1. 1. 21. Не весело

    Утро началось неплохо, даже, можно сказать, весело. Выходя из ванной, я встретился с сестрой, проходившей мимо.
    - О, а что это у тебя майка сзади порвана? Где это ты так? – как бы пропуская меня и задержавшись на секунду, вдруг проговорила она. В её голосе послышалась естественная озабоченность и удивление.
    Я остановился.
    - Где? – вопросом на вопрос спросил я.
    - Так вот же – на спине… Снимай майку и одень другую, - подтвердила она своё замечание и скрылась за дверью кухни.
    Я снял майку, внимательно осмотрел её, покрутив в руках, но не нашёл никаких на ней изъянов.
    - Что-то я не понял… Вот смотри – всё нормально, всё цело, -  показал я майку сестре, заходя на кухню.
    - Первое апрель – никому не верь, - рассмеялась она добрым смехом.
    - Ах, ты!..
     Поняв розыгрыш, я шутя намахнулся на сестру снятой майкой.
    – Ну погоди – я тебе «отомщу» !..  Ха-а, да и не складно как-то ты говоришь: "первое апреля" не "стреляется" со словами "никому не верь" - не в склад, ни в лад - поцелуй кошку...
    Ладно, стихоплёт, одевайся уж да собирайся на работу, а то опять опоздаешь, - уже примирительным тоном сказала сестра и включила газовую плиту...

    Работа в цехе шла своим чередом с решением текущих задач и проблем. Мы с Петровичем по заданию мастера занимались ремонтом тельфера.
    В «перекур» Петрович куда-то отлучился ненадолго и я, оставшись один, вдруг вспомнив утренний розыгрыш сестры, решил Петровича тоже разыграть в этот общепризнанный и общепринятый день юмора и шуток.К тому же мне ещё как бы способствовало то, что в цех по своим каким-то делам заглянула работница из отдела кадров Анна Перова - девушка лет двадцати двух от роду.
    Встретившись взглядами, мы кивнули друг другу в знак приветствия.
    Пробыв в комнате мастера пару минут, Анна также быстро ушла, как и ушла. Через некоторое время вернулся Петрович.
    - Петрович, где ты так долго был?.. Приходила Анюта из отдела кадров и тебя вот спрашивала – что-то хотела тебе или сообщить или попросить – я не понял толком. Она сказала, что когда ты появишься, чтобы зашёл к ней в отдел кадров - она будет тебя ждать… Что стоишь-то? - иди, раз просила, а я пока тут без тебя «поковыряюсь»... Да иди уже! – ждёт ведь человек, -  стараясь удержать серьёзность и в голосе и в позе, сообщил я "просьбу кадровички" Петровичу.
    - А что это вдруг она  через тебя передала свою просьбу? - вон через мастера бы передала... Я что-то я не понимаю или ты «темнишь»?
    - Так тебя же не было и сколько тебя ждать не известно…

