Глава 11. На дне рождения у президента

  Прошло ещё несколько дней. На мой уникомп пришло приглашение от имени Ирины Владимировны Храбровой прийти на её день рождения к семнадцати часам двадцать восьмого июля. В приглашении был указан адрес резиденции, в которой она проживала. Я сразу же догадалась, что Храброва прочитала мою книгу и хотела поговорить о написанном в ней. А иначе, кто я такая, чтобы присутствовать на личном празднике первого лица государства? Идти туда мне не хотелось. И не явиться на праздник не могла. Не имела права проявлять неуважение к президенту страны.

  В ожидании этого дня на меня периодически накатывали волнение и тревога. Иногда била мелкая дрожь, особенно тогда, когда я пыталась предположить, чем эта встреча и разговор могут закончиться. Поэтому рисовала в своём воображении различные картины с тяжёлыми обвинениями в свой адрес с её стороны. Ведь Шмаков предупреждал меня, что книгу нельзя никому показывать, но сам же не устоял перед требованием Немышева и вручил её президенту.

  Наступило двадцать восьмое июля, и меня словно подменили. Откуда-то появились спокойствие, сосредоточенность. Свой новый вечерний наряд я приобрела накануне. Оставалось лишь надеть его, наложить лёгкий макияж на лицо, прочесать свои слегка волнистые светлые волосы, да уложить их красиво. С этим я справилась легко.
  Сложнее всего было выбрать для Ирины подарок, ведь она могла иметь всё, что хотела. А я и вкусов её не знала, и средства у меня на его приобретение были скромными. А тут ещё вспомнила, что Храброва при жизни Андрея не отмечала свой день рождения — обижалась на судьбу. Так что и подсмотреть и понять её предпочтения я в те времена не могла.

  Поэтому несколько дней просматривала сайты различных магазинов с подарками и остановилась на одном из них. Выбрала оригинальный кулон на цепочке из золота в виде ромбика с выдавленным рисунком на крышечке и кружевным обрамлением. Кулон раскрывался, и в него можно было поместить две фотографии. После этого я скачала из Интернета фотографию Ирины без парика, бровей и ресниц, уменьшила её до нужных размеров и поместила на внутреннюю сторону задней половинки кулона.
  С сайта клиники «Криориуса скопировала фото Шмакова, наложила на его нижнюю часть слова «Будущий муж», уменьшила фото и вставила в крышечку.
  «Не убьёт. - решила я. - В лучшем случае посмеётся, как над шуткой. В худшем — выбросит, но от судьбы не уйдёт! Зря что ли прорицатель заронил в мою голову мысль, что они поженятся?».

Букет цветов я заказала с доставкой на дом.
  По прошлому опыту знала, сколько времени в ГАМ-такси добираться до резиденции Храбровой. В нужное время вызвала его и полетела, готовая ко всему. Такси остановилось в метрах ста от входа на территорию президентского дворца, так его называли в народе, вертикально опустилось вниз, и я ступила на покрытие стоянки. У ворот меня встретил охранник, попросил показать в уникомпе приглашение, после чего лично довёл меня до входной двери.

  Дверь сама отворилась передо мной. За ней стояли две девушки из обслуживающего персонала в нарядных костюмах и белых перчатках. Одна из них приняла у меня цветы и маленькую подарочную сумочку с кулоном, лежащим в симпатичном сундучке. А другая — провела в зал для торжеств, хотя должна была посадить на предназначенное мне место. Я остановилась сразу за дверью, окинула робким взглядом всё кругом, не зная, где расположиться.

  Половину зала вдоль стены с окнами занимали столы со стульями, ближайшая к двери половина оказалась свободной и предназначалась, как я поняла, для танцев и других развлечений. Зал был украшен цветами, стоящими в крупных красивых вазах разной величины и форм, но в одной цветовой гамме. Цветы стояли и на каждом столе. На правой стене располагался экран во всю её величину. Он был включён. На нём раз за разом менялись красивые пейзажи и тихонько играла музыка.

