Перуанский след Глава-16

КОНЕЦ-НАЧАЛО ШТАККЕРОВ

События, происходящие в «санатории» и вокруг него, так или иначе повлияли на многих, но прежде всего — на семейство Штаккеров.

Телефон зазвонил так внезапно и громко, что Коста чуть не выронил свою большую утреннюю чашку чая. Он посмотрел на экран телефона — это был «Дядя Сем». Сердце ухнуло куда-то в живот, а может, и ещё ниже. Всё же он нажал «принять».

— Алло…

Голос дяди был неожиданно весёлым, приветливым, и даже праздничным:
— Привет! Я сегодня торт купил!

— И тебе, дядя, привет. Какой торт?

— Твой любимый, шоколадный. У тебя ведь сегодня день рождения. Ты что? Забыл?

Коста застыл.

Он ничего не понял.

— Дядя… Какой… День рождения?..

— Твой, конечно! — дядя весело засмеялся. — Ты всегда всё забываешь. Вот и про сегодня забыл. Ну ничего, не переживай, я помню за нас обоих. А торт отличный, с кремом. Заезжай.

Коста открыл рот, закрыл, снова открыл.

— Дядя… А… Работа?..

— Какая работа? — искренне удивился дядя. — Сегодня же вы-ход-ной! 
Я вообще с утра как будто заново родился.
Такой сон потрясающий видел — как будто доктор ко мне домой приходил.
Говорит: «Живи спокойно, Сем. Всё хорошо, всё замечательно».
И знаешь что? Я ему сразу поверил.
Так легко мне стало внутри.
Так свободно.
Как будто всю жизнь ждал, чтобы мне это кто-то сказал.

Коста медленно сел на стул. Он понял. Уитлок стёр всё. До последней тени.

— Дядя… Я… Я сейчас приеду.

— Вот и молодец! — обрадовался дядя. — А я пока чайник на огонь поставлю. И свечи в торт воткну. Я знаю, ты у меня парень серьёзный, но день рождения есть день рождения, и это событие нужно праздновать...

Коста отключил телефон. Посидел минуту. Потом тихо рассмеялся — сначала нервно хихикнуд, а потом искренне, по-детски.

Он жив.
Дядя жив.
И всё закончилось… тортом.