Дневник Верочки 5 часть
«Ну так что, мой несменный друг, продолжим нашу беседу? — обратилась она к дневнику. — Ты знаешь, а сегодня мне снился подиум, по которому ходили мама с той самой Алёной».
Вера записывала, стараясь выводить слово за словом. Каждая из женщин была в своём экстравагантном наряде. Папе предстояло сделать выбор, но почему-то он пал не на маму, а на ту, что помоложе. Мамин наряд был намного ярче, переливался изумрудами — будто платье королевы из сказки.
«Неужели, дневничок, наша семейная идиллия рушится навсегда? — произнесла она вслух. — Эх, совсем забыла, что ты не можешь ответить. Но зато ты не выдашь сокровенных тайн — в отличие от Вовки. Бывает, на него что-то находит, и он выкладывает маме такое, о чём лучше промолчать. Почему у меня нет этой привычки? Иначе мама узнала бы о папе сразу. А я не готова к этому разговору. Не готова видеть её глаза, полные боли. Не готова услышать вопрос: „Вера, почему ты мне сразу не сказала?“»
Она закрыла дневник и провела ладонью по тёмно-синей обложке. Вдруг в коридоре послышались шаги — в комнату заглянула мама.
— Верочка, солнышко, ты уже встала? — улыбнулась Лидия. — Дождь наконец-то закончился. Хочешь, сходим в парк? Подышим свежим воздухом, соберём листья — ты же любишь делать гербарий.
Вера заколебалась. С одной стороны, прогулка с мамой — это то, что ей сейчас нужно. С другой — она боялась, что не сможет скрыть своё состояние.
— Да, мам, — наконец сказала она. — С радостью. Только… можно я сначала закончу запись?
— Конечно, милая. Я пока приготовлю чай с мятой. Твой любимый.
Мама вышла, тихо прикрыв дверь. Вера снова открыла дневник:
«Мама предлагает прогулку. Она всегда знает, как меня подбодрить. Но как я могу наслаждаться парком, когда в голове только одно: папа обманывает её? Как я могу смеяться, когда внутри всё сжимается от мысли, что наша семья трещит по швам?
Может, я слишком драматизирую? Зря, наверное, прочитала их переписку. Теперь буду корить себя за этот поступок…
Нет. Пока не буду ничего предпринимать. Сначала нужно убедиться наверняка — найти доказательства, которые нельзя будет объяснить случайностью. И только тогда… Но что „тогда“? Я не знаю. А вдруг папа сам решится и всё расскажет?
Прости, дневник. Опять я в тупике. Но ты прав — ты не можешь ответить. Зато ты умеешь слушать. И это уже многого значит».
Вера закрыла тетрадь и спрятала её под стопку книг на полке. Встала, потянулась — и вдруг улыбнулась. Впервые за два дня улыбка получилась почти настоящей.
«Может, прогулка — это и правда хорошая идея, — подумала она. — Свежий воздух, мама рядом… И пусть хоть на пару часов я забуду обо всех взрослых проблемах. Просто буду дочкой, которая любит свою маму».
В коридоре снова послышались шаги.
— Верочка, ты готова? — позвала мама.
— Иду, мам! — крикнула Вера.
Она вышла из комнаты и закрыла дверь, мысленно оставив за ней все тревоги — хотя бы на пару часов.
На кухне пахло мятой и свежеиспечённым печеньем. Вовка уже сидел за столом, доедая бутерброд.
— О, сестрёнка, ты тоже идёшь? — обрадовался он. — Мам, можно я возьму свой новый самокат?
— Конечно, милый, — улыбнулась Лидия.
— Мамуль, а папа пойдёт с нами? — с осторожностью спросил Вовка, будто заподозрил в отношениях родителей что;то неладное.
— Нет, сынок, папа занят своими делами. Как;нибудь в следующий раз. Сегодня к нам присоединятся тётя Света со Славиком.
Тётя Света — мамина подруга ещё со школьной скамьи. А Славка, её сын, — ровесник Вовки. Может, это даже и хорошо: Вера любила мамину подругу, с ней было интересно общаться. Возможно, сегодня они узнают что-то новенькое.
До парка было рукой подать — минут двадцать ходьбы от дома. Обычно в воскресенье там многолюдно, но сегодня, как ни странно, народу было мало. Тётя Света с сыном уже ждали их. Поздоровавшись, женщины заключили друг друга в объятия.