На противоположной от него стене я заметила генеалогическое древо.
  Потом я окинула взглядом людей, сидящих за столами, и удивилась. Их большая часть была мне знакома. Среди них находились: Альберт Немышев, Елена — его бывшая жена, Игорь с Ланой, Доминика и Виталий Реснянские. Шмаков и моя сестра Юлия сидели за одним столом. Перехватив мой взгляд, она поманила меня к себе рукой.
  Я уверенной походкой направилась к ним, села на свободный стул, поздоровалась сначала с ними тихонько, а потом, заметив, что все остальные смотрят на меня вопросительным взглядом, кивнула и каждому из них. Чуть позже, когда совсем осмелела, обнаружила в зале декана нашего университета Эльвиру Юрьевну, Ускова Андрея Яковлевича — пресс-секретаря Храбровой, и ещё двоих из Администрации Президента Российской Федерации, которых Немышев замораживал в хранилище «Криориуса, а потом дал указание их оживить.

  «Боже мой! - чуть ли не прокричала я вслух. - Да она же пригласила на свой день рождения всех героев моей книги! Только Шмакова в ней не было».
  С моего места хорошо просматривался вход в зал и коридор, ведущий к нему. Вскоре в нём появилась Ирина Владимировна, шагающая в сопровождении двух охранников, тех самых, что убили её брата. Мне даже стало не по себе, когда я их увидела. Храброва вошла в зал, а охранники остались в коридоре. Без парика, бровей и ресниц она была похожа на представительницу внеземной цивилизации, только её губы были пухленькими и сочными, красивой формы. Оригинально пошитый наряд стального цвета ещё больше подчёркивал это сходство. Хрупкая женщина старательно держала осанку и улыбалась. Все присутствующие в зале сразу поднялись со своих мест, приветствуя её.

  «Здравствуйте, дорогие и уважаемые мои гости! - заговорила она бархатным голосом. - Прошу садиться. Сегодня мой день рождения, и я рада, что все вы пришли поздравить меня с этим праздником»...
  Пока она говорила, её глаза блуждали по присутствующим. Она явно кого-то высматривала. Наконец, взгляд остановился на нашем столе. Ирина посмотрела на Шмакова, её лицо порозовело, и она продолжила:

  «Наверное, все вы смотрите на меня и не понимаете, почему именно вас я позвала сюда. Ведь мы не были лично с вами знакомы, за исключением нескольких человек. А виновницей этого является Ольга Суздальцева — вот эта начинающая писательница!»
  Она перевела взгляд на меня, и я увидела, как все гости тоже повернули головы в мою сторону. Меня словно жаром обдало. Я на мгновение встала во весь рост, поклонилась им одной лишь головой и снова опустилась на стул.

  «А знаете почему? - спросила Ирина присутствующих и, не дожидаясь ответа, сама же ответила: - Потому что все вы являетесь героями её книги, экземпляр которой, я думаю, она подарила каждому из вас. Именно из неё я узнала, что одни герои книги являются моими родственниками, другие — близкими людьми этих родственников, а третьи — своими действиями помогли Ольге сформировать интересный сюжет. - Давайте же начнём, наконец, праздновать и знакомиться!» - радостно выкрикнула она и летящей походкой направилась к нашему столу. Только сейчас я заметила на нём кувертные карточки с именами гостей. Столы были рассчитаны на четверых, а карточек было только три: с моими именем, фамилией,  Николая Михайловича и Юлии. Карточки Ирины на нём не было.

  Как только она села на свободный стул, в зале появились стройные официанты с подносами. Они расставляли блюда с закусками на столы, раскупоривали бутылки с вином, соками и разливали их содержимое в бокалы.
  - Не ожидали, что я соберу всех вас здесь? - обратилась она к нам.
  - Не ожидали, - за всех ответил Шмаков, - но я очень рад снова вас видеть.
  - Почему рады? - уставилась она на него пытливым взглядом.
  - Мне не хватало ваших глаз и голоса. - слегка наклонившись к ней, тихонько произнёс он.

Однако я услышала его смелые слова и восхитилась тем, что он не теряет времени, а пытается ей понравиться.
  - Мы ещё поговорим с вами на эту тему чуть позже. - улыбнулась она ему.
  Когда блюда были расставлены, бокалы наполнены, с места поднялся Виталий Реснянский и с волнением в голосе произнёс:
  - Позвольте, Ирина Владимировна, поздравить вас с днём рождения, пожелать всего того, чего вы сами для себя желаете, и прочитать стихотворение, посвящённое вам.
  - Послушаю с удовольствием. - разрешила она.

