Глава 9. Старинное предание, рассказанное тётей Фа

Глава 9. Старинное предание, рассказанное тётей Фазилат

Приключилась эта история в четырнадцатом веке в Золотой Орде. На тот момент средневековое государство Евразии было крупнейшим в мире и тянулось от Дуная до Иртыша, включая Великую степь.
Где-то в 1359 году в Великой степи появился демон Вельзевул.
Раньше, будучи ангелом, он обитал на небесах, но, взбунтовавшись против Всевышнего, принялся подстрекать прочих ангелов к мятежу, собрал огромное войско и выступил против сил Света. Но проиграл и на веки вечные был изгнан на Землю. С той самой поры падший ангел, одержимый неистовой жаждой мести, искушал людей, ввергал их в грех и насылал всяческие невзгоды. Он выжигал страны с помощью своих слуг — блох и роев мушек. Люди гибли от голода, мора, чумы, хаоса.
Когда он добрался до земель Золотой Орды, то подчинил себе всех степных бесов и злых духов, стал их князем. Вельзевул мечтал подчинить всю территорию Улуса Джучи. С тех пор как он появился там, началось непростое время, которое средневековые летописцы назвали «великой замятней». С 1360-го по 1380-й годы на престоле сменилось более двадцати пяти ханов. Власть над государством переходила из рук в руки, а борьба за неё сопровождалась кровопролитием, превратившись в затяжной период войн.
И началось всё со смертью хана Бердибека в 1359 году. Историки полагают, что убил его собственный брат, однако случилось это сразу после того, как в Степи появился Вельзевул. Совпадение ли это — сказать трудно.
Со смертью хана Бердибека пресеклась законная династия Батуидов[1] на престоле Золотой Орды. Началась эпоха затянувшейся смуты, раздора и кровопролитных войн между царевичами-чингизидами. Свершалось то, о чем мечтал Вельзевул: вражда правителей отразилась на всех жителях Великой степи. И демон наслаждался тем, как медленно гибнет от его рук очередное государство. Он наслаждался чужой болью и растягивал период смуты — ведь что значат двадцать земных лет для бессмертного существа? Капля в океане людских страстей, вражды и эмоций!
Хитрые бесы и злостные духи принимали облик знатных людей, странников и торговцев. Они втирались в доверие титулованным особам, затуманивали им разум, нашёптывали разные пакости, сеяли раздоры, разжигали в них ревность и зависть, настраивали друг против друга, говоря, что,  мол, их родственники, мечтая занять ордынский трон, готовили против них заговор или военный поход.
Внезапно в игре Вельзевула появилась новая пешка — Мамай, готовый до последнего бороться за продление царствования Батуидов. Он не мог сам взойти на престол, но хитростью, войнами и дипломатией брал под контроль западную часть огромного государства. Посадив на трон малолетнего хана Мухаммада, Мамай управлял Золотой Ордой. Но его план разрушился на Куликовском поле: в сражении маленький хан погиб, и Мамай потерял власть, но не оставил своих идей. В том же году, осенью, войска Мамая и Тохтамыша встретились на Калке. Назревала большая битва. Вельзевул, потирая костистые ручонки, наблюдал за происходящим.
Но битвы не случилось. Почти все войско Мамая внезапно перешло на сторону Тохтамыша, что невероятно расстроило Вельзевула. Он-то ожидал более грандиозный финал! Однако все же смог насладиться безысходностью Мамая — демон хохотал и тыкал в него пальцем, насмехаясь бесславному поражению.
Под улюлюканье демона Мамай бежал в Крым, пытался укрыться в крепости в Кафе[2], но его не пустили. А потом и вовсе убили около Солхата[3]. Тохтамыш стал единым законным правителем Золотой Орды и спутал все планы демона: разруха понемногу отступала, смута закончилась.
Вельзевул пришёл в неописуемую ярость и принялся ругать непутёвых слуг. Но степные бесы и злые духи лишь недовольно отмахивались — князь сам чересчур увлёкся своей игрой! Стравливая отпрысков Чингисхана между собой, Вельзевул не прислушивался к предупреждениям. А ведь они говорили ему о рождении у хана Тохтамыша дочери по имени Малика. Она, как оказалось, обладала божественным даром — помогать и дарить свет своим близким. С младенческого возраста она, как верный талисман, приносила удачу отцу. Рядом с ней происходили неимоверные чудеса. Победы и успех стали сопутствовать хану Тохтамышу. Он быстро объединил разрозненные улусы[4], восстановил государство, привёл к единой форме денежную систему и стал чеканить новые монеты. А вскоре начали процветать ремесленничество и торговля. Росли экономика и военно-политическая мощь государства. Хан был доволен и счастлив: благодаря Малике и её божественному дару он победил в борьбе за золотоордынский престол, восстановил мир и спокойствие в государстве, с которым отныне считались другие.
