Любознательным и пытливым II

   ВВЕДЕНИЕ (б)
   
   Вернёмся к тому нелестному, что добавил к комплименту в мой адрес А. Машковцев. Оно было легко отпарировано мною в следующей статье: Алексею Машковцеву - поэту и гидрологу (Нил Крас) / Проза.ру, в которой был дан совет читателям не только по существу нашего спора. К тому же я - человек не злобный - представил читателям и поэтическое творчество моего оппонента на Прозе.ру, и завершил статью мирной рекомендацией из наставления выдающегося винницкого гидролога: "Послушайте Алексея Машковцева, золотые слова которого я повторю вам на дорожку: «… если есть желание узнать больше, не будет лишним ознакомиться с элементарными принципами гидрологии.»".               

   Но что мне, по большому счёту, одобрение гидролога? Я хотел бы получить обстоятельные рецензии на раздобытые мною ранее никому не известные материалы, на анализ их, доведённый мною фактически до пригодности для введения в научный оборот (into the scientific circulation, into the scientific discourse), до готовности для дискуссий. Я бы желал, чтобы кто-то из специалистов - историков, архивистов, краеведов, свидетелей описанного мною - дал им профессиональную оценку, определил их значение в получении истинного представления и понимания того, что случилось когда-то (давно или недавно). То есть того, что выявил и позитивно (негативно) оценил я сам в разборах напечатанного о Виннице кем-то или самими винничанами.

   Чёрта с два! Если и появлялся интерес к моим публикациям, то совершенно иного рода. Голое любопытство: 900 прочтений только в первые два дня после публикации - Арка - кошка. А чё, разве не похожа немножко? (Нил Крас) / Проза.ру) — самая невинная реакция на разбор предыстории и  архитектурных особенностей одного из символов города, что никто до меня даже не пытался осилить. И это — при тогда ещё здравствующих винницких пенсионерах - архитекторах и строителях, знающих все детали планировки и возведения сего издалека заметного "межевого знака" между площадью Калича и Парком культуры! И всё же — ни единого отклика на эту статью и её продолжение (Выпьем чарку за нашу арку! (Нил Крас) / Проза.ру)!!

    И, как всегда, не появилось ни единственного отзыва от официальных лиц, что, несомненно, являлось результатом распоряжения сверху или возникало, так сказать, рефлекторно-автоматически, согласно практикуемых областным-городским руководством правил: когда, скажем, надо ринуться «всем гурьбой против одного» или «никому из ряда не высовываться».

   И ещё одно: "Keep your head down (избегай привлечения внимания к себе, оставайся незаметным), если какой-то самодеятельный критик, особенно чужак, подметил недостатки работы твоих коллег - сотрудников сих администраций." А ведь, наоборот, именно в этих "конторах" «прозаседавшиеся» (по одноимённому стихотворению моего любимца, "деколонизированного" В. В. Маяковского) не имеют права опускать голову и руки, даже если указывавший на прорехи в работе чужд им по духу. Я понимаю:  Вл. Маяковского уже давно выбросили из школьной программы. Возможно, это — не зря: веление времени и пространства. Но многое из озвученного им, однако, времени не подвластно: актуально и сейчас, причём на любом пространстве бывшей империи как бы "серпа и молота".

                ***

   Поэтому, как мне этого не хотелось бы, я не нашёл ничего более подходящего для оценки творчества В. В. Маяковского, как слова - «Маяковский был и остается лучшим, талантливейшим поэтом нашей советской эпохи. Безразличие к его памяти и его произведениям — преступление» - тогдашнего вождя, напечатанные в «Правде» (1935) по случаю переименования Триумфальной площади в Москве в площадь Маяковского (с памятником поэту, заложенному, по указанию того же ценителя его творчества, ещё в 1940-м году, но установленному только в году 1958-м: шестиметровая скульптура на четырёхметровом постаменте, принесшая её создателю - А. П. Кибальникову - Ленинскую премию).
   Что и кем было сказано в 1992-м году при возвращении площади прежнего названия — этого дознаться мне не удалось. Скорее всего, просто восстановили историческое название, но не возродив при этом Триумфальные ворота XVIII-го века. А памятник В. Маяковскому оставили на прежнем месте. [Наверное, кому-то неймётся, что переименование площади в честь Маяковского в 1935-м году произошло по инициативе Лили Брик, которая написала письмо Сталину с просьбой увековечить память поэта. О ней я намечаю ещё поговорить по иному поводу.]

