Клевец и младенец. Глава 23

Дриада готова была наградить меня чем угодно, но мне, как обычно, ничего не требовалось, а обижать спасенную не хотелось, потому, объявил, что есть важная вещь – союз с местными, чтобы не пускали демонов и дрались с ними до последней капли крови, не жалея живота своего. Собеседница, к счастью, поверила, что перед ней – патриот и воин света, который лишь об одном думать способен. И пообещала приложить все силы свои, чтобы нога врага рода человеческого здесь не ступила никогда. Повезло, можно двигаться дальше со всей компанией своей. Цверг с удовольствием устроился на плече, видимо, привык, удобно весьма. Снова начал бормотать обычную чушь, к которой я, традиционно, не прислушивался. Может, некоторые истории и могли показаться интересными, но столь часто повторялись, что уже и разбираться не хотелось, где есть здравое зерно, а где просто бред безумного старца. Не забывал я посматривать на карту, дабы не попасть куда-то не туда, обошли довольно большой город, опасался, что опять кто-то пристанет, но повезло. Между тем, паладины предупредили, что впереди были замечены три странных и мерзких чудовищ, конечно, довольно агрессивных и с некоторыми человеческими чертами. Не надо было иметь много мозгов в голове, чтобы понять, кем это может оказаться. Демоны, пленившие троих моих неудачливых соратников, точно не стали бы долго тянуть, поспешили бы их преобразить и натравить, или предложить поменяться, вернуть несчастных, а я им Чудо и кольца. Придется заняться тем делом, каким бы и не хотелось, даже в малой степени, то есть, отправить бедолаг в мир иной. А ведь предупреждал и все сделал, чтобы не подпустить к противостоянию, но видать правду говорят, что «кому суждено сгореть, тот не утонет».


Или я сам плохо старался, вынужден признать. Не стоило отправлять лазутчика кольца добывать, думал, он просто проиграет и успокоится, ан нет, упорства оказалось много, а толку никакого. Одно преимущество, теперь есть железный аргумент для всех потенциальных претендентов, желающих стать союзниками – пять покойников, из десятка сторонников. И остальные спаслись, пока что, лишь потому что находились при паладинах, трудно добраться. Кто пожелает помирать без всякого толку, опозорив себя и потеряв душу, заодно. Отправился искать будущие жертвы, обливаясь слезами. А ведь новые враги обязаны оказаться сильными и опасными, они же были «с» уровня, сам довел до такого уровня, и недостатки адские гости непременно нивелируют. Тем более, не так их и много. Двойная Кирка сразу принялся вспоминать, как он, в молодости, тоже бился с монстрами, и скольких одолел лично. Если верить, получалось, что старик, в то время, совершал подвиги, на которые даже я нынешний не решился, а ведь разница в силе налицо. Однако, как раз это стоило послушать, вдруг смогу узнать какую-то новую тактику? Любые толковые идеи пригодятся непременно. И кое-какие мысли понравились, осталось проверить, насколько они работают? Старый паладин и сам бы уже не мог вспомнить, что подлинное, а что было им придумано или вообще приснилось в пьяном бреду. Помню же, что старик утверждал, будто не трезвел никогда, в ряде лет. Уши, нос и глаза могли подвести, все зависит от того, какие способности к маскировке у врагов, потому, полагался я исключительно на инстинкты, а они как раз не подводили, обычно. Посматривал и на кольца воспитанницы, не среагируют ли, а могли вполне, отозваться на темную энергию.


А тут уже и солнце собралось отдыхать, вечерело, а когда ещё злу активироваться, как не ночью? И подобраться куда как проще, в темноте. Приходилось к каждой тени присматриваться, не выпуская из рук оба клевца, лучше бы самый первый маг-клиент не заставлял команду собирать, сейчас бы так не мучился. О чем он думал, совершенно непонятно, скорей всего, полагал, что кого угодно нанять можно, помимо тролля, и превратить в отряд мечты, способный кого угодно извести, включая и демонов. И вот он результат, весьма и весьма печальный. Особенно, лазутчика жалко. Чародей-пьяница и так бы себя быстро прикончил алкоголем, альвийка и подавно, развлекая самых разных мужчин, ту и заболевания, и роды незаконных детей, опасные, и просто могли прикончить или запытать, первый же озверевший любитель специфических удовольствий и конец. А вот юноша заслуживал куда как более достойной судьбы, увы.


