Предательство

               
               

               
                Когда у неё  родился сын, у девочки  появилась ревность: "Ты будешь его любить больше, чем меня?"-спрашивала. Анна не взвешивала - "больше-меньше"- просто любила обоих. При этом отец и  бабушка  старательно следили за  отношениями матери и дочери.
                Дочерью Анны, которую родила её  сестра, Алёнка    стала в три годика. Готовясь к серьезной операции,  словно предвидя,старшая  просила младшую,  в случае плохого исхода  стать матерью её девочки.  На предложение зятя,которого тоже  наставляла, Анна  долго отмалчивалась. Но постоянные слёзы  бабушки, рыдания деда по ночам, переживавших, что они потеряли дочь, а теперь могут потерять и внучку, которую растили с рождения, требовали решения. Окружающие убеждали, что такая семья лучший вариант для всех,  для ребенка,для неё,любившей  девочку,  и для стариков. Но  переступить невидимый порог было трудно.  Точку  поставила  Алёнка, прибежав, не в первый раз, в слезах жаловаться на соседского мальчишку, которому  похвасталась  игрушками, а он  безжалостно ответил: "Зато, у тебя нет мамы".
                - Будь моей мамой. У всех есть  мамы, а у меня нет, - просила, глядя прямо в глаза
                - Я  твоя мама,- ответила.
               
                Окружающие  относились к  браку по-разному: одни осуждали, считая кощунственным, другие говорили, что всё сделано по уму.  Глядя, как семья идёт гулять - отец, неся на руках сына, а мать о чём-то разговаривая с дочерью- соседки на скамейке вспоминали про необычность брака и делали вывод, что в семье лад. В центре внимания были дети, окруженные любовью и  заботой о их настоящем и будущем.Рядом , вплоть до своего ухода, были бабушка и дед,  помогая делать гнездо уютным. Хорошего было много: возможность опереться друг на друга,общие интересы, доверие. Наряду с праздниками и подарками, были болезни , неприятности на работе , в школе. Иногда появлялись разногласия. При этом, отец всегда оказывался на стороне дочери.
                Дети выросли. Дочь закончила образование,  вышла замуж, родила сына,и уехала по распределению в другой город, оставив им внука.  Сын не торопился с созданием собственной семьи и родители не торопили его, желая, чтобы она состоялась по любви, а не как у них. Но мечта не состоялась. Закончив один институт,разочаровавшись в професси он поступил в другой, после его окончания хотел учиться дальше.Но его намерения  прервала неожиданная смерть отца, которую сын переживал очень тяжело.Пошёл работать.Так случилось, что попал он под начальство пьющего человека. Тот стал вовлекать  его и  как-то незаметно приучил прикладываться к рюмке. Все попытки Анны оторвать от этого занятия  натыкались на глухую стену: после обещания, которое давал, принимался  за старое. Когда Анна в очередной раз попыталась поговорить с ним, случилась трагедия: он  ушел из дома. Она думала погуляет и придёт, а он попал под машину. Его  смерть, смерть человека, не прожившего положенного, не успевшего , даже, создать семью,   потрясла.
               
                Дочь  увезла мать к себе, поселила в  комнате внука, уехавшего учиться. Меняя догоравшие свечи,Анна целыми днями сидела перед фотографией сына,  находясь в каком-то ином измерении, чем люди вокруг.Мысленно винила себя в его гибели, просила прощения, разговаривала с ним.  Как-то ей показалось, что он ответил:" Мама, прости меня". 
                От общения с портретом её отрывали для оформления документов:то нужно было получить перевод за квартиру, спешно проданную перед отъздом, то  ехать в  строительную контору, где зять, подсуетившись, "забил" на её имя покупку  новой, то к нотариусу писать завещание. Пока ожидала в приёмной очереди, слушала разговоры стариков о  разнице между завещанием и дарением и их единодушное мнение,  что нужно завещать, а не дарить. Это же посоветовал нотариус, поскольку считал, что старики при дарении  часто оказываются на улице.Решили отложить вопрос до окончания  строительства дома.
               
