de omnibus dubitandum 9. 511

ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ (1596-1598)

Глава 9.511. ВЕЛЕЛ ПОСЛЕДНЕМУ О ВСЯКИХ ДЕЛАХ, .., ВО ВСЕ СВОЕ ГОСУДАРСТВО... ПИСАТИ ГРАМОТЫ ОТ СЕБЯ…

Сентябрь 1561 года

    Конец 1560 г. был ознаменован крупными успехами руСкой внешней политики. В сентября 1560 г. в Москву пришли радостные вести о взятии в Ливонии воеводами князьями Иваном Федоровичем Мстиславским и Петром Ивановичем Шуйским городов Полчева и Тарваста [ПСРЛ, т. XIII, 2-я половина, стр. 230; «Псковские летописи» (далее — ПЛ), вып. II, М., 1955, стр. 241].

    Эти победы облегчались продолжавшимися крестьянскими восстаниями в Прибалтике. Восставшие против ливонско-немецких поработителей эстонцы и латыши получали от руCких серьезную помощь в борьбе с Орденом и ливонскими помещиками [См. Я.Я. Зутис, К вопросу о ливонской политике Ивана IV. «Известия АН СССР», серия истории и философии, т. IX, № 2, 1952, стр. 140-141].

    Развал Ливонского ордена завершился подписанием 28 ноября 1561 г. акта в Вильне о подчинении орденских владений Сигизмунду II Августу, вассалом которого стал последний магистр Ордена Г. Кеттлер. Еще ранее, летом 1561 г., немецкое рыцарство Северной Эстонии присягнуло на верность шведскому королю Эрику XIV. Не рассчитывая на собственные силы в борьбе с крестьянской войной и руCкими войсками, немецко-балтийские феодалы пошли на раздел Ливонии между соседними государствами, стремясь их использовать против грозного Московита [См. В.Д. Королюк, Ливонская война, стр. 48-49].

    Летом 1561 г. новый шведский король Эрик XIV заключает перемирие на двадцать лет с московским правительством [ПСРЛ, т. XIII, 2-я половина, стр. 333; 3, л. 276 об - 277; «Сборник РИО», т. 129, стр. 83-105. Перемирие было подтверждено в 1562 г, («Сборник РИО», т. 129, стр. 106-123)]. РуCко-шведское соглашение должно было явиться ступенью в установлении союзнических отношений в борьбе с общим врагом — польским королем.

    К началу 60-х годов происходит дальнейшее развитие дружественных связей  Московского государства, а отнюдь не России с народами Северного Кавказа. В 1560—1561 гг. руСкие и черкАсские войска совершают совместные налеты на Крым, вызвавшие тревогу как в Турции, так и в Польше.

    Виднейший кабардинский князь Темрюк, присягнувший на верность РуСкому государству, уже в 1558 г. прислал в Москву своего сына Салнука (после крещения — Михаила), который уже вскоре стал одним из наиболее близких к Ивану Грозному [умершему в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял сорокапятилетний Иван Федорович Мстиславский (1522-1586), а не 29-летний Юрий (Георгий) Углицкий (30.10.1528-24.11.1563) младший брат, даун-аутист, Наличие любого из трех аномальных физических признаков — асимметричное лицо, пучки волос, растущие в неправильном направлении, или выдающийся лоб — может помочь диагностировать аутизм… Ивана IV Грозного, который способен был только явиться и сидеть, где ему скажут. В это же время 4-летний Иван V Иванович «Молодой» находился под опекой Владимира Андреевича Старицкого – Л.С.] лиц.

    Летом 1561 г. Иван IV {на самом деле 33-летний Юрий (Георгий) Углицкий (30.10.1528-24.11.1563), даун-аутист, Наличие любого из трех аномальных физических признаков — асимметричное лицо, пучки волос, растущие в неправильном направлении, или выдающийся лоб — может помочь диагностировать аутизм… младший брат Ивана IV Грозного, который способен был только явиться и сидеть, где ему скажут – Л.С.} вступает в брак с дочерью Темрюка Марией [ПСРЛ, т. XIII, 2-я половина, стр. 333; подробнее см. Е.Н. Кушева, Политика Русского государства на Северном Кавказе в 1552-1572 гг.— «Исторические записки», кн. 34, 1950, стр. 272-273].