У каждого из троих противников имелась своя степень опасности и тут важно насколько они вообще смогли сохранить умственные способности или усилить их. И прежде нельзя было считать глупцами, в полной мере. Чародей, вроде, ещё не все мозги пропил, трусость и плохое зрение не делали остроухую тупицей, так же и неопытность юнца не превращали его в непроходимого идиота. Скорее уж его можно было считать идеалистом, который воображал, что одна удача в жизни делает героем легенды. Кстати, я бы, на месте троицы, коли они смогут действовать совместно, работал определённым образом. Если не получится подстрелить меня, то отвлекать надо, не давая ни на мгновение расслабиться, пока лазутчик подберется и нанесет смертельный удар. Возможно, изобретут что-то поумнее. И ведь насколько же бедолаг усилили, что первую стрелу я почти не заметил, отреагировал рефлекторно, отскочив. Больше всего она походила на шип, вонзилась в землю и твердь вокруг её острия почернела. Или яд, или некая разъедающая пакость, лучше под подобное не попадать, от греха, никакая кожа не выдержит. Почти одновременно в воздух взмыли огненные шары, поджигавшие все вокруг, ледяные сосульки замораживающие и молнии. Тут страшнее не сами чары, а пожар, который они устраивали. Я приметил, откуда летели стрелы и прочие снаряды, рванул в ту сторону. Нормальные стрелки, конечно, на месте стоять не будут, их главная сила как раз в мобильности. Цверг на плече только ухал, на манер филина, не то от страха, не то от восхищения.


Лучница сместилась сильно влево, точно не обычным путём, только тактика была довольно предсказуемой, потому как ей в ответ полетел камень, что-то упало с дерева, но я не поверил, в то, что перворождённую можно так легко достать и правильно, потому как в меня послали три стрелы подряд. Приблизившись, я обнаружил распадающееся на части тело некоего монстра из плеча которого росла маленькая копия головы пьянчуги. Только это лишь гомункул. Хитро, ещё и соратников двойниками фальшивыми прикрывает. Однако, на всякого мудреца довольно простоты. Раз вы действуете определённым образом, поможем. Первое, притвориться, что у недругов все получается, нарочно позволил себя зажать так, между огнём пожара и стрелками, что не мог головы поднять или что-то предпринять, сразу почувствовал за спиной холодок, развернулся, а там наполовину призрачная фигура, лишь отдалённо напоминавшая человеческую, из локтей росли две головы лазутчика, а он ещё и сам свои руки поджег обычным огнём, и начал удар наносить, только я первее успел в грудь ему вогнать антимагический клевец, потом ещё и крутанулся, так что предназначенные моей персоне стрелы вонзились в спину неудачника. Теперь разорвать его грудину, там явственно человеческое сердце оказалось наполовину вросшим в сердцевину монстра, вырвать и то, и другое, и пробить своим оружием. Теперь труп, спину которого и так за считанные мгновения разъело, начал совсем уже распадаться. Однако, враги могли и гомункулов юнца создать, так что их тоже надо иметь в виду.


Найти упавший естественным образом ствол дерева в лесу не сложно, добрался до такового, принялся вращать, словно шестом и рванул к оставшейся парочке чудовищ, по дороге кто-кто невидимый не успел с дороги убраться, оказался сбит и растоптан, чем-то ткнул меня в ногу, от боли аж в глазах потемнело. Глянул на ходу, какой-то кинжал и кожа вокруг раны чернеет, не весело, так можно и без ноги остаться, выдернул вражеское оружие и метнул. Кто-то вскрикнул тонким голосом и уже два тела упали. Можно ускориться. Зрелище, конечно, то ещё, передо мной корчилась некая тварь, голова которой являлась луком, скрученные волосы, соответственно, тетивой, лицо, перекошенное располагалось на животе. Рядом с телом раненой распадался очередной гомункул мага с огромной дырой в груди. Как я понял, ядовитое оружие проплавило его плоть и попало в бывшую альвийку. А девушка выпустила из рук шипы, теперь уже не пытаясь их наложить на тетиву, собралась использовать как шпаги, ещё и закричала, ртом на животе, звуковая волна обрушилась на меня, затошнило, голова закружилась, в сердце пробудился животный страх. Только у троллей все чуть по-другому, мы если чего-то боимся, то не убегаем или не оказываемся парализованы, а атакуем. Шипы бедняжки моей кожи не пробили, лишь немного оцарапали, зато мой кулак ей в лицо вошёл, вминая его в мышцы живота, теперь схватить, перевернуть и спиной ударить о колено, ломая позвоночник, а дальше за ноги и пополам разорвать, добравшись до сердца и сердцевины, пробить их, потом вырвать два шипа из руки пальцами и метнуть, тут же упали два гомункула-лазутчика, сраженные.


