18 плюс

Как-то писатель Ги Де Мопассан был в гостях у философа Фридриха Гегеля,
который долго объяснял выдвинутый им третий закон своей диалектики,
то есть единство и борьбу противоположностей.
Мопассан тихо слушал и раздумывал, сколько этих противоположностей должно
быть… два, три или несколько.
Хотел задать вопрос на тему своих раздумий, но не стал отрывать друга
философа от доклада, в котором уже речь шла о недопустимости статического
состояния природы данного закона.
Доклад закончился. Гегель вопросительно посмотрел на писателя Мопассана,
определяя по выражению лица товарища, что тот понял (или не понял).
Мопассан выдержал пронзительный взгляд философа и ответил, что лекция
интересная, но не совсем понятная, так как у философов уж слишком больное
воображение…
Кто бы говорил…- ответил Гегель, усмехаясь, затем подмигнул Мопассану
и похлопал его по плечу.
Ты хочешь сказать, что у меня также больное воображение? Спросил Мопассан.
Гегель ещё раз хитро подмигнул другу.
На том и распрощались.

Уже дома за своим письменным столом Мопассан сидел и продолжал думать
над новым законом диалектики и задавался вопросом о допустимости статичности
данного процесса. Ему требовался живой пример, основанный на бытовом
уровне.
Он оглядел свой писательский стол, заваленный бумагами, ища предмет для
примера. Этим предметом оказался острозаточенный писательский карандаш.
Второй предмет для примера он обнаружил на кухне, им оказалась большая
спелая груша.
Мопассан взял в вытянутые руки два примера и внимательно смотрел на них.
Статика присутствовала, противоположность тоже (формы и назначение груши
и карандаша очень сильно отличались).
Осталось только определить единство…
Единство Мопассану никак не давалось, тогда он решил мысленно перейти к
диалектической динамике процесса, о чём неоднократно говорил философ
и включить своё больное воображение, о котором намекал его друг – Гегель
своим двухкратным подмигиванием.
Воображение было обнаружено и процесс пошёл….

Карандаш и груша в руках писателя резко влюбились друг в друга с первого взгляда,
несмотря на внутреннюю борьбу сознаний двух таких непохожих предметов, так как
они понимали, что влюблёность была не свойственна их формам и природной сути.
Но, тем не менее, тяга друг к другу всё больше увеличивалась по мере нарастания
естественных противоречий.
Писатель Мопассан свёл руки, приблизив вплотную два влюблённых друг в друга
существа.
Он увидел, как острая твёрдая заточенная головка карандаша нежно вошла в
девственную влажную мягкую плоть груши и началась ритмичная динамика
процесса диалектики…

Какой кошмар… Это уже через чур – подумал писатель Мопассан и быстро
отключил своё больное воображение.