ЛИТО

Каждый год 21 марта мы с друзьями ходим в… ЛИТО! В Международный день поэзии узкий круг избранных (и просто не умеющих вовремя останавливаться) садится за стол, чтобы отдать дань великому и могучему…, а заодно проверить, выдержит ли реальность наш напор.

Сашка — человек-ураган. Он уходит в образы так глубоко, что читает вслух строки, придуманные на ходу, сшибая официантов рифмой, локтями и собственным вдохновением. Если вы слышали, как кто-то с балкона сквернословит в рифму — не вызывайте санитаров, это просто Саша на разогреве перед тостом.

Юля весь вечер загадывает желания, усаживаясь ровно между тезками. Она свято верит, что это не случайность, а магический ритуал. Учитывая, сколько раз это срабатывало, я начинаю подозревать, что она нашла баг в матрице.

Серега, златовласый эксперт по лирике и шампанскому, путает поэзию с гравитацией. Чем выше градус в бокале, тем сильнее его тянет к Юле. Он подливает, пододвигается и с видом первооткрывателя заявляет, что «гравитация — это тоже своего рода поэзия».

Мишка ищет свободные уши. И традиционно находит их в моём лице. Он изливает душу, мешая байки о кавказских сражениях с громким «А помнишь?». Если вы не знали, как связаны горные вершины и количество выпитого коньяка, Мишка вам расскажет. Три раза. В стихах.

А я… я традиционно наблюдаю за этим безумием со стороны. Потому что если за таким составом не наблюдать — кто потом расскажет правду? Ну, слегка приукрашенную, конечно.

Я так люблю вас, друзья. Именно поэтому мне будет чертовски не хватать вас в очередное 21 марта очередного года. Потому что в этом безумии, в шуме рифм и звоне бокалов скрывается простая, как ломтик лимона, истина: все наши великие стихи — это лишь попытка оправдать тот факт, что нам просто повезло оказаться за одним столом. В одной компании. В одной истории.