Бобёр и все, все, все

 (история о дружбе, а вовсе не о растрате семейного бюджета)

    В зоомагазине, в самом центре витрины с игрушками для собак, висел грустный Бобёр и с тоской в вышитых голубыми нитками глазах обречённо вздыхал: «За такую цену меня ни одна дура не купит!» И действительно, к его хвосту в форме весла был приколот ценник с трёхзначной цифрой, первой из которых красовалась наглая восьмёрка.


    Бобёр был добротно сшит из прочной ткани, плотно набит синтепоном, отчего имел упитанный вид и упругое пузико. Коричневая шёрстка лоснилась, а перепончатые лапы были удивительно реалистичны и чудо как хороши. Он был невероятно похож на дикого зверька, который только что вылез из-под замшелой трухлявой коряги. Но этот Бобёр не знал леса, не строил хатки в тихой заводи, не наводил плотины поперёк лесного ручья. Он появился на свет в мастерской по пошиву игрушек и попал на витрину прямо из-под острой иглы швейной машинки.


    Посетители магазина восхищённо смотрели на этого холёного красавца, ахали, умиляясь его обаянием, но в руках держали недолго. Увидев цену, охали и быстренько вешали его обратно. Среди покупателей были и постоянные желающие его приобрести. Тех, кто брал его в руки не раз, он знал в лицо. Но цена «кусалась» и они, протяжно вздохнув, возвращали его на место. Новые игрушки появлялись на витрине с очередным завозом товара в магазин и постепенно исчезали в пакетах и сумках покупателей, разъезжались по домам к своим собакам.

 
    Такой не покупной, не выездной Бобёр был не один. На витрине, по соседству, висел печальный Крокодил с оранжевыми кучерявыми гребнями на ярко-зелёной спине и синим животом в пижонскую клетку. Крокодил поражал очарованием, но Бобёр не считал его своим конкурентом потому, что цена на зелёного зубастика состояла аж из четырёх цифр, и шанс обрести свой дом был ничтожен. Бобёр даже не смотрел в его сторону, лишь иногда беззлобно демонстрировал ему свои длинные зубы из белого фетра.


    Бобёр жил в магазине так давно, что перестал даже надеяться, что его купят, заберут домой, и у него тоже будет своя собака, с которой они будут весело играть и непременно дружить.


    «Вон та дамочка тоже не купит. Вертит в руках два пучка пророщенного овса, придирчиво выбирает. Кошатница она, дамочка эта!»


    Дамочка взяла овёс, отстранённо скользнула по Бобру взглядом и пошла в сторону кассы. Бобёр тоскливо, немного обиженно думал ей вслед: «Конечно, за такую цену меня ни одна дура не купит!»


    Провожая кошатницу безнадёжным взглядом, Бобёр увидел, что она вдруг замерла на месте, спина её напряглась, и Дамочка всем корпусом резко повернулась на 180 градусов и быстрым шагом стала стремительно надвигаться на него.

    «Поди забыла что-то купить своим кошакам», – лениво подумал Бобёр, пытаясь вспомнить какая витрина находится за его спиной.


    Но Дамочка уверенно подошла именно к нему, схватила в руки и засияла улыбкой так, что Бобёр скептически, с какой-то вялой злостью подумал: «Сейчас ты, милая, увидишь цифры на ценнике и перестанешь улыбаться».


     Дамочка оживлённо вертела Бобра, придирчиво осматривая со всех сторон, восхищённо охала и ахала, увлечённо нажимала ему на живот, заставляя новомодную пищалку, зашитую внутри, издавать истошные звуки, и её глаза всё больше загорались желанием обладать этим красавцем.


    Она мельком глянула на ценник. По лицу пробежала мимолётная тень лёгкого сомнения, а во взгляде еле заметная озабоченность. Но она так крепко вцепилась в его бока крепкими пальцами, что Бобёр понял: уж эта из рук его точно не выпустит! ЭТА – купит!


