Хива 1991

На фото: Ичан - Кала. Вид с минарета Ислам - ходжи.
Фото автора дневника.

С 14 по 18 сентября 1991 г.  Хива.

"...Я потерял свою мечту, -
Она осуществилась..."

Я в древнем городе Хорезма - Хиве. Живём в медресе, прямо на территории
древнего города. Окна выходят на мечеть, двери - во внутренний дворик.
Перелёт в Туркмению (г. Ташауз), затем автобус пересекает границу
с Узбекистаном и... вот мы - в Хиве.

Привезли нас ночью, и сразу расселили в Древнем городе, в кельях медресе. Всё
вызывало восторг. Сидеть дома было невозможно, и решили погулять немного.
Сразу же вызвался сопровождающий, встречающий сегодня туристов, Марат.
Он водил нас, совершенно обалдевших от счастья пребывания в этом древнем
городе, по ночной Хиве. Мы пока ещё не чувствовали восточного духа, любуясь
только красотой сказочного города. Облик Хивы даёт представление о
среднеазиатском феодальном городе с кольцом глухих стен, плоскими крышами,
высокими минаретами в тесном кругу строений.

Внутренний город Ичан-Кала необычайно насыщен монументальными
сооружениями и ансамблями, которые отражают многовековые архитектурные
традиции узбекского народа. Покружив нас по улицам, Марат предложил нам
подняться на крышу нашего медресе, и оттуда посмотреть панораму города...
Нам так хотелось всё посмотреть и везде побывать, что мы, не задумываясь,
полезли на крышу. Вылетали мы в проливной дождик, и попали в лето. Было
тепло, даже жарко. Наш экскурсовод - милая дама - ходила днём в лёгком
крепдешиновом сарафанчике, на который сверху набрасывала пелеринку.

Ночью на крыше было прохладно, нас обдувал легкий свежий ветерок.
- Дышите, говорил нам Марат, - когда летом наплыв туристов и жара, они
спят прямо здесь, на крыше...
Марат явно не торопился с нами расставаться. Сюда были принесены арбуз и
дыня, вино двух сортов. Всё это принес некто Саид по команде Марата...
Устроились мы на каком-то куполе, пили за здоровье друг друга, Саид с Маратом
рассказывали нам о своих семьях... Беседа, в общем-то, затянулась. Пора было
расползаться по своим кельям и отдыхать после дальней дороги.

Наши кавалеры вроде бы так же внимательно провожали нас вниз, но по дороге
Саид, как бы невзначай, предложил мне книги почти задаром, носки мужские,
ещё там что-то. Не могу понять, как я могла клюнуть на носки эти. Главное, что
книги мы должны были забрать, и принести к нам в комнату. И я сказала об этом
Галине Васильевне и Соколовой. Марат, правда, успел погрозить мне пальцем -
это я заметила, и всё равно пошла. Ведь находимся-то  на территории  турбазы, и
общаемся с персоналом обслуги... Правда, здесь столько лестниц, тёмных
проходов, арок - чёрт голову сломит.

Главное, книги - то мы взяли, и с этими книгами застряли в каком - то проходе,
где он сделал попытку меня поцеловать. И эта попытка ему удалась, так как он с
такой нежностью прикоснулся губами к моей шее, что это и поцелуем - то было
назвать нельзя, дыхание ангела. Каюсь, я сама подставляла ему свою шею. После
этого отпустить меня, он, естественно, не мог. И зашла я в какую-то пустую
келью сама, он меня только подтолкнул. Только и успела я заметить, что это тоже
жилая комната, только постельное бельё снято и стоят голые кровати с матрацами.

Один только шаг я успела сделать в эту комнату, даже дверь закрылась не на
запор. Вмиг погас свет, причём темнота наступила кромешная, я даже потеряла
ориентацию, в отличие от него... Он с недюжинной силой схватил меня, и бросил
на кровать. Сопротивляться было бесполезно, но я всё же пыталась из-под него
выползти, пока он не окончательно мной овладел.