— Как же давно мы с тобой не виделись, Лидок! — начала разговор Светлана. — Семья, дети, работа… Пойдём присядем на лавочку. Смотри, как Верочка вымахала! Повзрослела, теперь больше на маму похожа стала.
Женщины присели на скамью, мальчишки устроили покатушки. Верочка сидела рядом, наслаждаясь разговором подруг, но чуть позже, оставив женщин, занялась сбором листьев для гербария. Набрав в руку букет из ярких листьев, она поспешила к маме с подругой — показать красоту. Но, приблизившись, замерла от услышанного: то, о чём говорили женщины, повергло её в шок. Она даже подумать не могла, что маме известно об изменах отца. А она-то боялась за неё, как никто другой. Это была для неё ошеломляющей новостью.
Вера затаилась за стоявшей у скамьи берёзой. Главное — чтобы её не заметили. Она не слышала всего разговора, но и из услышанного можно было сделать вывод.
— Лида, я тебя понять не могу: как ты терпишь своего Вадика? На его лице сразу было написано — бабник. Сколько раз я говорила тебе: беги от него! Ты сильная женщина. Неужели не справишься? Смотри-ка, у неё ещё хватило наглости явиться к тебе домой! Докторша, тьфу на неё.
Тетя Света невольно сплюнула на асфальт.
Да я, будь на твоём месте, все глаза бы ей выцарапала. Не посмотрела на больного ребёнка. Он об тебя ноги вытирает, а спать к тебе в кровать прыгает. Ну ты, подруга сумасшедшая. Смотрю на тебя и диву даюсь.
Помнишь Павла, какой мужчина был? Надо было брать быка за рога после первой Вадькиной измены. А ты честная больно.
— Всё, наверное, от того, что любила я его, дурака. Потому после первой измены я простила его.
— А может, думала, что люблю, боялась остаться с маленькой дочкой на руках. Ведь помощи мне ждать было неоткуда, сама знаешь.
— Любила она… да разве такой должна быть любовь? И ты позволила родить ему сына?
— Да… Я поверила, что он изменился. Всё у нас было хорошо. Он первое время помогал после родов, а потом его будто подменили.
— И кто в этот раз удостоился внимания твоего неблаговерного? Опять на молоденьких потянуло? Вот кабель! Я промолчу… Повезло мне с Василием. Подавай на развод, не мешкай ни секунды!
— Мы подали на развод, — тихо сказала Лидия. — Не знаю, как сын воспримет такую новость. Верочка взрослая, всё поймёт. Но ведь они оба в отце души не чают… Придётся квартиру делить.
— Подруга, ты в своём уме? У тебя дети! Пусть идёт к своей пассии. А ты…
Павел до сих пор не женат, влюбился в тебя, ждёт, что ты бросишь своего непутёвого и готов сделать тебе предложение.
Дальнейшего разговора матери с подругой Вера не слышала. В её детской душе что-то надломилось, и она, не раздумывая, побежала куда глаза глядят. Сейчас она жалела маму, и ненавидела отца за причинённую боль. А ещё одно — но это то, что мама может привести в дом нового мужчину. Ох уж эти взрослые со своими проблемами.
Вера бежала, не разбирая дороги. Листья, которые она только что с таким старанием собирала для гербария, разлетались по сторонам, но ей было не до них. Почему их семья не такая как у тети Светы. Что мама делает не так. Почему папа изменяет ей. Это пока не укладывалось в её детской голове.
Вера не заметила, как оказалась у старого моста через речку, что текла на окраине парка. Здесь они с Вовкой любили кормить уток, строить замки из песка летом, а зимой кататься на санках с пологого склона. Теперь же всё казалось чужим и враждебным. Вера опустилась на сырую скамейку и обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь.
«Почему? — билась в голове одна мысль. — Почему они не поговорили со мной? Почему я узнаю обо всём вот так, подслушивая? Разве я не часть семьи? Разве мои чувства ничего не значат?»
На мгновение ей даже стало жаль отца. Ведь к ней он по-прежнему испытывал теплые чувства. Почему же так происходит? Соленые слезы жгучей волной катились по щекам. Вера достала из кармана куртки смятый кленовый лист. Он был огненно-красным, с зубчатыми, рваными краями, словно кровоточащая рана. Она пыталась разгладить его на колене, но лист оставался искореженным. Как и она сама в этот миг.
Продолжение следует
Марина Мальцева
г.Красноярск, 28.03.2026г
Свидетельство о публикации №226032701856