Lost soul

Пока я сидел на дворовой скамейке и бросал окурки в закат, мимо прошли трое пацанчиков. Пацанчикам было лет по 14, и хоть они двигались легко, почему-то казалось, что они с большим трудом толкают перед собой тугую, невидимую преграду. Все они были очень худощавы, одеты в одинаковые широченные штаны с отвислыми задами, и я легко представил, что это идут не люди, а ясеневые кусты сбежали из палисадника, и в кустах этих застряли ошмётки тряпок, нанесённые городским ветром с ближайшей помойки. Походка у них была дёрганная, с ненужными для ходьбы движениями туловища, с изгибом пальцев рук и с рэпом, хоть и не слышимым, но, как бы укоренившимся и разросшимся внутри них. Один из пацанчиков, тот, что шёл посередине, был выше остальных на две головы и ещё худее всех, а на спине его противоестественно широкой курточки с висюльками, ремешками и карманами, был размашисто нарисован какой-то стилизованный скелет, и под ним виднелась крупная надпись "Lost soul". На этой сухой, обречённой спине, курточка со скелетом развевалась словно пиратский флаг, и казалось, что кости шевелятся.
Я смотрел на то, как пацанчики своими деревянными походками пересекают двор, и думал о том, что не могу себя заставить позавидовать им ни в чём.
В ожидании тени, надвигающейся от угла дома, я честно пытался позавидовать хотя бы их молодости, но так и не смог.