   А ось щодо Синьоводської вулиці (замість вулиці Маяковського), яка тепер розтеклася проти течії (всупереч здоровому глузду) від Південного Бугу (Староміського мосту) до (не повірите!) одного з тупиків (то-го ж са-мо-го!) Маяковського (до струмка Перемиля з ланцюжком невеликих озер, який відмежовує місто від лісу, що майже навпроти Сабарівської греблі), то нова назва, на думку деяких, більше означає для Вінниці, ніж поет, який якось не дуже захоплювався Вінницею. [Маяковський двічі відвідував Вінницю в 1920-і роки в рамках своїх літературних турне по Україні.]

   Почнемо з того, що Синьводська битва 1362-го року — напівлегендарна (про неї можна ще складати і переінакшувати скільки забажаєш). А закінчимо тим, що «Незважаючи на велику кількість наукових праць, достеменно не встановлено час битви, її місце і чи взагалі вона була»: Ващук, Д. П. Проблема входження Поділля до складу Великого князівства Литовського в другій половині XIV ст.: історіографічний аспект // Кам'янець-Подільський у контексті українсько-європейських зв'язків. Кам'янець-Подільський, 2004. Більшого нам тут не буде потрібно.
   Тому, вважаю, залишили і пару тупиків Маяковського, щоб, в разі чого, не забути, як називалася Синьоводська вулиця до де-(незрозуміло якої і для чого)-ції.

                ***

   Привожу отрывок из воспоминаний П. И. Лавута "Маяковский едет по Союзу": Маяковский, едет по Союзу (Лавут П.И.).  
«Что запомнилось в Виннице?
Неуютный и тесный вокзал. Кто-то энергично плюет на пол. Маяковский пытается пристыдить этого человека и советует ему воспользоваться урной. Тот не обращает внимания. Маяковский повышает голос: - Какая гадость - плевать на пол! Я понимаю - плюнуть в лицо, когда есть за что!

   Впоследствии в афише появился заголовок: "Как плюются в Виннице", а на литографском плакате — стихи: Омерзительное явление, что же это будет?      По всем направлениям плюются люди … // Товарищи люди, будьте культурны! // На пол не плюйте, а плюйте в урны.
- Удивительно, такой небольшой - и такой грязный городок! А сколько гигиенических парикмахерских; почти на каждой улице "Перукарня"!- сказал Маяковский. - Я насчитал их двадцать три от вокзала до гостиницы. Если не верите - сами подсчитайте. Прямо-таки - "падоракс"! (Это означало - парадокс. - П. Л.)»

   Но за это одно стихотворение, названное Владимиром Владимировичем Маяковским «Долг Украине» (1926), стоило бы выдворить навсегда из комиссии по переименованиям улиц того, кто предложил реальное заменить мифическим,
лирическое — воинствующим, полное любви — человеконенавистническим.

«Разучите
        эту мову
                на знаменах -
                лексиконах алых, -
эта мова
        величава и проста:
"Чуешь, сурмы загралы,
час расплаты настав..."
Разве может быть
                затрёпанней
                да тише
слова
     поистасканного
                "Слышишь"?!
Я
 немало слов придумал вам,
взвешивая их,
              одно хочу лишь, -
чтобы стали
            всех
                моих
                стихов слова
полновесными, 
           как слово "чуешь".»      

               
                ***

   Сколько раз православные и иже с ними (мусульмане, иудеи, пр.) Независимой пренебрегали предостережением как католика Томаса Мурнера (1475-1537), так и его заклятого врага - протестанта Это метафорическое изречение по-немецки может произносится растянуто-назидательно: «und das Kind zusammen mit dem trueben Wasser aus dem Bad geschuettelt» или укоряюще-лаконично, как бы на старо-немецком языке: «das Kind mit dem Bade ausschuetten». Похожего выражения на украинском языке мне подобрать не удалось: недостаточно старался или же не существует?
Это я снова и снова — о выплеснутой улице Маяковского …
 