Мы начали возиться, я теряла силы, а он тихонько зверел, что-то шептал, потом
вдруг схватил меня за горло, и начал придушивать, как цыплёнка. Дышать мне
стало трудно, да ещё он навалился на меня и прошипел зло: "Если будешь
вырываться и кричать, я тебе сделаю вот так...", - и нажал мне на какую-то точку
на шее. Я задыхалась, и умирала от страха. В моём положении можно было
уповать только на бога. Но надо было как-то его успокоить, и я прохрипела:
"Я не буду кричать". Он слегка меня отпустил, и начал что-то шептать про трусы
и кайф, который он ловит как-то иначе, чем другие. У меня даже, кажется,
зашевелились волосы на голове, как только я подумала о некрофиле, который
ловит кайф на трупах женщин.

Был момент, когда я сползла на пол, и, стоя на коленях и рыдая, умоляла его меня
отпустить. Но он снова меня поднял, бросил на кровать, и я уже начала готовиться
к самому худшему, да и вообще прощаться с жизнью - был и такой момент — но
тут вдруг так же неожиданно, как и погас, появился пучок света откуда-то, и в
проёме двери возникла низкая, коренастая фигура Марата. В высоко  поднятой
руке он держал огромный кинжал. Это было как в книге о приключениях
Анжелики, за которой я так долго гоняюсь. И это было, как во сне.

"Марат!"- только и смогла я произнести. Тяжесть, давившая меня, вмиг свалилась,
и тенью скользнула в проём двери. Я повисла на Марате, не веря в своё спасение.
Ноги стали ватными, я не могла идти.
- Что, что он с тобой сделал? - беспокойно пытал меня Марат.
- Не успел. Ты помешал, - лепетала я, - выведи меня отсюда, пожалуйста.
- Зачем ты с ним пошла? Он же дурак! Я же тебе сказал, чтоб ты не ходила...
- Он обещал книги, шмотки.
- У него ничего нет! Обещал! Что он с тобой делал?
- Выведи меня на воздух, и дай сигаретку.
- У меня нет сигарет. Сейчас он принесёт.
- О боже!
- Что он с тобой делал?
- Он меня душил.
- Вот дурак. Ну успокойся, успокойся и не плачь, я же с тобой. Я на него завтра
жалобу директору напишу.
- Да не надо ничего, не говори никому, он меня убьёт.
- Тогда я его, - Марат схватился за кинжал.

Надо было успокаиваться, но меня всё еще била дрожь. Пришёл мой насильник,
принёс сигареты. Я вцепилась в Марата, и до самой нашей кельи его не отпускала.
Мои милые дамы уже легли, и закрылись изнутри так, что открыться не могли...
Мне опять поплохело.  Пока Саид выуживал у них через щелочку ключ и открывал
дверь, я стояла, вцепившись в руку Марата, а он, дурачок, размахивал кинжалом
над согнутой спиной Саида.

Наконец, дверь открыли... Я вошла, и тихо сказала: "Ребята, а меня сейчас чуть
не убили." И начала рассказывать им эту жуткую историю, которая произошла
со мной в первый вечер знакомства с Хивой. "Как же так, Наташа, ты ведь такая
опытная, - и вдруг...", - ахнула Галина Васильевна. Я даже не смогла помыться
и почистить зубы, чтобы отделаться от запаха этого садиста... Уснуть тоже не
могла.

И уже на следующий день я ощутила Восток именно здесь, в Хиве. Хивинская
сельская усадьба - Хаули - это замкнутое жильё со сложной планировкой,
обнесённое по прямоугольному периметру высокими, слегка скошенными
стенами. Зубчатое венчание, контрфорсы, угловые башни, и широкие ворота
придают усадьбе вид мощной крепости... За входными воротами обычно
находится крытый дворик, ведущий в подсобные, хозяйственные помещения.
Далее располагается открытый дворик, жилые помещения, террасы... За этими
высоченными стенами, за двойными запорами, вдали от глаз, прятал хан своих
наложниц. Вчера я это ощутила на собственной шкуре.

Ночью несколько раз принимался петь петух. А на рассвете закричал ишак. Окна
у нас - на восток.  Вставало ласковое тёплое солнышко. Несмотря ни на что,
жизнь прекрасна. Да здравствует новый день...

