Хроники Галактики. Глава 8

Уильям твердо решил, что ему нужно лететь в Комморхен. Он вышел из темницы, не оборачиваясь на вопли Феликса, которые эхом бились о бетонные стены. На свету его лицо казалось маской, высеченной из грязного льда.
Роберт Робинсон ждал его у выхода, прислонившись к бронированному джипу. Увидев племянника, он присвистнул.
- Судя по твоему виду, «Отче наш» они прочитали с выражением. Ну что?
Уильям вытер лицо рукавом своего некогда безупречного пиджака, размазывая бурое пятно.
- Нам нужно в Комморхен. Прямо сейчас. Подготовь «Стрижа», - он имел в виду личный сверхзвуковой самолет. - И возьми только тех людей, в которых ты сам уверен.
- Понял, - Роберт посерьезнел. - Комморхен - дыра еще та. После того, как там в 3956 году всё… затихло, Уорды превратили город в частную помойку. Там даже патрули Конфедерации не ходят без тяжелой брони.
- Тем лучше, - отрезал Уильям, запрыгивая в машину. - Пора навестить этот рассадник.
Через сорок минут «Стриж» без гербов, номеров и в целом без опознавательных знаков, для надежности, уже разрезал облака над Силлендом, несясь на юг.
Уильям сидел в десантном отсеке, самолетом управлял Роберт. Он смотрел в иллюминатор, как леса Силленда сменяются выжженными пустошами и промышленными ландшафтами, храня в себе следы давних войн. Граница была формальностью для тех, кто платит, но Уильям приказал идти на сверхмалой высоте, обманывая радары, чтоб вообще ничего не платить.
- Входим в воздушное пространство Комморхена, - раздался в динамиках голос пилота. - Нас запрашивают диспетчеры. Требуют идентификационный код.
- Скажи им, что мы везем спецгруз для Дэниеля Уорда, - приказал Уильям. - Лично в руки. Код 0-295-S.
Наступила тишина. Секунды тянулись как патока. Наконец, динамик хрипнул:
- Вас поняли. Коридор открыт. Добро пожаловать домой, господа.
Уильям горько усмехнулся. Пока он ждал посадки, Уильям позвонил министру юстиции.
- Алло! - раздался бодрый голос на том конце.
- Не аллокай мне тут! - рявкнул Уильям. - Значит так! Так как Уордов мы посадили, пошли 10 отрядов по 10 человек на обыск всех их имений, а в особенности того, которое прямо рядом с нами, и чтоб они каждый уголок проверили! Вдоль и поперек! Сверху и вниз! Несколько раз! И через неделю доложите. Потом решим, что делать с этими пчелиными ульями.
Не дожидаясь ответа, Уильям положил трубку. Самолет сел.
Уильям быстрым шагом вышел из самолета, никого не предупредив о своем визите и сел в машину.
Вокруг царила атмосфера, от которой кровь стыла в жилах. Комморхен был похож на один огромный, безжизненный орган, вырезанный из бетона. Многоэтажки-гробницы без вывесок, лишь редкие тусклые окна. Воздух густо пах сыростью, плесенью и… озоном? Небо, чистое по прогнозу, здесь казалось свинцово-серым. Несмотря на день, над городом висел нерассеивающийся туман, и солнечные лучи пробивались сквозь него жалкими, выцветшими спицами. И повсюду - низкий, гудящий гул. Гул фабрик.
Уильям почти не замечал окружающего мира, сидя в кресле. Роберт вел джип, заранее подготовленный здесь, его изумрудные глаза метали короткие, прицельные взгляды по сторонам.
Свернув за угол, Уильям увидел дворец. На удивление - это был дворец как дворец. Но в атмосфере города он выглядел слишком блекло, потому что был построен из каменного кирпича. Ну, почти был дворец как дворец. Некоторые кирпичи уже покрылись плесенью и трещинами, а гербы были в пыли. Флаги на верхушке выглядели как половая тряпка.
Уильям подошел к воротам. Охранников у ворот не было.
- Ты гляди-ка, какие смелые, а! - крякнул Роберт, догнав племянника. Он постучал по воротам своей массивной рукой. - Открывайте!
«Еще немного! Еще чуть-чуть и я попаду в рассадник! Ну держитесь!» - неслось в голове Уильяма. Он был решительнее всех.
Внутри ворот послышались шаги. Потом звук, как будто бы кто-то что-то двигал. На воротах открылась заслонка. Оттуда высунулось то, что с трудом можно назвать лицом. Морщина на морщине, да еще и нахмуренное.