Оставался ещё волшебник и он точно опаснее обоих убитых вместе взятых. Открыто проявился между деревьями, поднял в воздух с помощью магии все, что могло летать, явно собираясь в меня метнуть. Ещё и засмеялся безумным лающим смехом. Не удивлюсь, если испытывал подлинную ненависть.


— Чародея, даже слабого, довольно трудно поймать, и демону тоже, — я сощурился, — признайся, ты едва ли не поддался, сам жаждал мне отомстить и погубить. Ещё бы, ты такой пропивал последнее, жалуясь на судьбу и тут я явился, посмел облагодетельствовать и дать все, что ты почитал своим по праву изначально, кроме уважения, коего не заслуживаешь. Ты, накупив кучу артефактов, остался слабаком, сам знаешь, и я тоже, и подобное просто убивает. Имея столько возможностей, остался никем, потому как ничего собой не представлял. А темные силы способны дать подлинную мощь, пусть и одолженную. Ненадолго почувствовать себя вправду грозным магом, перед неизбежной гибелью, оно того стоило, неправда ли? И нашел способ стать частью легенды, пусть не одним из героев, то хоть врагов, тоже неплохо. Мои аплодисменты, сыграно, как по нотам, осталось довести дело до конца и умереть, коли повезёт, ещё и забрать собой одного горного тролля, так ведь?


— Для безмозглого людоеда ты слишком умён, — произнёс соперник голосом, не имевшим ничего общего с человеческим, — знаешь, ещё когда в первый раз тебя увидел там, в питейном заведении, сразу понял, чем дело закончится, но не мог отказаться от шанса уйти громко, а не сдохнуть в канаве с перепоя. Грань между темным и светлым магом - тоньше волоса, все зависит от того, чем желает заполнять время своей долгой жизни. Я пошёл в охотники за сокровищами, потому как так проще всего было получить силу, как полагал, и прогадал лишь наполовину. Возможно, «с» ранг и остался бы пределом мечтаний, но был ещё ты, простое чудище, которое претендовало на звание героя и победителя короля демонов, и разница между нами оказалась так высока (и речь не только о размере), что я понял, не догоню и не сравняюсь. Рядом с таким колоссом моя фальшивость казалась особенно заметной и это ранило гордость. Не может тролль быть спасителем мира и все тут, как и лидером идеальной команды. И если бы ты хоть притворился, что мы равны, возможно, стремясь не уронить честь отряда в глазах окружающих, постарались вырасти, эволюционировать и стать подлинными соратниками. Однако, ты тыкал нам в лицо слабостями, и мы утратили самоуважение, впали в отчаяние и проиграли схватку за свои жизни и души. Ты мог стать нам путеводной звездой, а сделался солнцем, которое опалило наши крылья и пали духовно и физически, а потом и фактически тоже.


— Чтобы эволюционировать, надо иметь задатки, а вы даже до уровня середняков недотягивали, — я сплюнул, — полные ничтожества, и я не видел смысла держать таких неудачников подле себя, сколько бы вы не пыжились, так никем и не стали никогда. Из семени ромашки не вырастить могучего дуба, сколько не поливай. Согласен, мне не стоило с такими, как вы, вообще иметь дела, но обстоятельства вынудили подрядить мешки потаскать, а поднял ваш уровень больше случайно, не вспомнил об этом эффекте. Потому, нечего обвинять в разном, тебе суждено было родиться пустым местом, бездарно прожить свою жизнь и умереть бесполезно. Кстати, и близко со мной не сровнялся, ты и сейчас лишь рядовой подручный демонов с мерзким обликом, о котором забуду раньше, чем вырву сердцевину из тела. Так мало тебя ценю и уважаю, что даже имени не спросил. И ни один летописец не станет терять время на то, чтобы его узнать, потому как ты не совершил ничего важного в принципе.