Встали мы до завтрака, отправились на знаменитый Хивинский базар, особенно
многолюдный в воскресенье. Хивинский базар издревле был самым оживлённым
местом города. Традиционное гостеприимство немыслимо без обильного
дастархана с сочными и сладкими плодами полей Хорезма; особенно славятся
местные сорта дынь, инжира, винограда. А какие вкуснющие дыни. Галина
Васильевна ходит с ножом, тут же разрезаем дыню, и сьедаем её прямо на базаре...
Всё сравнительно дёшево, дешевле, чем в Душанбе. Как хорошо, что базар
находится на территории старой Хивы.

Нагруженные дынями, мы прямо от Караван - Сарая следуем в свои кельи. После
завтрака экскурсия по старой Хиве. Ноги ступают по огромным неровным камням
мостовой, непривычно и приятно после асфальта. Идём по центральной улице.
Днём здесь оживлённее. Прогуливается гордо верблюд в ожидании желающих на
нём сфотографироваться. Смотрит свысока, подняв голову, гордо и неторопливо
поворачивая её к объективу - всё же зарабатывает по одному рублю за каждого
ездока.

Вокруг мечети, медресе, минареты, всевозможные ханские дворцы и купола ворот.
Прямоугольник (650 м. х 400 м.), вытянутый с севера на юг, занимает территорию
26 га. Окружена мощной крепостной стеной (длиной более 2100 м.) с частыми
подпорными башнями. Высота стен 7-8 м., толщина 5-6 м. По крепостным стенам,
двойным кольцом окружающим город, можно проехать на арбе. На осях крепости
расположены мощные надвратные сооружения с угловыми башнями.

Нас сопровождала очень обаятельная экскурсовод Роза. Она тоже волею судьбы
попала в Хиву (Чтобы устроиться в Хиве работать, надо заплатить 11 тысяч, так
что мы решили, что там одни проходимцы и жулики). Очень приятная девушка
эта Розочка, но никак не выйдет замуж, она полновата, (там ведь такой выбор
туристочек) и зовут её местные "Пончик". Она нам очень подробно рассказывала
об обычаях древней Хивы, о хане, его жёнах и наложницах, даже предложила
сфотографироваться на кровати хана, на что последовал вопрос: "А хан
прилагается?"

Бродя за экскурсоводом по всем этим дворикам и закоулкам старого города, я
постоянно ощущала присутствие Марата... Потом, разглядывая слайды,  я видела
его присутствие на многих из них... Оглядываясь, я видела его коренастую
невысокую фигуру, стоящую на выступе стены, и следящую за нами.
- Галина Васильевна, посмотрите - Марат за нами наблюдает.
- Бдит, - смеялась Г.В.

Верный наш "Квазимодо" Марат далеко не красавец Феб, но Феб у меня впереди,
он уже маячил на нашем пути много раз, и предлагал свои услуги... Но о нём
потом... Утром на базаре этот Саид, вчерашний мой насильник, помогал
девчонкам покупать фрукты, и даже сам расплачивался. Я, правда, их
предупредила, чтобы они не очень с этим Саидом...

После обеда у нас была чудесная экскурсия в пустыню Кара — Кум. Хивинское
царство - владение Исфандияр - Хана - простиралось по левому берегу Амударьи
до Аральского моря, с юга его окаймляли пески  Каракумов, с запада — снова
пески... Но пустыня не производила впечатления безжизненного пространства,
так как с другой стороны разливалось бескрайнее полусолёное озеро, в котором
мы с огромным удовольствием искупались... Здесь, оказывается, и рыбу ловят -
карпа. Нас угостили жареной рыбой за 5 руб. до отвала. Вкуснотища невозможная!

Марат нас постоянно встречал с экскурсий, спрашивал: "Как отдыхаете?" Уже знал
моё имя, и постоянно меня окликал... Я ему продемонстрировала колечки, которые
я приобрела в Ургенче. Вечером даже приходил, постучал. " Маратик, мы уже
спим", - сказала я.
- Наташа, ты отбила хахиля у Ирины Николаевны?  возмущалась Галина
Николаевна.
- Ну, пусть идёт, гуляет с ним, я совсем не против. Мне и вчерашней ночи
вполне хватило.

