Дело авиаторов. Павел Рычагов

В отличие от едва ли не подавляющего большинства своих «подельников» (по версии Колокольцева), Павел Рычагов всю свою военную (другой у него не было) карьеру был профессиональным лётчиком.

Рычагов был ровесником Лины Гейдрих – он родился в Москве 15 января 1911 года (в крестьянской семье, как и Ирма Бауэр). Авиацией заинтересовался ещё в раннем детстве, постоянно запуская воздушных змеев. В 1928 году окончил школу, после чего недолго работал на фабрике упаковщиком.

Вскоре был призван на срочную службу в РККА – и сразу направлен в Ленинградскую военно-теоретическую школу лётчиков. Закончил её два года спустя, а ещё спустя год - 2-ю военную школу лётчиков Красного Воздушного Флота в городе Борисоглебске

Где освоил самолёт-разведчик Р-1. Официально конструкции Поликарпова, а на самом деле, нелицензионную копию британского лёгкого бомбардировщика и разведчика de Havilland D.H.9А. Образца 1916 года, что характерно.

Будучи курсантом, Рычагов в ходе учебного вылета впервые попал в аварийную ситуацию. Вскоре после взлёта у него отказал двигатель, а затем вообще вспыхнул пожар на борту.

Покинуть учебную машину Рычагов не мог, так как советские лётчики тогда летали без парашютов (!!!). Не было возможности и приземлиться, ибо внизу были озеро и лес.

Тем не менее, он не потерял присутствия духа, сумел круто развернуть самолёт почти на 90 градусов, перевёл крылатую машину в режим планирования и благополучно совершил посадку на опушке леса.

После окончания авиашколы Павел получил назначение в 109-ю авиационную эскадрилью 36-й истребительной авиационной бригады Украинского военного округа, дислоцированную в Житомире.

В 1933 году Рычагов стал командиром звена, а через несколько месяцев командиром авиационного отряда и вывел его в передовые подразделения. С ноября 1935 года — инструктор высшего пилотажа и воздушной стрельбы 8-й военной школы лётчиков.

В марте 1936 года «за успехи в боевой, политической и технической подготовке и подготовке подчинённых» старший лейтенант Рычагов был награждён орденом Ленина. Что немедленно заинтересовало Колокольцева – сильно заинтересовало.

Заинтересовало потому, что он сам был кавалером ордена Ленина – причём аж четырежды (было за что). И потому доподлинно знал, что получить эту (высшую) награду Страны Советов «за успехи в боевой, политической и технической подготовке и подготовке подчинённых» было невозможно от слова совсем.

Чтобы стать кавалером ордена Ленина, нужно было совершить нечто совершенно выдающееся... и совершенно секретное. В 1936 году советскому авиатору за пределами страны (внутри СССР для лётчика это было нереально) это можно было сделать лишь в одной стране. В Испании. Благо время было… подходящее.

На парламентских выборах, состоявшихся в Испании 16 февраля 1936 года, победу одержал блок левых партий Народный фронт. Председателем правительства вновь стал лидер партии «Левые республиканцы» Мануэль Асанья.

Он придерживался просоветских позиций, ибо видел в СССР естественного союзника по борьбе с «буржуазией», «помещиками» … но, в первую очередь, с католической Церковью.

В октябре 1931 - сентябре 1933 года Асанья уже занимал пост премьера. Его правительство проводило ярко выраженную антиклерикальную политику... и это ещё очень мягко сказано.

После того, как 11 мая 1931 года по всей стране начались погромы церквей и монастырей (сопровождаемые массовыми убийствами монахов, монахинь, священников и мирян), Асанья отказался принимать меры против их участников, демонстративно заявив, что «даже все церкви Испании не стоят и одного республиканца».

Из страны был выслан примас католической церкви Испании кардинал Сегура, выступивший с критикой республики. Асанья был одним из инициаторов принятия республиканской Конституции, согласно которой церковь отделялась от государства, священники лишались государственной зарплаты и запрещались монашеские ордена, члены которых давали дополнительные обеты, кроме трёх обычных (из Испании изгонялись иезуиты, которые давали обет верности Папе).