                Но, с этого момента все разговоры в семье  сводились к дарению строющейся квартиры. Её, будто готовили. Упрекали за то, что она не удочерила в своё время девочку, осложняя права на наследство.Будто, между прочим,  вспоминали об  участии в её воспитании и других членов семьи, подчёркивая, что не одна Анна растила девочку, да и было это давно. Как-то заявили, что новая квартира , по справедливости, должна принадлежать ей, поскольку строится  на деньги от продажи старой, полученной в первом браке.  Для чего-то сообщили, что  единственной женщиной, которую любил глава семьи была его первая жена. Всё это постепенно доходило до сознания Анны и воспринималось ею как отсутствие её  прав на жильё. А когда  дочь,открыто сказала, что после окончания строительства дома ждёт  дарения, вспомнила резговоры в приёмной нотариуса и его слова. Поняла, что привезли её сюда не ради неё, а ради еще одной квартиры, хотя  в своё время они с мужем дали деньги для покупки этой, в которой   жили сейчас. В следующий раз  вспомнила  нотариуса, когда ей сказали, что хотят отдохнуть  и предложили  снять до окончания строительства дома  угол у кого-нибудь. Она  молча положила в сумку  вещи, документы и деньги, взяла  фотографию сына и молча  ушла. Дочь, обнаружив, попыталась догнать и остановить. Но это уже было невозможно.

                Ушла она на вокзал, где утром ей повезло: в открывшейся авиакассе продавались билеты на самолёт, на котором было можно вернуться. Рейс был ночным. Пассажиры спали, а она, словно каменная, сидела с открытыми глазами с единственной мыслью, что у неё больше нет семьи, нет родных.  Добралась до пустовавшей квартиры,завещаной бобушкой погибшему сыну, села на диван,да так и уснула. Проснулась утром с ощущением рядом кого-то близкого, родного. Ей померещилась фигура фигура сына, удалявшуюся к двери, растворяясь.  Открыла дверь- за нею  стоял внук. Он прижимал её к груди, и она плакала впервые  после смерти сына.
               
                Он долго уговаривал её вернуться, пытался  доказать, что  такое бывает  между родными. Она не прощала. Пытался объяснить произошедшее, и она радовалась любой соломинке, которой парнишка   пытался скрепить  распавшуюся  семью, агитировал с юношеским пылом. Поняв, что ничего не получится, принялся как-то налаживать её  быт.
                Уехал, и Анна осталась одна.   Когда тоска сжимала сердце,  вспоминала искренность внука, его стремление примирить, его заботу. Порою , он всплывал перед её глазами малышом, только что появившимся на свет; порою -  полугодовалым, примостившимся на её плече, засыпая; порою - старательно  выговаривавшим "кокаруза" вместо "кукуруза"; а то вспоминалось, как он водил пальчиком по странице книжки, научившись читать.
                Она редко выходила из дома, не отвечала на звонки. Через сорок дней после смерти сына её состояние как-то  неожиданно изменилось. В чём  это изменение заключалось  она бы точно определить не смогла, но жизнь начала воспринимать иначе. В том числе, если раньше  душило чувство обиды на родственников, то теперь  появилось стремление понять их  и попытаться простить.
                Стала изредка отвечать на звонки .  Один из них оказался  звоноком  женщины, с которой у сына были отношения,  первой и единственной в его жизни.Они познакомились по интернету года полтора назад и начали встречаться. Анна не радовалась.  Сын как-то  привёл её домой, и она узнала, что та уже  не единожды побывала замужем, имела дочь. Хотелось другой биографии.  Уже после гибели сына у неё, было,  появилась надежда, что любовь между ними была. Она решила так после того, как вдвоём почти сутки они просидели у дверей реанимации.  Когда уезжала к дочери, оставила ей  доверенность на участие в расследования аварии, унесшей сына, и,в порыве благодарности, пообещала  подарить дачку в шесть соток с будкой в центре, где они, обычно, встречались.
                Она пришла. Вместе сходили в церковь, на кладбище. Прочитав  стихи, написанные ею, Анна была тронута и отнесла их на могилу.   Вспомнив, что  перед гибелью сын заговорил о кольцах, Анна купила кольцо, которое та выбрала, оформила дарение дачки. Анне казалось, что таким образом она сохраняет любовь сына.  Женщина подарок   приняла и очень удивила Анну, когда через несколько дней после  слов о том, как они вместе будут сажать цветы и собирать яблоки, узнала от соседки, что новая хозяйка продала ей дачку через день после дарения.Рассказала, что с оформлением документов  помогал молодой мужчина, назвавшийся другом сына. Рассказ с  осуждением поступка отрезвил Анну:память о её сыне не нужна, никакой любви не было!  Это был очередной удар, но не последний. Следующий она ощутила, когда случайно узнала, что  по доверенности об участии в судебном процессе, которую дала в порыве доверия этой женщине, та тайно от неё заключили мировое соглашение и продала её сына. " Предала и продала, - терзалась  Анна, - Какая любовь?".
                К ней заходили соседи, бывшие сотрудники, старые знакомые. Редко.  У всех была своя жизнь. Чаще других  приходил  школьный товарищь сына, узнавший о его  гибели  через полгода. Они  дружили в школе и после неё какое-то время. Потом расстались навсегда. О гибели товарища  он узнал  через женщину сына, которая привела его к матери, очень удивившейся его появлению, выразить соболезнование. С тех пор он стал частым гостем. Как-то помог отмыть окно, как-то принёс борщевой набор, а как-то она застала его на кладбище, поправлявшим могилу сына. Анна  не хотела этих контактов, но никак не могла  отделаться от его внимания. Он продолжал  ходить и после того, как прекратились контакты с женщиной сына и, даже, приводил с собой дочку. Причину такого внимания  она поняла  позже, когда ВСЁ произошло.   