                ***
 
   Станислав Ежи Лец (1909-1966) — писатель, поэт, сатирик, автор бессмертных афоризмов — человек австро(немецко)-еврейско-польского происхождения (о чём - как удивительно! - не забыла упомянуть без пропуска какого-либо из этих четырёх «корней» даже ВікіпедіЯ) родился в семье … протестантов, прародитель и учитель которых выше упомянутый М. Лютер был ярым антисемитом. Но это только одна из причин сложнейших перипетий в жизни С. Е. Леца - незаурядного человека, вынужденного блуждать между Австро-Венгерской империей (Львовом), Польшей (Варшавой), Западной Украиной (концлагерь под Тернополем, из которого ему удалось сбежать перед намечавшимся расстрелом), снова Польшей (подполье, партизанский отряд, армия),  Израилем (где он чувствовал себя неважно вне привычной ему польской среды), и опять Польшей (где были запрещены его произведения!). Наконец, в 1957-м году запрет сняли, но к тому времени литератору, ещё не перешагнувшему рубеж половины столетия, оставалось жить менее 10 лет. И он их использовал сполна, продемонстрировав всему миру уникальность своего дарования. Его «Непричёсанные мысли» блистали разнообразием тем, отточенностью мысли (содержания) и художественной формы.

   Я столько внимания уделил Станиславу Ежу Лецу не только потому, что читал его произведения с раскрытым ртом (как до такого можно "домыслиться" и так кратко, в нескольких словах об этом высказаться, что обширное "всё остальное" само приходит читателю на ум — и тот сразу ощущает различие между гением и собой!?). Мог ли я сам додуматься до подобного описания, подходящего для ситуации царившей восторженности всем (любым) своим (нашим) после появления Украины как независимой европейской страны?
   Для характеристики сего раболепства - льстивого угодничества, низкопоклонства перед кем-либо или перед чем-либо - так подходило вот это высказывание сочинителя афоризмов из Польши: «Есть места, где единственной возможностью дышать становится беспрерывное пение дифирамбов.»

   Вспомните неописуемую радость прикоснувшихся на мгновение к ПЕРВОМУ президенту — в недавнем одному из вождей угнетавшей всех диктаторской партии! Потом — ко ВТОРОМУ, о котором было замечено мною тут: Библиотека ВНМУ - не только книгохранилище (Нил Крас) / Проза.ру (в абзаце о Всемирной выставке в Ганновере). Продолжать перечисление лиц этого ряда не имеет смысл — со временем все уже поняли, кто способствовал раскрадыванию, кто принимал в этом непосредственное участие, все знают и тех, что "слиняли" от правосудия за рубеж, и тех, кто спокойно продолжает старые делишки на родине.

   Приведу ещё один пример: я когда-то писал о сём интервью винницкого мэра. Не достигший сорокалетия мэр воспринял вполне серьёзно угоднический вопрос журналистки, которая - без малейшей иронии в голосе - наигранно удивлялась: "Как Вам, уважаемый Владимир Борисович, удаётся  выглядеть так молодо?" И "старый" (уже аж на четвёртом десятилетии своей жизни), но всё ещё "пышущий молодостью" мэр подхватывает этот водевильный стиль интервью "искромётным" ответом: «Я не ем хлеб!» Не хватало только совместного танца и куплетов в этом же стиле: "Приготовьтесь, фрау-мадам. Урок диеты я вам дам. На плошку с хлебом — закрыть глаза. И запрыгать — ну, как коза … "  [Кто не вспомнил: что-то подобное пел Яшка-артиллерист  в «Свадьбе в Малиновке».]

                ***

   Пришлось сделать столь объёмное вступление, чтобы убедить Вас: я не желал неискреннего восхваления, лести. Когда-то великий А. С. Пушкин блеснул пером: "Быть может (лестная надежда!) укажет будущий невежда Онегин»). Я не желал удовлетворения моего самолюбия, тщеславия, присущих в той или иной степени каждому, кто бросает вызов обществу. Я желал нейтральной (пусть даже пристрастной) оценки, но не зависимой от того,  к т о  это написал, а — в связи с тем,  ч т о  и  к а к  написано. Однако я был уже помечен в неведомых мне списках "компетентных органов". Но не в смысле современных «компетентних органів» Незалежної України: «органи державної влади країни експорту або країни походження (митного союзу або економічного угруповання), що забезпечують у межах своїх повноважень проведення зовнішньої та (або) зовнішньоекономічної політики зазначеної країни.» (ВР України, Закон "Про захист національного товаровиробника від демпінгового імпорту" від 22.12.1998 N 330-XIV). Нет — тех органов власти, для которых «В СССР и постсоветской России [это - из двух слов состоящее - Н. К.] выражение обычно используется как эвфемизм для  силовых структур: НКВД, МВД, МГБ, КГБ, ФСБ» (Компетентные органы — Википедия).

