По какому поводу собрание?

Однажды в моей жизни случилась беда. Умер мой отец, на похороны съехалась вся деревенская родня. Наплакались, напились, наелись и ….от души посмеялись. Даже такое трагичное событие мы вряд ли смоги бы провести прилично.

Олеся была женщиной видной, симпатичной, и, судя по ее габаритам, имела хороший аппетит. Вот, бывало, сядет за стол, нажарит курицы жирной с картошкой, нальет литра три пива, и хорошо при этом себя чувствует. А что, работа -  не бей лежачего, дома все прибрано, ребенок одет – обут, мужа нет. Он лет десять как сбежал, не оставив на память телефона с обратной связью. Но, в целом, женщина не осталась одинокой. Был у нее один человек. Да не абы кто, а начальник высших чинов, которого она называла исключительно по имени отчеству Александр Иванович. Олесю он не любил, его прельщала двадцатилетняя разница в возрасте между ними не в его пользу. Когда они познакомились, она была молода и худа. Как он признавался Олесе, не смог устоять перед ее игривым взглядом, вроде как она приложила тонны две усилий, чтоб соблазнить ценный приз, находящийся на шестом десятке лет. Ну ладно, любви все возрасты покорны, думала девушка. За долгие годы она уже было смирилась со статусом любовницы. Жена Александра Ивановича не вызывала у Олеси женской ревности и серьезных опасений, так как внешне очень сильно напоминала Карлсона, такая же милая с большим животиком и короткими ножками. Но как вдруг герой Олеси был уличен в измене с их общей коллегой, молодой Наташей, девушкой легкого поведения. Об ее репутации ходили страшные слухи, не лишенные зависти со стороны приличных граждан, мол, успешно занимается проституцией, имеет стабильный доход, в отличии от добропорядочных женщин из других отделов, что еле сводят концы с концами, гордясь отличным воспитанием. Именно потому большой начальник и решил, так сказать, лично проверить насколько правдивы распространяемые сплетни и нет ли еще дополнительных деталей, которые она скрывает от общественности. Ну, назначили свидание. Наташа уже потирала от предвкушения руки и рассказала всем– к ней идет богатый платежеспособный клиент! При этих словах ее глупые, схожие с бараньими, глазки закатывались от удовольствия. Будущие средства, которые, должно быть, потекут в ее карманы рекой, в мыслях уже были потрачены, а немолодой ухажер, предположительно, после проведенной ночи, свалится к ее ногам, и истекая слюной, предложит все деньги мира. А вот это уже выход на мировой уровень!
Разве такое возможно? -  разозлилась Олеся.
Об измене неверного ей сразу же доложили. В другой раз, она, личность инфантильная, пустила бы все на самотек. Но тут ее вроде подменили, и она решила наказать гада! В общем, ворвалась к нему в кабинет. И, что было силы, накинулась на собственного начальника с кулаками. Его когда-то пушистые, но с годами заметно полысевшие усы нервно зашевелились, иссиня -  синие глазки забегали из стороны в сторону, но не от страха и возмущения, а от радости. Вот ведь, как любит и как ревнует! Короче говоря, их встречи отныне стали еще более страстными. А Наташу было принято решение выгнать с работы. С видом худобокой и злой дворняги, она, посылая проклятия направо и налево, покидала корпорацию, обещая отомстить всем и каждому за сорванные планы.
Роман между Олесей и ее начальником длился долгие годы. С одной стороны, эти встречи приносили девушке счастье, с другой – делали больно. Но не больнее, чем ее отношения с бывшим мужем, отцом ее ребенка. Евгений был молод, красив, прекрасно образован, но абсолютно ненадежен, однако не лишен человеческой совести. В момент своего гениального вранья он краснел лицом, посылая всем сигнал – бежать от его обещаний подальше, что, в принципе, люди поумнее и делали. Но только не Олеся – она не искала легких путей и где-то в глубине души восхищалась его талантом оратора и уже при жизни признала в бывшем муже профессора мудрой философской мысли.
Но не редко с вершины высокого звания она сама же его и скидывала ,бывало,  даже шваброй, когда мыслитель врал выше нормы. Тогда в очередной раз Олеся выгоняла Евгения из своей жизни, а в спину ему летели совсем другие формулировки его заслуг, самые приличные из которых: приблудная овца, будь ты проклят!
- Ты мудрая женщина и абсолютно права, что послала тогда меня последними словами, - блеял Евгений при очередной встрече, когда все плохое забывалось, а старая любовь, как говорили оба, была сильнее ненависти.  В такие моменты  он не без удовольствия вспоминал их совместную жизнь: как его за каждую измену спускали с лестницы и грозили ночью залить в ухо кипяток.
-А ты мне испортил жизнь, но я тебя прощаю, - отвечала Олеся и оба замирали от вновь вспыхнувших чувств.
У их общей дочки в голове сложилось четкое мнение – ее родители ненормальные люди, то есть дураки. А где сейчас умных найти? Вот именно, живем дальше.