    Петрович ушёл, но вернулся довольно быстро с хмурым лицом и, подойдя ко мне, на «полном серьёзе» спокойным голосом вымолвил:
    -  Ты вот пошутил, а она, как ни странно, действительно через меня хотела передать тебе, что она к тебе не равнодушна и приходила в цех специально лишний раз на тебя посмотреть. Она не ожидала так прямо лицом к лицу с тобой столкнуться и не нашла ничего лучшего сказать в тот момент, что, якобы, ищет меня. А ты... - тоже мне «тюха», такую дивчину не замечаешь…  Ну, "тюха-а", ещё в шутники - затейники он лезет! Проморгаешь девку!..
    Я стоял перед Петровичем и смотрел на него, пытаясь понять где правду, а где он несёт «полную чушь» в виде шутки-розыгрыша. Однако по его лицу что-то конкретное понять было не возможно. Да, мы с Аней - (Аннушкой, Анютой, как её ещё иногда в разговорной речи называли) - встречались как-то в нашем
клубе раза два или три на какие-то праздники, даже пару раз танцевали. Ну и что? Петровичу-то какое до этого всего дело? Ведь «приплёл» же он её сейчас в разговоре… Случайно или нет?
    Однако Петрович уже садился на монтажный верстачок у почти полностью разобранного тельфера с видом полного безразличия.
    - Слушай, ты это всё на полном серьёзе сказал или придумал по ходу пьесы? – не выдержал я затянувшегося молчания.
    Он усмехнулся, потом, посмотрев на меня в упор, как бы нехотя сказал:
    - Знаешь, шутки, конечно, хороши, но если по поводу апрельских шуток, то у меня сама дата "первое апреля"  вызывает не желание пошутить, а больше чувство какой-то грусти и я не люблю этот «праздник юмора», пожалуй, с детства.
    - Что так? Поясни...
    - Ладно, садись – так и быть: я коротенько расскажу тебе причину этого.
Петрович указал на место почти рядом с собой, и я сел.
    - Это я ещё пацаном был, - начал он свой рассказ. – Жили мы тогда на западе, на окраине города, где я родился и практически вырос. Домик у нас был частный, как и у большинства наших соседей, и располагался он недалеко от протекавшей, казалось бы, тихой, почти незаметной речушки. Но это в обычное время года, а вот когда, - в большинстве случаев в августе, - начинается «сезон дождей», как говорится, то эта речушка разливалась будь-будь! – топила большие площади поймы, образуя целые озёра, которые зачастую к зиме покрывались прочной коркой льда,  практически до мая державшегося на их поверхности.
    Скажу сразу, что местные жители не были в обиде на это - лёд заготавливали, как правило, для вырытых в земле во дворах домов погребов, - холодильников же тогда практически ни у кого не было. Кстати, помню, что и многие предприятия заготавливали такой лёд для своих нужд, вырубая и увозя прямо машинами его из таких «озёр».
    Так вот: в тот год, в день первого апреля, мы – ватага пацанов из пяти-шести человек - после школы пошли кататься прямо на ногах или поиграть в импровизированный хоккей на льду невдалеке от своих домов. Всем было весело и задорно.
    В игре, передвигаясь по льду, мы в одном месте обнаружили полынью, образовавшуюся, скорее всего, после снятия льда какими-то заготовщиками. По размерам она была небольшой и, что важно, на её поверхности плавала или забытая или просто оставленная льдина. По предложению одного из ребят мы стали с разбега и, как бы, в прыжке, наступив одной ногой на середину льдины, перепрыгивать на другую сторону полыньи или, можно сказать, проруби. Всё это сопровождалось каким-то ликованием, азартом, смехом, желанием показать своё бесстрашие, удаль.
    Один из нас, Андрей, по прозвищу среди нас-пацанов – «Дусик», (уж не знаю почему его так прозвали и это прозвище за ним прочно закрепилось), в прыжке наступил не на центр льдины, а на её край. Льдина перевернулась, и «Дусик» ушёл под воду, сама же льдина, качнувшись пару раз, как бы накрыла его сверху. Все бросились к краю полыньи-проруби, но тут затрещал лёд под тяжестью тел ребят, и все отпрянули назад. Тем не менее время шло, тело «Дусика» видно не было, началась паника. Кто-то побежал за взрослыми… Короче: наш товарищ Андрей - «Дусик» утонул, и это случилось именно первого апреля. Мужики уже потом баграми достали его тело...
    Хоть и прошло уже немало лет, но как только наступает день первого апреля, у меня возникает та картина, картина глупой трагедии и становится совсем не весело и даже грустно как-то на душе, - подытожил рассказ Петрович.

    - Ну ты, Петрович, и умеешь «повеселить» !..  Лучше бы не рассказывал – весь весёлый настрой враз нейтрализовал… Да ну тебя!
    - Нечего было тебе тут шуточки разводить. Шутник нашёлся!  «Тоапче челе буне!», - огрызнулся Петрович.
    - Чо сказал-то? Материшься или как?
    - Всего наилучшего, говорю… Это по-молдавски…  «Дусик», то есть, Андрей был у меня хорошим другом, хоть и молдаванин по национальности – у них вся семья молдаване, и дома они все говорили по-молдавски. И я вот кое-что от Андрея, царствие ему небесное, нахватался…
    - А,а …

    Мы с Петровичем посмотрели друг на друга и, рассмеявшись, принялись за дело. Трудовой день продолжился…

                (25.03.2026 г.)
                ______________________