Маг, обезумев от ярости, завопил и послал в полёт все свои снаряды, только опасность исходила не от них, я метнул антимагический клевец с цепью влево, кто-то застонал от боли и разочарования, снаряды, не долетев нескольких дюймов, упали, а настоящий колдун, прикрывавшийся телом лазутчика-гомункула, которое я пробил насквозь своим орудием, упал на колени. Громкий хлопок оповестил о том, что энергетические кристаллики в его крови взорвались, лишив магической силы, теперь можно подойти, ухватить за голову и сломать шею, а после как обычно. Лишь разделавшись с жертвой, я обратил внимание на рану на ноге, а дырка оказалась уже достаточно большой. Оставалось одно - вырезать ещё больший кусок с ядом, дабы плоть начала восстанавливаться, и надеяться, что поможет, иначе придётся себе ногу отрезать, а восстанавливаться будет несколько дольше. Неудобно на одной прыгать, а драться и подавно. Послышалось злобное шипение и появился демон с ладонями по всему телу, все тот же. Явно был не в настроение, оно и понятно, наверняка, очень рассчитывал, что или я не смогу бывших соратников убить, рука не поднимется, или сама троица справится. Просто не понимал, что я не считал подручных своими соратниками, пытался их защитить, пока были людьми и это было долгом, а когда уж преобразились и обратно не вернуть, обязан упокоить, дабы не творили всякого разного. И гость из ада о-о-очень зря вылез из убежища, потому как настроение у меня было самое скверное, хотелось кому-нибудь голову оторвать и раздавить её, словно спелый плод, а тут такой подходящий кандидат на роль жертвы. Меж тем, злодей ещё и заговорил, усугубляя своё положение в разы. Они подобное любят, почему-то.


— Может, ты и справился с этими негодными рабами, — начал монстр, — только имеешь ещё столько знакомых которых я, вместе с моими союзниками дроу, могу переделать, скажем, вот этого цверга, или пернатого паладина, или кошечку-вдову, да всех рыцарей в организации, просто сойдёшь с ума от отчаяния постоянно кого-то теряя. Не придется и рисковать жизнями моих сородичей. Неужели не понял ещё с кем связался? Наши возможности кратно превосходят человеческие, ну прикончил ты нескольких мелких бесов и что? Когда лавиной обрушимся на окружающие земли, сметая все живое на своём пути, один маленький троллик не сможет остановить никогда, даже замедлить. Столько жертв принёс и напрасных, советую сдаться, пока не стало ещё хуже, в разы.


— Чтобы сойти с ума, надо его иметь, — возразил я, — и плевать хотел на, так называемых, знакомых. Паладины - воины, знали, чем рискуют и все одно погибнуть рано или поздноватые, или лишатся разума. Не вижу причин страдать из-за их ухода. Да и сколько с ними общался, несколько дней? Ты подходишь ко мне с обычными мерками, совершенно не понимая. И все потуги лишь смешат или вызывают раздражение, я как озеро, а ты бросаешь маленькие камешки и надеешься вызвать бурю. Нет, не получится, не сработает. Посмотри, разве похоже, что впал в отчаяние, бьюсь в агонии, оплакивая павших и рву шерсть на голове? По-моему, нет, значит, убивая и преображая моих случайных спутников и бывших клиентов не добиваешься ровным счётом ни-че-го. Тем более, если мы с Чудом проиграем, то сгинут вообще все. Можно смириться с некоторыми жертвами. Как-никак, война идёт между видами, только умней нет тыла и мирных граждан, буквально каждому приходится выбирать сторону. А я, обязан заковать своё сердце в неразрушимый доспех, чтобы не чувствовать ничего и идти вперёд, а когда вырву сердцевину из груди вашего короля и съем его, тогда поплачем о павших, коли смогу их вспомнить. Я не держу в голове лишнего.


Демон взревел, мои слова, да ещё сказанные от души, привели его в ярость, сорвался с места со скоростью невероятной, явно был быстрее других своих сущностей, даже ухитрился долететь до меня и вцепиться в горло верхними конечностями, только сам влетел на встречный удар коленом. Да, моя коленная чашечка и сама ра кололась, соприкоснувшись с твёрдой плотью врага, но и он ухнул, расширились глаза и тут же получил кулаком в голову, отпрянул на несколько шагов назад, я теперь, с повреждёнными ногами, не мог похвастаться мобильностью, но антимагический клевец на цепи ничто не сдерживало, потому, обрушил на недруга. Тот ловко уклонялся, пытаясь приблизиться, но кто бы ему подобное ещё позволил, спрашивается? Злодей пытался восстановиться после пропущенных ударов, но подобное тратило энергию и требовало времени, пусть и секунд, а стоит замедлиться и сразу получаешь новый удар. А ведь и я восстанавливался потихонечку. Рана, оставленная кинжалом, почти исчезла, но не боль от яда, возможно, какая-то частичка или частички остались и теперь пытались разъедать тело, но оно с той же скоростью восстанавливалось. Чуть хуже обстояло с коленом, дал ему восстановиться наполовину, потом, совершил рывок, пусть и снова разрушилось, врезался в тело противника, сметя его, а потом обрушил клевец, бил, раз за разом, преодолевая сопротивление. В какой-то момент, порождение тьмы создало шар из энергии, метнуло, я голову убрал, но снаряд не исчез и развернулся, намереваясь сразить, пришлось, маневрировать, несколько раз проносился в дюйме от моей плоти. Старый цверг ойкнул, на что я не обратил внимания, новое уклонение и шар угодил прямо в демона, проплавил в его плоти отверстие. Враг рыкнул и отпрянул, снова настигнуть и теперь клевец угодил четко в лоб. Подтянуть к себе за цепь, зажать череп гостя из ада под мышкой у себя, крутануть туловище, теперь разодрать.



