шмида (он получил должность, ибо был близким другом рейхсмаршала), сколько потому, что ресурсов в его распоряжении было кот наплакал.

Йозеф «Беппо» Шмид родился в городе Гёггингене в Вюртемберге 24 сентября 1901 года. Принять участие в Великой войне не успел, ибо не достиг совершеннолетия, а обходной путь найти не смог.

С 12 февраля 1919 года по 15 мая 1920 года служил добровольцем в Фрайкоре Эппа, который освобождал Мюнхен от большевиков при ликвидации кровавой Баварской Советской Республики.

13 апреля 1921 года он поступил на службу в рейхсвер в звании прапорщика и был зачислен в 19-й пехотный полк. Там с 1922 по 1923 год посещал военную школу в Мюнхене, а в 1924 году — в Ордруфе.

По окончании обучения с 1925 года по конец сентября 1933 года служил командиром взвода в 21-м пехотном полку. С октября 1933 года по июнь 1935 года прошел обучение в Генеральном штабе германской армии.

1 июля 1935 года перешел в Люфтваффе, где занял должность референта в оперативном отделе Генерального штаба ВВС. 1 апреля 1939 года он был повышен в должности до начальника 5-го отдела (разведывательного) и одновременно исполнял обязанности офицера Генерального штаба в канцелярии Верховного главнокомандующего Люфтваффе (рейхсмаршала Геринга).

Известный ас Адольф Галланд подверг Шмида жёсткой критике за то, что тот не предпринял никаких шагов для улучшения низкого качества работы разведывательной службы Люфтваффе. Параллельно Шмида обвинили в том, что он сфабриковал разведывательные данные о потерях британской авиации во время Битвы за Британию.

Шмид (ибо таки разведчик) был в курсе, что рейхсмаршал считает Роланда фон Таубе своим близким другом и относится к нему с глубоким уважением. И потому выполнял все его просьбы в кратчайшие сроки вне всякой очереди. Поэтому внимательно-подобострастно посмотрел на полковника.

Колокольцев поставил задачу быстро и чётко: «Мне нужна вся информация о нынешнем состоянии ВВС РККА. От матчасти до организации и подготовки. Нужна вчера…»

Директива фюрера № 21, широко известная в очень узких кругах военного, силового и политического руководства рейха как План Барбаросса, была утверждена Адольфом Гитлером 18 декабря 1940 года.

План предусматривал военное вторжение в Советский Союз и захват его европейской части, поэтому разведывательная информация об СССР имела наивысший приоритет и была структурирована наилучшим образом.

Ровно через два часа Колокольцев закончил чтение краткого обзора состояния ВВС РККА на середину марта 1941 года. Поблагодарив полковника и распорядившись о передаче ему шикарной корзины с элитнейшими продуктами и товарами (каждая работа должна быть оплачена), он вышел на улицу и из таксофона позвонил своему «малому шефу» Рейнгарду Гейдриху (в силу специфики работы он был приписан к РСХА, а не к личному штабу Гиммлера).

Вежливо поздоровавшись (нацистское приветствие оба не жаловали, считая, что верность фюреру нужно доказывать делом, а не кликушеством), Колокольцев сразу перешёл к делу (благо мандат Гиммлера давал ему такое право):

«Бросай всё и давай ко мне домой – Ирма обещала шикарный ужин…»

Выросшая в крестьянской семье, его теперь уже официальная жена готовила просто бесподобно. Шеф РСХА усмехнулся (ибо по должности не имел право на участие в военном совещании в рейхсканцелярии):

«Фюрер вдохновил тебя на неотложное дело особой важности?»

Колокольцев бесстрастно ответил: «Скоро лето – начинается сезон гроз…»

«Уже еду» - мгновенно ответил Гейдрих. А Колокольцев добавил: «Позвони Мюллеру – пусть ждёт у телефона. Он нам может понадобиться…»