                Причиной были доллары. Она оставила их себе на похороны из тех, что получила за проданную квартиру,  а он узнал от  сожительницы сына, в присутствии которой Анна передавала их сотруднице на хранение. И  в разговорах всё пытался узнать, когда их  возвратят? Однажды, словно мимоходом, предложил  переместить доллары в банк, и спросил, когда отдадут? Анна,чтобы отвязаться, бросила: " Завтра"  Он  внимательно переспросил: " Уже?"
                И через день к ней пришли. Возвращаясь из магазина, заметила, что  кто-то быстрым шагом обогнал её на лестнице. Пытаясь запереть дверь, почувствовал как  её рванули, удар кулаком в грудь и толчок, боль в  затылке, появившуюся после падения её грузного тела сразмаху после удара  цементный пол.Очнулась, почувствовав, что в рот ей засунуты два пальца в грубой резиновой перчатке. Попыталась  рот закрыть- рука отдёрнулась. Её приподняли, прижали к стене и с угрозой раздалось:   
                - Где доллары? Где доллары? Где доллары?
                - Долларов нет,- едва выдавила.
                - Не ври,- человек  с рыжей бородкой и большими серыми глазами  смотрел в упор.
                Он  швырнул её на пол и начал выбрасывать  из шкафов, тумбочек, столов содержимое, выкрикивая: "Где доллары?". Она, словно парализованная , не могла произнести слова и,молча наблюдала. В её сознание врезалась картинка, когда он увидел сдачу на квитации об уплате за электричесство   алчно схватил  мелочь и запрятал  поглубже в карман.  Обнаружив в тумбочке документы на квартиру , засунул  их в пакет с ромашками, принесенный с собой, сказав: " Надо".  Обрадовался и издал победный крик, найдя в  старенькой шубейке, спрятанные в носок деньги.  Но тут же разобрался, что  это не  доллары и злобно заорал:" Куда  спрятала доллары, старая сволочь?"
               
                В этот момент раздался свист под окном. Свист повторился. Молниеносно вырвав шнур из стоявшего рядом телефона,грабитель  схватил  сумку Анны,  сунул её  в пакет с ромашками  и выскочил за дверь.  Она, вышла  из оцепенения и рванулась следом. Увидев, как он быстро спускается по лестнице,помахивая пакетом с ромашками, закричала: "Помогите".  Из-за дверей начали появляться соседи:" Что случилось?" Позвонили в милицию, увидев кровоподтёк на лице-в скорую.Через несколько минут позвонил "друг", по какой-то причине справляясь о её здровье.
               
                Она не верила никому и ничему, ощутив на себе крушение ценностей, какими считала дружбу, любовь, родственные связи. Они формировались в ней годами,  были  тем, на что можно надежно опереться  и предали  в  момент, когда оказались жизненно необходимы.Их променяли на деньги.