Вельзевул, хотя и с опозданием, но осознал — Малика для хана стала верным живым талисманом. Демон принялся искать пути, как уничтожить её и продолжить сеять смуту и раздор в Золотой Орде. Однако осуществить подобное было не так-то просто. Помимо бесстрашных нукеров, охранявших ханскую дочь, она сама, излучая благословенный свет, представляла для тёмных сил серьёзную угрозу. Злые духи и бесы, посылаемые Вельзевулом к ханской дочери, тщетно силились приблизиться к ней.
Без приглашения этого было невозможно сделать!
Шли годы. Ханская дочь росла. А между тем Вельзевул предпринимал очередные попытки подступиться к ней. Сперва на базаре сгорбленным седовласым старичком, пока она любовалась диковинными товарами, выглядывая из-за штор паланкина; в другие разы демон пытался приласкаться милым котёнком и подлететь сизокрылым голубем, но всё было безрезультатно — бдительные нукеры отгоняли всех прочь от Малики. А как-то раз повелитель нечисти попробовал подобраться к ней на городской площади. Малика сошла на мостовую из паланкина и, остановившись поодаль от толпы зевак, глазевшей на странствующих актёров, засмотрелась на ловкое жонглирование заморского циркача. Вельзевул мигом обернулся в беспризорного мальчика, одетого в лохмотья и босого, и, проскользнув тенью мимо суровых нукеров, протянул к ханской дочери руку для смертельного прикосновения. Но сияние вокруг ханской дочери тут же усилилось и больно обожгло руку демону. Он в ужасе одёрнул обожжённую кисть и сбежал…
Летом 1385 года, когда Малике исполнилось пять лет и хан Тохтамыш устроил грандиозное празднование по такому случаю, приближённые Вельзевула вдруг вспомнили о злом духе Албасты, уродливой женщине с распущенными длинными жёлтыми волосами и торчащими изо рта острыми клыками. Жуткая бестия! Она могла проникать в человека во сне и поражать его тяжёлой болезнью. Но где она обитала, никто не знал. Давно её не видели. Сгинула поди уже!
Но, как оказалось, Албасты никуда не пропадала, а сыздавна, словно обозлившись на весь свет и тьму вместе взятые, прозябала в одиночестве в густом непролазном северном лесу. Она любила часто сидеть на огромном валуне у заросшего травой топкого водоёма, неспешно расчёсывать костяным гребнем длинные волосы и от невыносимой скуки о чём-то гулко вздыхать.
Когда слуги Вельзевула нашли её на том месте, она радостно встрепенулась, но, живо скрыв подкатившую к груди эмоцию, злобно откашлялась и проворчала:
— И кому это я в кои-то веки понадобилась?!
Албасты сразу учуяла выгоду с предстоящего дела. Однако она не стала долго набивать себе цену, видимо, истосковавшись по любой мало-мальски интересной работе. Но Вельзевул с пониманием отнёсся к ней — не каждый бес или злой дух осмелился бы находиться длительное время вблизи мощной ауры ханской дочери!  Пообещав Албасты достойные награды от завоевания Золотой Орды, он велел ей ступать в ханский дворец.
Албасты тогда превратилась в миловидную пожилую женщину и, получив приглашение в дворцовые покои, стала работать няней у ханской дочери. Ночами, когда все во дворце, кроме стражников, засыпали, она возвращалась в свой привычный образ уродливой женщины с длинными жёлтыми волосами и с ужасными клыками, безобразно торчавшими изо рта. Она бесшумно запрыгивала на грудь спящей Малики и душила её…
Одним утром ханская дочь, вновь проснувшись разбитой и заплаканной, пожаловалась няне на ночные кошмары. Но пожилая женщина мило улыбнулась и поспешила успокоить Малику.
— Ничего страшного, моя душенька, это просто сон, — приобняла её Албасты и добавила: — Всё скоро пройдёт…
Но дни и ночи шли, а за ними шли недели и месяцы. Малика слабела и чахла, а Тохтамыш становился всё более одержим заговорами. В отношениях между ним и эмиром Тимуром — будто чёрная кошка пробежала! — начала происходить вожделенная для Вельзевула чехарда. Конфликт растянулся на годы, начали происходить восстания. Посланники демона нашептывали Тохтамышу: правление Тимура наносит вред торговле в Золотой Орде, особенно если тот подчинит себе Закавказье.
Тохтамыш поверил и сам завоевал эти земли. Эмир Тимур был разгневан: ему-то казалось, хан будет обязан ему по гроб жизни, ведь без его помощи Тохтамыш не получил бы трон Золотой Орды.
С тех пор понеслось!