   Я так предполагаю, нисколько не преувеличивая своё и моих публикаций - на русском, украинском и немецком языках - значение и действенность. Иначе, как их могли  "н е  з а м е т и т ь"  ни Областной архив, ни Областной краеведческий музей, ни Музей истории Винницы, ни городские и областные организации города, ни ряд городских сайтов новостей и туризма, ни прочие, например, Винницкий художественный музей (Золотое сечение Винничины - что это такое? Часть I (Нил Крас) / Проза.ру — единственная и оригинальная по многим обсуждаемым там вопросам рецензия на самую большую картину, написанную когда-либо кем-то из винницких художников)? Ни моих статей об этих службах, ни писем с замечаниями, советами, запросами в их адрес все эти «присут­ствия», то есть казённые (государственные и муниципальные учрежде­ния), даже в упор "не замечали".

   Мне отвечали из Москвы, Санкт-Петербурга и Шадринска, из польских, бельгийских, немецких архивов и музеев, но в Виннице не потрудились хотя бы отписаться. При личных встречах в Виннице мне обещали уточнить, то или иное предпринять, даже пытались "разъяснить" мне мои, на их взгляд, заблуждения, но всё это оказалось изворотами (увёртками) или откровенным враньём.

   Конечно, отдельные лица мне помогали характеристиками едва меняющейся к лучшему обстановки в городе, снабжали, по собственной инициативе или по моей просьбе, материалами, которые мне самому, проживая в Кёльне, раздобыть бы явно не удалось. Всем им — мой низкий поклон. Кое-кто из них был упомянут в моих публикациях (не возражавшие категорически против этого), остальные же разглашения "тайны наших отношений" упорно не желали (причины были, как я это понимаю, разные), но от этого моя благодарность им не становилась ни на йоту меньшей.

   Жалобы я никуда не писал. Какой смысл обращаться к руководителю Областной администрации - инициатору, по словам директора Областного краеведческого музея, создания «Мемориала фюрера "Вервольф"»? Или искать защиты от мэра, в ханжеском дурмане приволокшего из Умани прилетевших туда нью-йоркских раввинов, дабы они определили (каким образом?!?!) «реальные пределы» (real limits или всё же actual limits?!) закрытого более полустолетия тому назад еврейского кладбища: см. Всё течёт, всё меняется (Нил Крас) / Проза.ру. И это в то время, когда в городе имелась минимум одна карта кладбища со всеми координатами, что я предсказал (Писать об этом стыдно. Но надо! (Нил Крас) / Проза.ру), а потом - через одиннадцать лет - и  доказал: Шагреневая кожа еврейского кладбища в Виннице - ХI (Нил Крас) / Проза.ру!

   [Вулиця Туристів в Умані, та її прилеглі провулки — є місцем компактного перебування євреїв — хасидів на юдейський Новий Рік, що святкується в кінці вересня, в Умань з'їжджаються хасиди з усього світу. Вони вважають, що помолившись цього дня на могилі цадика Нахмана, отримають духовне очищення. -  Умань — Вікіпедія.]
   Другие примеры бесполезности "поиска правды и справедливости" намечаю привести далее.