Правительство Асаньи провело аграрную и образовательную реформы (в рамках последней были закрыты церковные школы и открыто большое количество светских – несопоставимо худших по качеству образования.

В 1932 правительство Асаньи смогло подавить военное восстание под руководством генерала Хосе Санхурхо. Подавил кроваво – а затем расстрелял ещё и анархистов, выступивших против правительства в деревне Касас-Вьехас в январе 1933 года. Чисто большевистскими методами правил, в общем.

Будучи человеком неглупым, Асанья понимал, что очередной мятеж военных – лишь вопрос времени. В 1933 году его изгнали из власти чисто парламентскими методами… которые три года спустя уже могли и не сработать.

Реалистично смотря на вещи, он понимал, что без поддержки СССР его шансы удержаться у власти чуть меньше, чем нулевые. Поэтому, весьма вероятно, он обратился к Сталину за помощью почти сразу же после того, как занял кабинет премьер-министра Испании.

В Мадрид в обстановке полной секретности отправилась делегация, в составе которой Рычагов явно оказал настолько значимую услугу Сталину, что по возвращении получил орден Ленина.

Косвенным доказательством этого стал неоспоримый факт: в октябре авиаотряд Рычагова в полном составе был отправлен в Испанию. Спасать республиканский режим от поднявших мятеж националистов.

Однако не спас… впрочем, это выяснится лишь спустя два года после возвращения Рычагова с Пиренеев. С ноября 1936 по февраль 1937 года Рычагов командиром звена, а затем эскадрильи истребителей под псевдонимом «Пабло Паланкар» участвовал в Гражданской войне в Испании.

Летал на биплане И-15 (в то время весьма эффективном истребителе), был ранен, несколько раз его самолёт сбивали, но он спасался благодаря парашюту. Однажды Рычагов приземлился на парашюте прямо в центре Мадрида, где сразу был подхвачен на руки ликующей толпой республиканцев.

Под Мадридом Рычагов сбил шесть самолётов франкистов — пять истребителей и один бомбардировщик. Ещё 14 воздушных побед одержал в группе. 31 декабря 1936 года ему было присвоено звание Героя Советского Союза с формулировкой:

«За образцовое выполнение специальных и труднейших заданий Правительства по укреплению оборонной мощи СССР и проявленный в этом деле героизм…».

Ну, не СССР, конечно… а так всё правильно - и всё по делу.

В начале февраля 1937 года Рычагов вернулся в Москву, где получил внеочередное воинское звание (майора) и был назначен командиром 65-й истребительной эскадрильи 81-й авиационной бригады.

Вскоре поступил в Военно-воздушную академию им. Н. Е. Жуковского, но учился там недолго из-за новой (аналогичной) командировки – теперь уже в Китай, который 26 июля начал войну с Японией (строго говоря, начала Япония).

14 сентября 1937 года китайская делегация на приёме в Москве обратилась к Сталину с просьбой о посылке в Китай советских лётчиков. Ибо ВВС у Поднебесной тогда, по сути, не было.

Просьба была удовлетворена. Отбором и формированием группы советских лётчиков-добровольцев руководили начальник ВВС РККА Локтионов и его заместитель комбриг Смушкевич (который сменит его на этом посту).

Уже 21 ноября 1937 года советские лётчики-добровольцы открыли боевой счёт: семь истребителей И-16 в бою с 20 японскими самолётами над Нанкином без потерь сбили два истребителя и один бомбардировщик.

2 декабря 1937 года девять бомбардировщиков СБ, управляемых советскими лётчиками, вылетев из Нанкина, совершили налёт на японские авиабазы под Шанхаем. По оценкам советских лётчиков, в общей сложности ими было уничтожено на земле до 30 японских самолётов (в реальности раза в три меньше).

Вскоре эта же группа нанесла удар по японским кораблям на реке Янцзы. Утверждалось, что при этом был потоплен крейсер (говорили чуть ли не об авианосце), однако японские источники отрицают любые безвозвратные потери японских боевых кораблей в течение всей японо-китайской войны; скорее всего, советскими лётчиками было потоплено всего лишь транспортное судно (баржа).