    Только с Польшей и Литвой отношения остались враждебными после безрезультатных переговоров в Москве с послами Сигизмунда II Августа (в феврале 1561 г.) [ПСРЛ, т. XIII, 2-я половина, стр. 331; «Сборник РИО», т. 71, стр. 23-46].

    1561 год принес с собой первые предвестники будущей опричнины. Когда в сентябре Иван Грозный [умерший в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял тридцатидевятилетний Иван Федорович Мстиславский (1522-1586), а не 33-летний Юрий (Георгий) Углицкий (30.10.1528-24.11.1563) даун-аутист. Наличие любого из трех аномальных физических признаков — асимметричное лицо, пучки волос, растущие в неправильном направлении, или выдающийся лоб — может помочь диагностировать аутизм… младший брат Ивана IV Грозного, который способен был только явиться и сидеть, где ему скажут. В это же время 6-летний Иван V Иванович «Молодой» находился под опекой Владимира Андреевича Старицкого – Л.С.] отправляется в двухмесячную поездку («объезд») «по селам», оставив в Москве царевича Ивана, то он велел последнему «о всяких делах, о воинских и о земских, во все свое государство... писати грамоты от себя» [ПСРЛ, т. XIII, 2-я половина, стр. 339].

    В этом распоряжении можно увидеть и опасение за судьбы престола в случае всяких неожиданностей с царем, и начало пристального изучения дворцового хозяйства, сделавшегося позднее основой опричнины, и хотя временный, но все-таки отход Ивана IV [умершего в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял тридцатидевятилетний Иван Федорович Мстиславский (1522-1586), а не 33-летний Юрий (Георгий) Углицкий (30.10.1528-24.11.1563) даун-аутист – Л.С.] от общегосударственных дел.

    Около 1562 г. Иван Грозный [умерший в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял тридцатидевятилетний Иван Федорович Мстиславский (1522-1586), а не 33-летний Юрий (Георгий) Углицкий (30.10.1528-24.11.1563) даун-аутист – Л.С.] написал новую духовную грамоту, в которой определяет порядок престолонаследия и состав регентского совета при его сыне (на самом деле племяннике – Л.С.) Иване.

    Регенты И.Ф. Мстиславский, В.М. Юрьев, И.П. Яковлев, Ф.И. Умный-Колычев, Д.Р. Юрьев, А. Телятевский, П.И. Горенский и дьяк Андрей Васильев приняли присягу на верность царю [СГГиД, ч. 1, № 174, стр. 474-475. Крестоцеловальная запись составлена не ранее июля 1561 г. (женитьба Ивана IV на Марье Темрюковне) и не позднее 27 ноября 1564 г., когда умер Д.Р. Юрьев. Издатели датировали запись «около 1561 года». Мы склонны относить ее ко времени после 18 августа 1562 г., когда Андрей Васильев из-за отъезда в Данию Висковатого сделался думным дьяком, главой Посольского приказа (ср. С.А. Белокуров, О Посольском приказе, М., 1906, стр. 29). В 1562 г. бояре В.М. Юрьев и Ф.И. Умный как доверенные лица царя принимали присягу поручников по И.Д. Вельскому (СГГиД, ч. 1, JNs 176, стр. 483). Возможно, запись составлена в связи с предстоящим походом Ивана IV на Полоцк].

    Все это наиболее доверенные лица царя. Двое из них возглавляли государев дворец: это дворецкий Д.Р. Юрьев и кравчий П.И. Корейский  [Упомянут как кравчий осенью 1564 г. (Э, л. 313). В марте 1564 - феврале 1565 г. — думный дворянин. Царь его держал «близко себя» («Сборник РИО», т. 71, стр. 322). См. С.Б. Веселовский, Синодик опальных царя Ивана Грозного как исторический источник. В кн.: С.Б. Веселовский, истории опричнины, стр. 375]. Последний вместе с Иваном Петровичем Яковлевым во время Полоцкого похода конца 1562 — начала 1563 г. был дворовым воеводой [Исследования по  «Разрядная книга Полоцкого похода царя Иоанна Васильевича. 1563 г.».— «Витебская старина», т. IV, 1885, стр. 38. В записи фамилия «Ивана Петрова», т.е. Ивана Петровича, отсутствует. В 1561-1562 гг. при дворе Ивана Грозного двое бояр носили это имя и отчество: Федоров и Яковлев. Фамилия интересующего нас Ивана Петровича устанавливается путем сличения подписей в крестоцеловальной записи (ЦГАДА, Гос. древлехранилище, отд. 3, рубр. II, № 22) с подписями на обороте приговора земского собора 1565 г., где помещено рукоприкладство и Яковлева, и Федорова. Оказывается, что крестоцеловальную запись подписал И.П. Яковлев. Кстати, в обеих грамотах подряд идут три подписи: И.Ф. Мстиславского, В.М. Юрьева и И.П. Яковлева. К тому же в 1561-1562 гг. И.П. Яковлев был дворовым воеводой, т.е. близким лицом к царю, а И.П. Федоров находился в отдалении].