                ***

   [Не подумайте, что в иных местах прямо-таки вырывали у меня из рук ценные предложения. Поселившись в Кёльне, я начал его изучение. Так вот в центре города сохранились на значительном протяжении (около четырёх километров) древние стены, ограничивавшие город ещё с I-го века нашей эры:  Стены Кёльна — Википедия. Вот на этих снимках сии стены представлены так, что они являются прекрасной иллюстрацией к моему повествованию: Stadtmauer Nordseite Koeln2007 - Стены Кёльна — Википедия  и K;ln-009-Muehlenbach-Roemermauer - Стены Кёльна — Википедия. Только жаль, что на снимке северной стороны не видна росшая на стене молодая берёзка. Обычное явление на развалинах, но это — выдающийся памятник Древней Римской империи, который разрывали корни случайно выросшего на верхней кромке кладки дерева. Уже появились хорошо видимые трещины с остатками в них особого римского бетона: см. Римский бетон — Википедия. Написал о необходимости убрать со стены зелень, особенно, деревца с их мощными корнями, разрывающими даже скальные породы: см. мои снимки к статье Повод для размышлений. Размышления по поводу (Нил Крас) / Проза.ру  (фото сделаны в Германии, в городке Bad Bentheim). Но из главной газеты города «Koelner Stadt-Anzeiger» («Кёльнский городской вестник») ответа не последовало — моя заметка, вероятно, чему-то обязательному (для принятия действий) не соответствовала. Прошло несколько лет и лишь тогда я увидел, как соединяли почти расколовшуюся стену как раз в том месте, что видно на снимке 2007-го года: справа и сверху от таблички. Деревья были спилены. Но в строение I-II-го веков нашей эры бетон-то заливали уже современный …]   

   На посошок — последний пример запрета на произнесение моего имени, из тех, что исполняются уже автоматически, по привитой властями в Виннице привычке, причём даже в случаях, когда не имеют заточенного на меня зуба или припасённого камня за пазухой.

   В конце августа 2025-го года на сайте «(5) Черговий по Вінниці | Facebook» Олександр Шемет опубликовал заметку об аварии винницкого трамвая в давние годы. Заодно «прошёлся» по истории развития трамвайного движения в городе, представив неверные сведения. Я ему указал на ошибку, привёл правильные данные. Результат: заметку он (к слову, один из двух модераторов этого сайта) убрал, словно её и не было — и в оправдание привёл комические аргументы. Среди них — этот: "Інші люди підсказують, що південна лінія трамвайного маршруту будувалась …" "… сначала от второй школы до Пироговки (ещё до войны), потом от Пироговки до «Урожая», далее — до психбольницы" [цитата из моего сообщения О. Шемету, перед которой вместо моей фамилии указано «иные люди»; подобный «приёмчик» был уже использован ранее: А раньше меня любили (Нил Крас) / Проза.ру, но там, однако, меня обозначали одним словом - «люди»]. В этой реплике О. Шемета не было подчёркнуто, что мои данные верные, в чём можно просто убедиться, заглянув на сайт «Історія вінницького трамваю.» Коротко говоря, вместо извинения — какой-то лепет: лишь бы не напечатать моё замечание с указанием авторства.

   Я также не имею ничего персонального против А. Шемета - своеобразной и выразительной личности городского масштаба в течение десятилетий. Кроме того, А. Шемет - человек рассудительный и хорошо умеет отличать зёрна от плевел. В недавнем видеосюжете о бывшей танцевальной площадке в Парке им. М. Горького он весьма достоверно описал работу этого "очага культуры" советских времён, скрупулёзно и предельно точно подбирал слова для ответов на вопросы автора-оператора. И, что особенно похвально, не забывал предварять некоторые ответы ремаркой типа «Я это сам не наблюдал, при этом не присутствовал, пр., но люди говорили (мне рассказывали) … ». Показательный пример честных ответов  жившего в то время, но, что понятно, не всегда и не всё видевшего и слышавшего своими глазами и ушами человека. А вот в истории с трамваем — винницкого старожила, сошедшего, увы, с рельсов объективности («съехал с рельс», как говорили в Виннице: я  с а м  такое слышал и  с а м  так говорил», но «з'їхав з рейок», клянусь, не слышал в толпе зевак, отвечающих вопрошающим «Що трапилось?» — ни разу!).

   Я бы не педалировал, как изредка говорят немцы (в смысле, не нажимал бы на педаль газа, или - акселератора), эту винницкую особенность эвфемизации слов, когда имя и фамилия известны, но называть таковые «низзя»: по сему поводу «есть мнение», как когда-то в «Союзе нерушимом … » "о-чень понятно" объясняли партийные вожаки непонятливой беспартийной массе. И, возможно, вообще не упоминал бы сей незначительный эпизод, если бы, наконец-то, выдавили винничане «из себя по капле раба», как это рекомендовал доктор А. П. Чехов всем, в том числе и тем, кто с вожделением похерили улицу его имени. Название улицы смести одним росчерком пера — ни настойчивости, ни терпения не требуется. Выдавливать по капле угодничание — другое дело …

(Продолжение следует …)