    И вот он уже в умелых руках продавца, на которого Дамочка обрушила нескончаемые ахи и охи о чудесном Бобре! О том, что сегодня она зашла сюда совершенно случайно, а дома её ждут любимые питомцы и ей просто необходим этот замечательный зверь. Продавец пропускал мимо ушей эту непрерывную восторженную болтовню. Он был профессионалом и понимал, что если неосторожно вступит в диалог, этот словесный поток будет не унять.


    От хвалебных речей Бобёр приосанился. Он знал, что невероятно мил, аккуратно скроен и прочно сшит, но до последнего момента не верил, что Дамочка заберёт его домой. Переживал, что что-то пойдёт не так, сорвётся или она всё же передумает, проявит благоразумие и практичность. Что к ней, наконец, вернётся здравый рассудок и всё, что имеется у дамочек в головах под модными стрижками и красивыми причёсками.


    Но всё произошло легко и быстро. Бодро пикнул сканер на кассе, за ним довольно запищал терминал оплаты, бессовестно слизнув с банковской карты трёхзначную сумму. Ошарашенного происходящим, но счастливого Бобра запаковали в хрустящий фирменный пакет, и вскоре он услышал шум улицы, машин. Его обдало бодрящим морозцем. Холодно было недолго, видимо Дамочка жила  где-то поблизости. Грохот дверей, лязг и монотонный гул лифта. Брякнула связка ключей и Дамочка уже радостно кричит куда-то вглубь квартиры: «Мальчишки, смотрите кого я вам принесла!»


    «Ну всё, –  поджал хвост Бобёр. – Если у неё несколько кобелей, я этим мальчикам на один вечер поиграться! Лучше бы я в магазине скучал, пылился и...»
    Но додумать мысль до конца и заскучать Бобру было не суждено. Его нетерпеливо выдернули из пакета, и он увидел мальчишек. Большой взъерошенный кот равнодушно посмотрел на Бобра и тут же с любопытством нырнул в почти пустой пакет, за ненадобностью второпях брошенный на пол. А вот взрослый могучий Дядечка в тельняшке смотрел на него по-доброму, лукаво улыбался в свои грозные усищи.


– Толечка, прости, я не удержалась! Купила этого красавца! Посмотри до чего ж хорош!

– Хорош! – пробасив, согласился Дядечка Толечка. Взял Бобра в руки, осмотрел его со всех сторон, не обидно подёргал за хвост.

– Нечего сказать, уж хорош так хорош! – и опустив Бобра к полу, протянул его весёлому Псу, который всё это время скакал-танцевал на задних лапах, радостно поскуливал, подтявкивал, но не лаял.


     «Какой странный французский бульдог», – умничая размышлял Бобёр. «Лапы длинные и уши какие-то не такие...» За долгое время, проведённое в зоомагазине, он неплохо изучил породы собак.


    «Сам ты хорёк с не такими ушами!» – беззлобно подумал Пёс в ответ. «Я – Бостон-терьер, настоящий английский джентльмен!» И с этой мысленной перепалки началась их закадычная дружба.


    Пёс живо подхватил Бобра, сильно, но не больно прикусил его и забегал по комнате, радостно запрыгал козликом, смешно подбрасывая сразу две задние лапы, тряся, мотая головой так, что трещала шея. А у Бобра от этих гонок и кульбитов так закружилась голова, что он потерялся в пространстве. Пол с потолком перемешались. Сначала Бобёр струхнул, что сейчас его вмиг раздерут, особенно за «француза», но Пёс играл с ним не зло, а радостно, с азартом и Бобру тоже стало очень весело.


    Дядечка в тельняшке стал в шутку бегать за собакой, изображая, что хочет отнять добычу. Пёс метался по всем комнатам, искал укромное место, куда бы Бобра спрятать. Рычал утробно и невнятно потому, что пасть была заткнута игрушкой. Потом Пёс тыкался в бобриный бок своим курносым носом и скользил по полу через всю квартиру. Одним движением переворачивал его и смешно фырчал ему в живот отчего Бобру было щекотно и смешно, а Пёс уже подбрасывал его вверх, в полёте хватал за плоский хвост и вновь ошалело, неутомимо бежал куда глаза глядят.