23 февраля 1938 года 28 бомбардировщиков СБ совершили сенсационный авианалёт на японскую авиабазу на острове Тайвань, сбросив 280 бомб. Бомбёжка вызвала шок у японцев, чувствовавших себя на острове в полной безопасности.

По китайским данным на аэродроме было уничтожено 40 японских самолётов (в реальности втрое меньше); все СБ вернулись неповреждёнными. В том же месяце советские лётчики бомбили железную дорогу и переправы через Хуанхэ.

В конце марта 1938 года советские бомбардировщики, покрыв 1000 километров, разбомбили железнодорожный мост через Хуанхэ, попутно нанеся удар по соседнему понтонному мосту. На обратном пути лётчикам пришлось садиться для дозаправки в Сучжоу.

В декабре 1937 года Рычагова избрали депутатом Верховного Совета СССР 1-го созыва - и сразу же после этого он отправился в Китай. С декабря 1937 по март 1938 года он - старший военный советник, затем командующий советской авиацией в Китае под псевдонимом «генерал Баталин».

Вернулся – и сразу был назначен на генеральскую должность командующего ВВС Московского военного округа. Затем последовательно командовал ВВС Приморской группы войск, ВВС ОКДВА, ВВС Дальневосточного фронта и ВВС 1-й Отдельной Краснознамённой армии.

За успешное руководство действиями ВВС в боях у озера Хасан в 1938 году был награждён всего лишь орденом Красного Знамени (это к вопросу об ордене Ленина за «успехи в подготовке личного состава»).

Во время Финской войны командовал ВВС 9-й армии. В 1938 году по предложению Сталина он был принят в члены ВКП(б) без прохождения кандидатского стажа. Рекомендации дали Сталин и Ворошилов.

В 1940 году в возрасте 29 лет был назначен на высшие должности Главного управления ВВС РККА: с июня 1940 года — заместитель начальника Главного управления; с июля — первыЙ заместитель начальника Главного управления» с августа 1940 года назначен начальником Главного управления ВВС РККА, сменив на этом посту Якова Смушкевича.

Как и Смушкевич, Рычагов был лётчиком от Бога. Летал без кислородной маски. На приборной доске в самолётах, которые пилотировал Павел, были лишь манометры и циферблаты, которые показывали данные о высоте, горючем и масле. Остальное оборудование, в том числе навигационное, отсутствовало.

Лётчики могли полагаться лишь на свое зрение и слух. Всего Рычагов совершил более 3000 полётов, из них 500 — ночные; налетал больше 170 000 километров.

За один вылет мог выполнить в воздухе до 250 фигур высшего пилотажа (петли, перевороты, виражи и боевые развороты), из которых 40 на высоте 5000 метров, ещё 40 — на высоте 1000 метров, а 25 фигур — у самой земли. Колокольцев мог вытворять и не такое (да и Гейдрих отставал не сильно) … но всё равно был впечатлён весьма.

В декабре 1940 года на сборах высшего командного состава ВВС Рычагов выступил с докладом «Военно-воздушные силы в наступательной операции и в борьбе за господство в воздухе». Что характерно, в наступательной…

Обсуждая взаимодействие авиации с наземными войсками, Рычагов агитировал за распределённые ВВС, поделенные на авиацию армейского и фронтового подчинения. Эта идея была отвергнута генералитетом, которому не понравилось предложение раздать самолёты корпусам и дивизиям. И правильно не понравилось…

«Привязка» Рычагова к «заговору авиаторов» была очевидной, ибо он (1) лично знал Смушкевича – главу заговора по версии Колокольцева; (2) был его сменщиком на самой высокой должности в РККА; и (3) воевал в Испании – и потому мог контактировать с немецкой разведкой, агентами которой буквально кишели республиканские ВВС – и не только ВВС.

У Колокольцева не хватило наглости обвинить Рычагова в том, что во время его пребывания в Китае он был завербован японской разведкой… впрочем, в этом не было необходимости. С этим прекрасно справятся костоломы ГУГБ, которых даже после «бериевской чистки» осталось достаточно вполне.