- Закрыто, слепые что ли? А ну идите отсюда к черту! - провизжал этот человечек.
- Ты гляди, гости только порога коснулись, а он нам уже хамит! - Роберт резко стал серьезным. - Ты поддувало-то закрой!
- Э! Уважаемый, мы с тобой лицом к лицу говорим, а ты к нам другим местом решил повернуться, судя по виду?! - крикнул вслед Роберту Уильям, недовольно скрестив руки на груди.
- Нехорошо поступаете, господа! Это лицо!!! - подал голос этот маленький человечек. Его голос был похож на скрежет дерева об дерево, когда по полу двигаешь стул. - Откуда вы такие есть тут?
- Это ты нехорошо поступаешь, жопа с глазами! - рявкнул Роберт.
- Я к Бину Питтерсону, - невозмутимо ответил Уильям, сверля человека взглядом так, будто он сейчас лично снесет эти ворота к черту, если его не пустят.
Маленький человечек сверлил полминуты своими маленькими глазками Уильяма. Потом сверлил полминуты Роберта. Его моська скрылась и через две минуты ворота были открыты.
- Другое дело! - одобрительно кивнул Роберт. - Меньше слов, больше дела!
Уильям и Роберт двинулись к главной двери дворца. Во дворе дворца было все еще хуже, чем казалось снаружи. Ворота - единственное, что выглядело здесь нормально. Тротуарная плитка была сколота в некоторых местах, на траве валялись какие-то странные склянки, шприцы.
- Это че тут за балаган?  Тут точно король живет? - Роберт пугливо наступал на плитку, дабы не уколоться и все время оглядывался по сторонам.
Уильям же молча рассекал пространство, плитка жалобно стонала под его ногами.
Около двери тоже не было охраны. Уильям коснулся ручки, которая была чем-то испачкана.
- Хорошо, что у меня перчатки! - пробурчал Уильям. - Чисто из уважения… - он открыл дверь.
Внутри, как ни странно, все было хорошо. Как в Джуберте, но поменьше. Отличия были косметическими и заключались в том, что здесь была более старая мебель, но, на удивление, ни пылинки не было. Контраст на пару секунд ввел Уильяма и Роберта в ступор.
На троне сидел седовласый старик в зеленой мантии. Он поднял свои серые глаза. Уильям увидел его осунувшееся лицо и мешки под глазами. Сами глаза были красными. Видимо, Бин не высыпался.
- Уильям! Мальчик мой! - проскрипел старик, вставая с трона. Он бросился навстречу Уильяму и обнял его, как будто бы это был его внук.
- Здравствуй, дядюшка Бин! - отчеканил Уильям, не собираясь обнимать монарха Комморхена, но, вздохнув, закатил глаза и приобнял его в ответ.
Бин отстранился. Он слегка поклонился Роберту.
- Для меня честь видеть вас сегодня здесь! - прошептал Бин. - Я вас очень долго ждал!
- Не думал я, дядя, что ты все так запустил тут. Это же бардак, извини за выражение! - сказал Уильям с интонацией, будто отчитывает ученика за проделки. - Ты - потомок Лукаса по линии сына Альберто, а живешь как бродяга в подворотне. Это неправильно, дядюшка.
Если на улице пахло сыростью, то здесь Уильяму в нос ударил запах старой бумаги.
- Золотой мой! Ты думаешь, это я виноват?! - глаза Бина расширились и он ударил себя кулаком в грудь. - Я дольше всех во дворце сопротивлялся этому! А теперь? Мои слуги непонятно где, я один, а эти… тьфу их, хозяева! Они даже не вспоминают обо мне, о старике! - из глаз Бина прыснули слезы, которые он вытер собственной седой бородой.
- Довольно сантиментов, дядя. - отрезал Уильям. - Я здесь не для ностальгии.
Бин моментально успокоился и навел взгляд на Уильяма, готовясь слушать.
- Дэниель Уорд, прежде чем отправиться в камеру, был очень разговорчив, - Уильям подошел к Бину вплотную. - Он упомянул виллу. Ту, что под Северным утесом.
При упоминании утеса лицо Бина посерело еще больше, сливаясь с цветом его мантии.
- Утес... - прошептал он, и его руки задрожали. - Ты не должен туда ходить, мальчик. Там... там дурно пахнет. И не плесенью. Там пахнет смертью. Лесли... он проводил там свои опыты. Даже Уорды туда не заходят без нужды.