    Но не все обитатели дома были довольны происходящим. Кот был рассержен. Он просидел в пакете целых двадцать минут и обнаружил там лишь ненавистный им овёс. Больше ему ничего не принесли! Никто не заметил его отсутствия. Про него даже не вспомнили! Он обиженно надул щёки, фыркнул в усы и забрался на высокую спинку дивана, откуда с надменным выражением морды наблюдал за всеобщим весельем. Два раза принимался показательно драть обивку когтями. И всё равно никто не обратил на него внимания. Все были заняты этим новеньким. Кот нарочито громко спрыгнул на пол, брезгливо дрыгнул задней лапой и на глазах у всех демонстративно медленно удалился в хозяйскую спальню.


    Дамочка несколько раз приходила и звала своих мальчишек ужинать, но они всё  бегали, играли и возились на полу. Она встала в дверном проёме, устало прислонилась к косяку, улыбнулась и тихо сказала сама себе: «И ни одна дура не купила бы этого Бобра за такую цену! Счастье за деньги не купишь!»


    Уютно и беззаботно жилось Бобру в этом доме. Но иногда от активных игр швы на тряпичном теле зверька начинали разъезжаться, и тогда Дамочка доставала деревянную шкатулку с рукоделием, начинала его лечить, штопала потрёпанные бока. Пёс смирно сидел рядом, внимательно следил за процессом, с сочувствием смотрел на своего товарища и серьёзно, деловито двигал складками на лбу, которые тянули за собой потешные брови. Но вот ремонт завершён, и Бобёр вновь летит к потолку. На лету его подхватывает радостный Пёс на изящных длинных лапах.


    Расставались друзья только на то время, когда добрый усатый Дядечка ходил гулять на улицу. Пёс непременно его сопровождал, охранял. Мало ли какие приключения да неожиданности поджидают хозяина за углом. Бобра с собой не брали, хотя Пёс не раз притаскивал его на коврик к входной двери. Но Бобрик выходить за порог отказывался, оставался ждать своего товарища на диване. По возвращению мальчишек с прогулки увлекательная игра начиналась с новой силой.


    Иногда друзья-приятели так уставали от непрерывной беготни, что сон настигал их прямо на полу. Не дотянув до мягкой лежанки и брякнувшись на бок, Пёс вмиг засыпал, прижав Бобра лапой к своей груди, громко храпел ему в ухо, отчего Бобру не спалось. Он чувствовал стук сердечка и тепло живота своего товарища и думал о своей нынешней счастливой жизни, о том, что стоило столько ждать, грустить в магазине, чтобы случилась такая крепкая дружба. Его душа была согрета любовью и благодарностью за то, что встретил такого преданного четвероногого друга.


    Частенько Бобёр вспоминал своего соседа по витрине, симпатягу Крокодила. Даже немного скучал по нему и понимал, как зелёному бедолаге там одиноко. Вся надежда у Бобра была только на Дамочку. Ведь за такую цену зубастика могла купить только она!


    В её чудаковатости Бобёр убеждался не раз. Она часто напевала что-то себе под нос, а иногда и вовсе начинала пританцовывать под своё же мурлыканье, только ей одной известной мелодии. Порой в неё вселялся какой-то весёлый бес, и она, бросив все свои важные дела, бегала за Псом, прикладывала указательные пальцы к своей голове, изображая рожки. Шутливо бодала его, пугала и всегда неудержимо заливисто хохотала. Пёс принимал эту игру, притворялся, что ему страшно – потешно валился на бок и поднимал передние лапы вверх, сдавался. Мол, боюсь, сдаюсь! Бобёр первое время немного побаивался этих игрищ, потом попривык. Привыкнуть к оглушительному хохоту этой особы было сложнее. Этот раскатистый залп смеха всегда заставали его врасплох, и он вздрагивал каждой ниточкой своего тряпичного тела.


    А Дамочка веселилась, любовалась своими мальчишками и однажды, заливаясь в безудержном приступе задорного хохота, вытирая слёзы выдала: «Толь, там ещё крокодил был, умопомрачительный, но ценаааа...!»


    И они смеялись все вместе: «И ни одна дура не купит его за такую цену!»
                
               
                Инна Куницина 
               
                январь 2026 г.