    Очень примечательны имена двух будущих опричников — Л.П. Телятевского и Ф.И. Умного-Колычева [О них подробнее см. В.Б. Кобрин, Состав опричного двора Ивана Грозного.— «Археографический ежегодник за 1959 год», стр. 76]. Первый сравнительно недавно появился при дворе (он служил рындой в походе 1557 г.) [ДРК, стр. 189]. Но уже в 1561 г. он выполнял ответственные поручения царя, производя розыск о смерти Адашева в Юрьеве [«Описи Царского архива XVI века...», стр. 43].

    Ф.И. Умный-Колычев начал службу свою сравнительно рано: в июне 1558 г. он уже окольничий, а в июле 1561—боярин [ЦГАДА, ф. Грамоты Коллегии экономии (далее — ГКЭ), Владимир, № 37/1819].

    Присяга шести сподвижников царя вызвана составлением недошедшей до нас духовной грамоты Ивана IV, согласно которой они назначались членами регентского совета («государь... написал нас в своей духовной грамоте»). Регенты обязывались, верно служить наследнику престола царевичу Ивану, царице и другим детям царя в соответствии с завещанием и распоряжением царя («по душевной грамоте, такову грамоту ты, государь... написал о розряде своем государю нашему царевичю Ивану») [Еще во время майского похода 1562 г. (как и в 1561 г.) Иван Грозный на время приказал (7-летнему – Л.С.) царевичу Ивану ведать «всякие свои земьские дела» (ПСРЛ, т. XIII, 2-я половина, стр. 341). 13 октября 1562 г. царевич Иван Иванович писал Исмаилу: «Куды он (т.е. Иван IV) [умерший в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял сорокалетний Иван Федорович Мстиславский (1522-1586), а не 34-летний Юрий (Георгий) Углицкий (30.10.1528-24.11.1563) даун-аутист. – Л.С.] пойдет на недруга, яз на его государстве оставаюся» («Продолжение Древней Российской Вивлиофики», ч. X, СПб., 1795, стр. 241)].

    Царь (умерший в 1557 году – Л.С.) явно боялся повторения мартовских событий 1553 г. и спешил обеспечить трон своему сыну, обезопасив его от возможных притязаний Владимира Старицкого. Назначение регентов из числа ближайших царю лиц дворцового ведомства явилось показателем недоверия Ивана Грозного [умершего в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял тридцатидевятилетний Иван Федорович Мстиславский (1522-1586), а не 33-летний Юрий (Георгий) Углицкий (30.10.1528-24.11.1563) даун-аутист – Л.С.] к Боярской думе в целом. Начало превентивных мероприятий Ивана Грозного [умершего в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял тридцатидевятилетний Иван Федорович Мстиславский (1522-1586), а не 33-летний Юрий (Георгий) Углицкий (30.10.1528-24.11.1563) даун-аутист – Л.С.] против возможных политических соперников и даже претендентов на московский престол облекалось в старую форму составления крестоцеловальных и поручных записей. Клятвенные записи с опальных или подозреваемых в крамоле княжат брались уже с начала XVI в. и имели большое политическое значение как действенное средство подчинения феодальной аристократии московскому правительству.

    В малолетство Ивана Грозного, когда власть находилась в руках феодальной ордынско-казачьей аристократии, да и в годы правления Избранной рады почти никаких записей с ордынско-казачьих княжат и бояр фактически не бралось. Практика взимания поручных и крестоцеловальных по княжатам возобновилась после падения правительства Адашева.