Известие о смерти отца Олеся получила прямо на рабочем месте. Из реанимации, где несколько дней находился будущий усопший, утром раздался звонок и врач в игривой форме, весьма неуклюже, почти с юморком, пытаясь сгладить горе близким, сообщил о случившемся. Олеся поплакала и поехала собираться на похороны в отчий дом. Дорога предстояла не близкая.
На пороге дома Олесю встретила ее мать Елизавета Петровна, женщина симпатичная, курносая, шустрая. Стали планировать важное событие – проводы любимого отца семейства.
В похоронное бюро пришлось идти поздним вечером, предварительно выпив водки, а как иначе – попробуй переживи на трезвую.
В общем, основные приготовления прошли успешно. А далее все как положено: бессонная ночь, похмелье, водочка. На пороге с самого утра появлялись многочисленные родственники, со словами сочувствия и скорби они садились за стол, выпивали, закусывали за помин души. Особенным усердием отличалась тетя Тоня, ей было за 76. Она прожила тяжелую жизнь, пройдя тюрьмы, больницы, безденежье, познав сложную профессию ветеринара в совхозе, страдала хроническим алкоголизмом, и знала толк в проводах близких: плакала горько и громче всех, употребляя совершенно новые проникновенные словосочетания в причитаниях над покойником: ах, наш милый Михаил, ты был самым лучшим, ах, наш милый Михаил, ты был самым умным…и далее по списку.  Остальные делали печальный вид и смотрели на это все с полным сочувствием.  Подобное поведение тети Тони отзывалось в сердцах у родственников умерших, а потому на любых похоронах среди гостей она всегда занимала центральное место.
Похороны завершились к шести часам вечера, в кафе на поминальный обед процессия прибыла за темно. Заупокойная речь любимой дочери усопшего Михаила Васильевича длилась не менее часа ввиду ее полного опьянения, речь сбивалась, мысль шла по кругу. На стол подали третье блюдо и компот. Олеся было на радость всем начала завершать, как с удивлением заметила: ее верной соратницы и усердницы Тонечки не было за столом!
Поминки загудели в недоумении: где тетя Тоня? Ужель забыли на кладбище? Как бы не пошла следом за покойничком, предположил кто-то особенно остроумный.
Самые трезвые начали поиски.
Тетя Тоня нашлась в коридоре кафе. Оказывается, пока все снимали верхнюю одежду она прилегла на скамейку гардероба и уснула. Женщину тут же вернули в зал поминок и справедливо усадили на центральное место. Пока она продолжала спать, кто-то еще взял слово и говорил хорошие слова о новопреставленном Михаиле Васильевиче. А он, надо сказать, и правда был очень хорошим человеком. Много работал, обеспечивал свою семью, растил детей, выпивал в меру. Также в меру ругался со своей супругой, иногда в качестве профилактики ее поколачивал. Но, как сам потом признавался,  делал он это все с любовью на перспективу будущего семейного счастья. В общем, вдова начала плакать, вспоминая прожитые годы с мужем. Но тут проснулась тетя Тоня. Редкие волосы, когда – то закрученные в химическую завивку,  стояли дыбом, глаза были затуманены, щеки раскраснелись.
По каком поводу собрание?! – почти визгом с нескрываемой злостью за то, что разбудили она спросила у присутствующих.
Так Михаил умер…… - кто-то скоромно ответил.
АААААА, Михаил умер?!! – командным голосом вопила тетя.  Когдаааа?! -  после она подняла рюмку, вновь выпила за упокой души и рухнула почти без сознания на стул.
С поминок родственники Михаила Васильевича уходили не на своих ногах. Наиболее сильные паяные вели наиболее слабых пьяных под ручку домой. И все-таки довели…