  И он начал читать, а на глазах Храбровой появились слезы. Она смотрела на Виталия и раз за разом промокала их салфеткой. Когда Виталий замолчал, она спросила:
  - Откуда вы знаете это стихотворение? Его написал для меня мой покойный брат.
  - Он поделился им со мной. - ответил тот и посмотрел ей в глаза ласковым взглядом Андрея Храброва.
  Доминика заметила этот взгляд, и на её лице отразилась ревностная тревога. Ирина же, очевидно, вспомнив, что душа её брата теперь живёт в Реснянском, успокоилась. Ведь об этом она прочитала в моей книге.

  Я не употребляла алкоголь, потому что из-за него, как я считала, оказалась однажды в прошлом веке. Поэтому замечала абсолютно всё, что происходило в зале. Юлия тоже его не пила. В её бокале и стакане я видела лишь сок и воду. Все подаваемые блюда были вкусными, изыскано оформленными. Все ели с удовольствием, лишь изредка переговариваясь друг с другом. Периодически кто-нибудь поднимался из-за стола и произносил тост. Под приятную музыку каждое поздравление звучало душевно.

  Вдруг Храброва тихонько коснулась моей руки и позвала:
  - Пойдём со мной.
  - Хорошо. - ответила я, поднялась с места и последовала за ней.
  Она подошла к столу, за которым сидел Немышев. Попросила и его пойти с ней, так как понадобилось срочно о чём-то с ним посоветоваться. Охранники, стоящие за дверью, попытались её сопровождать, но она остановила их жестом. Мы втроём сначала поднялись на третий этаж, а потом направились в самую дальнюю комнату. Как только оказались внутри неё, Храброва закрыла дверь и попросила Немышева сесть за стол у окна, за которым стоял единственный стул.

  В комнате была и другая мебель. Близко к столу находился диван с красивыми декоративными подушками. Перед Альбертом на столе лежала папка с документами. Ирина попросила их прочитать и сказать, что он по этому поводу думает. Немышев взглянул на Ирину, сел на стул лицом к окну, раскрыл папку и углубился в чтение, а она достала из-под подушки какой-то цилиндр, обхватила его рукой и со всей силы ударила по Немышеву с правой стороны от головы.

  В момент, когда она замахнулась, из цилиндра появился луч, который рассёк тело гения до самого сиденья вместе со спинкой стула. Я вскрикнула от ужаса, а она этим лучом по очереди отрубила ему руки и голову. Пока она это делала, из тела доносился голос Альберта. Он спрашивал, как она догадалась, что перед ней робот? На чём он прокололся?

  - Ты проявил неуважение ко мне и прислал на мой день рождения свою искусственную копию! - процедила она. - Ты поплатишься за это!
  Меня удивило то, что они разговаривали на ты, словно хорошо знакомые, пытающиеся доказать, кто из них имеет больше власти друг над другом. На мой взгляд, Немышев, кем бы он ни был, не имел права так разговаривать с главой государства, даже если общался с ней через устройство, вмонтированное в робота. Когда Ирина раскромсала его на куски, то взяла меня за руку и вывела из комнаты. Потом встала передо мной, немного отдышалась и спросила как ни в чём не бывало:
  - Я нормально выгляжу?
  - Нормально, - ответила я и осторожно поправила на ней одежду, а саму меня всю трясло. Ведь я понимала, что немышевские роботы даже без головы способны давать отпор тому, кто покушался на их целостность, как это происходило с Лжеланой в особняке. Но, похоже, Храброва этого не боялась, понимала, что Альберт Олегович не позволит себе провернуть такое с ней.

  В глубине души я надеялась, что на этом Ирина успокоится и сядет со мной за стол, но она, войдя в зал торжеств, придержала меня за руку, позвала к себе жестом пресс-секретаря и повела его тем же путём, которым шла с Лженемышевым, только в соседнюю комнату. Там так же стоял стол со стулом у окна. Ирина попросила почитать документы в папке и сказать, что он о них думает.
  «Неужто и он не настоящий человек?» - подумала я.

  Робот не сел за стол, а покорно встал перед ней, сказал, что готов к уничтожению, так как его создатель только что приказал покориться её воле. Это её страшно разозлило. Не по такому сценарию Ирина собиралась расправиться с ним.
  Ну, что же, так будет даже лучше, Немышев! - прошипела она сквозь зубы, зная, что он её слышит, достала из шкафа такое же убойное оружие и раскромсала лжепресс-секретаря на куски с особым остервенением. Ни один мускул не дрогнул на его лице даже тогда, когда голова упала на пол и продолжала моргать глазами.

