Граждане, соблюдайте тишину, это же кладбище

Смерть неслышно подменяет мои карты во время игры и я смотрю на своё отражение зеркала, а из него на меня растерянно смотрит испуганный старик.
Смерть: «Ты молишься сокрытому от взора Богу, уповаешь на его милосердие, сострадание и защиту. Да Бог есть, именно Он распределяет стратегические позиции фигур на шахматной доске вселенского бытия. Но я гораздо ближе к тебе чем Он! Мой ход, шах и мат!»
На похоронах больше всех беспокойств доставлял небезызвестный покойник, но в нашей торжественной ситуации без него невозможно было обойтись!
Является ли смерть программой, записанной в генах, или это просто сбой в работе организма, приводящий клетки к старению, распаду и гибели? Несколько неуверенных шагов по узкому коридору жизни, выстрел, тугая петля на шею, изнурительные болезни, стул, вмонтированный в пол, кожаные ремни, металлический колпак, мгновенный разряд, душа выпрыгивает из поверженного тела и вновь отправляется в экскурсионно-романтическое путешествие по очередным неведомым маршрутам, взгромоздившись уже в следующую одноразовую плоть. Бежал, спешил, торопился, надеялся, строил масштабные прожекты и дождался, меня торжественно хоронят, утирая со щёк фальшивые, нарисованные слёзы.
Поздняя осень, ночь, завернутая в густой туман, время будто застыло в мёртвой точке, печальные глаза уличных фонарей, впервые после моей смерти выпал снег.
И нет уже меня на белом свете, под этим камнем я лежу, обёрнутый сырой землею, и ждёт в стволе патрон, но не меня, и стрелки не на моих на часах отчаянно бегут, и чьи-то головы лихие слетают с плеч, и ветер простуженный хрипит и стонет над полем битвы, и птицы чёрные пируют на телах отважных смельчаков, и сумрачная луна холодными ночами, и позолоченные купола церквей сливаются с острыми хребтами гор, украшенными молочными шапками седых снегов.
Здесь восстанавливают силы те, кто никогда не отдыхал.
Граждане, соблюдайте тишину, это же кладбище!