Ещё и почувствовал, как нечто метнулись прочь, послал вслед свой антимагический артефакт. Судя по всему, от рукастого уже потребовали победы любой ценой, его хозяева, поэтому, вынужден был использовать для схватки основное своё тело, но оставил вспомогательное, дабы с ним убежать, но не успел. Я подтянул раненого к себе и добил. Есть надежда, что как раз этого типа больше никогда не увижу и не встречу. И увы, если колено восстановилась, то вторая нога не до конца, никуда не делись боли и осталась лёгкая хромота. Меж тем, основной причиной, по которой я не впал в отчаяние после гибели невинных соратников, была одна мысль. Если Чудо из будущего не являлась фальшивкой, значит, как-то овладела темпоральной магией, и в ближайшие шестнадцать лет. И что помешает мне, после победы над королём демонов, попросить воспитанницу вернуть павших с помощью чар? Ну если такое не изменит будущего чересчур глобально с отрицательными последствиями, разумеется. Задумавшись, я не сразу вспомнил о нынешних спутниках, глянул на карлика и обомлел. Не знаю уж как, но снаряд вражеский ухитрился ему руку оторвать, и теперь пострадавший находился в ступоре, и никак не мог сосредоточиться, облик его менялся, ежеминутно, явственно просматривалась голова без лица, какой-то перевертыш? Тут же сбросил его с плеча на землю и наступил ногой на грудь немедленно. А ведь мог заподозрить что-то подобное, между прочим вполне, но увы.


— Ты кто такой и куда дел Двойную Кирку? — спросил я, скрипя зубами от гнева.


— Он помер сам и уже довольно давно, ну, ладно, не смотри так злобно, как раз перед тем, как его к тебе должны были отправить, — монстр почти не пытался врать и увиливать, понимая, что это бесполезно и даже смертельно опасно, — ты, между прочим, с моим братом покончил, который, всего лишь, хотел отбить любимую им девушку у соперника. Это же нормально, вообще-то. Да, с помощью коварства, но сама наша сущность изменчивых тварей основана на искусстве обмана, каждый выживает, как может. Так же, как намерение отомстить, при первой представившейся возможности, нормально с точки зрения природы. И если бы этот демон не захотел сделать больно тебе, поразив меня, так бы никогда и не сумел разоблачить. Ведь даже паладины не поняли разницы.


— Не мни о себе слишком много, — я фыркнул, — я с самого начала знал, что ты - фальшивка. Кто посылает своего пожилого товарища, заслуженного героя, да ещё впавшего в старческое слабоумие и беспамятство, в самый эпицентр противостояния с демонами, понимая, что шансов у того протянуть хоть сколько-то, меньше нуля. Дать умереть, как положено мужчине? Как- о это далеко от рыцарского понимая о чести и милосердии. И уж конечно, нет идеальнее способа избавиться от предателя, вроде тебя. Сделали вид, что, имея при себе кучу всяких артефактов защитных, не способны найти перевертыша и использовали, в собственных целях. Наверняка, и с темным храмом тоже знали, что делают. Так бы мало кто пошёл добровольно, а вот если какой хитрец уговорит самоуверенного глупца рискнуть, вдруг тот возьмёт и справится? А жертвы можно принять, они всегда будут, при любом раскладе. И ведь оказались правы в собственных расчётах, твой брат мёртв, а самому остались считанные минуты, пока не добью. Но Двойную Кирку жаль, старик меня изрядно веселил своими историями, хороший шут всегда пригодится в пути. Все, чего хотел выяснить, у тебя был лишь приказ от лидеров или ещё и собственные мотивы?