  То же самое она позже проделала и с двумя оставшимися роботами — копиями  её советников. Я же каждый раз замирала от ужаса, как только она делала первый взмах рукой, и не до конца приходила в норму после окончания расправы с ними. Когда она закончила уничтожать последнего лжесоветника, я, как и Немышев, ненавязчиво, словно между прочим, поинтересовалась, по каким признакам она догадалась, что на её дне рождения присутствуют роботы, а не живые люди? Ведь их невозможно было отличить от их оригиналов.

  Она отказалась отвечать на мой вопрос из-за того, что в книге я откровенно восхищалась гениальностью Немышева. Поэтому могла не сдержаться и рассказать эту тайну ему. Но сказала, что была благодарна Альберту за то, что научил Лану, как разделываться с копией Ирины в президентском дворце. Описание этого события в книге стало для неё примером и сигналом к действию. Все её слова Альберт Олегович слышал через устройства, встроенные в роботов.

  - Полностью согласен с вашими выводами, госпожа президент. - снова послышался его издевательский голос из останков последнего лжесоветника президента. - Она по-настоящему меня уважает и действительно может всё рассказать. А благодарить меня за обучение Ланы не стоит, ведь это я создал роботов, с которыми вы с ней расправлялись. Мне жалко свои создания, они для меня всё равно, что дети и стоят очень дорого. А я денежки привык считать.
  - Ты ещё продолжаешь болтать?! - легонько пнула она отрубленную ногу лжесоветника.
  - Я лишь правду говорю и должен вас кое о чём предупредить. - продолжил он ироничным тоном. - Скоро к вам с претензией обратятся жёны тех ваших сотрудников, чьи копии вы только что уничтожили.

  - Чего ради? - выкрикнула она. - Их настоящих мужей я оставила в живых!
  - Жёны будут жаловаться на то, что вы слишком нагружаете их мужей работой, и по этой причине те перестали справляться с супружеским долгом и носить их на руках. Ведь у роботов это получалось превосходно.

  - Пошляк! - ещё раз пнула она ногу и с гордым видом вышла из комнаты.
  Надо было видеть, что собой представляла Храброва после того, как расправилась с роботами. На её раскрасневшемся лице глаза неестественно блестели. Наряд на теле сидел вкривь и вкось, на губах играла сдержанная, но довольная улыбка. Никогда бы не подумала, что она способна на такое. Я минут пять приводила её одежду в порядок.

  - Ирина Владимировна, - обратилась я к ней, - с какой целью вы водили меня на расправу с творениями Немышева? Ведь я даже не помогала вам это делать, только смотрела.
  - Моя дорогая, - пропела она, - тебе придётся писать второй том своей книги, так что наблюдай за всем и запоминай. Теперь, когда я многое из твоей первой книги узнала о своих сотрудниках, о Немышеве, своём брате, предке, давшем распоряжение убить тебя, о династиях, о тебе, о Лане, о том, что мой племянник мне вовсе не племянник, и о многом другом, связанном с деятельностью властей в государстве, я начну действовать! Мало никому не покажется! Это я тебе обещаю, дорогая моя двоюродная прабабка!

  -Ха-ха-ха! - рассмеялась я неожиданно для самой себя. - Признали, значит, наше родство? Присмотритесь лучше к моей сестре. Она - родная ваша прабабка, а не двоюродная, как я.
  Мы вернулись в зал торжеств. Все гости уже были навеселе. Громко болтали друг с другом, кто-то танцевал под музыку, льющуюся с экрана. Некоторые говорили о политике. Шмаков, заметив вернувшуюся Ирину, поднялся со стула и направился к ней. Я же уселась на своё место и принялась всё кругом рассматривать и тайно снимать камерой уникомпа, что я делала с самого начала торжества.
  - Ты почему не пьёшь вино? - спросила Юлия.

  - Узнаешь, когда прочитаешь мою книгу. — ответила я — Кстати, начала уже её читать?
  -Нет. Я не люблю читать. Ты же помнишь, наверное, как родители впустую бились со мной, заставляя осилить хотя бы маленькую сказку?
  - Помню, конечно. А Ирина её уже прочитала, несмотря на свою занятость. Поэтому здесь она собрала всех героев этой книги, включая декана университета и некоторых своих сотрудников, плюс Шмакова. О нём в книге ничего не написано.