На следующий день у нас была экскурсия на хлопковое поле, в г. Ургенч, где на
базаре у Галины Васильевны опять стащили кошелёк.

После экскурсии Марат вызвался сопровождать меня на минарет Исламходжи.
Утончение минарета кверху с горизонтальными ритмичными кольцами
орнаментально - майоликовых сине-голубых поясов усиливает вертикальный
взлёт ствола минарета, увенчанного фонарём - ротондой со сталактитовым
карнизом и навершием в виде нанизанных на стрелу разновеликих шаров. Высота
минарета около 50 м., сооружен в 1908 г. Наши бабки поленились туда лезть по
крутой лестнице, но я благодарна судьбе, ибо панорама оттуда получилась на
слайде великолепно: вся Хива как на ладони...

С моим милым "Квазимодой" мы поднялись довольно быстро, с отдыхом. У меня
заело фотоаппарат, он сдёрнул с себя майку, закрыл собой проём в окне, пока я,
сидя на ступеньках, разбиралась, в чём там дело.

Пока я любовалась панорамой, он делал попытки меня поцеловать - место вполне
подходящее. Мне, в общем-то, этого совсем не хотелось. Жаль было световой
день, хотелось побродить по городу, поснимать... Уговаривала его подняться на
крепостную стену, откуда так же видна панорама города, но любимым его местом
всё же была крыша (как у мартовского кота), от которой у него всегда при себе
был ключ, и где мы опять оказались.

Здесь он продемонстрировал мне, как он возбуждён, обнажил свои достоинства,
убеждая, что лучшего места для занятия любовью не найти.
- Как это? Ты же говорил, что есть шикарные двухместные номера с душем!
- Да. Вечером, может, освободятся...
- Ну вот, давай до вечера и отложим это мероприятие.
Вроде уговорила. Он убрал в штаны свое возбуждённое хозяйство со словами:
- Ладно, пусть ждёт до вечера, да?

Наконец-то мне представилась возможность побродить одной по Хиве. Правда,
все внутренние дворики были закрыты, но хоть пофотографировать панораму
города... Возле минарета Калта-Минар околачивался Исмаил. Очень видный
парень, но я так обожглась в первый вечер, к тому же меня "забил" Марат.
Он - мой спаситель, и я готова с ним идти хоть в "нумера", хоть на минарет.

Исмаил - кавалер галантный, глазки у него не бегают, не пристаёт, только
предлагает сфотографировать. Мы с ним поднялись на панораму, он щёлкнул
меня, я - его. Нигде не прижимались, хотя возможность была, я старалась
держаться от него на расстоянии. Так хотелось встретиться с Исмаилом.
Он никак не мог понять, чего же я так боюсь; перед глазами так и стоит
Марат с кинжалом. Да и эту утреннюю историю со ждущим своего часа членом,
кстати, очень большим - меня в последнее время просто преследуют огромные
члены - надо было как-то завершать.

Хоть я и сказала Марату, что он в меня не войдёт - так это его ещё больше
возбудило. Так или иначе, простояв весь день в дозоре и ожидании, член
устал и опустился. Его хозяин тоже был не в себе, измотан и зол. Воровато
пробрались мы в свободный номер. Я было уже расположилась здесь на ночлег,
постелила чистое бельё, рядом плескалась в ванне, водичка тёплая.... Но Марат
дёргался, и я поняла, что наше счастье недолго: в номер должны поселить — и
немедленно...

Только мы разделись и легли, в дверь постучали. Марат был вне себя, я пыталась
его успокоить. Господи! Я была довольна, что у нас ничего не получилось, правда,
простыни испачкать успели. Надо было исчезнуть отсюда так же незаметно, как
и появились.

