Наследница Зарийского трона. Глава 30

**Планетарная система Аврора**
**Планета Эхория**
**Город Царнил**

Город Царнил на планете Эхория славился не только обширными медицинскими комплексами, но и раскинувшимися вокруг них безмятежными садами — естественными оазисами тишины, где пациенты заново учились дышать, ходить и просто чувствовать себя живыми. Аллеи тянулись между светлыми павильонами, наполненными запахами влажной листвы и цветущих кустарников, а открытые террасы и изящные колоннады плавно сливались с местным ландшафтом, позволяя свежему воздуху планеты беспрепятственно наполнять каждый уголок этого живого пространства.

Именно здесь, в одном из таких лечебных центров, Селена медленно, но уверенно возвращалась к жизни после тяжёлого ранения. Её тело ещё помнило боль. Иногда она просыпалась от резкого спазма в груди или от фантомного жжения в боку. В такие моменты она лежала неподвижно, глядя в мягко подсвеченный потолок палаты, и ждала, пока организм снова возьмёт боль под контроль.

Когда девушка немного окрепла, она стала выходить в сад. Шла медленно, вдыхала прохладный воздух и слушала, как где-то вдали тихо журчат водяные каскады. Врачи говорили, что такие прогулки важны — они помогают телу восстановиться. Селена соглашалась, но на самом деле ей было нужно другое: пространство, в котором можно было остаться наедине с собственными мыслями.

Последние три дня её жизнь разделилась между этими прогулками и информатекой лечебного комплекса. Там, среди рядов терминалов, она проводила долгие часы, просматривая новости, сводки и маршруты движения транспорта между городами. Имя Виктора Норда всплывало редко, словно кто-то намеренно стирал его следы, но Селена была упряма. Она ловила каждую зацепку, собирая мозаику из обломков, даже не позволяя себе сформулировать, зачем ей это нужно.

В первые дни после операции Селена почти поверила, что Алан был лишь плодом горячечного бреда. Лекарства, шок, боль — всё это могло создать правдоподобную иллюзию. Его голос, просьба о помощи… слишком уж всё это походило на сон. Но медальон с огненной саламандрой, который лежал у неё на груди, разрушал эту версию. Он был тяжёлым, холодным и ощутимо реальным. Когда она сжимала его в пальцах, металл не исчезал. Он был здесь. И вместе с ним была уверенность: Алан существовал. И попал в очень скверную историю.

Её трижды вызывали на допрос сотрудники службы безопасности. Каждый раз это происходило одинаково: стерильная комната, пара безликих людей в форме и спокойные, отточенные вопросы.
— Что вы видели? Кто был рядом? Что произошло перед выстрелом?
Селена снова и снова повторяла одну и ту же фразу:
— Я не знаю. После того как в меня попали, я ничего не помню.
Холодные взгляды, быстрые пометки в планшетах — но ничего больше. Она была одной из многих раненых, и потому вскоре её сочли бесполезной. Следователи ушли, оставив её наедине с собственными догадками.

Как только Селена смогла подолгу сидеть и работать за терминалом, она приступила к поискам Виктора Норда с почти болезненной сосредоточенностью. Долгое время ей не удавалось найти ничего конкретного, пока случай не помог связать разрозненные данные в единую картину: с большой долей вероятности через пять дней Норд будет в Героне — ближайшем к лечебнице крупном городе и транспортном центре.

Селена была ещё слаба, но твердо уверена, что сможет добраться до цели. Она составила план — простой, но выверенный: когда уйти, какие рейсы использовать и как скрыть своё исчезновение из лечебницы хотя бы на первое время. Ей была нужна эта встреча, и она была готова заплатить за неё любую цену.



***

Командор Тирс ждал этого сообщения дольше, чем был готов признать. Он не любил неопределённость — особенно ту, что пахла политикой и скрытыми играми Дворца Звенящих Ручьёв. Когда на его личный канал, защищённый старым военным шифром, наконец легла метка входящего сигнала, Тирс сразу понял: помощник нашёл то, что искал.

Данные были сухими и выверенными: где, когда и как долго Виктор Норд будет находиться в ближайшие три дня. После тщательного изучения отчета выбор пал на Герон — транспортный узел, где потоки пассажиров и грузов создавали естественный шум, в котором легко было раствориться. Там проще всего было поговорить — даже если за объектом следят сразу три разные конторы.

Тирс откинулся в кресле, глядя на проекцию маршрутов. Он знал, что ступает на тонкий лёд. Официально Виктор Норд считался предателем, но Тирс не мог вычеркнуть из памяти другое: годы совместной службы и почти болезненную преданность Норда Империи. Друзьями они никогда не были, но уважение между ними существовало всегда.

День прибытия Норда в Герон с самого утра напоминал тщательно срежиссированный спектакль. Группы наблюдения были вычислены и отсечены, устройства подавления сигналов — установлены. В нужный момент команда прикрытия подняла шум, отвлекая внимание, и Тирс незаметно проскользнул в здание административного блока так, будто находился здесь по праву. Он миновал охрану, поднялся на нужный уровень и без спешки остановился перед дверью кабинета, где находился Виктор Норд.