  - Кстати, о её сотрудниках! - оживилась сестра — Мы только с одним из них начали строить глазки друг другу, как она его куда-то увела с концом. Не знаешь, куда он подевался?
  - Узнаешь из второй моей книги, где он сейчас находится. Заказ на неё уже поступил от Ирины. Вот только накоплю побольше событий и сяду писать.
  - Я смотрю, сестрёнка, ты растёшь на глазах. И чем ты зацепила мою правнучку?
  - Этот секрет описан в первой книге. Читай.

  В этот момент я увидела, что за дверью произошла смена охранников, как мне тогда показалось. Шмаков с Храбровой вернулись за стол. Ирина наклонилась ко мне и сообщила таинственным голосом:
  - Я только что сделала себе ещё один подарок.
  - Какой? - шепнула я.
  - Убийц моего брата арестовали.
  Мы с ней, не сговариваясь, одновременно взглянули на Виталия Реснянского. Он смотрел на Ирину благодарным взглядом, даже слегка кивнул ей. В отличие от меня, он сразу понял, что произошло.

  - Планирую Виталием заменить одного из советников. - проговорила Храброва задумчиво. - Как ты думаешь, он потянет эту должность?
  - Конечно. В нём же сидит опытная душа вашего брата.
В этот момент подал сигнал мой уникомп. Пришло сообщение от Шмакова. Я взглянула на него, сидящего за столом, но он общался с Ириной, а уникомпа на столе и в его руках не было. Это меня удивило. Все всегда оставляют гаджет на столе. Тогда я открыла сообщение.

  «Здравствуй, Ольга, - написал Николай Михайлович, - надеюсь, ты сейчас находишься в резиденции Ирины Владимировны на её дне рождения. Я тоже был приглашён, но не смог выбраться из клиники. Все двери в ней оказались заблокированными. Даже не смог уйти через вход в хранилище, справиться с этой проблемой пока не удалось. Сообщи об этом Храбровой и попроси за меня прощения.
Я незаметно сфотографировала Ирину, о чём-то говорящую со Шмаковым, и отправила фото на адрес, с которого пришло сообщение, а это был точно его адрес. Внизу фотографии добавила слова:

  - Тогда, кто это с ней сидит, если вы находитесь в клинике?
  - Немедленно сообщи ей о том, что рядом с ней не я! - получила я ответ.
  Я ещё какое-то время сидела за столом с опущенными глазами. Боялась поднять их выдать своё волнение. Наконец, я подняла голову и посмотрела на сестру. Та внимательно разглядывала что-то на стене, которая находилась от нас довольно-таки далеко. Вдруг она резко повернулась и смело обратилась к Храбровой.

  -Ирина Владимировна, я правильно поняла, что на той стене, - показала она на  неё подбородком, - расположено генеалогическое древо вашего рода?
  - Верно. - ответила та - Это оно и есть.
  - Не могли бы вы пройти со мной к нему и рассказать подробно, кто кому и кем приходится? Надеюсь, я имею на это право?
  - Разумеется. Идёмте к нему все! - взяла она меня и Шмакова под руки.
  В пути Ирина нежно обхватила рукой Николая Михайловича за талию, ласково поглаживала по ней рукой, а потом ещё и преклонила к его плечу голову.
Заметив это, сестра шепнула мне:

  - Ирина всякий стыд потеряла, принародно вешается на мужчину. Она же президент! Что люди будут о ней говорить? А тот, бедняга, и поделать с этим ничего не может, терпит.
  - Не обращай внимания. - посоветовала ей я.
  Когда все мы остановились у стены, я взглянула на древо и заметила в нём изменения. Почти у самого основания по-прежнему находилось фото предка, от которого моя сестра родила дочь. Рядом с ним красовалось фото Юлии. Увидев это, она указала на него пальцем и сквозь накатившиеся слёзы спросила Ирину:

  - Почему здесь нахожусь я?
  - По праву. - кратко ответила та, не желая больше говорить об этом.
  Сестра замолчала, но продолжала тихонько шмыгать носом. Вид у неё был ошеломлённым.
  - Ирина Владимировна, - послышался подошедшей сзади голос Ланы, - не стоило на макушку древа помещать фото моего сына. Он не является...
  - Он всегда будет оставаться сыном моего брата и носить его фамилию. - жёстким тоном отрезала та, перебив Лану. - Игорю ты родишь другого ребёнка!
  Затем она рассказала кто кем и кому на древе приходится. Кто из них правил страной, в какой период истории страны, и кто для неё стал примером.
  После этих слов она вновь направилась к столам, продолжая держать Шмакова за талию. И мы потянулись следом. Остановившись у наших посадочных мест, она произнесла, ещё плотнее прижимаясь к Шмакову:

  -Дорогие мои гости, весь вечер я провоцировала и шокировала вас своим неподобающим поведением для президента, прижимаясь вплотную вот к этому красавцу.
  Она чмокнула Шмакова в щёку.
  - На самом деле -это моя игрушка, кукла или развлекающий робот.
В этот момент робот попытался от неё отстраниться, но она успела нажать кнопку на его талии. Он замер.
  - Только попробуй, господин Немышев, его включить без моего ведома! - негромко пригрозила она вслух и убрала руку с талии робота. - Благодарю за то, что развлёк меня. Обещаю не уродовать его, как прежних, он мне пока ничего плохого не сделал.
  -Но как вы, Ирина Владимировна, узнали, что ваш спутник не является настоящим Николаем Михайловичем? - тихонько спросила я и протянула ей уникомп. - Смотрите, всего несколько минут тому назад Настоящий Шмаков прислал мне сообщение с просьбой попросить у вас прощения за то, что не смог явиться сюда. В клинике все двери оказались заблокированными.

  - Не пытайся, дорогая двоюродная прабабка, выудить у меня секрет! - съязвила она. - Не раскрою его ни за что! А блокировка дверей в клинике — это однозначно дело рук Немышева, даже не сомневайся в этом. Он так от скуки развлекается.
  - И давно он вас так развлекает, а вы это терпите?
  - Так развлекает первый раз, но были и другие его озорные шутки.
  Из этого ответа я догадалась, что Ирина периодически общается с ним и, возможно, даже подружилась с ним. Только не поняла, с какой целью он отправил к ней на день рождения, вместо настоящего Шмакова, робота.
  Гости вставали с мест, подходили к Лжешмакову, заглядывали в его глаза, трогали руками.

  - У меня тоже есть такая игрушка. - гордо заявила Елена — бывшая жена Немышева.
  - Он и моего двойника делал и двойника моего сына, и даже двойника Ирины Владимировны. - подключилась к разговору Лана. - Её двойника я лично разрезала на части, а первых двух уничтожила служба по утилизации роботов. Эти роботы были вредоносными.

  - И моя копия у него имелась да не одна. — подошла к нам Доминика, от красоты которой невозможно было оторвать глаз.
  - Твоей копией он особенно дорожил, дорогая. - повернулась к ней Елена и окинула её оценивающим взглядом с головы до ног. - Он пытался с её помощью вызвать у меня ревность. Но живая ты досталась не ему, хотя ради тебя он потратил много денег на выкуп компании «Криориус».
  - Вы огорчены этим?

  Было видно, что Доминика приготовилась отстаивать свою честь перед свекровью.
  - Что ты, дорогая! Я благодарна тебе за это, иначе никогда бы не увидела своего родного сына. Хотя, если хорошо подумать, сама ты никаких усилий для этого не приложила, только от природы была чертовски хороша собой, оказалась в нужном месте, в подходящее время и рассталась с жизнью на глазах у Немышева.
  Было видно, что Доминика, выслушав речь Елены, так и не поняла, плохо она о ней сказала или похвалила. Поэтому успокоилась и лишь крепче прижалась к руке мужа.
  Боковым зрением я заметила, как присутствующие потихоньку, один за другим, подступают ко мне. Ближе всех оказалась Лана. Она взяла меня под руку и спросила:
  - Где можно приобрести твою книгу?

  Другие, услышав её вопрос, застыли в ожидании ответа.
  - Нигде. Я её ещё не издавала.
  Она недоверчивым взглядом посмотрела на меня и с усмешкой спросила:
  - Тогда, откуда у Ирины Владимировны она появилась?
  - Сейчас расскажу. - на мгновение задумалась я, мысленно подбирая слова. - Дело в том, что текст книги из своего компа я отправила главврачу «Криориуса». В нём есть описание того, что пациенты клиники испытывают в период оживления. Ему это нужно было для научного труда. Он сам предложил мне написать такую книгу, но она незаметно превратилась в роман с описанием многих событий, в которых участвовали все вы так или иначе. А Немышев обнаружил текст в компе Шмакова, так как даже удалённо контролирует всю его деятельность. Скачал текст, прочитал его, приказал в мини-типографии клиники напечатать несколько экземпляров и один вручить Ирине Владимировне во время её посещения клиники.