- Мне плевать, чем там пахнет, - отрезал Уильям. - Мне нужны документы, а желательно и останки Акакия Арбузова. И понимание того, что произошло в этом чертовом Комморхене больше четырех тысяч лет тому назад. И ты знаешь, как туда попасть.
Бин сжался в комок на троне.
- Я... я хранитель ключа от виллы. Они заставили меня. Сказали: «Сиди и сторожи, старый дурак, это единственная твоя польза».
Бин, дрожащими руками, отдал им карту доступа - кусок старого пластика с выцветшим логотипом «Опалового Паука». А еще он им дал какой-то странный камень, который Уильям с подозрением принял.
- Убирайтесь, - прошептал старик. - И не возвращайтесь, если хотите жить. Там всё, что вы ищете.
Обратная дорога к джипу прошла в молчании. Роберт завел мотор, и машина рванула прочь от дворца-притона, на север, туда, где небо окончательно сливалось с черной водой океана.
Город быстро кончился. Бетонные коробки сменились голыми скалами, торчащими из земли, как гнилые зубы. Дорога превратилась в грунтовку, посыпанную черным щебнем.
- Дрянное место, - сплюнул Роберт в открытое окно. - Даже птицы здесь не летают. Ты уверен, Уильям? То, что мы там найдем... назад уже не засунешь.
Уильям смотрел на приближающийся утес. Он нависал над морем огромной черной глыбой. На его вершине ничего не было, но Уильям знал - вилла не наверху. Она внутри. В чреве камня.
- Жми на газ, дядя, - тихо сказал он. - Я устал бояться призраков.
Роберт выжал газ. Джип, рыча, рванул вперёд, подбрасывая на кочках.
Утёс рос перед ними, заслоняя полнеба. Вблизи он был не просто чёрным - он был мёртвым. Ни лишайников, ни трещин, по которым могла бы цепляться жизнь. Гладкая, почти отполированная временем скальная стена уходила в воду, где разбивались тяжёлые, маслянистые волны.
Дорога оборвалась у подножия. Роберт заглушил двигатель. Тишина, наступившая после рёва мотора, была неестественной, густой. Не было даже ветра. Только далёкий, приглушённый гул океана где-то глубоко под камнем, будто утёс был полым.
- Вход? - хрипло спросил Роберт, вылезая из машины.
Уильям уже стоял, вглядываясь в скалу. Входа не было. Только каменная стена. Он вытащил из кармана пластиковую карту, которую дал Бин. На обороте, почти стёршись, была схема: не дверь, а точка у самой кромки воды, где скала образовывала узкий карниз.
Они спустились по скользким, чёрным валунам. Солевая пыль висела в воздухе. И тут Уильям почувствовал. Не запах - вибрацию. Лёгкое, едва уловимое гудение, исходящее из скалы. То же, что исходило от кристалла в его кармане, только старше, злее, голоднее.
Карниз привёл их к нише, почти скрытой падающей водой из какого-то подземного источника. За водяной пеленой угадывался ровный, явно рукотворный срез в камне. Не дверь, а портал, вросший в скалу.
Уильям поднял карту к тому месту, где должен был быть считыватель. Ничего не произошло. Тогда он, почти не думая, приложил к камню тот самый камешек, который вместе с картой дал им Бин.
«Значит, Бин хотел запутать меня?» - на секунду промелькнуло в голове Уильяма. Он тяжело вздохнул, подумав, что старик окончательно сбрендил, поэтому придавать этому сильного значения не стоило, по его мнению.
Камень вздохнул. Тихий, скрипучий звук, похожий на открытие тысячелетнего склепа. И перед ними, беззвучно, отъехала в сторону тонкая, идеально подогнанная каменная плита. Из открывшегося чёрного прохода ударил воздух. Он был сухим, стерильно холодным и нёс с собой тот самый запах. Не смерти. Не тлена. Запах законсервированного безумия, озона и старой, холодной стали.
Роберт достал фонарь. Луч пронзил тьму, выхватывая из мрака начало идущей вниз, в самое нутро утёса, лестницы. Ступени были вырезаны из того же чёрного камня.
Уильям сделал шаг вперёд. Его тень, отбрасываемая фонарём Роберта, ломалась и растягивалась на стенах тоннеля, будто пытаясь убежать.
- Ну что, дядя, - он не обернулся, его голос прозвучал в гулкой тишине тоннеля отчуждённо, словно чей-то ещё. - Пошли посчитаем призраков.
Они начали спуск. А каменная плита позади них так же беззвучно вернулась на место, отрезая путь к отступлению. Самая сложная часть путешествия началась.