Короткая пауза. Глубокий вдох. И он шагнул внутрь.



***
**Планета Эхория**
**Город Герон**

Кабинет Виктора Норда был погружён в мягкий полумрак. За широким панорамным окном сияли огни Герона. Город жил своей суетливой жизнью, не подозревая, что в этой комнате сейчас решается нечто куда более опасное, чем очередной деловой контракт.

Норд стоял у стола, просматривая данные на голографической панели, когда почувствовал присутствие постороннего. Он обернулся — и его брови едва заметно приподнялись.
— Командор? — удивлённо произнёс он. — Вот уж не ожидал вас увидеть.

Тирс не ответил на вежливое приветствие. Его взгляд скользнул по стенам, по голографической панели и едва заметным линиям защитных полей.
— У нас не так много времени, — сухо сказал он. — Поэтому сразу к делу.

Норд медленно кивнул, отключая панель. В одно мгновение с его лица исчезло выражение светской любезности.
— Тогда не будем его терять.

Тирс сделал шаг вперёд.
— Я хочу знать, что происходит и во что ты ввязался. За тобой ведут наблюдение сразу три конторы. Во Дворце Звенящих Ручьёв тебя считают предателем, но по какой-то причине не спешат арестовывать. Есть исследовательское судно, оборудованное, как я понимаю, под боевой корабль, за которым идёт настоящая охота. И ты к его появлению наверняка причастен. Поясни, что происходит.

Норд несколько секунд молчал, внимательно изучая лицо командора.
— Забавно, — произнёс он наконец. — Почему за ответами ты пришёл именно ко мне?
— Потому что ложь я чую за версту, — отрезал Тирс. — А то, что мне пытались выдать во Дворце за установленные факты, было ложью от начала и до конца. Я хочу знать правду.

Между ними повисла тяжёлая пауза. Виктор Норд вспомнил, кем был этот человек много лет назад. Офицер на одном из кораблей при старом правителе. Не из числа интриганов, не из дворцовой свиты. Человек, привыкший действовать, а не плести заговоры. Норд сделал выбор.

— Значит, хочешь знать правду? — тихо сказал он. — Хорошо. К созданию «Призрака» я не имел никакого отношения. Все подготовительные мероприятия, строительство и комплектация шли по прямому приказу прежнего правителя из рода Огненных Саламандр. Я лишь подобрал экипаж и отправил их на задание.
— На какое? — глухо спросил Тирс.

Норд молча протянул ему планшет. На экране раскрылась самая закрытая папка — личное послание правителя. Тирс читал медленно. Потом ещё раз. И снова. Его лицо побледнело.
— Это невозможно…
— Тем не менее это так, — ответил Норд. — Это было спланированное убийство.
— А наследник?
— Если «Призрак» вернулся, значит, они его нашли.
— И что ты собираешься делать дальше?

Норд открыл рот, но ответить не успел.

Снаружи раздался глухой удар — такой, будто кто-то всем телом врезался в дверь. Следом послышались приглушённые крики и быстрые шаги. Тирс и Норд одновременно повернули головы в сторону входа.
— Что за… — начал было Тирс.

Дверь кабинета с треском распахнулась. В проёме появилась девушка в форме гардемарина Звёздного Флота. Она едва держалась на ногах, будто каждый шаг давался ей ценой неимоверного усилия. Китель был разорван на плече и пропитан тёмными пятнами крови — ткань липла к телу. На одном её плече буквально повис личный секретарь, тщетно старавшийся остановить её продвижение.

Она сделала ещё один шаг внутрь — и только тогда стало ясно, насколько ей плохо. Ноги подкашивались, дыхание срывалось, лицо было бледным, как у человека, который уже должен был потерять сознание, но продолжал идти на одной лишь силе воли.

— Стой! — резко выкрикнул Норд. — Кто ты? Что тебе нужно?!

За её спиной в кабинет ввалились охранники и подхватили девушку за руки, не давая упасть. Та вздрогнула от боли и стиснула зубы, пытаясь не закричать.
— Алан… — выдохнула она хрипло. — Меня послал Алан…

Слова прозвучали тихо, но Норд услышал.
— Поговорить… — с трудом продолжила она. — Наедине… пожалуйста…

Тело её дрогнуло, и если бы не охрана, она бы рухнула на пол. Норд мгновенно шагнул вперёд.
— Отпустите её немедленно! — рявкнул он. — Все вон из кабинета!

Охранники колебались лишь долю секунды, затем подчинились. Дверь закрылась, отсекая внешний мир и оставляя в комнате только троих. Девушка пошатнулась. Норд подхватил её, не дав упасть. Тирс стоял рядом — напряжённый, готовый в любую секунду действовать.

И тут Норд заметил медальон. Металлическая саламандра тускло блеснула на её груди.
— Откуда он у тебя? — резко, почти шёпотом спросил он.
— Алан дал… — прошептала она.

Её веки дрогнули, взгляд стал мутным. Не успев договорить, девушка потеряла сознание прямо у него на руках.