Следующий день был последним днём пребывания в Хиве. Экскурсии, беготня
по магазинам и базарам, и прощальный вечер в баре... После ужина я увидела
грустного Исмаила. Не выдержала, подошла к нему:
- Вы напечатали фотографии?
- Проявил. Надо печатать...
- Мы завтра уже уезжаем...
- Ну приходите в фотолабораторию, напечатаем...
Его лаборатория находилась совсем рядом с турбазой, и я соблазнилась,
отправилась к нему, пока ещё было светло. Он меня ждал, хотя не был уверен,
что приду...

Если что, - думала я, идя за ним на территорию внутреннего дворика, а затем в
келью, и любуясь его сильной, стройной фигурой и крепкой шеей, - мне не
вырваться. И опять эти высокие стены, запоры, дворы, замкнутое пространство.
Едва мы очутились в келье, погас свет. О боже! Что я испытала! Повторение
предыдущего кошмара... Похолодеть я не успела: в соседней комнате зажёгся
красный свет.

Исмаил сидел за увеличителем, и наводил резкость на моё изображение. "Можете
присесть", - указал он на стул рядом с собой. Дрожа всем телом, я опустилась на
краешек стула, отодвинувшись максимально от его стула. В напряжении
полнейшем я пребывала всё время, пока фотография лежала в проявителе,
закрепителе. Потом он положил меня промываться. В это время раздался стук
снаружи ворот. Я похолодела. "Что Вы так нервничаете? Это пришёл мой ученик",
- Исмаил пошёл к двери, я рванулась следом. Дверь была  закрыта с внутренней
стороны проволокой. Это почему-то меня успокоило - не замок.

Вошёл, действительно, мальчик, принёс какие-то продукты.  С ним никого не
было. Но я не успокоилась, а разволновалась ещё сильнее. "Что с Вами? Сядьте
свободнее, расслабьтесь..." Он пытался угостить меня вином, но я была вся -
сжатая пружина, готовая в любой момент вскочить и нестись к выходу. Но он
не предпринимал попыток меня удержать, остановить, вёл себя очень спокойно
и вежливо. Я его без отдыха расспрашивала, кто он, да что он, отвлекала от
определённых мыслей.

Он холост. Никто не нравится... Занимается штангой. Сложён прекрасно, и очень
симпатичен внешне, но "интеллекта мало", как сказала бы Ленка... Высок ростом,
статен, модно одет. На стене фотографии атлетов и женщин, на полке книги.
Опять в их числе пресловутая Анжелика, из-за которой я снова попадаю в
переплёт.
- Я бы подарил, но это книги брата.
- Да, нет, спасибо, Исмаил, извини, мне пора...
- Я провожу.
Вышли за ворота. Я глубоко вздохнула.
- Ну, теперь успокоились?
- Да. Эти стены, замки, кельи очень давят на меня. И вообще, в вас есть что-то
от хана.
Он проводил меня до турбазы, но на территорию не вошёл. Я взяла у него адрес,
пообещав выслать слайд (Слайд вышел очень хорошо, я просто оторвала его
от сердца)...

В баре вовсю веселился народ. Гремела музыка, все плясали. Были и местные, но
они сидели в сторонке, и присматривались к нам... Марат тоже стоял поодаль,
следил за порядком. Готов был к услугам, ждал только взгляда.
- Что, что?
-Туалет.
Брал за руку, отводил в туалет, и ждал у входа.
- Жара, - я выскочила подышать воздухом после танцев, - ах, как жаль, что нет
воды, искупаться бы.
- Как нет? Есть бассейн.
- Бассейн? Что же ты молчишь?

Мы выскочили за территорию турбазы и старого города. Что это был за водоём,
я так и не разглядела: было очень темно. Марат мне показал, где я могу спуститься.
Встала на какую-то, белеющую в темноте, трубу, всё с себя стащила, и погрузилась
в спасительную воду. Пока плавала, Маратик охранял меня и мои вещи. Даже
загородил меня, одевающуюся, от какого-то мужика, возможно, сторожа, или
просто любопытного. Блаженства после купания не передать словами. Пока шли
к бару, он меня всю дорогу тискал. Ну, бог с ним, что же делать, я же была ему
благодарна.