9. Павел Суровой Цена фиктивной любви

Глава 9. Шах и мат в сером зале
Зал Печерского суда был пропитан запахом старой бумаги и дешевого хлора. Инна сидела за столом истца, прямая, как струна. На ней был темно-синий костюм, бронированный её уверенностью. Рядом Ирина Юрьевна раскладывала папки, словно боеприпасы перед артобстрелом.
 Напротив, на скамье ответчиков, Дмитрий пытался сохранить лицо «хозяина жизни». Но его выдавали руки — он то и дело поправлял узел галстука, который, казалось, душил его. Ольга сидела рядом, бледная, пряча глаза за темными очками.
— Встать, суд идет! — выкрикнул секретарь.
Судья, пожилая женщина с лицом, высеченным из гранита, открыла заседание.
— Истец утверждает, что договор дарения активов компании «Инна-Энерджи» гражданке Антоновой Ольге Игоревне является недействительным по причине подделки подписи. Сторона ответчика, ваши пояснения?
— Ваша честь! — Дмитрий вскочил, его голос сорвался на фальцет. — Моя жена просто мстит мне за развод! Она сама подписала документы, когда мы планировали реструктуризацию. А теперь, из-за женской обиды, пытается разрушить бизнес!
 Ирина Юрьевна медленно поднялась.
-Разрешите,Ваша честь?- Её голос звучал как виолончель — глубоко и пугающе спокойно. — Ваша честь, мы уже приобщили справку о том, что нотариус Голобородько не имел права заверять сделку. Но мы хотим пролить свет на мотив этого преступления. Почему Дмитрий Игоревич так спешил избавиться от законной владелицы?
 Дмитрий усмехнулся.
— Мотив? Я хотел спасти фирму от её некомпетентности!
— Ложь, — Инна заговорила впервые. Её голос эхом разнесся по залу. — Мотив был в другом. В страхе и глубоком комплексе неполноценности.
 Ирина Юрьевна достала из синей папки запечатанный конверт.
— Ваша честь, прошу приобщить к делу медицинское заключение из клиники «Репродукция плюс», датированное прошлым годом. Пациент — Антонов Дмитрий Игоревич. Диагноз — абсолютное бесплодие.
 В зале повисла такая тишина, что было слышно, как гудит люминесцентная лампа. Дмитрий побледнел до синевы. Юлия, сидевшая в первом ряду группы поддержки, вскрикнула и прикрыла рот ладонью.
— Дмитрий Игоревич знал, что не может иметь детей, — продолжала Инна, глядя прямо в глаза мужу. — Он лгал мне десять лет. Он заставлял меня чувствовать себя виноватой, заставлял меня бегать по врачам. А когда я предложила усыновить детей, он испугался, что его тайна выплывет наружу. Он решил уничтожить меня, забрать бизнес и уйти к той, кому можно было бы лгать заново. Эта кража фирмы — не «бизнес-стратегия». Это попытка купить себе новую жизнь на обломках моей.
— Ты не имела права! — взвыл Дмитрий, бросаясь к столу Инны. — Это конфиденциальная информация!
— Как и моя подпись, Дима, — отрезала она. — Которую ты украл.

 
 В это же самое время на подземной парковке суда разыгрывалась другая драма. Андрей, прижимая рацию к уху, давал отмашку группе захвата. Серый седан людей Кремня уже въехал в зону поражения. Бандиты ждали выхода Инны, чтобы поставить точку в этой истории.
— Работаем! — скомандовал Андрей.
 Двери внедорожников распахнулись одновременно. Светошумовая граната разорвала полумрак парковки. Шрам попытался выхватить ствол, но Андрей, несмотря на ноющее плечо, сработал на опережение. Мощный удар прикладом в челюсть — и бандит впечатался в бетонную колонну.
— Лежать, уроды! — Андрей наступил Шраму на кисть, выбивая нож. — В этот раз вы пойдете по статье «Терроризм». Привет пахану передашь в дельфинарии.
 Через минуту всё было кончено. Андрей вытер пот со лба и набрал Максима, который дежурил у входа в зал суда.
— Чисто. Сними «хвосты». Сестра в безопасности.

 
Судья зачитывала решение.
— …Признать договор дарения недействительным. Вернуть активы компании Инне Сергеевне в полном объеме. Материалы по факту подделки документов и мошенничества передать в прокуратуру для возбуждения уголовного дела в отношении Антонова Д.И. и Антоновой О.И.
 Дмитрий сидел, обхватив голову руками. Ольга плакала, размазывая тушь по лицу. Юлия, та самая «будущая мать наследника», уже незаметно выскальзывала из зала, на ходу блокируя номер Дмитрия в телефоне. Ей не нужен был банкрот с уголовным делом и справкой о бесплодии.
 Инна вышла в коридор. К ней тут же подошел Максим, набросив на её плечи пальто. — Всё закончилось? — тихо спросил он.
— Нет, Максим. Всё только начинается.
 В дверях зала появился Дмитрий. Он выглядел как жалкая тень того человека, за которого Инна выходила замуж.
— Инна… Постой! — он схватил её за рукав. — Мы же можем договориться. Я… я запутался. Давай начнем сначала? Я признаю детей, я…
 Инна медленно сняла его руку со своего плеча. Она посмотрела на него так, будто видела перед собой кучу мусора на обочине своего нового шоссе.
— Знаешь, Дима, ты прав в одном. Нам не нужны чужие гены. В моем доме больше нет места для твоей лжи. Ты для меня мертв. Юридически, финансово и… по-человечески.
 Она повернулась к Максиму.
— Поехали. Нас ждут.

Эпилог

Машина плавно катилась по вечернему Киеву. В багажнике лежали две новенькие кроватки и пакеты с крошечными вещами.
— Ты готова? — спросил Максим, притормаживая у ворот Дома малютки №5.
— Я ждала этого всю жизнь, — ответила Инна.
 Она вышла из машины и увидела Андрея. Он стоял у входа, держа в руках огромный букет белых роз и две мягкие игрушки — медвежонка и зайца.
 — Ну что, мать-героиня? Пошли забирать наше пополнение?
 Инна улыбнулась. На её столе в офисе завтра будут лежать новые контракты, её счета снова будут полны, а враги повержены. Но сейчас это не имело значения.
 Через полчаса она вышла на крыльцо, бережно прижимая к себе два свертка. Девочка и мальчик. Две недели отроду. Начало её новой империи, где фундаментом была не нефть, а чистая, безусловная любовь. Она вдохнула запах их макушек и поняла: это и есть победа.
P.S.
 Спустя год к их дружной и любящейся присоединился мальчик,вылитый Максим.Только маленький.
 Диму осудили на два года общего режима.Его фирму присудили Инне,без права обжалования.Ольга отделалась условным сроком на год.
 Андрей,женился на своей бывшей сослуживице Кате.Они ждали «пополнение».
 И всё снова стало на «круги своя».