В 1388 году Тохтамыш нанёс внезапный удар в самый центр владений Тимура. Золотоордынские войска прошли Сыгнак, вошли в Мавераннахр и осадили Бухару — в стратегически важные земли. Тут же, воспользовавшись ситуацией, восстали старые соперники Тимура в Могулистане и Хорезме (и, как шептались в народе, не без тёмной силы!). Вернувшись осенью 1388 года в Самарканд, Тимур сперва расправился с мятежниками, стерев Ургенч с лица земли. Однако, как только эмир распустил войска на зиму, Тохтамыш вновь вторгся в Мавераннахр — крупный регион Средней Азии. Тимур не послушался советов отступить на юг и подождать лета. Вместо этого он спешно собрал армию и двинулся на север. Армия эмира Тимура встретила передовые силы Тохтамыша и отбросила их за реку Сырдарья, но из-за бурана не смогли настигнуть и одолеть их.
Мятежи на территории Тимура продолжались, заставляя его разрываться между разными сторонами своих земель. Улучив спокойный момент, он приказал готовиться к большому походу — через пустыни, степи и горы.
В июне 1391 года войска Тохтамыша и Тимура столкнулись в битве на реке Кондурче[5]. Сражение завершилось полным разгромом Тохтамыша и его бегством под всё те же дикие улюлюканья Вельзевула. Но эмир Тимур не пустился за ним вдогонку и приказал своим людям двигаться в обратный путь.
Тем временем Албасты в одну из очередных ночей проникла в покои ханской дочери и принялась душить её. К огромному везению Малики, кто-то из припозднившихся слуг, проходя мимо спальни, услышал громкий неестественный хрип, вбежал в комнату и, увидев страшное чудовище, закричал о помощи. На шум прибежали нукеры. Загнав клыкастую бестию огненными факелами в угол, они набросили на неё мешок и поволокли на городскую площадь. С рассветом ей отрубили голову, а останки сожгли на костре.
Вскоре ханская дочь пошла на поправку. А между её отцом и эмиром Тимуром затеплилась надежда на мир. Хан Тохтамыш даже написал ему пару писем и направил послов с примирением, но Вельзевул вовремя подсуетился и настропалил Тимура идти до конца, подталкивая его с удвоенной силой, покуда Малика не выздоровела полностью.
И противостояние продолжилось.
В середине апреля 1395 года воюющие стороны столкнулись на реке Терек[6]. Наблюдая за ними, Вельзевул ликовал — результаты превзошли все ожидания! Самое масштабное сражение в истории средневековой Евразии, в котором бесстрашие воинов хана было замарано, унижено и растоптано предательством некоторых его вассалов, завершилось полным разгромом ордынцев. Хан Тохтамыш опять бежал с поля битвы. Он надеялся, что эмир Тимур, как и в прошлый раз, не станет задерживаться в степи и скоро уйдёт обратно в свои земли. Но случилось непоправимое. Больше года армия Тимура сновала по Великой степи и разрушала города Золотой Орды. Некогда цветущее государство вскоре превратилось в руины, торговые пути зачахли, а среди уцелевших жителей начались голод и чума…
Казалось бы, план Вельзевула свершился и стал приносить свои ужасные плоды. Но демон не остановился на достигнутом. Он пожелал идти дальше, скрепить брачные узы с потомком Чингисхана, дочерью Тохтамыша, а после тайно убить хана и самому возглавить Золотую Орду.
Однако Тохтамыш, сам того не подозревая, опередил демона. Вместе с родными и небольшим отрядом нукеров он устремился тайными степными тропами в княжество литовское, искать защиту у Витовта.
Вельзевул отправился за ними. И с тех пор ханскую дочь никто не видел. Говорят, что она бесследно исчезла…

---------------------------------------------

[1] Происходящая от Бату хана, второго сына Джучи хана, внука Чингисхана.
[2] В XIII веке на месте Феодосии было основано генуэзское селение Кафа (итал. Caffa, тур. Kefe, крымскотат. Kefe), которое в 1475 году было завоёвано османами. В 1783 году, после присоединения Крыма к Российской империи Кафа была переименована в «Феодосию»; с 1787 года поселение получило статус города.
[3] Средневековое название старого Крыма.
[4] В средневековье «улус» означал «орду», «военную дружину» и производные, отсюда — «государство, страна» (монг. Монгол Улс), в частности удел, область Монгольской империи — Чагатайский улус и Улус Джучи (более известный как Золотая Орда) и другие.
[5] Кундузча — правый приток более крупной реки Сок, впадающей в Волгу в районе Жигулевских гор.
[6] Те;рек — река на Северном Кавказе. Терек протекает по территории двух государств — Грузии (верховье) и Российской Федерации, в том числе в последней по территории 6 субъектов.