  - С какой целью он это сделал?
  - Эта книга оправдывает его побег в Италию. Он очень страдал от клеветы, которую обрушили на него в тот период все СМИ. А всё началось с развода с супругой, а точнее - с причины разрыва их отношений и покатилось, как снежный ком. Я даже думала, что он не сможет перенести этот период.
  - Послушай, дорогая моя! - вторглась в наш с Ланой диалог Елена. - тебя в тот период ещё даже не оживили. Как ты могла писать о событиях, которые тебе не могли быть известны?

  - Они были ей известны, уж поверьте мне. - коснулась её руки Лана.
  Та посмотрела на невестку удивлённым взглядом, но ничего не сказала ей.
  - Я не знала, что все вы не читали книгу Ольги. - послышался голос Храбровой. - Завтра же дам задание своим сотрудникам размножить её и выслать каждому из вас по экземпляру.

  - Не стоит этого делать. - обратилась я к ней. - Не всем надо знать о себе то, что в ней написано.
  - Ирина Владимировна, - обратилась к ней Лана сразу после моих слов, - я очень хочу прочитать то, что в ней написано обо мне. Буду ждать свой экземпляр.
   - Хорошо, ты его получишь. - ответила та.
  А я не желала, чтобы Лана узнала из книги, как мы с Андреем дурили её, и чья душа находилась в его теле. Не хотела, чтобы книга попала и в руки Игоря. Описанные в ней постельные сцены его супруги в президентском дворце могли разрушить их отношения. Поэтому громким голосом заявила:
  - Я, как автор книги, Ирина Владимировна, хочу воспользоваться правом вето на её размножение и распространение. И вас прошу абсолютно никому не давать читать свой экземпляр.

  - Хорошо, - согласилась она, - я уважаю твоё требование, хотя так мечтала пообщаться со всеми вами на тему событий, описанных в ней. Но всё равно рада, что увидела вас.
  Постепенно все разбрелись по своим местам. Я видела, как они бурно что-то обсуждали, и даже не сомневалась в том, что были недовольны моим запретом. Ирина Владимировна вскоре тоже опустилась на стул за нашим с Юлией столом.
  - Почему ты запретила размножать и раздавать твою книгу? - спросила она.
  - Из-за Ланы. Она для меня особенно дорогой человек. Не хочу, чтобы она знала то, что знали и видели только мы с вашим братом. А если книгу прочитает Игорь, то, скорее всего, перестанет её любить или вообще с ней разведётся. Ему не понравится описание её постельных сцен с президентом.

  - Понимаю тебя. Зря я вообще завела разговор о книге. Прости. Я просто впечатлилась её содержанием и захотела увидеть всех её героев. Должна отметить, что ты сделала в ней много орфографических и стилистических ошибок, но для начинающего автора это свойственно.

  - Догадываюсь, - виновато улыбнулась я, - сколько бы раз я не бралась корректировать текст и отслеживать ошибки, всегда незаметно для себя переключала внимание на содержание, а ошибки пропускала.
  - Дай мне свой уникомп. - попросила я Юлию.
  - Зачем? - удивилась та.
  - Удалю текст книги.
  - Но я его ещё не читала.
  - Вот и хорошо, что не читала. Боюсь, что его смогут выпросить у тебя гости, присутствующие здесь, а ты не сможешь им отказать. Игорь точно обратится с такой просьбой к тебе.

  - Я сама его удалю.
  Она нашла его в уникомпе, показала мне и удалила, после чего я успокоилась.
  Постепенно гости начали прощаться друг с другом, с Ириной Владимировной и покидать дворец. И я вернулась к себе домой, приняла душ, вышла из него и услышала, как ожил уникомп. Взяла его в руки, включила связь и услышала голос Шмакова. Он сообщил, что двери, наконец-то, разблокировали. Даже предположил, что время разблокировки совпало, скорее всего, с окончанием празднования дня рождения президента. Я подтвердила, что все гости покинули дворец, и я уже нахожусь дома.

  - Приезжай завтра в клинику. - потребовал он. - Нам с тобой предстоит составить сводные таблицы по жалобам наших пациентов. Только с твоей помощью я смогу разобраться, к какой категории какую жалобу или проблему отнести.
  Я пообещала, что появлюсь в клинике к десяти часам.